Entree/Main Course

History repeats itself and we can't escape it.

6 лет спустя Фредди смотрела на свою дрожащую руку, которую она несмело протянула к дверной ручке. Пару раз сжав и разжав пальцы в нервном движении, женщина глубоко вздохнула и подняла левую, чтобы постучаться. Взгляд зацепился за обручальное кольцо, и она чуть зажмурилась, чтобы удержать накатившиеся слёзы. Быстро забарабанив костяшками, Лаундс открыла дверь больничной палаты. - Думал, что сможешь спрятаться от меня?! - с напускной бравадой в голосе начала женщина. - Не забыл, у меня муж – агент ФБР?! Джек чуть приподнялся, чтобы сесть в кровати, и вымучено улыбнулся. - Как Коул? - Остался с малышом, - ответила Фредди, приближаясь к постели. Кроуфорд хмыкнул. - Я так и думал, что когда ты родишь, в декрет уйдет муж. Лаундс присела на край больничной кровати и мягко коснулась его руки. - Почему ты скрывал от меня все эти годы? - в её тоне звучал укор, обрамленный беспокойством и искренней заботой. - Видимо, правду говорят: муж и жена – одна сатана, - Джек отвел глаза. - Разве что у меня рак желудка. Фредди сжала губы, чтобы не разрыдаться. Быстро взяв себя в руки, женщина склонилась к Кроуфорду и прошептала: - Хотела рассказать тебе первому, даже Коул ещё не знает. Мужчина поднял на неё вопросительный взгляд. - Я нашла их, Джек, - на выдохе воскликнула Фредди. Кроуфорд покачал головой и тихо сказал: - Меня больше не интересует дело Чесапикского Потрошителя, и тебе не советую вмешиваться. Передай информацию в ФБР и дело с концом. - Но, Джек, - воспротивилась Лаундс. - Ты не знаешь ещё самого интересного! Почему все эти годы на их след не могли напасть. - Ганнибал перестал убивать? - недоверчиво поинтересовался Кроуфорд. Фредди резко замотала светло-русыми кудрями. - Всё это время они убивали только преступников! Таких, как Хоббс, Рэндалл Тир и Фрэнсис Долархайд, - рассказала Лаундс. - Это Грэм, наверняка, это он... - Я не хочу ничего знать! - повысил голос Джек и тяжело откинулся на подушки, будто громкий тон забирал большую часть из тех немногих сил, что оставлял ему рак. Двери едва заметно распахнулись, и в палату вошел санитар, на которого Фредди даже не оглянулась, продолжая держать Джека за руку. Она надеялась, что поднимет боевой дух бывшего агента и, возможно, услышав о местонахождении Мужей-убийц, тот найдет в себе силы сопротивляться болезни подольше. - Джек, неужели, зная, где Ганнибал и Уилл, тебе всё равно поймают их или нет? - возмущенно воскликнула Лаундс. Вдруг сзади раздался шум – санитар, или это был молодой интерн, уронил поднос со шприцами. Парень тут же опустился на колени, бормоча извинения, и принялся собирать лекарства с пола. Фредди бросила недовольный взгляд ему вслед, когда тот поспешно покинул палату. - Я не желаю знать, где они сейчас, - устало повторил Джек. - Ты можешь делать с этой информацией что угодно, а мне она уже ни к чему. Некоторое время они помолчали, пока Фредди мысленно корила себя за то, что подняла эту тему. - Покажи лучше фото Шона, сколько ему уже? - Джек с отеческой теплотой посмотрел на сидящую рядом женщину. - Пять, - улыбнулась Лаундс, с готовностью доставая смартфон. Спустя несколько минут в палату постучались, и на пороге появился тот самый молодой парень. Видимо, он до сих пор переживал из-за своей неловкости, потому как прятал глаза. Развернувшись спиной к Фредди, он пробормотал: - Простите, но время укола, посетители должны покинуть палату. - Думал, на сегодня остались только таблетки, - со вздохом проговорил Джек и сжал руку Лаундс на прощание. - Я приду завтра, - Фредди поцеловала его в щеку и ободряюще улыбнулась. - Посплетничаем о старых добрых временах, когда Коул ещё был агентом Щенком, а я свободной женщиной. Кроуфорд не сдержал короткого смешка и кивнул: - Скоро увидимся. Как только за женщиной закрылась дверь, Джек послушно протянул руку для укола, рассматривая молодого парня, что склонился над ним. - Новенький? Я уже тут давно, а тебя ни разу не видел, - Кроуфорд попытался отвлечься