High summer

Эминем вынимает из кармана штанов пакетик, с множеством синих таблеток.Закидывается двумя, расслабляется от ноющих мыслей в голове.От мыслей о Ким и Хейли, которые сейчас дома, пока он собирается помочь беспомощной девочке, которая сегодня ныла у него на плече.Ненавидит себя за то что, буд-то спасает ее.Ненавидит за то, что он, твою мать, хочет остаться с ней.Защитить Мирцеллу от отца.Избить ее отца, своего старого приятеля, до потери крови, что бы задыхался и молил о пощаде.Что бы почувствовал ее боль.Что бы никогда больше не посмел притронутся к ней.К его Мирцелле.Хотя, чем эта мелкая сука, отличается от других? Но хочется.Хочется слушать мягкий, манящий голосок из ели открытых губ.Двигаться меж ее бедер, и не о чем не жалеть. Но Хейли.Хейли не вытерпит ухода любимого папы. Он не бросит Хейли.Нет.Он обещал.Он любит Хейли и никогда не бросит. Вспоминает Ким.Именно сейчас, он почему-то соскучился по ней сильнее, чем когда-либо. Он должен приехать домой.Должен встретить любимых девочек и сжать, в теплых объятиях. Он умывает лицо холодной водой, и выходит из ванной комнаты.Идет к Мирцелле, взъерошивая светлые волосы.Присаживается с ней на широкую кровать. -Наверное, надо убраться? -голос у нее тихий и спокойный.Голубые глаза широко открыты.Волосы, цвета молока не расчесаны.Кудрявые, запутанные. -Зачем? -Эминем усмехается, и смотрит в ее глаза. -Не знаю, -она замялась.-Думала, так обычно делают. -Детка, для этого есть служебный персонал.-он нагло улыбается. Она отводит глаза, краснеет и смущается. Эм встал с кровати, и спросил, непринужденным голосом: -Так, че мне сказать, -Он громко зевнул и продолжил. -Отцу твоему? Девочка глубоко вздохнула, отвела глаза, а позже, тихо произнесла: -Не, -она замялась.-Не надо. Она обдумывала всю эту ситуацию, пока Эм был в ванной комнате.Поняла.Поняла, что слова его будут бесполезны.Поняла, что слова его ни к чему, хорошему, не приведут.Поняла, что ничего не изменится и все будет как было.Все будет еще хуже.Поняла, что живым он не уйдет. Эминем хмурится, смотря на нее. -Что? -спокойно спросил он, еще не до конца поняв ее ответа. -Пожалуйста, не говори ничего папе.-она всхлипнула и задрожала.-П-просто, -заикается она.-Просто, отвези меня домой.-продолжила она тихо, подняв глаза на него. Эминем буд-то, только сейчас, проснулся.Сообразил до конца, все сказанное ею. -Что ты несешь? -громко спросил Маршалл.Взял ее за подбородок, навис над ней, и продолжил.-Ты слышишь? Че несешь? Она дернулась, в испуге, издав громкий всхлип. -Пожалуйста, не говори папе, что я тебе рассказала.-Ее глаза смотрели мольбами.-Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… Она смотрелась жалко.На столько жалко, что у Эма просто не хватило слов ответить. Этой девочке, главное что бы отец не узнал, что она проболталась.Главное.Буд-то, если отец не узнает, то все будет хорошо и спокойно. Руками, она вцепилась в одеяло.Он грубо берет ее за руки, девчонка не отнекивается.Он берет девичье запястье в ладонь, что бы рассмотреть глубокие порезы.Внезапно, Эминем заволновался за нее, как за собственную дочь. -Сколько раз, ты это делала? -Пять, или шесть раз.-она тихо всхлипнула.-Но папа спасал меня, много раз спасал. Он понял — она не излечима больна.Ее детская психика, уже никак, не излечима.Такие раны не лечатся. Жалкая девочка. Она — провокатор.Заставляет ненавидеть себя, все больше.Его выбешивает все.Именно поэтому, он грубо откидывает ее запястье.Оно больно приземляется на голую, девичью ногу, но девчонка игнорирует боль и его грубость. *** Посадка, его личного самолета в аэропорту, через четыре часа.