Хэй, кто выключил свет?

      Порой Эзре казалось, что в его жизни кто-то периодически выключал свет, и наступала кромешная тьма. В такие моменты ему чудилось, что он пробирается вперед на ощупь, опираясь на слух и осязание, хотя в реальности его глаза прекрасно видели все вокруг. Скорее... состояние "отключения света" было свойственно метафоре. Бриджеру часто было одиноко, и хотелось, чтобы нашелся на свете хоть кто-нибудь, кто мог бы доверительно положить ладонь на плечо, взять за руку, прижаться, обнять... Парень понимал, что ему, как джедаю, такие мысли не должны быть свойственны. Ему должно хватать общества учителя, ну, может, парочки друзей. У Бриджера все это было — у него был Кэнан, который был ему настоятелем, у него был Зеб, с которым всегда можно было подурачиться, на какое-то время побыв ребенком. У него был Чоппер, за которым всегда можно было погоняться в приступы раздражения или излишней радости, была Гера, которой всегда можно было доверить секреты... Была Асока, которая всегда могла дать мудрый совет. Только Сабин у него не было.       Врен всегда была странной девушкой. Она часто уходила в свои мысли, рукой автоматически вырисовывая в воздухе очертания предметов, ее лучшими друзьями были баллончик с краской и электронная книга (в которую Сабин, как подозревал Эзра, записывала свои потайные секреты), а ночью по кораблю разносился неприятный запах растворителя. Любую поверхность, даже чью-то спину, Сабин воспринимала как мольберт, а еще Эзра мог поклясться, что, порой, она чересчур глубоко задумывалась, и чей-то небрежно накинутый пиджак в скором времени был разрисован. Парень иногда полагал, что в такие моменты девушка просто не контролировала себя. Возможно, в порыве вдохновения она глубоко погружалась в творчество и абсолютно не обращала внимание на происходящее вокруг. Это было загадочным... и манящим. Да, Эзра порой понимал, что он, порой, чересчур внимательно рассматривает ее лицо, пока она сама на него не смотрит; на тренировках с Кэнаном, едва она появлялась в его поле зрения, ноги сами подкашивались, глаза разбегались в стороны, язык заплетался, как после пьянки, и консервная банка, посланная Чоппером, врезалась ему в лицо, оставляя синяк или порез; а по ночам он просыпался после очередного кошмара или, наоборот, приятного сна с Врен в главной роли*. Когда Бриджер находился в таком состоянии, ему казалось, что весь мир над ним одновременно смеется и дрожит пред мощью. "Это же не любовь, правильно? — часто говорил себе Эзра. — Привязанность, не больше".       А иногда эта "привязанность" словно... выключалась. Как гаснет лампочка в люстре, едва рука касается кнопки выключателя, как тухнут несбывшиеся грезы, или, наоборот, материализовавшаяся из фантазий в реальность мечта, как исчезает старая, детская, легкая и наивная влюбленность. Тогда все вокруг казалось обыденным, серовато-скучным. Все миссии выполнялись словно на раз-два, а тренировки проходили, как обычное занятие в какой-нибудь Академии — учитель и ученик молчат, лишь только слышно жужжание светового меча и скрежет разрезанной банки. Это сводило с ума. Вечером, после такого обычного, тусклого дня, Эзра ложился спать, в то время как на нижней койке храпел Зеб, а падаван тихо сжимал кулаки от безысходности. Ему было тоскливо. Хотелось чего-то такого, что будоражило, заставляло вскипать кровь в венах, а после оставался бы приятный осадок адреналина.       Во время такого состояние Эзра осознавал, что ему совершенно безразлично, что там делает Сабин, будет ли она наблюдать за его очередной тренировкой или нет. Это пугало. Но спустя несколько дней его прежнее состояние вновь "включалось", и возвращалось все — беспокойные сны, ажиотаж во время выполнения заданий, его прежняя... влюбленность? Привязанность? Симпатия? Черт возьми, Эзра и сам не мог охарактеризовать свои чувства. Иногда они вскипали, как вскипает вода в чайнике, а иногда отзывалась невнятным покалыванием где-то в теле, только и всего.       Эзре казалось, что это продолжается уже много, много лет, хотя на самом деле от силы три-четыре года.       И Эзра сдается. Он уже не верит, что может произойти чудо.