от неприятной процедуры. - Да, сэр, недавно перевелся из Нью-Йорка, - отозвался парень. - Зачем же из такого крупного города в нашу глушь? - удивленно переспросил Джек. Парень не ответил, заканчивая выпускать лекарство из шприца в вену мужчины, а затем присел на стул у кровати. Он взглянул на часы и сказал: - 15 минут. Джек непонимающе уставился на него. - А потом мы поговорим, агент Кроуфорд, - спокойно продолжил парень. - Я уже давно не, - заговорил Джек, чувствуя, как в голове начинает шуметь. - Конечно, - кивнул парень, подаваясь на стуле вперед. - Вы бросили службу, трусливо сбежали, вместо того, чтобы наказать убийц, которые оставили пятилетнего мальчика сиротой. - Кто... ты... такой, - пробормотал Кроуфорд. - Видимо тот, кто закончит вашу работу за вас, - холодно отозвался он. - Я собираюсь убить Ганнибала Лектера, за то, что он лишил меня семьи. И, судя по тому, что сейчас слышал от Фредди Лаундс, вы знаете где он. Марк поднялся на ноги, угрожающе нависая над ослабевшим Джеком. Фредди сидела в баре гостиницы, рассеянным взглядом блуждала по экрану смартфона, листая фотографии с сыном, которые ещё недавно показывала Джеку. Звонить домой не хотелось, как и возвращаться в отельный номер, поэтому женщина допивала коктейль, стараясь утихомирить жгучую боль от вида Кроуфорда в больничной палате. Все эти годы Фредди действительно была счастлива и, возможно, Джек прав – не стоило влезать в дело Мужей-убийц снова. В ту ночь она и так чудом осталась жива. Наверняка, если бы не маленький Марк, которого не на кого было оставить, Лектер вряд ли бы её отпустил. - Я заметил, что ваш бокал опустел, - раздался голос, и Фредди подняла голову, встретившись взглядом с молодым парнем, что бесцеремонно сел за её столик, подвигая к ней новый коктейль. - Лучше поищи кого-то своего возраста, - отрезала женщина. - А может я ваш поклонник, мисс Лаундс, - спокойно ответил он, едва улыбаясь кончиками губ. - Миссис, - исправила Фредди, сделав глоток из предложенного бокала. - И чего ты хочешь, автограф? Он выжидающе смотрел, как Лаундс пьет. - Поговорить, - наконец сказал он и взглянул на часы. Просыпаться было невыносимо сложно, медленно вырываясь на свободу из вязкого марева, что заволокло разум. Фредди закашлялась, обнаруживая резкую боль в горле. Она села в кровати и тут же схватилась за голову, в которой стоял тяжелый гул. Женщина не помнила ничего из вчерашнего вечера после бара. Так обычно действовали клофелинщики, но она была полностью одета, и бумажник валялся на тумбочке рядом с телефоном. Фредди потерла горло ладонью, пытаясь восстановить события. Мысли путались, обрывочные фразы мелькали и тут же растворялись, будто в тумане.       Где они. Скажи где они и это всё прекратится. Лаундс застонала, схватив в руки смартфон. Кем бы ни был её вчерашний “поклонник”, ему нужна была информация о Ганнибале. Но ведь Фредди видела его лицо, почему же тот оставил её в живых? Лаундс нажала на разблокировку экрана, пароля на нём больше не было – очевидно, что её похититель проверял телефон. Со смартфона на неё смотрел Шон, радостно смеющийся в её объятиях. Внезапно Фредди словно пронзило током от понимания, почему парень не убил её. Марк не смог оставить сиротой пятилетнего малыша, как когда-то Лектер. Женщина сорвалась с места – нужно было немедленно рассказать обо всем Джеку. Спустя полчаса она уже была в приемной онкологической клиники. - Мисс, вы куда?! - окликнула её сотрудница больницы. - Простите, я знаю, что ещё не приемные часы, - Фредди вернулась к стойке. - Джек Кроуфорд, мне нужно к нему. Сейчас же. Дежурная медсестра едва заметно нахмурилась, будто вспоминая о чем-то. - Я вчера была у него, палата 144, - добавила Лаундс нетерпеливо. После номера палаты, медсестра убрала пальцы с клавиатуры и подняла взгляд на Фредди. - Вам лучше поговорить с врачом. Лаундс непонимающе замотала головой. - Мне нужно увидеться с Джеком, пропустите к нему, пожалуйста. - Мисс, мне не разрешается разглашать информацию, - повторила медсестра. - Почему