Эминем не пожалел времени отвезти ее домой. В автомобиле, она молчит и смотрит в окно.Жарко и душно, тело прилепает к кожаному салону.Все мысли забиты отцом, и его грубыми, жирными руками.Она уже знает, что ее ждет дома.Но слава богу, за то, что Эм решил прислушаться к ее словам, и не просить ее отца остановиться. На прощание, он внезапно выходит на улицу, с ней.По-отцовски, целует ее в лоб.Просит водителя остаться на десять минут. Личного охранника — Байрона, Эминем просит остаться в машине. -Уверена? -спрашивает он у нее, уже стоя у подъезда, высокой двенадцати этажки. Она отвечает не сразу.Думает. -Да. Сейчас, в голове, осталось лишнее.Осталась она.Он забывает про Ким.Он забывает про самолет, который у него через три часа, в Детройт.Он забывает про то, что на улице, сейчас .Что могут заметить, с малолеткой.Забывает, что он не Маршалл, а Эминем.Забывает, что он Слим Шейди. Забывает, и крепко целует в приоткрытые, алые губы.Сжимая юное тело, в крепких, на татуированных руках. Эминем знает, что ей никто, и никогда не поможет.И ее детские мечты о нормальной жизни, всегда будут только мечтами. Он чувствует как она дрожит.Губы Эминема, больше не касаются губ Мирцеллы.Мужские руки опускаются, и засовываются в карманы штанов. Он все еще хмыкает, стоя рядом в не желании уходить. В глазах девочки, уже не читается испуг.Только привычная, не скрываемая боль.Мысли ее, забиты слабостью и долгосрочными страданиями.Представлениями, о том что ждет ее завтра.Она уже буд-то предугадывает все плохое, ведь куска рая ей на блюдце, уже никто не принесет.Мог только Маршалл, только он. Сейчас, он стоит рядом.Через две минуты, она его больше не увидит.Больше никогда не увидит. Через две минуты, она не будет обузой.Она не будет отвратительной и мерзкой шлюхой для звезды мирового масштаба. Он забудет ее. Забудет. Убьет в своих мыслях, и даже не вспомнит. Не нужна ему. Не нужна. Он неожиданно, берет ее за руку. -Пойдем. *** Он открыл дверь в подъезд сам, в не желании слушать ее просьбы остановиться. Мирцелла боялась за него. Эм просто не мог позволить себе уйти — вот так, ничего не предприняв.В лифте, Байрон и Пол во всю названивали, все никак не могли успокоится.Он не желал отвечать.Чуть позже, ему позвонил Пруф, и Эм взял трубку, бесстрастным голосом, не до конца объяснив. Держал ее за дрожащую ладонь, не желал отпускать.Он сам еще, не до конца понимает что он делает.Красные глаза, с расширенными зрачками, глядели в одну точку.В голове, беспорядок — он не мог сосредоточится, на счет слов, которые он скажет этому ублюдку, ее отцу. Мирцелла смотрела на него, с расширенными глазами.С засохшими каплями слез на щеках.Она мысленно молилась, чтобы ее отец оказался один.Что бы не было этих тварей, которые пожирали ее взглядом, а потом брали ее тело, против ее воли. Она старается, как можно тише, открыть дверь ключом, но Эм ее поторапливает.Маршалл ничуть не боится. Отец Мирцеллы, встречает их в коридоре.Он смотрит с изогнутыми бровями, будто спрашивая.Не до конца понимая, присутствия Эминема, здесь. -Ох, Мирцелла.Ты наконец-то дома! -Ее отец, притворно улыбается, чуть позже обнимает девочку. Эминем осматривается.Квартира у них дорогая.Телевизор дорогой, стоит во всю стену.А одежда Мирцеллы, стоит гроши в секонд-хенде. Эм усмехается, когда видит как ее обнимает отец. Старый друг, подходит к нему с объятиями.Но Эм, грубо отталкивает его. -Я так понимаю, Мирцелла рассказала тебе, чья она дочь. Мирцелла стояла взади отца, смотря под ноги, нервно теребя подол джинсовой юбки. Маршалл молча, глядел на Хуго.А позже, произнес: -Сам догадался. Хуго отказывается верить. Мирцелла осторожно осмотрелась: в квартире нет никого, кроме отца.