Однажды поздно вечером Леви делать нечего...

– Эй, малышка, что ты тут забыла? – хитро улыбаясь, из-за угла вышел молодой человек, засунув руки в карманы и при этом держа губами во рту сигарету. Солнце уже давно покинуло горизонт, окуная мир во тьму, лишь только фонари и круглосуточные лавки излучали хоть какое-то освещение, а девушка возвращалась домой из библиотеки, так как Интернет отключили за неуплату. Легкое весеннее платьице ярко-оранжевого цвета не доходило до колен, открывая обзор на стройненькие ножки их миниатюрной обладательницы. Туфельки на невысоком каблучке и лента в тон одежды в голубых, длиной по плечи, волосах – образ представительницы прекрасного пола, который и узрел юноша. – Простите, я спешу, – выговорила миловидная барышня и, поправив очки, быстро свернула в первый же переулок. В сердце стало странное чувство, будто должно случиться что-то очень нехорошее. Девушка прижала книги к себе, так как пакет по пути в родное гнездышко разорвался от тяжести, ноги несли их хозяйку все быстрее, а сердце начало отбивать марш. Она чувствовала, что этот странный человек не просто так прицепился именно к ней, хотя на улице можно было еще встретить людей. Где-то в метрах тридцати послышался свист, и в узком проеме, куда успела пробежать синеволосая барышня, появилось уже два молодых парня. – Дела подождут, – ухмыльнулся все тот же молодой человек и, бросив окурок на еще мокрый от дождя асфальт, затоптал его носком ботинка. Крепкое телосложение, серьги в ушах, светло-русые волосы… Какая-то слегка рваная серая толстовка с белой надписью «Champion», джинсы с кучей цепей и заклепок, что придавало гостю вид шалопая и хулигана, однозначно не обрадовавшего девушку, которой на вид было лет семнадцать-восемнадцать. Второй же отличался от «куряги»: странная прическа с ниспадающей челкой на один глаз, закрывающей его полностью, черный цвет волос, странный прикид, напоминающий не то хиппи, не то анархиста в лохмотьях, тяжелый до безумия взгляд, от которого явно стало бы не по себе и самой храброй представительнице женского пола. – Стинг, – позвал друга темноволосый, – это же подружка Айрона, – вдруг произнес он, что на долю секунды шокировало русого, однако тот лишь расплылся в коварной ухмылке и начал приближаться к девушке. «Леви Макгарден, значит? – думал про себя Стинг, – так вот какой цветок охраняет Редфокс… – парень подошел близко, нарушая личное пространство голубовласой. – … И если этот цветок охраняется, возможно, он что-то скрывает… – размышлял блондин, взяв девушку за подбородок и подняв ее лицо вверх, а у той аж перехватило дыхание». – Мне нужен твой… телохранитель, – обозвал ее друга гость. Ведь она, Леви, с детства дружила с Гажилом Редфоксом, главным авторитетом в драках этого района. Он всегда ее защищал, стоило только толкнуть малышку в проходе, всегда на помощь приходил темноволосый, усеянный пирсингом подросток, который всем внятно и понятно объяснял, что эту девочку трогать не стоит, если, конечно, пара ребер не лишние. – Я… не знаю, где он, – вжалась в холодную, шершавую стену юная леди. – Отпустите меня, – закусив губу, жалобно попросила она, глядя на парней, но те лишь рассмеялись ей в ответ. Из-за вечных драк ее друга, приходится отдуваться ей самой. За что такое наказание? За какие грехи? – Он слишком много напортачил и подпортил нашу репутацию, – прижал девушку телом блондин, ощущая ее сбивчивое дыхание. В висках и ушах начинало пульсировать, кровь приливала к голове, сердце билось с неистовой скоростью – вот цена страха девушек в подворотнях. И какого, спрашивается, она так долго просидела в той чертовой библиотеке?! Ведь Редфокс предлагал провести ее до дома, но наша юная бойкая девица соизволила отказаться, считая, что все случается со всеми, кроме нее, а теперь пожинает плоды своей неосторожности. – И ты расплатишься за них, – рыкнул ни с того ни с сего Стинг и, просунув руки под тонкую ткань платьица, жадно впился в губы маленькой хрупкой Леви. Та в испуге распахнула глаза и начала бить кулачками по парню, но тот никак не реагировал. Наступание на ноги, тоже прошло безрезультатно, а чужие руки только поднялись выше от бедра, задирая ткань ее одежды. Пытаться кричать бесполезно, дать ногой по мужской слабости – невозможно, он зажал ее ноги своими так, что выбраться нереально. В ужасе от того, что ничего сделать не может, она начала придумывать самые бредовые планы побега, но как только зазвенела пряжка ремня на джинсах парня, то все мысли оборвались, как нить, которую уже не связать вновь. Грязные руки снова пробираются под платье, желая стянуть белье, но послышался какой-то странный шорох и вскрик Роуга, второго из банды белобрысого. – Стинг… – прохрипел голос, и в этот же момент послышался удар, тело девушки могло расслабиться и двигаться по указаниям мозга, а перед глазами появился высокий широкоплечий юноша, над бровью которого блеснул