Сыграй со мной в любовь!

Гю разбудили яркие солнечные лучи, пожалуй даже слишком яркие, и немилосердная головная боль, которая тут же дала о себе знать, едва Ким попытался открыть глаза. В висках ломило, во рту было сухо, как в пустыне Сахара, и общее состояние кричало о том, что вчерашний вечер прошёл сказочно, чтобы не сказать лучше. Продрав глаза, Гю огляделся по сторонам и сначала не сообразил, где он находится — белые занавески, белые простыни, белая комната. Что-то Гю не мог припомнить, чтобы он делал ремонт, перед тем, как пойти на вечеринку, а по сему выходило, что комната была не его. Тогда чья? Может быть, мыслительные процессы проходили бы быстрее, не будь СонГю в таком плачевном состоянии.. Чем больше парень пытался сосредоточиться, тем больше раскалывалась голова. Пить он больше никогда не будет, достаточно! — Доброе утро! — прозвучал голос со стороны. — Наша спящая красавица проснулась? СонГю резко повернул голову на звук и очень зря. Новая вспышка боли чуть было не убила парня. Во всяком случае Киму именно так и показалось. Немного переждав, когда болевые ощущения притупятся, Гю посмотрел на человека, которому принадлежал голос. В дверном проёме стоял УХён и с сочувствием смотрел на своего друга. — Что-то ты неважно выглядишь, дружище… — заметил Наму. — Совсем хреново? — Я чувствую себя самым настоящим вампиром, которого убивают солнечные лучи! — хриплым голосом отозвался СонГю. — Почему твоя комната такая светлая? УХён рассмеялся и подошёл к другу поближе: — Раньше претензий с твоей стороны по этому поводу не было. У меня есть подозрение, что всё это может быть напрямую связано со злоупотреблением алкогольными напитками. — Да я вроде бы вчера немного выпил, — неубедительно стал оправдываться Гю. — Немного? — хохотнул Наму. — Ну может в начале вечера так и было, но после того, как ты решил снять напряжение, количество выпитого алкоголя резко возросло. Зато теперь я знаю, что в твоём понимании означает «немного расслабиться». — Почему ты меня не остановил? — поинтересовался Гю, чувствуя, что голова вот-вот взорвётся. — Остановил? — изумился УХён. - Гю, мы с тобой сколько знакомы? Уж кому как не мне знать, что если ты что-то задумал, то непременно доведёшь начатое до конца. Что собственно и сделал вчера. Ким слабо тряхнул головой, как будто бы таким жестом пытался восстановить пробелы в памяти: — Ничего не помню… — пробубнил старший. — Я хоть вчера ничего лишнего не ляпнул? — Ну… — замялся УХён, — было пару моментов, которые немного меня обеспокоили, но я постарался перевести всё в шутку. Ким взволнованно посмотрел на друга: — Что за моменты? — несмело уточнил СонГю. — Это имеет значение? — Имеет, — твёрдо произнёс Гю. — Выкладывай всё как есть. — Ладно… — протянул УХён. — Даже не знаю как это помягче сказать…В общем ты изъявил желание меня потрогать… СонГю тупо уставился на Наму, не уверенный в том, правильно ли он понял: — В смысле…потрогать? Просто приобнять по-дружески? — в надежде спросил Ким. — Я тоже так предположил изначально, но ты поспешил меня переубедить, — смутился УХён, — даже хотел наглядно продемонстрировать, как именно желал бы ко мне прикасаться. — И…как же? — боясь услышать ответ, всё-таки нашёл в себе силы задать вопрос Ким. — Этого никто не успел узнать, — успокоил друга Наму, — я поспешил распрощаться со всеми ссылаясь на твоё состояние… Видя, что СонГю сидит смущённый до ужаса, не зная куда себя деть от осознания того, что чуть было не продемонстрировал прилюдно личную манеру поведения со своим «парнем», УХён решил снять напряжение, заметив между прочим: — Я думаю, Гю, ты слишком серьёзно подошёл к своей роли, и даже в нетрезвом состоянии ты не снял маску актёра и держался до победного конца. — Да уж… хорошо, что всё обошлось, — облегчённо выдохнул Ким. — Всё, да не всё… — продолжил Наму. СонГю застыл. Нехорошее предчувствие зашевелилось где-то внутри, давая пищу для размышлений. — Что-то ещё произошло, о чём ты хотел бы мне рассказать? — Тебя к концу вечера совсем развезло, видимо сказалось то самое количество выпитого чанджу. Но ты абсолютно перестал себя контролировать и фактически оседлал меня, не