My sweet revenge: No pain 2.

Капля за каплей ударяет о влажный асфальт. С каждой секундой он становится все сильнее и, в конце концов, превращается в беспощадный ливень, который не щадит никого. Я промокшая, уставшая остановилась у дома со всеми своими пожитками. Этого стоило ожидать. Я все-таки вернулась домой. Не хочу еще больше обременять подругу, останавливаясь у нее дома словно в бесплатном мотеле. — Елена? — тихий голос моей мамы, заставил меня поднять свой взгляд с мокрой земли на нее (через капюшон толстовки). Я взяла сумку с вещами. — Долго стоишь? Я предпочитаю молча ждать пока она откроет дверь, при этом не доставая меня вопросами. — Тебе правда интересно? — отвечаю я и переступаю порог дома. — Просто представь, что меня здесь нет! С этими словами я поднялась на второй этажа и, кинув мокрую на сквозь сумку на пол моей комнаты, я прошла в ванную. Даже не знаю почему, но я прислушалась. Женщина только что закрыла холодильник…и по всей вероятности включила телевизор. Хоть дом у нас и большой, все слышно очень хорошо. Воссоединившись с собой, я невольно остановилась на своем отражении. Мой внутренний голос твердил, заставлял и принуждал меня делать, слушать и убеждаться во многих вещах! «Ну и в кого ты превратилась?» « В жалкую, беспомощную девочку, которая даже не способна справиться с одним единственным мальчишкой!» — Замолчи… «Что? Не нравится себя опускать? Ты-ничто!» — Нет-нет-нет, это не так! Мои руки вцепились в волосы. «Так! Ты ненавидишь себя. Знаешь почему? Потому что в глубине души понимаешь, что я права! Ты — всего лишь, тупая сука!» — Заткнись! Я заорала вовсе горло, наверняка в скором времени я посажу связки, но сейчас мое второе «я» с каждым моим вздохом наседало своими словами и задевало за живое. По-настоящему задевало. Осколки настенного зеркала, которое только-только показывало мое отвратительное отражение посыпались, разлетелись в разные стороны, а я покачивалась вперед и назад, схватившись за голову как человек с расшатанной психикой (и я не удивлюсь, что это так), сгорбилась как сломанный мост. Голос все продолжал дьявольски нашептывать мне самые гнусные слова… — Елена Мари Гилберт, какого черта? — в ванную ворвалась мама, но тут же осеклась. Я взглянула на нее из-под растрепанных и наверняка уже запутанных волос. — Что тут произошло? Ты поранилась? — Мама схватила меня за руки, а я лишь обессиленно сползла по стене. — Боже, да ты вся в крови! — Я — в порядке. — проговорила я. — Отбрось свою заботу и оставь меня в покое… — Зачем ты так? — она закрыла руками лицо. — Почему ты так ко мне относишься? Я проигнорировала ее слезы, негодование и кое-как взяв себя в руки, полностью сосредоточилась на том, чтобы подняться. Что у меня с трудом и все же получилось! — Выйди! — Что? — она всхлипнула. — Нет! Я…тебе нужна помощь! — Я сказала, пошла вон! — своей окровавленной рукой я наставила на дверь, а мой крик был похож на скрип ржавой двери, которая вот-вот спадет с петель. — Мне не нужна твоя помощь! Женщина отпрянула и пару секунд только и могла что недоумевать и стоять напротив меня как привороженная. Я настойчиво открыла для нее дверь, чтобы та вышла. Теперь же я осталась одна. Снова одна. Только я и мое второе «я»…

