У Вселенной свои планы

За окном снова дождь. Уже третий за эту неделю. И как погоде не надоело изнурять жителей Дублина этими потоками холодной воды? Что ж, в любом случае, дождь — не цунами и занятия в школе мне явно не отменят. А жаль. Я был бы не против посидеть дома с кружкой чая. Я так замечтался о прекрасном отдыхе дома, что совсем отвлекся от процесса сбора учебников в рюкзак. А зря. Мне стоило бы поторопиться, ведь Себ заедет уже через десять минут. Он не любит ждать, и если я опоздаю, то получу по, как он сам говорит, шикарной заднице. Я застегнул молнию на рюкзаке и подошел к шкафу, машинально вытаскивая узкие черные джинсы и синюю в клетку рубашку. Повертевшись перед зеркалом, я помазал обветрившиеся губы бальзамом и вышел из комнаты. Спустившись вниз, я по привычке хотел позвать маму, но вспомнил что она уже неделю уходит на работу раньше. Я разочарованно вздохнул, понимая, что времени сварить кофе уже нет. Что ж, может удастся купить что-нибудь по пути. Я только успел натянуть ветровку, как услышал знакомый сигнал машины. Улыбнувшись, я выскочил из дома и быстро заперев дверь, скользнул на переднее сидение, рядом с Мораном. — Привет. Я ведь не опоздал? — мои губы мягко скользнули по его скуле, пока он выезжал на дорогу. — Нет, но по заднице ты всё равно получишь. — по- доброму ухмыляясь, ответил Себастьян. Он бросил быстрый взгляд на меня и сказал, снова возвращая взгляд на дорогу. — Мне вот интересно, сам Шанель в это влазил? Я только рассмеялся, потирая ладонями ткань джинсов. — Во — первых, дорогой мой, Коко Шанель — дама. А во-вторых, это Гуччи. — И сам знаю. — недовольно хмыкнул Себ и сильнее сжал руль. Я мягко провел рукой по его плечу, успокаивая. — Это не так уж важно, на самом деле. Ты тоже превосходишь меня в чем-то. — Боже, до чего нелепы эти слова. Лучше бы молчал вообще. Остальные десять минут мы ехали молча. Я думал, чем бы заняться на выходных. Себ, наверное, о том же. У нас уже была традиция, устраивать что-то сумасбродное на выходных. Иногда наши проделки всплывали потом в школе, за что мы и нажили репутацию больных фриков. Но на самом деле, нам было просто скучно. Вот и всё. Я и не заметил, когда закончился дождь. И так же не заметил как Форд мягко затормозил на школьной парковке. — О чем задумался? — он заинтересованно посмотрел на меня. — О наших проделках. Что устроим на этот раз? — я вышел из машины, подождал, пока Себастьян закроет машину и присоединится ко мне. — Я не знаю. — Моран взял меня за руку и улыбнулся. — Хм… А что на счет вандализма? Я заговорщески улыбнулся и спросил, уже зная на перед. — Тот самый мост на конце города? — Именно. Граффити. Можем устроить пикник. — он обнял меня одной рукой за плечо, а я только ближе прижался. — Хорошо. Сегодня сделаю пару набросков. — мы зашли в школу, Себ проводил меня до кабинета и пошел на свой урок. Впрочем, первым уроком была физика, я не видел ничего сложного, и более того сделал все домашние задания для себя и Себа до конца года. Благодаря этому у нас было больше свободного времени. Я посвятил эти сорок минут первому наброску. На листе были изображены два целующихся парня эксцентричной внешности. На моих губах расцвела усмешка, когда я представил, как это понравится Себу. В этом рисунке была открытая пропаганда и если нас поймают полицейские, то… Хм, будет весело. Наконец прозвенел звонок и все ученики вскочили с мест и бросились к двери, так и не дослушав учителя. Я же спокойно встал, не спеша собрал учебники и направился к выходу, бросив через плечо » До свидания» мистеру Лестону. У кабинета меня ждал взъерошенный Себастьян со стаканчиком кофе. — Ты так и не позавтракал. — с этими словами он протянул мне напиток. — О, спасибо. Откуда ты узнал? — Ты пьешь крепкий кофе по утрам. А сегодня от тебя им не пахло. — Себ пожал плечами и мы побрели по коридору на следующий урок, совместный. Допив кофе, я достал из рюкзака набросок граффити и показал Морану. — Что скажешь? — Акцент на гей- пропаганду. — он улыбнулся взял рисунок в руки. — Умно, Джим, умно. Хулиганим вдвойне, мне нравится. — одобрительно кивнул он. — Я сделаю в