вы просто не позволите мне, - начала Фредди и тут же охнула, закрыв рот рукой, а второй вцепилась в стойку. - Мне очень жаль, - пробормотала медсестра, переводя взгляд на монитор. - Вы член семьи? Глаза застилали слезы, и Лаундс не с первого раза поняла, о чем её спрашивают. - Тело забирать будете? - нетерпеливо переспросила дежурная. - Или подскажите с кем связаться. В документах не указаны контакты ни жены, ни детей. - Да, - едва слышно ответила Фредди. - Я его дочь. - Если старость подразумевает собой возможность пить вино целый день, я совсем не против, - Ганнибал расслабленно откинулся в кресле, рассматривая на свет содержимое бокала. - Ты и на работе не отказывал себе, mon amour (любовь моя, - перевод с фр.), - со смехом сказал Уилл, наклоняясь, чтобы обновить ему бокал. - Только на сеансах с тобой, mon chéri (мой дорогой, - перевод с фр.), - ответил Лектер, улыбаясь ему. - И нет, ты совершенно не старый, - Грэм поцеловал его, проводя кончиками пальцев по серебристым прядям. - Разве что поседел, вот и вся разница. - Составишь мне компанию? - Ганнибал кивнул на соседнее кресло. Грэм поставил бутылку на столик и извиняюще улыбнулся. - Я хотел съездить посмотреть, как провели сезонную обрезку винограда. - Уверен, что Луи за всем проследит, - проговорил Лектер. - Он отличный управляющий, - согласно кивнул Уилл. - Но ты же знаешь, я предпочитаю контролировать всё самостоятельно. - ‎Bien sûr (Конечно - перевод с фр.), - Лектер улыбнулся ему на прощание. Когда Уилл покинул комнату, Ганнибал повернулся вместе с креслом к стеклянной стене, что вела в сад. Из-за закрытых дверей доносился едва слышный лай собак, которые играли во дворе. Светлая двухэтажная вилла была их домом уже около пяти лет, а небольшой винодельческий бизнес оказался на удивление успешным. Неожиданно для них обоих, Уилл продемонстрировал незаурядный талант руководителя. Конечно же, у них был опытный управляющий и штат сотрудников, но Грэм серьёзно увлекся изготовлением вина. Когда успех бизнеса, который изначально планировался скорее как хобби и средство против скуки, превысил их ожидания, Ганнибалу приходилось часто повторять на презентациях, почему они не планируют расширяться за пределы Тараскона. Обычно всех удовлетворял ответ Лектера: “Тогда я буду видеть мужа ещё меньше.” Гости вежливо улыбались и немного завидовали так глубоко любящей друг друга паре. Но что на самом деле не уставало поражать самого Ганнибала, так это то, что, даже оставив в прошлом охоту, он был непередаваемо счастлив, проводя дни с Уиллом в нежной заботе друг о друге. Даже наличие двух собак не казалось таким обременительным, как он думал. Конечно, Грэм тщательно их воспитывал, тогда, как Лектер неожиданно для себя предпочитал баловать Лито и Цефи, подкармливая деликатесами. Ганнибал мягко улыбался, чуть прикрыв глаза от ярких лучей заходящего солнца, что заполняли гостиную. Он отставил бокал на столик, раздумывая о том, что через несколько часов, когда Уилл вернется с виноградников, они вместе возьмутся за приготовление ужина, а собаки как обычно будут вертеться жизнерадостным клубком у их ног. Грэм будет журить Ганнибала за то, что тот кормит их за его спиной, и они, возможно, откроют бутылку вина, которую хранили с их первого урожая. Для этого не обязательно ждать уникального повода, ведь каждый их день вместе – особенный. Погрузившись в свои мысли, Лектер не сразу понял, что скрипнула входная дверь, а не задняя, через которую должен был уйти в гараж Грэм. Но всё же он почувствовал присутствие до того, как за его спиной раздался голос, подчеркнутый звуком взведенного курка. - Лектер! Ганнибал медленно развернулся вместе с креслом, невозмутимо глядя на незваного гостя. - Я полагаю, Марк, - спокойно проговорил он. Парень едва заметно вздрогнул от звука голоса, но продолжал молча изучать его взглядом. Марк не смог скрыть заметного удивления, что Лектер сразу же понял, кто перед ним. Ганнибал склонил голову на бок, заинтересованно разглядывая парня. Он был худощавым и