Хранитель таёжных лесов

*** Наступившее, после бессонной ночи, утро объяснило, откуда была эта ломка в костях. С кровати я не встал, просто упал на пол, приложившись хорошенько головой, ноги были ватные, а ощущения внизу живота ужасные. Все тянуло и ныло, в голове рылись странные мысли о грязном сексе, что привело меня в легкий ужас. Привыкший к тому, что все болячки в моей жизни всегда лечились под присмотром родителей я думал, что и первая течка пройдет под их опытным взглядом. Но, судьба порой жестока и для меня это ужасно. Прекрасно помня все их наставления, я медленно поднялся и направился в ванну, где висела аптечка с нужным лекарством. Приняв его и почувствовав облегчение, я, немного успокоившись, поплелся в душ. Прохладная вода приводила в чувство медленно, но верно. Подставив свой зад под струи, я прогнал в голове мысль, что не прочь провести так все дни этой гребаной течки. Действие препарата совсем избавило живот от ноющих спазмов, однако, одно место требовало внимания, уводя мое сознание в похотливый дурман. Не до конца осознавая, что творю, скорее под действием инстинктов, оттопырив зад я завел свою руку между ягодиц. Как только пальцы коснулись эпицентра умственного землетрясения глаза ослепили яркие всполохи, а из горла вырвались стоны, унося меня в бездну блаженства и удовольствия. *** Проведя всю ночь в странных и мучительных для собственного члена снах, в главной роли с милым лесником-омегой, я встретил утро хмурым взглядом в зеркале и желанием кого-нибудь жестко трахнуть. Сегодня на работе у меня была встреча с одним из клиентов, а я пребывал не в лучшем для этого настроении. Появившийся молодой лесник омрачил мои планы, не столько своим статусом, сколько своей омежностью и привлекательностью. Две недели я с задором и желанием наблюдал за этим юнцом, безрезультатно ищущем меня по лесу, и все две недели меня мучают сны и крепкий стояк по утрам. Допивая чёрный кофе с закрытыми глазами, мысленно воспроизвожу образ юного засранца и запечатлеваю его голым на своей постели, в голове тут же всплывает воспоминание о его запахе, и рука невольно тянется к брюкам, где вовсю просто бомбит. Рыкнув от безысходности бросаю кружку с остатками кофе в раковину, включив воду, спешу смыть образ из головы. Что мог вообще забыть в этой глуши, этот омега? Для ответа на этот вопрос мне нужно поехать в заповедник и выяснить всё. Выходя из дома к своей машине, неожиданно получаю, как удар в нос - сладкий запах, от которого, угомонившееся было напряжение в штанах началось по-новой, а адреналин, бросившийся в кровь, обострил слух и обоняние, переводя меня в режим ищейки. Бросив машину, я, быстро осмотревшись, определил откуда доносится аромат. *** Покосившаяся сторожка лесника приняла нас обоих в свои покои тишиной и отсутствием кровати, но наличием большого стола, на который я и посадил объект своего желания. Егор дрожал как осиновый лист, чем вызывал во мне все больше похоти и желания. - Что ты будешь со мной делать? - его глаза напоминали мне мультяшного Бэмби. От такого глупого вопроса я чуть не заржал в голос, но сдержался. Моя добыча была не просто не опытной... Он вообще был во всех отношениях девственником, чем еще больше поднял свою оценку в моих глазах. - Я буду делать, то от чего ты получишь удовольствие, - я дико ухмыльнулся, показывая зубы, а он вздрогнул. Сдёрнув мальчишку и развернув, я положил его животом на стол. Вид упругой задницы в джинсах заводил. Я несдержанно схватил его. Пальцы сомкнули ткань и мышцы под ней. Это ощущение силы и превосходства. Я долго его не испытывал. - Ты мне доверяешь? - спросил я, наклонившись к его уху. - Нет, но сопротивляться не могу, - испуганно промямлил он. Ещё бы он мог. Я стянул с него куртку и футболку: сразу видно, что вынашивал его бета, а не омега. Тело было гибким, с мышцами, не тощим, а подтянутым