Закон есть закон

– Ты правда веришь в эту ерунду? Я был о тебе лучшего мнения. Последовавший за этой фразой тычок в бок вывел молодого парня из равновесия, заставив смеяться. Рыжеволосая девушка только что-то невнятно буркнула, прежде чем выдать: – Ты вообще в курсе, что каждый человек имеет право на своё мнение? У каждого есть мировоззрение и определённые убеждения. И вера. Так вот, ни один фуфел, вроде тебя, не имеет права высмеивать МОЮ точку зрения. Я понятно объясняю, Григорьев? Для большей убедительности Рита снова ткнула его, на этот раз в живот. Ребята сидели в маленькой комнате, заставленной кучей ненужных, как могло бы показаться с первого взгляда, вещей. Искусственные цветы и рамки от картин, старый полосатый свитер, валяющийся на зелёном стуле, который Рита самолично тащила через полгорода, дабы он теперь красовался посреди комнаты, и, по мнению Лёши, "лишь собирал ненужную пыль". Справедливости ради, стоит сказать, что это стул был единственным камнем преткновения между двумя молодыми людьми. Парень спокойно относился к её мании собирать различные вещи, лишь иногда в шутку называя её сорокой. Рита же находила в них вдохновение. Каждая вещь несла в себе историю, которая, при одном только взгляде, появлялась в голове молодой мечтательницы. Они и ложились в основу её небольших рассказов. В будущем, не таком уж и далёком, Рита хотела стать писательницей. Сейчас же ей мешало лишь одно – отсутствие опыта в этом ремесле. Девушка постоянно это твердила и всячески пыталась этот опыт обрести. – Да, я всё это понимаю, но приведения. Риточка, милая, я могу привести тебе тысячу примеров того, что они не существуют. Не подумай, что я отрицаю существование некой субстанции, которая уходит из тела, когда мы умираем, но чтобы эта самая субстанция ходила по земле и творила дела…Сомнительно, не находишь? – Ты такой твердолобый! Я только что тебе объяснила, что не надо меня высмеивать, а ты опять за это принимаешься. Противный! Девушка опять нахмурила брови. Она так делала всегда, когда злилась, но самое забавное было то, что самих бровей не было видно из-за чёлки, поэтому понять это можно было только по складке, образовывающейся на носу и горящим гневом глазам. Ситуация всегда выглядела забавно, особенно когда Рита злилась из-за пустяков, а она это любила. Пухленькая девушка поднялась с дивана и пошла к себе в комнату за своей любимой кружкой. Растрёпанный пучок трепался при ходьбе, и Лёша невольно усмехнулся. Дальше уставившись в экран телевизора, он думал над тем, как ему повезло встретиться с ней. Ребята дружили ещё с детства, но в старших классах совсем перестали общаться, хотя и учились в параллельных классах. Могла бы и закончиться их история на этом, они бы разошлись и память о прежней дружбе была бы лишь детским воспоминанием, но пришёл выпускной и необходимо было вступать во взрослую жизнь. Поступив в универ в Санкт-Петербурге, он и не надеялся встретить кого-то из своей прошлой жизни. Было пасмурно, как и всегда, скоро должен был начаться дождь, Лёша шёл по набережной с бутылкой вина, пытаясь придумать, как выйти из сложившейся ситуации: из института собираются выгонять, денег на то, чтобы снимать квартиру катастрофически не хватало, а просить дядю было бесполезно – тот был диким пьяницей и не мог расплатиться даже за свою комнату. И тут, как Божий дар, ему на встречу шла Рита. Она заметила его и сразу окрикнула. Так и завязалось. Вспоминая прошлое на её съёмной квартире, они нашли что-то друг в друге, чего не хватало обоим. Рита пила чай, а Лёша допивал красное полусладкое. Высказав ей всё, что было на душе, ему стало легче, а девушка не растерялась и сразу предложила пожить в своей квартире с условием того, что еду покупать будет он, а она, к тому же, будет пинать его под зад, дабы негодяй учился. Время шло, всё шло своим чередом, а утраченная в детстве дружба укреплялась с каждым днём. Ребята переживали трудные моменты вместе, когда денег не было, вместе недоедали, разве что трусы не носили одни на двоих. Через год совместного проживания, Лёша стал приносить деньги в дом, пропадая по ночам. Парень работал барменом в одном клубе, что очень не одобряла Рита. Родители девушки помогали оплачивать квартиру и