высоким, с чуть взъерошенными русыми волосами, обычный 20-тилетний американец, вот только глаза выдавали его исключительность. Зрачки расширены и будто горели жаждой. Той самой, которая была хорошо известна самому Ганнибалу, что питала его силы, когда он вырезал букву М на торсе кричащего от страха и боли мужчины. Глаза Марка пылали от жажды мести. - Я был впечатлен ранним окончанием интерната, - заговорил Ганнибал. - Не менее чем твоим школьным проектом. Питер, кажется, так его звали? А хирургия – достойное направление в медицине. Только вот больницу для интернатуры ты выбрал неожиданно. Не потому ли, что там находился на лечении мой старый друг Джек? Марк облизал губы и сильнее сжал рукоятку пистолета, направленного на Лектера. - Встань, - напряженно сказал парень. - Так ты нашел меня? - Ганнибал медленно поднялся на ноги, держа руки чуть разведенными в разные стороны ладонями вперед, словно подчеркивая свою безоружность. - Дядюшка Джек помог? Ты вколол ему Метотрексат после того, как он выдал всю необходимую информацию? - Цитарабин, - тихо ответил Марк. Лектер коротко кивнул: - Мой второй выбор. - Он не знал, - пробормотал Марк нервно, и продолжил. - Фредди сказала. Ганнибал удивленно приподнял брови. - Но ты не убил нашего доблестного репортера... ах, да, - он покачал головой, будто сетуя, что сразу не догадался. - Не смог лишить мальчика семьи? - З-заткнись! - выкрикнул Марк, его рука, сжимающая револьвер, дернулась. - Я решил поехать завтра, - раздался голос Грэма из кухни. - Если твое предложение всё ещё.., - он шагнул на порог гостиной и тут же выпустил из рук бокал, который нес, чтобы присоединиться к Ганнибалу за уютной вечерней дегустацией. Звон разбитого стекла невольно напомнил о похожей сцене, где точно так же участвовали трое мужчин, один из которых намеревался застрелить Лектера. Уилл застыл от шока, просчитывая варианты действий, успеет ли он обезоружить парня, прежде чем тот убьет их обоих. - Марк Верджер, - светским тоном произнес Ганнибал, представляя Грэму парня. - А это человек, который застрелил убийцу Марго, - он кивнул в сторону Уилла, закончив их знакомство. - Ты убил моих отца и мать, - отчеканил Марк, изо всех сил стараясь сохранить самообладание. - Нет, не Мейсона, - Уилл бросился вперед и остановился возле Лектера, насторожено глядя на парня. - Ганнибал не убивал твоего отца, Марк, я был на суде и знаю, что он взял это на себя, но... - За то, что ты сделал с мамой, тебя недостаточно убить единожды, - звенящим от ярости голосом сказал Марк. - Ты позволишь нам попрощаться? - сдержанно спросил Ганнибал. - Я дал твоим матерям эту возможность. Марк ничего не ответил, но и не выстрелил, потому Лектер воспринял это как разрешение и повернулся к стоящему рядом Грэму. Тот всё ещё был объят ужасом, как неожиданно спокойный вечер наедине с мужем и собаками обернулся их последними минутами перед лицом гибели. - Уилл, - мягко начал Ганнибал. - Мне нужно признаться тебе в чем-то. По правде говоря, я не собирался этого делать, но не хотел бы, чтобы теперь, в самом конце, между нами остались тайны. Грэм поднял на него взгляд, впитывая родные черты со знакомыми морщинками, всё ещё не веря, что избегая ФБР столько лет, они окончат жизнь от руки 20-тилетнего мальчишки. - В ту ночь на ферме Маскрат, когда я пообещал Алане взять на себя убийство Мейсона взамен на возможность освободить тебя, - начал Ганнибал, повернувшись к Уиллу. - Прежде чем я смог найти тебя в кресле у Кордела, Алане и Марго понадобилась моя помощь в одном деликатном деле, в котором были необходимы мои умения доктора. Им нужен был наследник, чтобы не потерять состояние Верджеров, а убить Мейсона они должны были той ночью, чтобы повесить его на меня. Уилл и Марк оба внимательно слушали Ганнибала, а тот, казалось, не видел никого, кроме Грэма. - Пока Мейсон был без сознания, - продолжал рассказ Лектер. - Я пытался заполучить его... ДНК, чтобы гарантировать Марго наследника. Но... у меня не вышло. Грэм перестал дышать на мгновение, затем