и с легким оттенком загара. Проведя пальцами вдоль позвоночника и опускаясь ниже поясницы я заставил его стонать. Обнажая зад парнишки, я не ожидал того, что почуял. Ударивший в нос феромон заставил учащенно задышать. Хвоя, мята, и терпкая гарь. С ума можно сойти! Его готовая и просящая трахнуть, промежность мелькала, как тряпка перед быком, однако, я не хотел торопиться и решил поиграть с его и своими нервами. Освободив его и себя от одежды, я начал медленно разрабатывать его. Было видно, что парень игрался с собой, но всё-равно оставался девственно узким. Не унимающаяся дрожь в ногах, влажная кожа. Он просто тёк смазкой, палец входил легко. - Не напрягайся! - рявкнул я и шлепнул его. - Ааа! Мне больно! - с криком произнес парень и сжал мой палец. - Если не расслабишься, будет ещё больнее! - ответил я и ввёл второй палец. - Аааа... - он вцепился в мою руку, пытаясь остановить, - я же в первый раз! - Говорил тебе: потерпи и расслабься! - однако его напряжение не спало. Я не был сторонником нежностей, но и момент портить не хотелось. Оставив его зад в покое, я поднял его и прижал к себе. Спина была прохладной и мне показалось, что мой жар обжигает нас двоих. Его откинувшаяся челка открыла глаза с выступившими слезами. Ненавижу быть нежным, но и грубым быть тоже не хочу. - Если не можешь сам расслабиться, то я тебе помогу. Губы у мальчишки были шершавые и солёные, а вот язык оказался мягким. Целоваться он тоже не умел, однако это не портило впечатления. Отвечал он робко без нажима. Углубляя поцелуй, я представил его ротик в деле, от такой картины возбуждение усилилось, мне захотелось, чтобы он коснулся меня. Я завел его руку за спину и направил к своему члену. Он нехотя обхватил его и замер. - Ну же! Не бойся!- оторвавшись от губ, попросил я. Он нервно сглотнул, а потом сделал первое движение, затем второе. Он медленно водил сомкнутой рукой по стволу моего члена, немного задерживаясь у головки. - Вот так, малыш, можно чуть быстрее, - шептал я ему в шею, направляя свободной рукой. Другой я обхватил его член и повторял движения в такт ему. Учитывая, что я и так был близок к пределу, а его, хоть и не умелые ласки, всё таки имели своё на меня действие, мне не хотелось, чтобы кончил только я один. - Теперь отпусти меня и обопрись о стол. Стоны можешь не сдерживать, никто не услышит! Я снова принялся за его зад, но при этом не отпускал член. Стимуляция была синхронной, медленной. Я не заметил, как усилился мой запах, от которого у парня участились пульс и дыхание. Он сам не заметил, как стал подмахивать мне в такт своим задом. Его громкие стоны долго слушали лес и я. Когда с разминкой было покончено, я приподнял его и подхватил рукой поперек груди. Его сердце готово было вырваться наружу. Дыхание было рваным. - Проси, - выдохнул я ему в ухо, упираясь головкой члена в желаемый до одури проход. - Зачем? - тихо стонет он и выгибается, пытаясь насадиться сам. Рассудок покинул его голову и только инстинкты требовали соития. - Попроси, мне так надо, - я прикусываю шею, чтобы хоть немного рассеять туман в его голове, но парнишка мотает головой и произносит только одно: - Умоляю. Не имея желания больше сдерживаться, одним толчком вхожу в него, но только на треть. Шиплю, как змея, от удовольствия, так тесно мне ещё ни в одной дырке не было, а вот он, вскрикнув от боли, вцепляется рукой в край стола и чуть не отламывает кусок. - Больно! Отпусти! - Потерпи, я уже в тебе. Останавливаться не буду. Ещё один толчок- ещё один крик, и так первые минуты. Я крепко прижимал его к себе и шептал какие-то нежности, а он стонал. Сначала от боли, а потом тон поменялся, вместе с темпом, который малыш задавал сам. Неожиданно осознавая всерьез, что это его первая течка, я пришел в дикий восторг. Как альфа, я любил быть во многом первым и сейчас с наслаждением ловил эти моменты.