***

Stefan Salvatore. — Ты знал, что она в городе? — Деймон с обвинениями ворвался в мою комнату. — Ты о ком? — Боже, Стефан. — он нервно усмехнулся. — Меня не обмануть! Ты знал, что дочь Изабель в городе! Ты знал! — Елена в Мистик Фолс? — я сглотнул. Мое горло на удивление пересохло. — Я не знал. — Не верю. — он стиснул зубы. — Ты с шестнадцати лет влюблен в эту девицу. Это — правда. Я — был безответно влюблен в эту девушку. — Не называй ее, девицей. — защищал ее я. — Ты ее сосем не знаешь! — О, нет, Стефан. — он ухмыльнулся, сделав шаг вперед. — Я знаю ее намного лучше, чем кто-либо. Ведь никто кроме меня…еще не слышал ее стонов, хотя… — он рассмеялся, а я чувствовал как стучит в ушах кровь, — кто знает с кем она с тех пор проводила ночи. «Сукин сын!» Я замахнулся кулаком, чтобы «пройтись» по его физиономии. Деймон не ожидал этого и с грохотом упал на пол. — Не смей говорить о ней как о шлюхе, Деймон! Он резко подскочил, вступая в боевую готовность. — Ну она ведь и есть шлюха, Стефан. — он раздражающе простонал. — Только ты бегал за ней как щенок. Чертов защитник! — Пошёл вон, я не собираюсь выслушивать всю эту грязь. — Я бросил на него самый что есть ненавистный взгляд и налил себе стакан Бурбона. Он  поднял руки вверх в попытке избежания еще большего конфликта и вышел за дверь. Damon Salvatore.

Песня: Twenty one pilots — Goner

Господи, как же он туп. С возрастом Стефан все больше и больше тупеет. Стоило мне заикнуться об этой соплячке, так он превратился в семнадцатилетнего себя. У него очень большие проблемы. Что он мог найти в ней? Она не такая уж и симпатичная, ну ладно может быть она и привлекательна сейчас, все равно до девушек, с которыми встречался я, а именно с моделями и актрисами, она гладкий утёнок. Нужно съездить проветриться. Я прыгнул в свою тачку и уже мчался в местный бар. Я вспомнил, что в бардачке у меня лежит, недопитая бутылка «Jack Danielʼs» и я сразу же почувствовал на своих губах мощность этого напитка. Я остановился посреди пустой дороги. Можно назвать это быстрой сменой настроения, я обдумал и решил, что пора «остановиться». Сколько можно? Устал. Деньги, деньги, деньги, деньги, снова деньги, секс, выпивка. Устал. Надоело. Это — привычка. Ужасная и все же привычка. Забавно, ведь только сейчас, когда я совсем один…окружен этими чертовыми банальными звездами, я смог осознать, что моя жизнь — пуста. Это пугает. Пугало каждый раз, когда я оказывался в клубах, барах, в окружение людей, которые хотят подчинить меня, укротить, а я не позволяю им этого. Хотя с другой стороны уже не чувствую себя свободным. Это заставляет меня ненавидеть себя еще сильней. И все-таки, мне ничего не остается, кроме того как двинуться с места и провести время в обществе бармена… Elena Gilbert. — Уф. — я громко взываю, обливая свои руки «перекисью водорода». Эта темнота, окутавшая всю комнату намного приятнее света. Мои глаза давно привыкли к этой тьме и не позволяют мне смотреть в свое отражение, на крупные плитки разбитого зеркала, разбросанные по всей ванной. Сейчас мне уже не кажется, этот «беспорядок», чем-то страшным. Я успокоилась и больше не чувствую себя столь сильно дерьмово как всего-то час назад. Но ненависть к своему естеству не прошла. Как же мне хочется умереть. Знаю, это так глупо, но я могу жить как все остальные. Я ненавижу саму суть своего существования. Один чужой гнусный поступок может перечеркнуть всю жизнь. «Что уже сдалась? Правильно! Зачем страдать…лучше все сделать быстро и сразу». — Сколько ты будешь преследовать меня? «Пока не сделаешь то, ради чего стала продолжать свое никчемное существование! Но знаешь что меня больше всего шокирует?» — Что? — мой голос дрогнул. «Ты сдалась, но даже не боролась! Ты не пыталась!» — Я не смогу ничего сделать… «Потому что ты слабачка. Что? Кишка-тонка? Оно и видно!» — Кажется, я сказала тебе заткнуться! В долю секунды мой старый ковер пропитался жидкостью, состоящий из спирта. «Ха-ха-ха…ну хорошо. Ведь я — это ты, глупышка. Так что… у тебя есть два варианта избавиться от меня. Первый — самоубийство. Второй — начни уже свою месть, Гилберт. Осуществи то, зачем ты все еще продолжаешь жить. Он — все испортил. Испортил тебе жизнь. И ты все так и оставишь?» — Нет! Я вскочила и подошла к своему старому нетронутому зеркалу, которое касалось пола. Мои темные волосы на удивление доходили до талии. Вдали  виднелись отблески уличных фонарей. Сразу показались тонкие черты лица. Губы, которые с самого рождения были слегка пухлые и розоватые, сейчас насыщенно оттенка. Каким бы не казалось мое ужасно небрежное тело, сейчас оно выглядело очень даже неплохо. Стройная и в тоже время не худая. Я провела по волосам, слегка «Хорошая девочка».

