В роли себя

      Скука.       Перебирая ногами по полу, я катался на стуле. Чем же заняться?       «Хорошо бы через месяц иметь законченный черновик». — Проползла мысль в голове. Я её не остановил и она так же лениво уползла.       Поднявшись со стула, схватил сигареты и пошел на балкон, но звонок телефона меня остановил. Обернувшись, я смотрел на телефон, лежащий на столе. Брать или нет? Решив ответить на звонок, возвращаюсь обратно. Беру мобильник и еще несколько секунд думал — зачем он звонит? Ах, да, фотографии!       — Здравствуй, Либерт. — Протянул на его радостное «Привет». — Хорошо, буду ждать. Спасибо.       Снимки готовы. Принесет мне их некий Люк, ассистент Либерта.       Дожидаясь фото, решил заняться самым бестолковым занятием — почитать почту. Открыв свой официальный ящик, слегка прихерел. Вроде месяц назад чистил. Сейчас в папке входящие было три тысячи двести восемьдесят семь писем. Пробежав взглядом по темам, закрыл ящик. Мне стоит неимоверных усилий, каждый раз разбираться в этом хаосе. По договоренности с Риной, я обязан отвечать минимум на пять писем в месяц. (Да-да, типа я такой отзывчивый и милый.) Но пока отыщешь хотя бы одно, годное для ответа, можно инфаркт получить от прочитанного бреда. Сейчас я к этому был не готов.       Время шло катастрофически медленно.       Зашел на свой сайт. Решил почитать форум. К счастью он исправно модерируется командой издательства, поэтому была вероятность почитать увлекательные холивары. Самое интересное — это ответы. Порой Джим, это главный модератор, такое напишет, что я сам в себя влюбляюсь.       Пролистывая страницы я, то смеялся, то охуевал. Люди, которые видят смысл в моих книгах, меня восхищают. На пустом месте разводят переписку на несколько страниц.       Закрыв очередной топик, перешел в следующий «вопросы Сорену Ривьеру». Мысленно потирал руки, предвкушая очередную волну смеха.       Так-так, некая «Lady 378», пишет:       Ваша новая книга немногим отличается от предыдущих.— Тоже мне удивила. — Зато постер, на котором вы изображены, более красноречив чем содержание романа. У вас в жизни произошли какие-то перемены?       С уважением, Джина.       Я посмотрел на прикрепленную картинку. Обычное фото. Усмехнулся, вспомнив, что говорил Либерт об этих снимках. Да, он прав, скучно и неинтересно. Посмотрел на время. Поскорее бы! Неимоверно интересно увидеть снимки, которые Либерт считает хорошими.       Но я отвлекся. Что же ответил Джим?       «Здравствуйте, Джина.       Ответ вы сможете получить только в новой книге Сорена Ривьера. Как нам известно, новый роман обещает преподнести множество сюрпризов.       С уважением, Джим».       Серьезно, что ли? Я засмеялся. Вот это да! Сорен, а ты и не в курсе. Помечу себе в блокнотике — «преподнести множество сюрпризов». Пиздец.       Ладно. Что у нас дальше?       «Happy Gvin»       Доброго времени суток. Извините за провокационный вопрос. Вы гей?       Я заржал. Гей с множеством сюрпризов!       Честное слово, заебали. Причем не меня, Джима. Он копипастит один и тот же ответ на все подобные вопросы:       «Мы не отвечаем на вопросы о личной жизни Сорена Ривьера».       Политика издательства однозначна. Хотя я бы на их месте ответил честно: Сорен Ривьер бисексуален. Неважно кто ты — мужчина или женщина. У каждого есть шанс заполучить кусочек желанного тела.       Я опять засмеялся. С другой стороны хорошо, что большинство меня считает гетеро. Мне домохозяек — фанаток хватает. Если к ним добавятся еще и пузатый офисный персонал, я совсем духом упаду.       