***

      — ...Пока мы с Зебом отвлекаем охрану, ваша задача — перекачать файлы и доставить их на "Призрак". А дальше я перенесу их в безопасное место и поставлю блокировку. Все поняли?       — Да, — хором отозвался экипаж, внимательно прислушиваясь к словам Геры.       — Эзра, ты слышал? — Сабин толкнула мятежника в бок, заглядывая ему в глаза.       — А? Что? — Эзра поднял щеку с руки, на которую облокачивался, и туманным взором посмотрел на девушку. Мандалорка закатила глаза и с долей сарказма произнесла:       — Ты что, вообще не слушал, что говорила Гера?       Бриджер замялся. "Почему бы тебе не отвернуться от меня?" — мысленно злился он, отводя взгляд от Сабин.       — Ну, почему не слушал? Слушал, и очень внимательно. А ты не можешь повторить, а? Так, на всякий случай.       Врен тяжело вздохнула и отвернулась.       — Хотя бы сейчас попытайся вникнуть в происходящее, — бросила она, поудобнее устраиваясь на диване, ненароком задевая Эзру ладонью. По спине побежали мурашки, как и обычно бывало, и парень прерывисто вздохнул.       Тем временем капитан корабля продолжала разъяснять план экипажу. Эзра поставил босые ноги на диван и, обняв колени руками, стал рассматривать слушателей. Кэнан, как всегда, расположился возле Геры, подперев голову ладонями, закрыв ими часть лица. Зеб устроился на стуле рядом, слушая Синдуллу и параллельно протирая свою любимую винтовку. В кабине пилота, чьи двери были открыты, примостилась Асока, рассматривая голограмму штаба, в который им нужно было проникнуть.       — ...таким образом, оглушив штурмовиков, у нас будет время на самое главное. Потом счет пойдет на секунды. Вы должны успеть, слышите? — с нажимом на второе слово в последнем предложении произнесла Гера.       Кэнан кивнул, убирая от лица руки и кладя их на колени. Зеб неразборчиво прохрипел свое излюбленное ругательство, откладывая в сторону винтовку, всем своим видом выражая согласие. Чоппер бибикнул в ответ на реплику. Синдулла повернулась в сторону сидевшей в кресле второго пилота Асоке.       — Асока, что ты думаешь? — с частицей уважения в голосе поинтересовалась Синдулла. — Ты ведь слышала, что я говорила, верно?       Зеб фыркнул и почему-то посмотрел на Эзру. Тот показал ему язык, преодолевая желание вскочить с места и уйти. Сабин, наблюдавшая за этим зрелищем, презрительно фыркнула и отвернулась.       — Да, конечно, — тут же откликнулась Асока, пристально рассматривая голограмму. Ее глаза были слегка сощурены из-за ярко светившего в "окно" солнца.       — Не то, что некоторые, — едко заметила Врен, откинувшись на спинку дивана и, с ухмылкой повернув голову влево, посмотрела на Эзру.       — ...но у меня есть парочка примечаний, — поспешила продолжить Тано, краем глаза заметив, что парень уже собирается бросить что-нибудь обидное в ответ. — Как ты уже сказала, здесь, — она провела пальцем по одному из этажей здания, оставляя ярко-голубой след, выделяющийся на тускло-синей голопроекции, — на страже стоит на несколько штурмовиков больше, чем в остальных местах, плюс тут могут патрулировать один-два инквизитора.       — Да, — подтвердила Гера, — именно поэтому я решила послать туда Кэнана и Эзру. Они обезвредят охрану, поднимут шум, в то время как Чоппер прошмыгнет и перекачает файлы.       Эзра воспрял духом. Отлично, значит, он отправится с Кэнаном, как обычно, а не с кем-то другим.       — Да, я понимаю, но разве не легче пройти через центр управления, — голубая линия вновь появилась на голограмме, — а через него попасть в камеру, где храниться информация? Там можно будет вырубить немногочисленную охрану, забрать файлы и бесшумно — а может, и не бесшумно, но это уже не важно, — смыться?       — Ну... — немного озадаченно протянула Гера. — Ты права... но как через центр попасть в камеру хранения?       — Задай вопрос посложнее, — усмехнулась тогрута. — В центре есть неприметная дверь, через которую с помощью карты доступа можно вылезти на небольшую площадку, в которой находился проход... в канализацию. Или же, если добыть карту не выйдет, воспользуемся старой доброй вентиляцией.       Повисло молчание. Зеб почесывал бороду, шурша пальцами о щетину. Гера задумчиво терла ладонью о лоб. Эзра же силился вспомнить, в какое же место они отправятся.       — Звучит разумно, — нарушила тишину Сабин. — Только кто отправится, в таком случае, за файлами?       — Предлагаю себя, тебя и Чоппера, — произнес Кэнан. — Ты проконтролируешь передачу файлов, а я обеспечу вам обоим защиту.       — А что насчет вентиляции? Вдруг вы не достанете карты, и придется пользоваться ею? Ты не пролезешь, — с сомнением произнесла Тано.       Джаррус легкомысленно отмахнулся.       — Достанем.       — А если нет? — поддержала Асоку Гера. — Нужно подстраховаться. Как насчет того, что тебя заменит Эзра?       — Я...       — А, что? — вскинулся Бриджер, едва заслышав свое имя.       Кэнан тяжело вздохнул и приложил к лицу руку, а-ля "фейспалм". Зеб фыркнул, Асока поддержала его тихим смешком. Сабин закатила глаза и начала объяснять:       — Если бы ты слушал, а не хлопал ушами и не пялился по сторонам, то понял бы, что теперь со мой и Чоппером вместо Кэнана отправляешься ты.       Настроение Бриджера резко упало. Отлично, теперь всю дорогу ему придется выслушивать ехидные подколы, замечания и исправления всех его действий... Отлично. Все просто прекрасно.       — Итак, — Гера поднялась с места, выпрямляя затекшую спину, — кажется, мы все решили. У нас есть полчаса на сборы, потом выдвигаемся. Отдыхайте.       Члены экипажа поднялись со своих сидений, переговариваясь между собой. Эзра неторопливо засунул голени в ботинки, на скорую руку застегнул их, встал и направился к своей каюте. Не успел он выйти в коридор, как его обогнала Сабин, чувствительно ударив локтем под дых. Бриджер поборол желание гневно вскрикнуть и послать ей вслед табуретку с помощью Силы, но сдержал ярость. Морщась от боли в боку, он дошел до комнаты и, войдя, закрыл дверь и вскочил на верхнюю койку кровати. Повернувшись к стене, он потушил свет и закрыл глаза. Ну, хоть полчаса отдохнет, а то сегодня совсем не выспался. Нужно набрать силы перед долгим, изнурительным и, видимо, довольно унизительным походом...       Не прошло и нескольких минут, как Эзра уснул. Он не видел, как в комнату кто-то еле слышно проскользнул и, посмеиваясь, улегся на нижнюю койку.