давали кое-какие средства на проживание. Сама же Рита получала неплохую стипендию. Однако, факт того, что ребята имели хоть какую-то сумму в их бюджете перевешивал возмущения студентки. Поток размытых воспоминаний и отрывков из их жизни был прерван недовольным голосом соседки: – Если ты думаешь, что я на тебя больше не обижаюсь, то ты ох как ошибаешься. Однако, манеры говорят мне, что я должна пригласить джентельмена на чашечку чая. Так что, засранец, пошли на кухню, заодно я тебя и накормлю. Лёша усмехнулся и поднялся с дивана, направляясь в стороны кухни шаркающими шагами. Соорудив парочку бутербродов и вскипятив пузатый чайник, Рита уселась на свой любимый стул, подогнув ногу под себя. – Лёш, если ты сильно голоден, то я разогрею пюре с котлетами. Время обед, а мы с тобой даже не кушали. Не порядок. – Нет, я сытый. Перекуса мне вполне хватит. Тем более, если ты будешь так меня закармливать, то мне вообще из дома выходить не захочется. – брюнет отхлебнул чаю и со звоном поставил кружку обратно. – Я просто о тебе беспокоюсь... – сказала Рита, закатив глаза. – А ещё любишь смотреть, как я ем. Парень улыбнулся, чем вызвал широкую улыбку у рыжеволосой. Действительно, кормить людей и смотреть, как те с аппетитом уплетают её стряпню, было одним из её увлечений. Лёша вообще постоянно нахваливал её блюда, а она только шлёпала его ложкой по щеке и напоминала, что завтра всё равно готовит он и лестью ничего не добьётся. Однако, в глубине души, она была искренне рада тому, что парню нравятся её кулинарные способности. – Мне сегодня опять нужно на работу. – как бы между прочим заявил Лёша. Рита опешила. В последнее время он стал слишком часто уходить на работу. Её это беспокоило, ведь в такие ночи ей трудно было заснуть – в голову лезли всяческие ужасы, связанные с грабителями, убийцами и… развратными девицами. Она успокаивала себя тем, что парень в хорошей физической форме и высокий рост отпугнут хотя бы какую-нибудь да часть криминальных личностей. Однако, эти аргументы не особо действовали, когда речь шла о ночных бабочках. – В последнее время ты очень часто работаешь. Я же волнуюсь. Ты же не высыпаешься даже! – с отчаянием выкликнула девушка, заметив, что по лицу сидящего напротив неё молодого человека ничего нельзя понять. – Не волнуйся, Маргошечка, мне скоро должны добавить премию и я… – Да дело даже не в деньгах, – девушка отчаянно пыталась донести ему, что его жизнь дороже денег, да и вообще, они сейчас не бедствуют, сбережения у них есть и работу, в принципе, можно было бы оставить на какое-то время. – Ты же знаешь, что я не могу. Это только сейчас кажется, что деньги есть, но ведь они не вечны. Я буду работать столько, сколько считаю нужным. Это не обсуждается, разговор окончен. – парень ударил кулаком по столу так, что кружки невольно подскочили, как зрители, смотрящие ужастик в кинотеатре. Рита опешила. На её памяти не было моментов, когда парень был так груб с ней. Их отношения нельзя было назвать идеальными, они ссорились иногда, ругались до посинения, били посуду и угрожали друг другу, но это было всегда из-за какой-нибудь ерунды. Когда же дело доходило до серьёзных вопросов, то они всегда решали всё спокойно и мирно, приходя к сотрудничеству и учитывая мнения обоих. То, что случилось сейчас, было чем-то новым для этой парочки. Парень шумно выдохнул, видимо, осознав, что не прав. Он посмотрел на девушку, сидящую в большой растянутой футболке. Хмурой, как туча и до ужаса неприступной. – Маргошечка, прости меня. Я не хотел тебе грубить. Я извиняюсь. Прости меня, дурака. Это был первый и последний раз. Лёша встал со своего места, подошёл к Рите и обнял её за мягкие бёдра. Несколько секунд ничего не происходило, но потом, сдавшись, девушка запустила пальцы в его космы, которые порядком отросли. –Так уж и быть, боец. Но запомни, ещё раз и в глаз. Усёк? Брюнет улыбнулся и соскочил с колен, направляясь в гостиную, прихватив по пути ещё один бутерброд. Девушка допивала свой кофе и думала о том, насколько странно это было. Сердце сжалось от непонятного чувства – то ли настороженности, то ли опасения. Что-то внутри нехорошо подсказывало, что дело здесь нечисто и в скором времени ей придётся узнать, насколько всё плохо.