давая и слова вставить… — УХён замолчал буквально на секунду, но тут же продолжил… — Ты просил взять тебя, не оставлять, жарко дышал мне на ухо, всё время повторяя «Пожалуйста», «пожалуйста», и я, естественно, не смог тебе отказать… Наму посмотрел на Кима, который как-то странно уставился на него, находясь в состоянии полнейшего замешательства. «Странная реакция» — пронеслось в голове младшего, и всё же он решил изложить всё до конца: — Сначала мы двигались очень медленно, сам понимаешь, здесь спешка ни к чему. Мне было не слишком комфортно, потому что ты мне очень сильно давил на плечи и с каждым движением твои пальцы всё больше впивались в меня. Я чувствовал себя на пределе, но спасибо занятиям спортом — помогли, выдержка у меня то, что доктор прописал, однако я просто с ума сходил от желания получить долгожданное освобождение. Было так жарко, ты даже себе не представляешь, я изошёл семи потами, а когда, наконец, мы достигли цели, я почувствовал себя самым счастливым человеком на свете. После нашего «рандеву» ты целовал мне руки и благодарил меня за всё, что я сделал. Ты был удивительно нежным и податливым, я даже растрогался от такого проявления эмоций с твоей стороны. Я, конечно, постарался на славу, но не думал, что доставлю тебе такое удовольствие своими действиями. К слову сказать, спина у меня до сих пор болит, представляешь? Гю несколько раз моргнул, силясь переварить услышанное. В голове яркой лампочкой мигала мысль — «КАК?». Не может быть!!! У них с Наму был СЕКС, а Ким даже этого не помнил!!! Как будто бы инопланетяне поработали и стёрли все воспоминания. Что же теперь делать? Как себя вести? Делать вид, что ничего не было? Интересно кто кого? УХён Гю или Гю УХёна? Боже, о чём он думает? Не это его должно сейчас волновать, а то, как разобраться в ситуации. Однако, по словам Наму выходило, что всё-таки УХён завалил его и отымел по полной программе, причём по просьбе самого СонГю! Ким живо представил себе это всё в самых ярких красках — как УХён его трахает, а Гю в это время просит младшего не останавливаться. От этой мысли член старшего шевельнулся, остро реагируя на эротическую фантазию. Заставляя себя не думать об этом, Ким перенаправил свою мысль в несколько иное русло. Если всё-таки УХён был главным, тогда почему СонГю ничего не чувствует? Ведь какие-то ощущения должны остаться после бурной ночи? Или Наму был настолько нежен, что сделал всё без сучка без задоринки? — Почему я ничего не чувствую? — решился наконец задать вопрос Гю. — Ну, может быть потому, что основная нагрузка пришлась на меня? — удивился Наму такому вопросу, — А ты, по всей видимости, получал удовольствие от процесса моей эксплуатации. — И ты так просто об этом говоришь? — с истеричными нотками спросил СонГю, не понимая, почему Наму так спокойно об этом рассуждает. Ведь это же секс!!! Твою ж мать!!! СЕКС с лучшим другом!!! — А какой реакции от меня ты ждешь?! Такое случается сплошь и рядом! В такой ситуации может оказаться каждый. Не мы первые, не мы последние. — Каждый? — Гю не мог поверить своим ушам. — Ты так шутишь сейчас? — Господи, Гю, что ты делаешь из этого событие века? Вчера ты меня благодарил, а сегодня налетел ни с того ни с сего. Не хочешь и на трезвую голову спасибо сказать? Гю опешил от такого предложения: — Спасибо? За что? За то, что послушался пьяного вдрызг друга и пошёл у него на поводу? — А что я по-твоему должен был сделать? Оставить тебя в таком состоянии? Я поступил так, как на моём месте поступил бы любой лучший друг. — Ты перегибаешь, Наму! — Ким подскочил с кровати и начал нервно расхаживать по комнате, чувствуя, как его накрывает настоящая истерика. — В конечном итоге я мог бы справиться самостоятельно, ведь раньше как-то справлялся! — Да ты же на ногах не стоял! И как бы ты, ответь мне пожалуйста, самостоятельно добрался до дома? — задал вопрос УХён. Ким встал как вкопанный… — При чём здесь дом? О чём ты говоришь? — недоуменно спросил СонГю. — О том, как довёл тебя вчера до моего дома и уложил в полубредовом состоянии спать, — дал очевидный ответ Наму. — А ты о чём? — подозрительно смотря на СонГю, задал вопрос младший. — Ни о