цвете, согласен? — Конечно. С этим у тебя лучше, чем у меня. — мы зашли в кабинет и сели за последнюю парту первого ряда. Бастиан сразу занялся рисунком, а я только наблюдал за ним из-под полуопущенных век. Мы даже не пытались сделать вид, что слушаем преподавателя. Ученикам было плевать на это, а учителя давно поняли, что каждый предмет я знаю куда лучше, чем они, а значит — не могли меня ни в чем упрекнуть. Предвкушая веселые выходные я, находясь в своих мыслях далеко от школы, прорабатывая каждую деталь очередной нашей шалости, не заметил, как изменилось лицо Себастьяна. Немой вопрос замер в моих глазах, но вслух произнести его я не успел. Моран резко схватил мою руку, другая его рука захватила оба рюкзака и быстрым шагом выволок меня из кабинета. Я не успел опомниться, а тот, добежав до ближайшей лестницы и небрежно кинув портфели на пол, выжидательно посмотрел на меня своими ярко-голубыми глазами. — Джим, давай уедем? — веселые искорки заплясали в, поглощающих все мое внимание, глазах. Смотря на его озаренное счастьем лицо, я не смог сдержать улыбки. — Представим, что это — внеплановые каникулы и махнем куда глаза глядят! Оххх, как же я устал от этой рутинной жизни…- Моран на секунду замолчал, видимо, уже представляя эту чудесную поездку с любимым. — Хм, а почему бы и нет? Ничего нас не останавливает. Выезжаем сегодня вечером. — я рассмеялся, отчего-то стало так легко на душе, и приподнялся на носки, чтобы слегка задеть губами его двухдневную щетину, но, слегка не рассчитав, оступился и упал в его мягкие объятия. Себ нежно поцеловал меня в макушку и, сжав в своей большой ладони мои пальцы, прошептал на ухо: — Неделя с тобой. Автостопом по Ирландии. — И никакой рутины. — шепотом отозвался я. — Пойдем. Нужно заехать ко мне домой и оставить записку. И тебе, кстати, тоже. — Я смогу объясниться и в смс. — фыркнул Моран, пока мы спускались к парковке. Он забросил наши рюкзаки на заднее сиденье и занял место водителя. Я уже сидел рядом. — Хорошо, заедем только ко мне. Машину оставишь во дворе? — Да. У тебя же найдется пара моих футболок? — Конечно. Остались с прошлого раза. — я ухмыльнулся, вспоминая обстоятельства, при которых у меня оказались футболки Себа. Когда мы припарковались у дома, я нетерпеливо выпрыгнул и побежал к двери. Через минуту я уже выкидывал из шкафа одежду прямиком на кровать. Так… Две футболки, ещё одни джинсы, пара кроссовок, боксеры, футболка и рубашка Себастьяна. — С одеждой покончено. Теперь нужно найти мой стакан-термос. — я оглянулся и увидел искомую вещь на полке с книгами. — А вот и он. — термос тоже отправился на кровать. Я был так увлечен процессом сбора вещей, что вздрогнул от неожиданности, когда сильные руки обвили мою талию. — Ты очень милый, когда сосредоточен на чём-то. — прошептал он мне на ухо и отпустил.- Тебе помочь? Я ещё секунду стоял, не смея пошевелиться, а потом повернулся и ответил: — Да.Принеси пачку зеленого чая и возьми себе кофе. Вскоре я уже скидал все вещи в походный рюкзак и полез в шкаф за заначкой. Отсчитав 60 евро я убрал их в карман и взглянул на Себастьяна, который всё это время заинтересованно смотрел на меня. Сев к нему на колени, я обвил руками шею, мягко целуя в губы. Он тут же аккуратно обнял меня за талию и крепко прижал к своей широкой груди, чтобы я почувствовал, как быстро бьется его сердце. Мы не могли отпустить друг друга ещё минут пять, но потом всё же я поднялся и потянулся, довольно улыбаясь. — Что же, нам пора в путь. Нужно дойти до конца города, а потом уже ловить машину. — рассудительно произнес я. Моран только потрепал меня по волосам и спустился вниз, забрав рюкзак. — И сколько же нам идти, умник? — спросил он, пока я писал записку маме. — Около двух часов. — записка осталась на столе, а я надел ветровку и как какой-то великий путешественник оглядел дом. Себастьян уже вышел из дома и я поспешил за ним. Он бодро шагал вверх по улице. Постепенно мне передалось его торжественное настроение и вот уже мы оба гордо вышагиваем в сторону окраины города, напевая под нос ирландские народные мотивы. Время пролетело незаметно. Середина весны, но уже по-летнему припекало солнце, находившееся в зените. Себ держал меня за руку. Мы шли молча, но в этом молчании не было напряжения. И вскоре зеленая пушистая трава сменилась жестким асфальтом. Мы вышли на магистраль. Ловить попутку оказалось не так просто. Минут сорок мы медленно передвигались вдоль шоссе, параллельно голосуя проезжавшим мимо авто. Наконец, перед нами затормозил старенькая Нексия, немолодой мужичок приоткрыл пассажирское окно и спросил, куда мы направляемся. — Голуэй. — ответили мы практически хором. — Запрыгивайте, ребята, денег я с вас не возьму, сам туда еду, к дочери.