перевел взгляд на Марка, который внезапно побледнел, а потом обратно на Ганнибала. - Нет, - выдохнул он. - Уилл, они не отпустили бы меня к тебе, - быстро заговорил Лектер. - Я сделал то, что должен был, чтобы спасти тебя. - Нет-нет-нет, - Грэм спрятал лицо в ладонях. - Всё это время... ты знал... в ту ночь, когда не позволил мне забрать Марка... ты знал, что он твой сын! Лектер пытался обнять дрожащего Уилла, но тот резко высвободился. Грэм замотал головой, полностью погрузившись в осознание открывшейся сейчас правды. Ганнибал краем глаза следил за реакцией Марка, которого накрыло понимание, что он собирается убить свой последний шанс на семью. Парня трясло и он едва мог стоять ровно. Вдруг Уилл стремительно бросился в сторону, выбивая пистолет из руки несопротивляющегося Марка. Парень тут же отшатнулся назад и, наткнувшись спиной на стену, сполз на пол, невидящим взглядом глядя перед собой. Он сложил руки на коленях, подтянув их к груди, и затрясся в беззвучных рыданиях. Уилл сунул пистолет Ганнибалу и кивнул головой в сторону, без слов говоря “уходи”. Лектер замешкался, но Грэм уже отвернулся от него, приседая на пол возле парня. Ганнибал молча покинул комнату, доверяя Уиллу в том, что его дар эмпатии поможет найти подход к парню. Грэм не сводил глаз с Марка, терпеливо ожидая пока тот заговорит. - Беверли Кац, - вдруг сказал он. - И та девушка, Эбигейл, - Марк поднял на него блестящие от слез глаза. - Как ты нашел в себе силы и возможность простить его?

- Я не нахожу вас настолько интересным. - Найдёте.

Уилл задумчиво улыбнулся, будто вспоминая что-то из прошлого. - И ты найдешь, - коротко ответил он. - Я простил его, потому что Ганнибал – моя семья. Единственная, что у меня есть. Как и у тебя теперь. Марк уткнулся лбом в сложенные на коленях руки. - Я никогда не знал себя настолько хорошо, как знаю себя, когда я с ним, - продолжал говорить Грэм. - В этом есть смысл для тебя? - Больше, чем я хотел бы признать, - едва слышно ответил Марк, подняв голову, и тогда Уилл увидел в глазах парня тяжесть его прошлых убийств. Грэм тихо вздохнул, с досадой осознавая, что в те моменты мальчик был совсем один. Но теперь уже нет. Уилл поднялся на ноги и протянул руку. - Мне нужно покормить собак, а затем мы устроим тебя на ночь, что скажешь? - Я.., - Марк поднял на него глаза, сразу напомнившие взгляд того пятилетнего мальчика, который знакомил Грэма с плюшевым щенком. - Я могу помочь... с собаками? Уилл улыбнулся и согласно кивнул, помогая парню встать с пола. Спустя некоторое время, когда он вошел в спальню, Ганнибал стоял у окна, глядя в полумрак и, наверняка, старательно вслушивался в звуки, наполнявшие дом до прихода Грэма. - Как он? - напряженно спросил Лектер. - Спит в гостевой после чая с твоим секретным ингредиентом. - Ты так уверен, что он не попытается убить нас ночью? - Ганнибал повернулся к Уиллу, как только тот присоединился к нему у окна. - Он также плох в планировании убийств, как и его отец, - ответил Грэм и, улыбнувшись, добавил. - Его настоящий отец. - Как ты догадался, что я солгал? - Алана слишком сильно ненавидела тебя и боялась, чтобы пойти на это, - покачал головой Уилл. - Кроме того, я видел полицейский отчет. В нем было указано, что рядом с телом Мейсона нашли срезанное лицо Кордела. А значит, ты побывал у него до этого. - Собираешься рассказать Марку? - спросил Ганнибал, зная, как Грэм относится к его попыткам манипуляции. Это сработало, чтобы обезоружить парня в прямом и переносном смысле, что и являлось целью Лектера на тот момент – вызвать шок и растерянность. - Мальчику нужна семья, - вместо ответа сказал Уилл, он положил руку на плечо Ганнибала и нежно сжал. - Теперь мы его отцы. История склонна повторяться, но это не обязательно к худшему. Второй шанс позволит избежать ошибок прошлого, теперь, когда самые трудные испытания выдержаны: гнев и досада, как и само прощение больше не помешают принять единственно верное решение. Не позволить разбиться тому, что должно существовать в любви – семье.