чём! Забудь! — пробормотал Ким. — Просто головная боль выжимает все соки… Прости за то, что налетел на тебя… Наму понимающе улыбнулся другу: — Да всё в порядке! Не переживай так! — потом резко переключаясь на другую тему, младший произнёс. — Слушай, я тебе там сделал кофе, выпей его, а я пока по-быстрому сгоняю в душ. Ким кивнул и Наму не теряя времени просеменил в ванную. СонГю тем временем проследовал на кухню и увидев дымящуюся чашку кофе, мысленно поблагодарил младшего за заботу и предусмотрительность. Попивая ароматный напиток, Ким ругал себя на чём свет стоит. Ну почему он сделал преждевременные выводы, не потрудившись узнать наверняка, о чём идёт речь в разговоре? С чего он решил, что УХён говорил про секс? Ведь по большому счёту ничего не указывало на этот факт. Ничего, кроме бурной фантазии Гю. Парень до сих пор ощущал возбуждение, вызванное картиной, которую сам же Ким себе и нарисовал. Что-то он в последнее время сильно часто стал думать на эту тему, наверное поэтому его подсознание вечно выкидывало сюрпризы, приводя старшего в неловкое состояние. Вот и сегодня Гю чуть было не совершил ошибку, рассказав УХёну напрямую, что думает по поводу секса случившегося между ними. Возвращаясь из своих размышлений к реальности, Гю обратил внимание, на тот факт, что пьёт абсолютно несладкий кофе. Встав из-за стола, Ким стал рыскать по шкафчикам в поисках сахара. Не найдя то, что искал, старший решил поинтересоваться местоположением искомого ингредиента у  Наму. Друг уже вышел из душа, о чём возвестила громко хлопнувшая дверь. Наверняка он должен был знать, где находится сахар, всё-таки он являлся хозяином дома. Гю направился в комнату, думая о своём на ходу, собираясь обратиться к младшему: — Наму, ты не знаешь, где… — слова застряли в горле, на полуфразе, так и не найдя выхода. Старший впал в ступор и было от чего. Перед ним стоял абсолютно обнажённый УХён, и смотрел на Гю удивлёнными глазами. Взгляд СонГю непроизвольно стал гулять по телу Наму, останавливаясь в районе члена. «Да он просто Бог!» — пронеслось в голове старшего. Ким смотрел не в силах оторвать глаз. Во рту жутко пересохло от вида совершенной красоты во всём своём великолепии. СонГю почувствовал, как его член вновь ожил и стал уплотняться, а это означало, что дела Кима очень плохи. — Гю, я не ожидал, что ты так неожиданно войдёшь… — начал УХён, не зная, что в принципе в такой ситуации можно сказать. «Может быть стоит для начала одеться?» — глумливо задал вопрос внутренний голос. Это была очень здравая мысль. Однако Наму не двинулся с места, он просто застыл не в силах пошевелиться под пристальным взглядом лучшего друга. СонГю смотрел так, как будто бы собирался напасть на УХёна. Смотрел взглядом изголодавшегося человека. От этого взгляда у Наму ослабели ноги, всё тело охватил трепет. Низ живота начал полыхать огнём, вызывая эрекцию, которая сейчас была весьма неуместна, учитывая, что младший был абсолютно голый, и ничто не скрывало его детородный орган от глаз Кима. С таким же успехом УХён мог бы сразу признаться Гю в своих чувствах. А это не входило в его планы. Не время ещё. Значит, в этом случае нужно было срочно что-то предпринять. УХён схватил с дивана полотенце, обернув его вокруг своих бёдер, надеясь, что Гю не успел заметить реакцию тела младшего на него. — Тебе нужна моя помощь, Гю? Только скажи что, и я с радостью для тебя это сделаю, — УХён сказал это просто для того, чтобы хотя бы немного избавиться от неловкости, появившейся в результате несвоевременного появления СонГю в спальне. Если бы он только знал, насколько провокационно прозвучали его слова для Кима. О, да! Гю ооочень нужна была помощь, но совсем не та, которую предлагал в данный момент УХён. Вместо ответа СонГю нервно сглотнул, продолжая прожигать младшего взглядом. В этот момент он как никогда был близок к тому, чтобы сделать шаг в пропасть. Но внутренний голос усиленно вопил, приказывая бежать без оглядки, пока не стало слишком поздно. Глубоко вздохнув, Ким зажмурился, заставляя себя отвернуться от столь потрясающего зрелища. Стоя так, пытаясь сосредоточиться на чём-нибудь другом, Ким не заметил, как к нему