- дружелюбно улыбнулся водитель и в уголках его глаз появились морщинки. Мы быстро бросили вещи в багажник и удобно устроились на заднем сидении. — Ехать чуть больше двух часов.- сказал он, глядя на часы. — Думаю, часам к пяти вечера будем там, кстати, я Диармэйд, но можно просто Дир. А вы куда направляетесь, ребят? — с легкой усмешкой произнес наш новый знакомый. — Хм, — начал отвечать я, приподняв голову с плеча Себа. — Мы еще не знаем точного маршрута, но думаем посмотреть страну, начав с больших городов. Устроили себе, так называемые, каникулы. Закончив говорить, я поудобнее устроился на плече Себастьяна и прикрыл глаза от удовольствия. Было тихо и уютно, как никогда ранее. Моран, в свою очередь, не переставал молча глядеть в приоткрытое окно, наслаждаясь теплым весенним воздухом и поглаживать мою тыльную сторону ладони большим пальцем. Дир же, со знанием дела, неуклонно вел свою бежевого цвета Нексию согласно маршруту. Я открыл глаза, солнце еще не опустилось за горизонт, но уже ощущался свежий вечерний ветерок, дующий из приоткрытых окон. Себ, кажется, так и сидел все два часа, поза его была неизменна. — Парни, — подал голос водитель — осталось меньше десяти миль, скоро прибудем. — негромко произнес он и вновь замолчал. И правда, не прошло и двадцати минут, как мы уже находились в пригороде Голуэйя. — Пока, ребята, дальше как-нибудь сами, вон там — дом моей дочери, удачи вам! — Дир помахал нам рукой, слегка прищуриваясь, находясь лицом к яркому заходящему солнцу. — Может еще увидимся! Мы пожелали ему приятного времяпровождения, поблагодарили, Себ забрал наш походный рюкзак я улыбнулся и мы пошли вперед. Карты у нас не было и мы решили спросить у местных, где ее можно приобрести. Спустя полчаса мы таки нашли небольшой книжный магазинчик, где купили карту Голуэйя и еще пару книг (к несчастью, а может и наоборот, падок я на хорошие книги и люблю свою домашнюю библиотеку). Среди них оказались Хэмингуэй, Уальд и ещё автор, который не был известен мне, но по всей видимости, известный Бастиану. Мы вышли из теплого магазинчика и пошли прогулочным шагом по улицам. Побродив немного мы зашли в сквер и присели на скамеечку из светлого дерева. Моран выудил карту и развернул у себя на коленях. — Нам стоит найти ночлег. Мотель вполне подойдет. — задумчиво сказал Себастьян, разглядывая карту. — Сколько ты взял налички? — 60 евро. Пять мы только что потратили и, примерно, ещё столько же отдадим за ночь в мотеле. — сказал я, тоже разглядывая карту. — У меня найдется евро 10, не больше. — Себ хмыкнул и почесал лоб. — М-да, не густо. Стоит быть осторожнее с расходами. — Ничего. Просто заедем в Лимерик, к моей тёте. — оптимистично сказал я. — О, смотри. Я нашел мотель и совсем недалеко отсюда. На Леттераг — роуд. — он свернул карту и убрал в рюкзак. Накинув лямку на плечо, Себ взял меня за руку и уверенно повел куда-то вниз. Летнее солнце уже скатилось за горизонт и ветер стал более сильным и прохладным, напоминая, что до лета ещё далеко и сейчас только апрель. Я зябко поежился и застегнул ветровку. Бастиан прижал меня к своему теплому боку, заботливо спросив: — Очень холодно? — Нет, не очень. А долго ещё идти? — Нет, буквально метров двести. И правда, когда мы завернули за угол, я увидел впереди яркую вывеску мотеля, приглашающую на ночлег. Мы ускорили шаг, желая поскорее оказаться в теплом, пускай и не очень уютном помещении. Когда мы зашли, мне сразу же бросилась в глаза голубая стойка, которая совершенно не вписывалась в обстановку холла. За ней сидел молодой администратор