Раздался звонок в дверь. А время и впрям пролетело быстро. Пошел открывать.       — Привет! Я Люк, — пожал протянутую руку, — а это твои фото.       — Благодарю.       Взял конверт, но парень и не собирался уходить. Я усмехнулся про себя. Лакей ждет, что же передать своему хозяину? Хорошо. Медленно открываю конверт и аккуратно достаю фотографии. Еще не успел как следует рассмотреть, но понимаю, что снимки прекрасны. Надеюсь, лицо не подвело, скрыв все эмоции. Развернув фотографии, я внимательно разглядывал каждую из них. Только один раз не смог устоять. Это, наверное, был один из первых снимков. На нем я выглядел сконфуженно — угрюмое лицо, нахмуренные брови. Получился довольно смешной снимок. Я усмехнулся перелистнул его. Никогда бы не подумал, что могу быть таким.       Закончив просмотр, поднял голову.       — Передай мою благодарность мистеру Гренду. Я восхищен. — Надеюсь, я нормально сыграл роль.       Люк кивнув, пожелал удачи и удалился.       Закрыв за парнем дверь, я прошел к столу, за которым сидел. Все еще держа в руке конверт, сел на стул и несколько минут просто сидел, пялясь в пустоту. Фото, действительно шикарны. На снимках я выглядел совсем по-другому — это вовсе и не я. Удивительно живой, светлый, свободный.       Я вновь открыл конверт. Бережно медленно достал фотографии. Просматривая каждую из них, все никак не мог насытится красотой. Каждое фото обладало своей неземной притягательностью.       И снова рука остановилась на неудавшемся снимке. По крайне мере я так думаю. Чудовище и принц, до и после. Интересно, а что Либерт думает о фотографиях? Понравилась ему своя работа или так себе? Очень хотелось узнать, но спросить мне не позволит моя гордость.       Вечером я встречался с Дримом. Заехав за ним, я застал блондина за переодеванием. Скорее всего, он только что вернулся с работы и теперь искал подходящий наряд. Я прошел и сел в гостиной на диване, наблюдая как Дрим в очередной раз подходит к зеркалу. Минуты две он крутиться перед ним, а затем уходил. Следом за ним ходил котенок, в точности копирующий своего хозяина. Я терпеливо ждал первые пятнадцать минут, но всему есть предел.       — Дри-им, ты скоро?       — Уже почти...       Я лениво развалился на диване и, закинув голову на спинку, смотрел в потолок.       — Всё! Можем идти.       Он стоял передо мной, одетый и собранный.       — Ты как будто на первое свидание идешь.       Мы засмеялись и наконец-то покинули квартиру.       В дороге Дрим рассказывал о своем питомце, которого назвал Сорой. Ну хоть не Сореном. Со слов блондина это было самое милое, самое умное и самое красивое существо во всем мире. Я лишь изредка кивал головой и говорил да, когда Дрим что-то спрашивал. В таком настроении с Дримом лучше не спорить. Я не был большим любителем животных, но и не ненавидел их. Себе бы я не завел никого, даже маленького хомячка, слишком большая ответственность. Да и другие у меня интересы, но я искренне радовался за Дрима. Не прогадал я с подарком.       — А куда мы едем, Сорен?       — В «ложку».       — Куда? — Дрим вполоборота смотрел на меня. — Не знаю такого названия. Что это бар или клуб? Или это что-то новое?       Он повернулся на сиденье с хитрым прищуром смотря на меня.       — Вот приедем и все узнаешь.       Дрим открыл рот, намереваясь что-то сказать, но мелодия звонка отвлекла его. Он ответил, и весь оставшийся путь мы ехали под болтовню Дрима.       