вплотную подошёл Наму: — С тобой всё в порядке, Гю? — заботливо спросил младший, касаясь руки друга. От этого прикосновения, СонГю как будто пронзил токовый разряд. Он резко дёрнулся в сторону во все глаза глядя на Наму. Стараясь привести в норму сбившееся дыхание, Ким быстро заговорил: — Да, конечно со мной всё в порядке, чувствую себя намного лучше, — беззастенчиво соврал Ким, пытаясь всеми силами сделать вид, что ничего не происходит. Ну тогда, быть может, примешь душ? Тебе ещё больше полегчает, вот увидишь! — предложил неплохой вариант Наму и, пытаясь немного разбавить всё шуткой, добавил. — А я тебе спинку потру. СонГю и без того светлокожий побелел как полотно представив себе, чем всё это может закончиться, слишком резко ответил: — Нет! —, но поняв, что со стороны выглядит чересчур подозрительным, быстро исправился. — Спасибо за предложение, но…нет. Я дома душ приму… И знаешь, мне вообще-то надо идти, — заторопился Ким, чем привёл в замешательство Наму: — Уже? — удивился младший. — К чему такая спешка? Может, посидим немного, поболтаем или ещё чем-нибудь займёмся, — высказал свои мысли УХён. — Готов выслушать твои предложения. «Займёмся ещё чем-нибудь?». Ким в данный момент мог предложить только одно занятие, но этот вариант не мог рассматриваться, потому как был абсолютно невозможен. — Извини, я бы с радостью, но правда не могу остаться… — начал оправдываться СонГю, — мне просто нужно кое-что сделать, в общем…время не ждёт, — дал невнятное объяснение старший и заторопился со сборами. Наспех одевшись, Гю направился к выходу, бросив лучшему другу напоследок: — Спасибо за вчера. Я тебе позвоню, — и, не оборачиваясь, вышел за дверь, оставив Наму непонимающе смотреть ему вслед.

***

Придя домой СонГю никак не мог успокоиться. С самого его утреннего пробуждения всё пошло наперекосяк. Сначала абсолютно нелепый разговор-недопонимание, затем столкновение с голым Наму. И чёрт дёрнул Гю пойти узнать по поводу этого дурацкого сахара. Лучше бы Ким пил кофе с солью. Это в любом случае было бы меньшим шоком, чем увидеть друга нагишом. Когда Гю зашёл в комнату он забыл обо всём на свете. К такому его жизнь не готовила! Состояние было такое, как будто бы его чем-то опоили — тело абсолютно перестало ему подчиняться. Единственным желанием в тот момент было подойти к УХёну и просить его, нет — умолять облегчить страдания Гю, вызванные появлением болезненного возбуждения. Ким взялся руками за голову, пытаясь хоть как-то привести в порядок многочисленные мысли. Это уже было похоже на какую-то серьёзную зависимость. Причём как подозревал СонГю, наркотическая зависимость была ничем по сравнению с тем, что означало подсесть на человека. Продолжая метаться по комнате, как загнанный в клетку зверь, Ким именно так себя и чувствовал — последним наркоманом, у которого началась ломка. Старшего просто разрывали на части внутренние противоречия. Одна его часть твердила о том, что он правильно сделал, покинув дом Наму сегодня, другая умоляла вернуться и воплотить в жизнь все свои тайные желания. Пока голова совсем не взорвалась от невозможности разобраться в себе, нужно было срочно что-то предпринять. И Гю знал, что именно. Тот самый разговор, который Ким запланировал на сегодняшний день, должен состояться во что бы то ни стало. Он то и расставит всё по своим местам. Это помешательство просто явилось следствием того, что в отношениях Кима и УХёна появилась недосказанность. Необходимо было всё выяснить до конца и провести границы дозволенного. Как только Ким избавится от состояния неопределённости, выяснив, что от него скрывает УХён, тогда его отпустит это наваждение, связанное с лучшим другом. Недолго думая СонГю взял в руки смартфон и набрал сообщение для Наму: «Приходи сегодня к восьми ко мне. Нужно кое-что обсудить». Отправив послание, Гю плюхнулся в кресло и прикрыл глаза. Минуты как назло текли жутко медленно, заставляя старшего сходить с ума от ожидания. Чтобы хоть как-то скоротать время и отвлечься от доведения себя до ручки, Ким сходил в супермаркет, поиграл в компьютерные игры, принял душ, пообщался по телефону с ДонУ, МенСу, СонЁлем. И всё равно все мысли так