и разбирал какие-то бумаги. — Добрый вечер, сэр. — поздоровался я и подошел к стойке. — Мы хотели бы снять одноместный номер эконом класса на ночь. Не подскажите, сколько это будет стоить? — Здравствуйте. — поприветствовал нас администратор, бросив неодобрительный взгляд. — Пять евро. Я кивнул и вытащил из кармана купюру в пять евро и положил её на стойку. — Номер 36. Последний по коридору справа. — он достал учетный журнал. — Ваше имя. — Джим Мориарти. Расписавшись, я забрал ключ и пошел за Мораном, который уже успел дойти до нужной двери и навалился на неё спиной. — Знаешь, — шепотом заговорил он, ухмыляясь. — По-моему мы ему не сильно понравились. Я улыбнулся, поняв к чему клонит Себ. — И что же ты предлагаешь? — Мы просто обязаны сделать вид похотливой парочки озабоченных геев. — тон был как у злодея из какого-то детского мультика и я громко рассмеялся, а Себ поспешил открыть дверь и затолкать меня в номер. Громким хлопком двери мы, наверное, прибавили неприязни со стороны мужчины. Кое-как угомонив хохот я уселся на кровать и испытывающе посмотрел на Бастиана. — Ну! Не томи, рассказывай, как мы будем сегодня развлекаться? — Себ слишком медленно снял с плеча рюкзак, затем стянул ветровку и только после этого сел. Моё нетерпение к тому моменту уже достигло стадии я-сейчас-откушу-тебе-всё-что-только-можно-а-ну-быстро-говори. Моран только улыбнулся, глядя на меня. — Скажите, мистер Мориарти, как давно Вы прыгали на кровати? — он слегка приподнял бровь. — Позвольте подумать… — я наигранно задумался, подперев подбородок кулаком. — Уже больше семи лет, как не прыгал. — разочарованно ответил я, после паузы. — Боже! — он вскинул руки. — Какая несправедливость! Мистер Мориарти, — Себ встал на кровать и галантно протянул руку, будто приглашая на танец. — Мы просто обязаны исправить это, Вам так не кажется? — А почему бы нет? Тем более, в столь дивном мероприятии у меня не менее прекрасный партнер. — я ухватился за протянутую ладонь и рывком поднялся. — На счет три? — Три!!! — Себ подскочил на несколько сантиметров и приземлился на пружинистый матрац. Во второй раз мы подпрыгнули вместе и уже выше. Благо, потолок был очень высоким и даже если бы мы постарались, вряд ли достали бы его головами. В животе стало так легко, будто я лечу, а в голове замерцал фейерверк счастливых огней, такой яркий, что на секунду я зажмурился. Я увидел в глазах Бастиана диких и необузданных бесенят, которых, вероятно, он видел и в моих. Захотелось закричать. Просто закричать от безумного счастья. Так громко, чтобы стекла в окнах начали вибрировать, а легкие в секунды истощались от недостатка кислорода, заставляя дышать всё чаще и чаще. Я любил Морана всем сердцем. Я был предан ему, мы были во власти друг друга. Только он заставлял почувствовать меня это счастье, этот драйв, эту дрожь по телу, этот адреналин. С самого детства все проделки мы исполняли вместе. Каждое наказание мы делили на двоих, ведь так веселее. Все говорили, какие мы разные. Но вот, я смотрю в его глаза и мир не существует. Меня затянула голубая Вселенная со своими звездами, со своими галактиками. Чем больше я утопаю, тем больше я хочу затянуться. Господи, Сатана, ну или кто там сидит на горячем толчке, прошу, пусть этот момент длится бесконечно! Только я и Бастиан. И нет никакого мотеля, города, школы, мира, звезд. Только я и он. Буду ли я когда-нибудь мечтать о другом? Сомневаюсь. Я не знаю, когда прошла эта влюбленность и осталось только чувство, которое просто нельзя назвать пафосным словом «любовь». В какой-то момент мы перестали прыгать. Не разрывая зрительного контакта, мы опустились на колени и я лег на кровать, утягивая Себастьяна за собой. Он навис надо мной и внимательно заглянул в глаза. Я не выдержал и сам подался вперед нетерпеливо, но очень нежно целуя его в губы. Даже когда у меня потемнело в глазах от недостатка воздуха, я не хотел отстраняться от родных, желанных губ. Но Себастьян забеспокоился и сам отстранился, аккуратно опускаясь на кровать и бережно обнимая меня за талию. Так и не произнеся ни единого слова, я вскоре уснул, устроив голову на его широкой груди.