Я умру?

-Скуало, я умру?       Этот тихий голосок в полупустой комнате заставил капитана Варии вздрогнуть и выйти из своих мыслей, которые роились в его голове, словно разноцветные странные букашки, сталкиваясь, соединяясь в одни безумные идеи. Это ужасно. "Скуало, я умру?"       Слова больно резали душу, словно серебряные стилеты принца. Он не заслужил такого, не заслужил лежать здесь, в этой холодной пыльной комнате, словно никому более ненужный живой труп. Здесь пахло плесенью, стояла ужасная сырость, отчего где-то в углах обои отошли, показывая серую голую стену с черной плесенью. Вместо тяжелых алых штор теперь здесь висят какие-то тряпки, пыльные, старые, пропускающие свет серого солнца, которое медленно застилали свинцовые тучи. На старой скрипящей кровати, которая помнит так много ночей капитана и принца, в тряпках и старых кусках ткани вместо нормальной постели лежит он. Бельфегор, Принц Варии, всегда высокомерный, безупречный. Здесь ему явно не место.. Но Занзас распорядился оставить его здесь, "чтобы не вонял мертвечиной". И теперь такой красивый парень лежит здесь, бледный, словно полотно, с исхудавшим лицом, спутанными волосами. Алые глаза, которые до этого не видел никто, теперь грустно и виновато смотрели на Суперби, словно бы извиняясь за то, что стал обузой.       Это произошло всего лишь неделю назад. Под командованием Скуало отряд, состоявший из Франа, Леви, Бельфегора и Луссурии, отправились в разведку на территорию неизвестного, только недавно сформировавшейся семьи. Казалось бы, что им будет? Ровным счетом, ничего, ведь они профессионалы, а здесь новички, только оторвавшиеся от юбок своих матерей. Но не тут-то было, засада на отряд Варии оказалась спланировала довольно давно и весьма успешно, ибо команда вместе со своим командиром с трудом ушла оттуда, не то, что отбилась, это было невозможно. Откуда они узнали о преимуществах и слабостях каждого, так и оставалось загадкой, однако отряд вернулся, израненный, изнеможенный. Особенно пострадал Каваллини, ведь он первым попал и в засаду, и под обстрел, и последним убегал, прикрывая неосознанно своих товарищей.        И теперь Бельфегор, казалось бы, заслуживающий хоть какой-то благодарности, умирает здесь, в забытой комнате.Его огромные раны закрывает грязная простыня, такие неровные, глубокие, гноящиеся. И что бы Ску ни делал, бактерии все равно пожирали тело его возлюбленного. А в это время в его покои заселяется новый офицер, новый кандидат на Хранителя кольца Урагана. Вот так здесь все просто. Тебе легко найдут замену, если ты больше не является дееспособным. Это удручало Скуало, ведь он, как никто другой, считал его своим самым важным и нужным человеком, хотя не показывал это на людях и редко говорил. Это можно было понять из его интонации, из взгляда, которым капитан прожигал блондина, когда ревновал, волновался или злился из-за необдуманного поступка.       Ладонь в черной кожаной перчатке легла на лоб Принца, поглаживая его и ощущая, как сердце сжимается в тиски, и становится трудно дышать. - Нет, Бельфегор. Ты просто уснешь, а как проснешься, я буду рядом. Закрывай глаза. - Капитан наклонился и мягко поцеловал своего возлюбленного в потрескавшиеся губы, которые передавали вкус крови и боли. - Но ведь еще так рано.. Еще светит солнце. - Возразил было Каваллини, но палец Скуало лег на его губы. - Молчи. Просто закрой глаза и засыпай. Так будет лучше.       Блондин не смел более возражать. Капитан знал лучше, что нужно делать сейчас. Поэтому красные глаза медленно закрылись. Закрылись в последний раз. Грудь мерно поднималась некоторое время, гной желтыми пятнами расползался по простыне, которым накрыто тело, после дыхание стало неровным, быстрым, парень судорожно вдыхал воздух, но его было мало. Еще пара выдохов и.. и все. Больше ни одного движения. Холодные руки опустились по обе стороны от тела, слезка приоткрытый рот, из которого выходило последнее тепло тела. Скуало отвернулся, стирая набежавшие слезы. Он не будет плакать, он сильнее этого.

***

      Его похоронили за кладбищем, там, где распорядился капитан. В отдельном месте, с аккуратной и красивой оградой. На небольшом бугорке свежей земли стояло надгробие с датами жизни и смерти принца, его ухмыляющимся лицом и небольшой эпиграф на итальянском о солнце, которое зашло в море, и люди погрузились в страх. "Не волнуйся, солнце, за солнцем выходит луна. А после вновь появишься ты".       Похороны длились всего минут 10, не больше. Так распорядился Занзас. Он быстро что-то сказал, что Бельфегор был "неплохим офицером, хоть тем еще самодовольным говнюком", после вылил на свежую землю перед надгробием свой виски из стакана и ушел, кинув стакан прямо в камень. Остальные молчали, слишком было неприятно на душе. Неприятно, что они могли хоть попытаться его спасти, но вместо этого скинули в комнату, как ненужный мусор и забыли. Все, кроме Скуало.       Капитан пробыл около могилы почти весь день. Просто стоял перед ним на коленях под дождем, вглядывался в знакомые черты, которые целовал жаркими ночами, которые изучал с особым любопытством. Теперь уже никто не будет самодовольно забирать одежду патлатого утром под предлогом "лень одеваться", никто не будет шишикать над ухом, никто не будет таять под ним ночами, кричать имя капитана и просить больше, больше. Ничего этого не будет. Никогда Скуало больше не увидит, как улыбается Принц, искренне, только для него. -Я скоро буду с тобой.. Жди меня, солнце. Я скоро приду.