или иначе возвращались к той самой теме, которая не давала СонГю покоя, заставляя сильно нервничать. Старший прокручивал в голове разные варианты их с Наму разговора, думая параллельно над тем, как лучше начать говорить и как прийти к какому-то компромиссу, который бы устроил обе стороны. Гю посмотрел на циферблат часов — без восьми минут восемь. Значит, УХён должен быть с минуты на минуту. Без двух минут в дверь постучали и СонГю поспешил открыть долгожданному гостю. — Привет, — поздоровался Наму. — Я не сильно опоздал? — Ты очень пунктуален, — заметил Гю. — Проходи, не стой на пороге. УХён принял приглашение и прошёл вовнутрь. Гю закрыл дверь и повернулся к младшему. Молча глядя на друга, Ким никак не мог начать говорить, все светлые идеи в один момент покинули его голову. Осознание серьёзности предстоящего разговора начисто лишило СонГю смелости для приведения плана в действие. — Как ты себя чувствуешь? — задал вопрос УХён, видя, что Ким мнётся на одном месте в полном молчании. — Уже получше, — ответил Гю, заставляя себя собраться с силами и перейти к самой сути разговора. — Принял душ, немного прогулялся и теперь как огурчик. — Выглядишь действительно неплохо, — признал Наму. — Так и не скажешь, что вчера «отдохнул» как следует. — Да, отдохнуть то я отдохнул, но поставленная цель не была достигнута, — подытожил Ким, — ведь изначально эта вечеринка была для нас не увеселительным мероприятием. — Это правда, — согласился УХён. — Но что есть, то есть. Ничего, это только первый раунд. У нас ещё будет возможность убедить ЧанМи в том, что мы любим друг друга. Время в принципе позволяет. — Как думаешь, сцена, увиденная ею в спальне, хотя бы немного сдвинула нас с мёртвой точки? — неуверенно поинтересовался Ким. — Всё было очень даже неплохо, но вот твой отказ поцеловать меня всё значительно усложнил, — честно признался Наму. — Вот если бы ты это сделал, то, быть может, и результат был бы другим. — УХён внимательно следил за реакцией старшего и ждал, что же тот скажет в ответ. — Я посчитал, что мы можем обойтись без этого, — ответил СонГю, ясно слыша упрёк в словах Наму. — Твоя бывшая была немного не в себе, мне не хотелось делать это при таких обстоятельствах. Да и вообще я не люблю, когда на меня давят, заставляя делать что-то насильно. УХён немного помолчав, произнёс: — И почему мне кажется, что это только предлог для того чтобы избежать поцелуя? — С чего такие выводы? — спросил СонГю, очень удивленный прозорливостью друга. — С того, что этот поцелуй мог стать завершающим аккордом в нашей игре, однако ты предпочёл не делать этого, — логически рассудил УХён. — Неужели тебе настолько противна мысль о том, чтобы поцеловать меня? Ким, всё это время избегающий зрительного контакта, несмело посмотрел на младшего: — Это не так, — начал было он, но Наму продолжил гнуть свою линию. — Тогда почему ты этого не сделал, скажи? Нервы Гю не выдержали: — А что насчёт тебя, Наму? — перевёл стрелки Ким. — Ты мне ничего сказать не хочешь? — О чём ты? — неуверенно задал вопрос УХён, чувствуя, как волнение тугим обручем сковывает грудь. — Я всё знаю, — обманчиво спокойно произнёс Гю. — Знаю о твоих чувствах ко мне. Наму замер, не в силах пошевелиться. Пытаясь переварить услышанное, он никак не мог поверить в то, что СонГю был в курсе. Но откуда?! Откуда ему стало известно об этом?!! Ведь ни одна живая душа не знала и не могла знать о секрете УХёна. — О каких чувствах? — Наму попытался сделать вид, что не понимает, о чём говорит СонГю. — О тех, которые не дружеские. — пояснил Ким. — Честное слово, я не… — УХён не договорил, поскольку Гю его перебил: — Хватит! — повысил голос Ким. — Не лги мне, прошу. Между нами всегда существовало взаимное доверие. Не разрушай этого. Просто признайся, я хочу услышать правду. Понимая, что отпираться больше нет смысла, УХён невесело усмехнулся: — Правду? Ты хочешь знать правду? Ладно… вот тебе правда — Ты мне нравишься, и нравишься не так, как лучший друг. Я смотрю на тебя как на парня, который меня волнует, возбуждает, заставляет хотеть его и мучиться от осознания, что это безответно! — произнеся это, УХён замолчал, потупив взор. Ким