пирсинг. Руки в перчатках без пальцев, меховой жилет без рукавов, открывающий отчетливый вид на явно накаченные бицепсы, волосы цвета смолы… – Га-жил… – зажав себе ладошками рот, синевласка упала на колени и заплакала. От того что страх и отчаяние перемешались с адреналином и надеждой на спасение, жутко заболела голова, будто в висок просунули иглу от шприца. Но сейчас волноваться уже не стоило, ведь он пришел, он ее защитит и обнимет в утешение. Вот только нож в руке белобрысого не придавал всей картине красочности. Редфокс никогда не был многословен, он всегда знал, в какой момент нужно что–то сделать, если дело касается драк, но, увы, под влиянием эмоций и чувств у него не получается адекватно мыслить, что явно не играет ему на руку. Почему эмоции? Нет, не потому что лучшую подругу чуть не изнасиловал этот идиот, даже не потому что это по вине самого смольноволосого, а потому, что кто-то осмелился вообще прикоснуться к ней так, как должен иметь право касаться только он… Орудуя кулаками и пропуская не меньшее количество ударов от противника, Гажил на миг отвлекся, дабы посмотреть, как там его девочка, и получил ножевое ранение по правому плечу. Стиснув зубы и выругавшись, что подняло его силу духа, Редфокс пригнувшись, стремительно и быстро подбежал к Стингу и ударил того под дых, затем сразу же зарядив ему между лопаток. Белобрысый упал на асфальт, харкая при этом кровью и произнося нечленораздельные слова в адрес Редфокса. – И если ты, сучара, еще хоть раз подойдешь к ней ближе, чем на километр, то знай, мест на городском кладбище больше нет, и твой труп будет гнить в канале реки, усек? – наступил на побежденного парень, согнув ногу в колене и держась за кровоточащее плечо. Тот едва заметно кивнул, и Айрон начал медленно оседать от быстрого боя и иссохшего организма, но маленькие ручки вдруг обхватили торс парня и попытались поднять. – Леви… – вздохнул юноша, облокачиваясь о стену и глядя в карие глаза, пропитанные горечью за него. Оторвав рукав от красочного платья, миниатюрная Макгарден срочно сделала другу перевязку, и теперь оба тяжело дышали от только что пережитого кошмара. Для нее – шока, для него – чуть не утраченного сокровища. – Спасибо, – еле слышно произнесла Леви, облокотившись о стену рядом с Гажилом. Но он ничего не ответил, продолжая смотреть в одну и ту же точку. Вдруг юноша, резко оторвавшись руками от стены, отошел на шаг, но незамедлительно повернувшись к подруге детства лицом, испугал ее своим взглядом, словно сейчас будет что-то пострашнее того ужаса, что был несколько минут назад. Шестое чувство ей подсказывало, что сейчас он как-то слишком откровенно на нее смотрит, будто раздевая взглядом. Не как на подругу, а как на девушку. Макгарден покраснела. – Мне надоело! – вдруг вскрикнул темноволосый, ударив со всей силы кулаком по стене в приступе ярости, прямо рядом с головой Леви. У той потерялся дар речи, в этот раз он сильно ее испугал. Боясь вымолвить и слово, синевласка молчала, ожидая реплики своего друга, вот только сердце отчего-то стало отбивать бешеный ритм в груди. – Надоело! – опять крикнул Редфокс, когда ударил по стене второй рукой, как бы захватывая Макгарден в определенную клетку. – Ч-что т-тебе н-надоело? – заикаясь, произнесла голубоволосая, вжавшись в бетонное изваяние так, что казалось, она скоро начнет проходить сквозь стены. – Всё! – исчерпывающий ответ. По крайней мере из уст Редфокса. – Я не могу больше так. Леви, не мучай меня, отпусти! Ты разве не понимаешь, что я знал, что ты будешь в опасности, когда я стал тесно с тобой общаться?! Я знал, что тебе могут угрожать и собирался тебя всегда спасать, находясь героем в твоих глазах. Но ты никак не реагируешь на все это! Ноль, причем абсолютный! Леви, уезжай, я не могу больше без тебя, а из-за общения со мной у тебя могут быть неприятности, так что давай… – он помедлил, а потом добавил тише: - Уезжай… Стараясь здраво мыслить и адекватно переварить полученную только что информацию, девушка не смогла сдержать свою женскую сущность, которая со слезами вырвалась наружу, что немало удивило темноволосого. Плачет?! Почему?! – Гажил, ты идиот… – закрывая лицо ладонями, сквозь рыдания проговорила кареглазая. – Как ты мог подумать, что я уеду и больше не увижу тебя?! Я знаю, что это прозвучит странно, но… Да, я попала в то число людей, которые рано или поздно влюбляются в своих лучших друзей, нарушая правила вековой дружбы. Прости… – и, обвив парня за шею тонкими ручками, девушка пылко поцеловала его, закрыв глаза и глотая соленые слезы. Думала, что оттолкнет, но… Большие ладони легли на осиную талию, согревая и распуская мурашки по ней одновременно. Он прижал к себе ее сильнее, чтобы, не дай Бог, не сбежала. Теперь ей не суждено куда-то уехать, потому что он не отпустит. Всегда будет защищать ее, подставляя свое плечо и протягивая ей руку помощи, но уже не как подруге… Вот она любовь, окаянная…