Она подавила в себе маленькую радость. Отец Мирцеллы, поворачивается к ней.Притворно, ласковым голосом начинает шипеть: -Мирцелла, милая, -он странно хихикает.Стараясь, не сорваться при Эминеме.-ты ведь сама захотела.Хотела всегда этого, всего, сама, -он аккуратно, наматывает на палец кудрявую прядь своей дочери.-Зачем ты врешь дяде Маршаллу? Она испуганно дрожит, начиная послушно поддакивать.А позже, заикаясь, заговорила: -Я…Я, -слеза, мучительно медленно катится по щеке.-С-соврала, -ее пальцы натерлись, от жесткой джинсы, которую она вечно теребит.-Прости.П-прости папа.-она начинает хныкать.Глаза ее смотрят вниз — под ноги.Избегает взгляда Маршалла.Плечи задергались.В легких, будто не осталось воздуха. Хуго поцеловал дочь в щеку, и вновь повернулся к Эминему. Маршалл убедился — он не верит Хуго. -Ты больной ублюдок.-прошипел Эминем, и подошел к нему.-Сукин сын. Маршалл замахнулся на него кулаком, с хорошего размаху, ударив по лицу, от чего тот отлетел и упал.Кровь прилипала к сознанию. Эминем подошел к нему, приподняв за шиворот футболки, и прошипел в его лицо, не много нагибаясь и нависая: -Чертов педофил.-продолжает ругаться Эминем. Хуго странно смеется.Эминем смотрит, непонимающим взглядом: -У меня свои люди, в Детройте, -Хуго нагло улыбается.-Один звоночек, и твоих любимых девочек, или как ты их там называешь, уберут в два счета. Эминем, широко выпучил глаза.Отпустил шиворот футболки ублюдка.Выпрямился, и ударил лежащего ногой по животу.Педофил закашлял, от пронзающей боли в поддыхе. -Заткнись, мразь! -кричал Маршалл, и ударил ублюдка еще раз, туда же.-Заткнись, сука! Заткнись, заткнись, заткнись! -все так же кричал Эм, нанося, все новые удары в поддых ублюдка.Тот лежал, прижав руки к животу, крича о помощи.Моля, что бы Эм остановился, но все тщетно. -Жирный урод! -выкрикнул Эминем. Эминем не уставал, с каждым разом, нанося все более сильные удары. А Мирцелла. Эта, малолетняя сука стояла в углу и дрожала.Это все из-за нее. Это все она. Мерзкая шалава. Она стояла вжавшись в стену, смотрев растерянными, влажными от слез глазами.Она не знала, чего ждала.Не имела понятия, как быть дальше.Но одно, она знала — она еще больше, рассердила отца. Она обуза для Эма.Она мерзкая шлюха, возомнившая себя девочкой достойной нормального.Того, что есть у других людей. Любовь и ласка - то, чего у нее никогда не будет. Теперь, Эминем ненавидит ее еще больше.Это она.Это все она. Виновата она. Эминем нагнулся и навис над ублюдком, взял его за шиворот футболки.Лицо у Хуго мерзкое.Из носа и нижней губы, течет алая кровь.На щеке, красное пятно.Скоро, начнет проявляться фиолетовый цвет. -Только попробуй, притронутся к моей семье, сука! -Эминем плюнул в его лицо, тягачей слюной.-Только попробуй! Хуго усмехнулся, и Эм снова ударил его кулаком по лицу.Тот захныкал. Эминем развернулся, в сторону Мирцеллы. Сейчас, Эм буд-то забыл зачем приходил. Приходил защитить ее.Ту, которую он уже успел, в своих мыслях, прозвать 'своей'. Но когда речь зашла о семье, он не смог сдержаться.Им овладевали гнев и наркотики.Любовь к Хейли, любовь к Ким.Это — главное. А эта сука, пусть ноет дальше.Пусть захлебнется своими слезами. Он подходит к ней вплотную, вжимая в стенку. -А ты, -прошептал Эминем, не жалея о крепко сжатых руках на девичьих, хрупких запястьях.-А ты сука, больше не смей попадаться мне на глаза. Он видит, как на ее глазах, начали появляться слезы. Он возненавидел себя сильнее. -Понадеялась, что мировая звезда — Эминем, спасет ее, -Эм приподнял уголок губ, и прошипел вновь.-Наивная. Он отпускает.Больше не держит.