в это время пытался прийти в себя от услышанного. Значит, его предположение оказалось верным и Наму действительно влекло к Гю. Боже!!! Как же Ким мог быть настолько слепым и не замечать этого?!! Ведь были же предпосылки, указывающие на очевидный факт. Гю так хотел получить чистосердечное признание, и он его получил. Но что теперь делать с этой правдой? Как со всем этим быть? Старший терялся в догадках. — Как долго? — задал вопрос СонГю, желая знать всё. — Как долго ты мне нравишься или как долго я собирался скрывать это? — спросил УХён, хотя слова давались с большим трудом. — И то и другое, — Ким приготовился внимательно выслушать друга. — Если честно, я не знаю, когда всё это началось. Просто в какой-то момент я почувствовал, что моё отношение к тебе изменилось. Клянусь, Гю, я пытался игнорировать это, но чем больше старался, тем хуже мне становилось, — устало произнёс Наму. — Я бы и дальше продолжал держать тебя в неведении, но видимо что-то пошло не так, раз ты обо всём узнал. — Господи, УХён! — выдохнул Гю. — Почему ты раньше не рассказал мне? — Потому что боялся, что ты не поймёшь! Боялся разрушить нашу дружбу! — нотки отчаяния прозвучали в голосе младшего. — Я вынужден был сам справляться с этим, не хотел, чтобы ты узнал… Гю стоял, не зная, что сказать. Да и что в этом случае вообще можно было говорить? Ясно было только одно — прежними их с Наму отношения уже никогда не будут. — Гю… — робко позвал старшего УХён. — Ким посмотрел на друга в немом вопросе. — Скажи, существует ли хотя бы маленький шанс на то, что мы могли бы стать не просто друзьями… Может быть когда-нибудь… — УХён замялся, не зная как правильно подобрать слова. — Наму, я не думаю… — Ким застыл, наблюдая за тем, как младший подходит к нему вплотную. — Ответь, ты правда ничего не чувствуешь? — спросил Наму, — Неужели ничего не испытываешь, когда я делаю так… — младший провёл своими руками от локтевых сгибов к плечам друга в лёгком скользящем движении. СонГю перестал дышать, сердце стало биться с сумасшедшей скоростью — все те же признаки, которые преследовали Кима, когда в поле его зрения появлялся УХён, однако в данный момент все ощущения проявляли себя в гипертрофированной форме, потому как Наму прикасался к Гю. Ким тяжело сглотнул: — Нет, — неубедительно солгал он. — А так? — УХён легонько поцеловал Гю под ключицей. Приятная дрожь охватила всё тело старшего. Жар стал растекаться внизу живота, но СонГю продолжал упорно сопротивляться. Он ни за что не позволит себе разрушить их с Наму дружеские отношения.. Нельзя было этого допустить. Из последних сил стараясь не сорваться, Гю остановил УХёна, взяв того за руки: — Наму, послушай. Я не могу ответить тебе взаимностью, ни сейчас, ни потом. Между нами ничего кроме дружбы быть не может. Постарайся понять… УХён видел, как на шее старшего красовалось ярко-красное пятнышко, неоспоримое доказательство его сильнейшего возбуждения. И Наму мог бы сказать об этом Киму, но он не хотел заставлять Гю через нажим признаваться в том, что тот так усиленно отрицал, не желая обсуждать. Или СонГю по собственному желанию ответит на чувства УХёна или никак иначе. После такого конкретного отказа Наму почувствовал себя очень одиноким. Усталость навалилась на его плечи непомерным грузом. Захотелось скрыться от всего мира — никого не видеть, и никого не слышать. Он безвольно уронил руки, печально глядя на СонГю. — Я, пожалуй, пойду, — еле слышно проговорил младший. — Мне жаль, — произнёс Гю, чувствуя себя ужасно виноватым. — Мне тоже, — отозвался УХён и развернувшись направился к двери. Каждый шаг давался с огромным трудом, ноги совершенно не слушались. Хотелось расплакаться, но сейчас было не время и не место. После, дома, когда никто не увидит и не услышит. Подойдя к двери, УХён взялся за ручку. Сейчас он выйдет и всё будет кончено, так и не успев начаться… Ким стоял, прилагая нечеловеческие усилия для того, чтобы не броситься на шею УХёну. Всё тело кричало о том, чтобы он сделал это, но ведь если он так поступит, то дружбе конец. «А может быть, ты получишь нечто большее! Почему не хочешь рискнуть?» — тихонько прошептал внутренний голос. «Если