Концепция "Все геи" или "Я натурал!"

Гук проснулся не по собственному желанию, а из-за того, что по квартире разносился прекрасный запах не то булочек, не то блинчиков (впрочем, пахнет примерно одинаково) и… корицы? Между этими запахами просачивался тонкий аромат кофе. И это была последняя капля в железную чашу терпения Гука. Он поднял голову, развернувшись в сторону кухни, которая не была ограждена дверью, и узрел колдующего над плитой Тэхёна. Он что-то быстро переворачивал и быстро перекладывал в тарелочку. Гук сразу догадался, что это. Он натянул носки и тихо, чувствуя себя шпионом, приближался к Тэхёну, который ничего не подозревал. Словно надумывая какую-то шалость, он не мог сдержать улыбки. Подойдя почти вплотную, не дыша, он быстро поцеловал Тэхёна в макушку, но даже не пытался убежать. Тот немного дёрнулся, пригинаясь от внезапного взаимодействия. — Ты что творишь? — Тэхён немного испуганно говорил, но это ощущалось. — Доброе утро, хозяюшка, — он отошёл от него и поставил локти на стол, придерживая ими лицо. — Поздно же ты встаёшь, — начал Тэ, переворачивая очередной пласт жареного теста. - Я, вон, уже успел почти всё приготовить. — Это я ещё рано. Обычно я встаю уже после обеда, но это по выходным. С учёбой такое не прокатит, — он прикрыл глаза, вдыхая прекрасный букет запахов, царящих на кухне. — А ты, я так понял, жаворонок? — Я поздно ложусь и рано встаю. Это странно, наверное, но сон — не самая главная вещь в моей жизни, — в то время, когда он говорил, он прикреплял прищепки на пакетики с приправами обратно. — А что же тогда есть «важная вещь»? — он вопросительно это произнёс и так же посмотрел. Видимо, не понимал, что не все в этой жизни не высыпаются. — Я даже не знаю… — он приостановился и задумался, но на короткое время — пока блин с другой стороны будет готов. И этот блин оказался последним. — Иди умойся и приходи завтракать. Чон впервые без пререканий послушался кого-то. Даже с родными ему нужно было немного поспорить, а потом уже что-то делать по их же просьбе. Но с Тэхёном он почему-то не хотел спорить. Ну вот не было желания, да и вряд ли появится. Когда всё было сделано, его персона соизволила явиться на кухню, которая, кстати, была словно затоплена солнечными лучами. Такая хорошая погода стояла на улице. — Приятного аппетита, Гук, — Тэхён смотрел на него ну уж слишком заботливым и добрым взглядом, как тому же Чону показалось. — Не скажешь, что ты добавил в кофе? — его глаза словно просияли. — Сколько в жизни разного кофе не пробовал, но такое впервые доводится. — Секрет. Нравится? — он подставил личико в ладошки, наблюдая за Гуком, который молниеносно справлялся с блинами. Он что-то пробубнил с набитым ртом, после чего получая предупреждение об этом от Тэхёна. * * * Когда Тэхён ушёл, в квартире стало немного пустовато. И всё-таки Чон привык к его частому присутствию. Тэхён за такое короткое время будто стал частью этого дома. Он словно хранил в себе ту недостающую частичку домашнего уюта, которого ему не хватало с тех пор, как он переехал из родительского дома. Зайдя в спальню он поймал лёгкий и еле ощутимый аромат. Такого запаха здесь ещё ни разу не было. Так пахло покрывало, которым укрывался этой ночью Ким. Это не запах геля для душа, не запах одеколона или туалетной воды… Это его личный запах, который невозможно описать ни одним из существующих в мире словом. * * * Так и пролетели незаметно все выходные Чонгука. Снова учёба, практика, снова куча невыполненной домашней работы, которую он, впрочем, почти никогда не делает. Есть только две вещи, которые ему приносят хоть какую-то радость между всем этим дурдомом: прогулки с Джином, который теперь частенько зовёт с собой Шугаря, и занятия с Тэхёном. К слову, последняя вещь доставляет больше радости. Вот и в очередной раз он гулял с этими двумя как раз за полчаса до занятий. -…да, кстати, согласен. Поначалу ты мне тоже очень странным показался, — Джин говорил немного посмеиваясь и глядя на, теперь уже, зеленоволосого Шугаря. — И да, когда ты успел покраситься? И зачем? — Бунтарская душа, — он так же как и Джин улыбался. Чонгук шёл, залипая на свои собственные ноги. Он почувствовал, что немного мешает этим двоим, поэтому сразу же нашёл отличную отговорку слинять и дать им больше свободы в общении. — Мне пора на занятия. Отсюда немного дольше идти. Удачно вам погулять, ребятки, — он ткнул Джина в ребро, как бы намекая на нечто большее. Стёб за стёб — глаз за глаз. Чуть ли не в припрыжку он доскакал до дома Тэхёна. Двери в подъезд были открыты как и обычно. Входная дверь была тоже открыта, но в квартире стояла подозрительная тишина. Даже электрический чайник не кипел. Гук разбулся, повесил курточку на крючок и пошёл на осмотр комнат. К своему счастью, он нашёл Тэхёна в его комнате. Он лежал на большой, почти огромной, двуспальной кровати свернувшись калачиком — спал. — Хэй, соня, просыпайся, — он потормошил его за плечо и заметил, что Ким какой-то слишком горячий. — Просыпайся же, ты весь горишь просто. Когда Тэ открыл красные глаза, то они сразу начали слезиться, а самого его начала одолевать мелкая дрожь, от чего он не мог что-то внятно выговорить. — Так, понятно. Значит, я буду за тобой ухаживать. Постельный режим, чай и варенье. Через три дня будешь как новенький, — он говорил в приглушённых тонах, боясь, что от громких звуков у него может заболеть голова. Чон укутал Кима в одеяло, положив его голову на подушки, а сам пошёл заваривать чай с ягодами. Кухня была довольно просторной, что было необычно для Чонгука. Кое-как разобравшись со всеми ящичками, он таки смог заварить чай. Снова тихонько заходя в комнату он ставит чашку на прикроватную тумбочку и задёргивает шторы. — Ты можешь что-то сказать? — Гук присел рядом с держащим горячую чашку Тэ. — П-почти, — всё ещё немного заикаясь ответил тот. — Ну и как же ты умудрился-то? — он поправил одеяло около его ног. — Я забыл н-надеть шарф. Гук, твои п-привычки п-передаются мне. Ты заразен. — Если ты не выздоровеешь за три дня, я лично покусаю тебя. Понял, да? — Гук говорил это с лыбой на лице. Он понимал, что и эту ночь он проведёт рядом с Кимом. Он не оставит его одного в таком состоянии. Да и сам Тэхён не против. У него просто выбора нет.