***

Author. Елена под мотивирующими словами своего второго «я», стала кем-то другим, не контролирующей свои действия. Будто под гипнозом, она практически собирается выбежать из дома, чтобы обдумать все, что можно использовать в собственную пользу. Уверенная в себе Гилберт не упустила возможности использовать встречу с подругой как предлог, чтобы оказаться в баре. — Ты куда? — Изабель взволнованно кинулась вслед за дочерью. Елена ничего не ответив, но четко расслышав, взяла запасные ключи от дома и надев на себя кожаную куртку, отсалютовала на прощание женщине рукой. Девушка села в машину подруги и скрылась из виду. Они ехали молча, каждый думал о чем-то своем, а Елену с каждой секундой переполняла решимость, жажда мести. Она знала, что месть не свершится прямо сегодня ночью, но она начнется сегодня. Она точно знает это. — Что это у тебя за хрень такая? — Ребекка поморщилась, осматривая руки шатенки. Та, решила не вдаваться в подробности, затянув рукава своей кожаной куртки по длиннее. — Да, так. — проговорила она, подстегивая еще больший интерес подруги, улыбаясь будто бы ничего за этот вечер плохого не произошло. — Порезалась.

***

Мистик-Гриль, с тех пор как там в последний раз побывали девушки, стал переполняться народом, оживился. Девушки прошли через толпу к прежним столикам. Их общих знакомых не было, хотя они этого не знали: народу было слишком много. — Ты в порядке? — поинтересовалась Бекка, сделав глоток кофе. — Да. — ответила она. — А ты? — Отстой. — Майклсон ухмыльнулась. — Они не подлили мне в кофе коньячку, как я просила. — Если хочешь я могу принести для тебя бутылку. — Гилберт бесстрастно пожала плечами. — Тогда не придется, что-либо высказывать бармену. — Так-так. — Бекка подозрительно сузила глаза. — Кто ты? И что ты сделала с моей подругой? — Это все еще я. — ответила шатенка и обе рассмеялись. Хоть Елена и сказала это, глубины ее подсознания говорили об обратном. — Черт, я хочу одного из тех мальчиков. — Бекка расплылась в улыбке до самых ушей словно мартовский кот, озвучивая свои пошлые мыслишки насчет молоденьких футболистов их старой школы. — Которого? — Гилберт невозмутимо отпила кофе и посмотрела в сторону тех игроков. — Который натурал. — ответила блондинка и обе ухмыльнулись. — Вон тот симпатяга-брюнет. — Так иди и заполучи его. Ребекка подмигнула Елене и отдалилась от их столика. Шатенка изменилась в лице как казалось искренняя улыбка, что сопровождала ее, исчезла, девушка и глазом не моргнула. А все потому что, она уже битый час наблюдала только за одним человеком. Та уверенна прошагала к тому, кто был ее сегодняшней, казалось бы, целью. Тот, кто проложит ей путь к выполнению желанного отмщения. — Привет. — возбужденно произнесла она, сев за столик. Собеседник поднял на нее удивленные глаза. — Привет, Стефан.