сейчас Наму уйдёт, то вернуть его ты уже не сможешь». Именно в этот момент Гю перестал бороться с самим собой. Он как никогда ясно осознал, что не хочет отпускать УХёна. А прозвучавший щелчок повернувшейся дверной ручки послужил сигналом к действию. — К чёрту всё! — произнёс Ким. В два шага нагнав УХёна, СонГю резко развернул парня к себе лицом, впившись ему в губы поцелуем. От такого напора младший на долю секунды растерялся, но почувствовав, с каким пылом старший целует его, УХён тут же очнулся, страстно отвечая на этот порыв. Парни слились в жарком поцелуе, прижимаясь друг к другу в тесном объятии. Руки Кима до сих пор удерживающие голову Наму, опустились на ягодицы друга и сильно сжали их. УХён не сдержал стон удовольствия, сгорая от желания, которое било через край, заставляя руки трястись, ноги подгибаться, а тело пылать как огнём охваченное. — Это безумие… — прошептал Ким в губы младшего. — Я попаду в ад… — СонГю проложил дорожку из поцелуев к уху Наму, кусая и посасывая мочку. — Ты там будешь не один… я буду рядом с тобой, — выдохнул УХён, и Ким вновь припал к губам Наму, жадно целуя. Его язык уже во всю хозяйничал во рту у младшего, переплетаясь с языком УХёна. Не отрываясь друг от друга, ребята начали избавляться от одежды. Ким резко рванул рубашку Наму, обрывая все пуговицы, обнажая торс младшего. УХён стянул футболку с СонГю, следом на пол полетели брюки на пару с трусами, всё это заняло немного больше времени, чем могло бы, потому как руки абсолютно не слушались, от зашкалившего вожделения. Закончив наконец с так мешавшей одеждой, оставшись абсолютно обнажёнными, УХён тут же переключился на главную цель, притягивая к себе старшего для очередного влажного поцелуя. С трудом оторвавшись от губ Наму, Ким стал покрывать поцелуями плечи Наму, спускаясь к груди, облизывая его соски. УХён рвано дышал, закинув голову назад, чувствуя, как сильно колотится о рёбра его сердце. Гю в этот момент продолжал мерно зацеловывать тело Наму, не пропуская ни одного участка. Опустившись на колени, Ким взял младшего за талию, прикасаясь губами к животу того, от чего УХёну показалось, что он получит сердечный приступ от переизбытка чувств. Если СонГю сейчас же не остановится, Наму кончит раньше времени. Подняв друга с колен, УХён вернулся к таким сладким губам Кима, покусывая и обводя их языком, дразня Кима, доводя до умопомрачения.… Чувствуя, как градус возбуждения повышается, ребята стали двигаться в сторону кровати ни на секунду не в силах оторваться друг от друга. Повалив СонГю на кровать, Наму навис сверху. — Надеюсь ты знаешь, что делать? — прошептал СонГю, затуманенным от страсти взглядом смотря в глаза УХёну. — Доверься мне, — ответил Наму, нежно целуя Гю в щёку, спускаясь к шее, проводя языком по впадинке, прокладывая влажную дорожку к груди Кима, спускаясь к животу и ниже к самому центру концентрированного желания. Положив руку на член друга, Наму слегка его сжал, чем заслужил стон от Гю, свидетельствующий о том, что парень на пределе и жаждет продолжения. Ким в это время пребывал в состоянии дикой эйфории, всё тело стало сплошным оголённым нервом и невероятно остро реагировало на прикосновения УХёна. Но на какой-то момент ласки прекратились, Гю поднял голову, чтобы узнать что произошло: — Что-то не так? — осипшим от возбуждения голосом взволнованно поинтересовался Ким, глядя на то, как УХён шарит глазами по тумбочке в поисках чего-то. — Гю, я не хочу причинить тебе боль… мне нужна смазка… — Масло для тела подойдёт? Верхний ящик… — выдохнул Гю. УХён перегнулся через Кима и стал шарить в указанном месте, ища заветный пузырёк. Отыскав то, что нужно, УХён вернулся в прежнее положение, удобно разместившись между ног Кима. Щедро смазав маслом свою руку, Наму провел ею между ягодиц СонГю, очерчивая пальцем тугое колечко мышц. Кима пробила дрожь от этого дразнящего движения. Спустя мгновение он почувствовал, как Наму ввёл в него палец. Чтобы по максимуму отвлечь Кима от дискомфортных ощущений, младший прикоснулся губами к члену Кима, проводя языком по всей длине, начиная от основания неспешно двигаясь к головке. Дойдя до цели, УХён вобрал член старшего