Я мельком взглянул на парня и обрадовался, что он не стал приставать с расспросами. Не то чтобы я скрывал от Дрима свои похождения, но как-то неуютно мне лгать ему. Хотя, что тут такого? Он тоже не все мне говорит, в этом я уверен. Ну, или почти уверен. Да какая разница! С какого такого хрена я чувствую себя пристыженным. Может дело в Йоши? Я задумался, как отреагирует Дрим на японца. Ревностью он не страдает, так что истерика с его стороны отпадает. А вот обидеться может, Из-за того что я ему не рассказывал о Йоши. А-а к черту весь этот пессимизм! Будь что будет...       Я припарковал машину, а Дрим все еще продолжал говорить по телефону. Иногда он невозможен со своей болтовней. Тронул за плечо — ноль реакции. Та-ак! Я начинал злиться.       — Дрим, приехали!       Ну надо же! Подействовало. От моего возгласа, Дрим вздрогнул, удивленно посмотрел на меня и, попрощавшись с собеседником, выключил мобильник.       — Ой, прости. Друг, рассказывал, как он погулял вчера. Ты только представь, ему девственник попался.       — Стоп! Всё, дальше не хочу слушать это. Мы на месте.       Дрим вышел из машины и остановился, глядя на вывеску бара. Я подошел и стал рядом, конверт с фотографиями я держал за спиной.       — Ты здесь часто бываешь?       — Иногда.       — Ты уходишь от ответа.       — Дрим, не начинай. Пошли, я тебя кое с кем познакомлю. — Зря я это сказал.       — Сорен, иногда ты бываешь круглым идиотом в розовых очках.       — Возможно, ну так что? Идем?       Дрим сделал первый шаг, и мы направились к входу.       Сегодня здесь было не так шумно и многолюдно, как тогда, когда я встретил фотографа. И что это я вспомнил о нем. Ладно, пропустим эту мысль. Мы сразу прошли к бару. Йоши я увидел первым. Он находился в другой стороне стойке и пока что не заметил нашего присутствия. Дожидаясь бармена, я переключил свое внимание на блондина. Он, в своей неизменной манере, наслаждался атмосферой заведения. И как только ему это удается? Везде, где бы Дрим не бывал, он находит позитив. Невозможный радужный мальчик. Может именно это и нравиться мне в нем.       — Konbanwa, Zören.       — Привет, Йоши.       Мы не заметили, как он подошел. Дрим, повернулся на стуле и внимательно смотрел на японца.       — Знакомьтесь. Йоши это Дрим, Дрим это Йоши.       В следующие секунды, я задержал дыхание. С одной стороны взрослые люди, с другой — ревнующие... Кто? Любовники? Друзья?       — Сорен, выдохни.       Йоши смотрел на меня и улыбался.       — Ты параноик с раздутым ЧСВ. Когда же ты, наконец, изменишься... — и ушел выполнять заказы.       Пока я тут сижу и паникую, эти двое чертей уже познакомились.       — А он классный! — Дрим вернул меня в реальность. — Надо было раньше нас познакомить. А он в «Грей» ходит? Может, съездим как-нибудь втроем? А как давно вы знакомы?       — Дрим, остановись. Не все сразу!       Я посмотрел на блондина, который крутясь на стуле, пребывал в безудержной радости. Взгляд же говорил о другом — расскажи. Я усмехнулся. Теперь Дрим от меня не отстанет, пока я ему все подробно не расскажу.       — Мы знакомы более шести лет. Я встретил Йоши, когда он только приехал в страну и немного заблудился. Какое-то время мы были вместе, затем разошлись, но при этом оставаясь лучшими друзьями.       — Сорен, у тебя нет друзей, кроме меня. — Дрим удивленно смотрел на меня.       — А ты знаешь всех, с кем я дружу?       — Я бы сказал, что знаю всех кого ты трахаешь в мое отсутствие. — С раздражением в голосе сказал Дрим.       Я обалдел от такой наглости. А не много ли ты на себя берешь? Я разозлился и был готов послать Дрима на все четыре, но нас отвлек Йоши.       — Ваш заказ. — Бармен поставил перед нами два бокала.       — Выпьем за знакомство. — Дрим, тут же переменился. Взял один и отсалютовал им японцу.       Подыгрывая фарсу блондина, я взял второй, Йоши же отсалютовал пустым. Барменам, к сожалению, пить в рабочее время запрещается. Выпив залпом, мы синхронно поставили бокалы.       — Давай, Сорен, хвастайся. — Йоши смотрел на конверт, все это время лежащий у меня на коленях.       — С чего ты взял, что я хвастаться буду?       — Пока, ты летаешь в облаках, мне Дрим уже все рассказал.       Я возмущенно посмотрел на блондина. Он сидел с невинным выражением лица, закатив глаза наверх и отводя взгляд.       — Дрим! Ты всю конспирацию нарушил!       — Это не я! — Он закрыл лицо ладонями.       — Ладно, что с вас взять.       — Так, вы развлекайтесь, а мне работать надо.       Йоши отошел, а я развернулся к блондину и, улыбаясь, медленно стал открывать конверт, еще медленнее потянул из него фото. Дрим наблюдал за мной словно хищник за своей добычей. Одно неверное движение и этот зверь кинется на тебя. Дрим хоть и был хищником на меня все же не напал, а в нетерпении схватил соломинки и стал мять их. Когда долгожданные снимки явились на суд, парень рывком выхватил их.       Следующие минуты утонули в тишине для блондина и томительном ожидании для меня. Каждое фото он разглядывал намного дольше, чем я. Перед тем как показать снимки, предусмотрительно, самый «плохой» спрятал под низ. Я успел выпить еще пару стаканов коктейля, поболтать с Йоши, сходить по нужде в туалет, а Дрим все еще смотрел фотографии. Склонившись к уху за его спиной, шепнул ему, что я здесь. Ноль. Абсолютно никакой реакции. Вот это ужас! Вернувшись на свое место, я удивленно спросил подошедшего бармена.       — А ты ничего не подсыпал в его стакан? Он какой-то не такой….       — Только сильнодействующий возбудитель. — Усмехнулся японец.       — Я не могу подобрать правильных слов…       Невероятно тихий голос Дрима прервал нас. Мы посмотрели на него. Йоши тут же налил парню, и они обменялись — стакан на фото. Дрим залпом осушил содержимое тары. Потом, наклонившись ко мне, поцеловал, запечатлев крепкий спиртной вкус.       — Согласен с Хидики, снимки шикарны. На них отражен ты настоящий.       Мы с Дримом удивленно смотрели на японца.       — Как ты меня назвал?       — Хидики с японского — роскошная яркость. Это очень подходит тебе. За полчаса, что ты здесь прибываешь, я успел заметить. Первое — ты довольно открытый, радостный, громкий, общительный и совсем не печальный человек. И в Японии тебя бы звали Хидики. Вторе — скрытность не идет тебе. Она не украшает твою личность. Это видит даже Сора. А ты, — палец бармена указывает прямо на мой нос, — я уже говорил, что Сора значит «небесный» и снимки тому подтверждение. Не только мне дано видеть настоящего Сорена. Фотограф точно передал твою сущность, скрываемую маской. Низкий поклон мастеру шедевров. И в довершении к сказанному. — Йоши показывает неудачный снимок. — Это сейчас. То чем ты являешься на данный момент и… — он берет другое фото, — то кем ты станешь, познав себя, свои страхи. Откройся миру и он пойдет навстречу тебе. Наступила пауза, за которую мы с Дримом поочередно переводили взгляды друг на друга и Йоши, которой аккуратно упаковывал фотографии       — А мне нравится! — Воскликнул блондин. — Хидики. Красиво звучит.       Мелкий засранец уже снова радовался. И как ему удается так быстро меняться в настроении. Хмыкнув и махнув рукой на обоих парней, я допил спиртное.       — Ну вас… психи….       До поздней ночи мы просидели в баре. Сначала обсуждая фото, затем я рассказал Йоши, как проходила съемка, но он скептически отнесся к моему рассказу. Сказал, я недоговариваю чего-то. В этот момент Дрим отсутствовал в туалете и не слышал слов Йоши. Расспросов от бармена не последовало, и я смог спокойно вздохнуть и продолжить вечер. Дрим достаточно много расспрашивал Йоши о том, как мы познакомились и почему расстались. Японец, не скрывая, выложил все. На середине повествования, я не выдержал и под предлогом подышать свежим воздухом вышел из бара.       Я сразу полез в карман за сигаретами. Закурив, я уставился в никуда. Просто смотрел прямо перед собой. Мне не было стыдно ни за себя, ни за Йоши или Дрима. Но меня никак не покидало чувство тревоги и тоски. И я не совсем понимал, почему. Я прокручивал в голове все, что произошло со мной за этот вечер, пытаясь хоть как-то выяснить, в чем выражается мое беспокойство. В какой-то мере я даже перестал злиться на Дрима из-за его слов. Потому что он прав. У меня нет друзей. Только раздражающие знакомые, да любовники на одну или несколько ночей и все. Рина не в счет — она мой агент. А больше никого и нет. Остаются только Дрим и Йоши. Полный пиздец! С хуя мне досталась такая жизнь?       Я выкурил сигарету, полез еще за одной.       — Угостите сигареткой?       Обернулся на вопрос и увидел парня. Протянул ему пачку, он взял две сигареты. Одну заложил за ухо, а вторую прикурил.       — Спасибо.       Я кивнул вместо ответа. Мы стояли и, молча, курили. Я лишь мельком взглянул еще раз на парня. Отчужденное выражение лица. Возможно он так же, как и я не знает, что делать. На мгновение я почувствовал ощущение дежавю. Казалось, это было так давно. На этом же месте, в это же самое время, возможно, я стоял здесь с Либертом и мы тоже курили. А потом говорили, смеялись, молчали и еще этот дурацкий договор. Я усмехнулся. Интересно, что он делает сейчас. И есть ли доля вероятности, что он тоже думает обо мне. Сорен, сними ты уже эти розовые очки. Хватит лжи, притворства и истерики. Неужели, ты совсем не уважаешь себя?       Я докурил, выкинул окурок и вернулся в бар. Надо забрать, Дрима и валить домой, а то меня накроет с головой.       Машину я вел уверенно, несмотря на количество выпитого. Главное чтобы копы не остановили и не устроили досмотр. Дрим, на удивление вел себя тихо. Сидел и смотрел в окно и если бы не отражение, подумал, что он дремлет. Что там наговорил ему Йоши не знаю, но после их разговора блондин заметно погрустнел. Хотя мне и самому было не весело. Алкоголь — подлая тварь, имел два свойства. Либо вызывать веселье, либо депресняк. И второе предположение более верно на сегодня.       — Дрим, что тебе сказал Йоши? Ты чересчур необычно ведешь себя.       — Да так, ничего особенного.       — И поэтому ты такой тихий.       — Сорен, кто я для тебя? — Парень обернулся и как-то грустно посмотрел на меня.       — Дрим, ты....       Я не знал, что ему сказать. Что я люблю его, но так ли это? Нет, это возможно и правда. Отчасти. Я люблю его, но какой-то своей любовью — собственнической. Словно он моя любимая игрушка и я не хочу ее делить ни с кем. Но не говорить же это Дриму.       Я не ответил, Дрим молчал и в такой напряженной атмосфере мы подъехали к его дому. Дрим вышел из машины, сказал спасибо и ушел. Никаких поцелуев, никаких обнимашек и всего прочего, что можно ожидать от моего веселого мальчика.       Домой я возвращался один и полностью погруженный в глубокую депрессию.