где-то между

окно мокрое с той стороны, Юнги не хочет к нему прикасаться. на балконе ветер и дождь, поэтому сегодня в качестве исключения он курит в форточку. Чимин забрался с ногами на диван, он читает книгу и кутается в свитер. ещё не холодно, но уже неприятно. — а где Тэхён? такой ливень… Чимин какое-то время молчит, он всё ещё смотрит в книгу, но не читает. вспоминает и уточняет: — какое сегодня число? — восемнадцатое. — июля? — Юнги кивает. — а что такое? Чимин отрывается от книги и смотрит на Юнги серьёзно и самую малость взволнованно. — сегодня годовщина. — годовщина? — Чимин понимает, что должен рассказать, но ему почему-то не хочется. — годовщина смерти. три года назад умер его парень. я всегда забываю… он, должно быть, поехал на тот холм. Юнги тратит несколько секунд на то, чтобы переварить информацию. Чимин ожидает какой угодно вопрос, кроме — — в такую погоду? он тушит сигарету, выдыхает медленно и начинает собираться. — что за холм, расскажи? как туда добраться? Чимин откладывает книгу и поднимается, влажный и прохладный воздух обдаёт его голые ноги в коротких шортах. — ты собираешься ехать за ним? — предлагаешь позволить ему одному шататься непонятно где под дождём? Чимин сжимает губы, сжимает руки в кулаки, сжимается весь и спрашивает себя — он может позволить Тэхёну быть одному в такой день? с одной стороны, очень даже может, потому что лучше мёртвый Намджун, чем живой Юнги, его, Чимина, Юнги. с другой стороны, Тэхён его лучший друг. проблемный — да, очаровательный — да, и ещё лучший. и те два раза он был с ним на холме, держал его за руку, позволял ему тихонько плакать, сжимать своё плечо дрожащими пальцами. — я объясню тебе, как туда доехать. Чимин забивает в навигатор, быстро рассказывает всё и хочет одеться потеплее, но Юнги дёргает его ближе, прижимает к себе. — тебе не обязательно ехать, ты же ненавидишь мокнуть под дождём, — он коротко целует Чимина и улыбается. — я скоро привезу его, ладно? он не хочет отпускать Юнги одного хотя бы потому, что он может не найти Тэхёна, промокнуть, заболеть, попасть в аварию… на самом деле потому, что всё изменится, если Юнги поедет один. Чимин думает напряжённо, оценивающе сканирует хёна. — ладно. он соглашается тяжело, с чувством, что пожалеет об этом. Чимин решает для себя, что рано или поздно это должно было случиться. лучше покончить со всем быстро, как оторвать пластырь. Чимин не любит неопределённость. а Юнги едет слишком быстро для промокшего асфальта, одна мысль об одиноком Тэхёне заставляет его ускоряться. Тэхён совсем не чувствует себя одиноким. он стоит на вершине холма, его ботинки убиты, но он рад. отчаянно рад. — хён, если ты смотришь на меня, то не переживай больше. я снова снимаюсь. знаешь, я постараюсь ради моей мечты за нас обоих. правда, я всё ещё не могу смотреть на твои снимки. они у меня в отдельной коробке, с твоей камерой и остальными вещами… Тэхён говорит долго, с чувством, в этот раз без слёз. мраморная плита с надписью «Ким Намджун» в каплях воды, она молчалива, но Тэхён уверен, что его слова не исчезают в пустоте. он стоит с раскрытым зонтиком ещё несколько минут молча, потом кладёт букетик незабудок и разворачивается. путь вниз кажется ему более сложным, чем наверх. — поехали домой, — из-за хриплого голоса Тэхён чуть не роняет своё чёрный зонтик, он поднимает его, чтобы убедиться — не показалось. Юнги на десять ступенек ниже, дождь нещадно бьёт его, но плотная куртка, кажется, совсем не вымокла. глаза у Тэхёна дикие, его губы растягиваются в маленькой улыбке, Юнги думает, что парень готов броситься к нему. Тэхён готов, но он вроде бы не должен заглядываться на чужое. — иди сюда, — но когда хён сам раскрывается — руки в стороны и рассеянный взгляд… — так нечестно. в машине Тэхён рассказывает всё, начина от встречи в старшей школе и смятых простыней в чужой квартире, заканчивая фотографиями, взаимными мечтами и автокатастрофой. — Намджун-хён был моим первым фотографом, — Тэхён не говорит, что он во всём был первым, но Юнги и так понимает. — ты в порядке? — он думает, что звучит глупо и неуверенно, но Тэхён усмехается и отвечает: — да. спасибо, хён. — да не за что… — нет. спасибо, хён. если бы не ты… — Тэхён запинается, он чувствует, что вот-вот проболтается. — мы приехали. они сидят в разогретой машине, желания выходить под дождь никакого. Тэхён всё ещё смотрит на Юнги, не пытается сказать что-то, потому что боится выдать себя. однако то, как хён сжимает руль, как скользит потерянным взглядом по приборной панели, как надувает губы, выводит Тэхёна. доводит его. до крайней точки. в этот раз Юнги от поцелуя не дёргается, наоборот. кладёт ладонь на шею и прижимается ближе. внутри у него всё трепещет, приятное волнение оседает покалыванием на кончиках пальцев. они не отрываются друг от друга несколько минут, пытаются насытиться, прежде чем осознать. это неправильно. порочное, предательское. и это связало их.