в рот, мерно посасывая, постепенно увеличивая темп, в это время не забывая добавлять по одному пальцу в анус СонГю, медленно, но верно растягивая друга. Ким выгнулся дугой, всё тело трепетало, лоб покрылся испариной, Гю закусил губу от невероятного наслаждения. Он интенсивно мял простынь, с трудом сдерживаясь, чтобы не кончить в рот младшему. Запустив руку в волосы Наму, Гю начал насаживать голову УХёна на свой член, направляя друга. Наму, чувствуя отдачу от СонГю, принялся ещё интенсивнее двигать головой, получая удовольствие от процесса, параллельно ощущая, что достаточно подготовил Кима и более чем достаточно возбудил себя. Завершив подготовку Гю, УХён обильно смазал свой член маслом и приставил его ко входу Кима, медленно вводя, чувствуя, насколько тесный и тёплый Гю внутри. Дойдя до упора, УХён замер, давая старшему привыкнуть к ощущениям. СонГю не почувствовал сильной боли, вероятно из-за эйфории, которая хорошо притупляла всякого рода дискомфорт. Ким прикрыл глаза, пытаясь приспособиться к новому состоянию. — Смотри мне в глаза, — прошептал Ухён в губы Гю и глубоко поцеловал его. Ким послушно выполнил просьбу-приказ младшего, полуприкрытыми от сладострастия глазами глядя на парня. Наму начал медленно двигаться, не отводя взгляда от СонГю, плавно входя, затем выходя, чувствуя, что движения даются всё свободнее. Получая необычайное удовольствие от осознания, что наконец-то овладел желаемым, УХён начал увеличивать скорость проникновения, то и дело задевая простату друга, от чего у Кима яркие разводы поплыли перед глазами. Чувствуя, как УХён напирает на него, яростно вколачиваясь, Ким застонал, усиленно цепляясь за плечи Наму, в надежде получить долгожданную разрядку. Но у младшего были немного другие планы. Приподняв СонГю, УХён не выходя из него усадил старшего сверху и продолжил насаживать Кима на свой член, с силой толкаясь в парня и доводя того до состояния близкого к безумию. Ким царапал ногтями спину Наму, часто дыша и абсолютно не сдерживая громких стонов, заставляя кровь УХёна закипать, подстёгивая того ещё интенсивнее двигаться. Младший мял руками ягодицы Кима, теснее прижимая друга к себе, стараясь слиться с ним воедино, стать одним целым. Прикусив плечо Гю, не в силах справиться с лавиной эмоций, Наму получил в награду очередной громкий стон. Старший уже практически терял сознание, отдавая всего себя без остатка. Толчки УХёна стали жёстче, и СонГю крепко обнял УХёна за шею, упиваясь фейерверком из потрясающих ощущений. Чувствуя приближающуюся разрядку, Наму обхватил член Кима и начал надрачивать ему. После пары сильных толчков УХён вышел из Кима и, содрогаясь в экстазе, они с Гю одновременно кончили, обильно изливаясь друг на друга. Тяжело дыша, потные, уставшие, но абсолютно удовлетворённые, парни повалились на кровать. Приводя в норму дыхание и успокаивая сердцебиение, друзья с минуту лежали молча, не в состоянии произнести ни звука. То, что произошло между ними, было настоящим откровением, и каждый понимал это без лишних слов. Возвращаясь к реальности, УХён повернул голову в сторону Кима. Парень лежал в полнейшей прострации, глядя в потолок. Наму потянулся за влажными салфетками. Достав две, УХён вытер себя и потянулся к Гю, в надежде проделать то же с ним. Стирая следы бурного секса, Наму ласково водил по животу парня. Закончив, младший хотел убрать руку, но Ким перехватил её. УХён поднял глаза на друга, встречаясь с прожигающим взглядом, под которым Наму начал плавиться. — Иди ко мне… — прошептал СонГю, притягивая младшего к себе. — Гю… — еле слышно произнёс УХён. — Это было… — Лучшее, что со мной могло произойти… — закончил за Наму Ким. — Спасибо. Гю сладостно-томительно поцеловал УХёна, и оторвавшись от губ парня крепко обнял того, прижавшись подбородком к макушке друга. Наму обнял Кима в ответ. Лежа так в полной тишине, спустя совсем немного времени, УХён услышал  размеренное дыхание СонГю, свидетельствующее о том, что старший уснул. Вскоре усталость одолела и Наму. Проваливаясь в сон он думал о том, что сегодняшний день для него станет абсолютно особенным, ведь сегодня он почувствовал себя по-настоящему счастливым.