28 дней спустя

Осознание всей ситуации, тянущей за собой только дымку негатива и результат больной фантазии блондина выбили лишь ненадолго. Нельзя... Нельзя просто лежать и жалеть себя, придумывая оправдания своей беспомощности. И пусть желаемое в действительное нельзя было воплотить в считанные минуты, но Кристен старалась держаться как можно мужественней, воспитывая в себе силу духа. Пусть не сразу, но она потихоньку начала свыкаться с травмами, заставляя себя преодолевать хоть и маленькие расстояния, но в одиночку. Сначала короткий путь до шкафа, затем до ванной комнаты, а затем и до лестничного пролёта. В голове, казалось, уже был выстроен алгоритм действий: небольшая разминка, не позволяющая телу превратиться в обессиленный мешок с костями, потом запланированная дорога до душа, а после — прикрытие невольным сном, где отдыхали только мысли, вынашивающие план побега. Только вот от непобедимой стойкости пришлось однажды отказаться... Ворочаясь в одну из ночей на шёлковых простынях, Крис еле сдерживала болезненные полустоны, глотая очередную порцию обезболивающего. Но чёртовы таблетки отказывались помогать, забирая ноющую боль лишь на сотую долю минуты, тем самым заставляя блондинку сдаться и приняться за чудо технологии, любезно оставленное Мироновым. Еле разобравшись с аппаратом, девушка уже спустя пару минут лицезрела полусонного парня в дверном проёме, бубнящего что-то вроде "В чём дело?". — Болит жутко... — опуская глаза на бедро, послужившее причиной ночного визита нежеланного сожителя, Кристен немного удивилась, когда не обнаружила присутствия блондина. Но к её несчастью, а может и удаче, парень снова появился в комнате спустя немного времени, рассекая к её кровати с небольшим шприцом. — Спасибо. Я сама. — Но стоило ей вытянуть руку, как блондин отчуждённо фыркнул, усаживаясь рядом. — Помню, помню, ты у нас всё "сама". — Игнорируя её жест, Миронов незатейливым движением развернул податливое тело на бок, не давая его хозяйке фору на возмущения. — Лежи смирно, а то больно будет. — Без особого стеснения приспустив её пижамные шорты, он ловким движением вогнал шприц в оголённое бедро, заставив блондинку невольно дёрнуться. — Да какого хрена ты себе позволяешь?? — фыркая досаду в противоположную сторону, девушка всё же заставила себя оставаться в одном положении, чувствуя, как по телу растекается действие введённого лекарства. И признаться, боль начала отступать в считанные секунды, позволяя наконец-то облегчённо выдохнуть. — Козёл... — Не за что. — Всё ещё осматривая её тело из-под полуприоткрытых глаз, не отошедших от состояния сна, блондин вернул шортики в исходное положение, обходя кровать и укладываясь рядом с Кристен. — Какого... — Какого хрена я решил поспать на собственной кровати? — не давая очередной порции возмущения прийти к логическому концу, Глеб безразлично оглядел покрасневшее от негодования личико, попутно подминая под себя подушку. — Вдруг тебе опять плохо станет, так пусть лучше я буду рядом. Застывшая на губах фраза всё ещё оставалась немым недовольством на её устах, и девушка ещё неопределённое время разглядывала его профиль, мысленно осуждая каждое действие. Изнасиловать, сбить машиной, похитить из больницы, а потом просто прийти и улечься рядом из добрых и заботливых побуждений! Уму не постижимо... Но всё-таки желаемая лёгкость после перенесённых ощущений начала потихоньку брать верх, и девушка невольно сомкнула глаза, проваливаясь в требуемый организмом сон. *** Как ни странно, утро выдалось для Кристен весьма неплохим, поскольку, открыв глаза, она не обнаружила рядом с собой ни единого намёка на присутствие блондина. Только лёгкий шлейф его парфюма, уходящий в коридор. Ярко вспоминая события прошедшей ночи, блондинка украдкой уставилась на дверь, рождая в голове очередную идею, побуждающую снова воспользоваться незамысловатой техникой по вызову блондина. — Чего тебе? — облачая свою фигуру в дверном проёме, Миронов смотрел словно сквозь неё, ожидая очередной просьбы. — Я тут подумала... — признаться, незамысловатая фраза, изрекаемая блондинкой, заставила парня чуть насторожиться. — Если уж ты и решил поиграть в пленницу и морального урода, то у меня просто обязаны быть хоть какие-то привилегии. Особенно если учесть то, через что ты заставил меня пройти. Отслеживая его приближение пускай и с небольшой опаской, девушка всё же витиевато улыбалась, пока блондин не оказался на другом краю кровати, цепляя на свои губы ужимистую ухмылку. — Как видишь: не избиваю, не издеваюсь, не морю голодом... — Вот об этом, — прерывая парня на последнем изречении, девушка невинно заглянула ему в глаза, стараясь состроить милую мордашку. — Мне жутко не хватает витаминов, ты не мог бы купить мне фруктов? — только вот его выражение лица заставило Кристен усомниться в своих актёрских способностях. — И что ты задумала на этот раз? — намёка на доверие в его глазах даже не читалось, но его слух продолжал воспринимать её до неузнаваемости приторный голос, призывающий свою хозяйку не сдаваться. — Хватит во всём видеть подоплёку, я просто попросила фрукты... — стараясь придать невинной просьбе нотку обиды, блондинка ликующе глянула на Миронова, который, кажется, готов был последовать её просьбе. Только вот вернулся он с целым подносом фруктов уже через несколько минут, заставляя Крис обречённо выдохнуть, глядя на фруктовое разнообразие. — Я просто до жути хочу ананас... — без особого энтузиазма принимая из его рук поднос, она услышала лишь короткое "Ты издеваешься?", но всё-таки снова нацепила на себя жизнерадостный взгляд, когда блондин недовольно зашагал к шкафу, вынимая чёрную толстовку. — Но если это твой очередной манёвр, чтобы просто выудить меня из дома — то я за себя не отвечаю. — Натянув верхнюю одежду, Миронов вальяжно облокотился на край кровати, приближаясь к испуганному личику иностранки. — А тебе лучше не знать меня в гневе... Стойко выдержав атаку его взгляда, Кристен лишь кивнула головой, дожидаясь, пока слух уловит хлопок входной двери, давая зелёный свет. Теперь можно. Теперь она в доме одна. Собирая всю волю в кулак, блондинка поспешно слезает с кровати, морщась, но всё-таки ковыляя до лестничного пролёта. Время на "свою" комнату терять бестолку, ведь наверняка этот придурок упрятал её мобильный куда подальше. Остаётся только домашний телефон, так некстати находящийся на первом этаже. "Сила духа, Кристен — вот, что главное" С большим трудом преодолевая ступеньку за ступенькой на здоровой ноге, девушка добирается до журнального столика, хватая трубку и набирая номер подруги. Но взгляд словно нечаянно падает на лежащие рядом ключи от автомобиля, и Крис с замиранием сердца слышит, как за дверью раздаются шаги. "Чёрт! Только не это..." Застывая с трубкой в руке, ей остаётся только ошарашенно смотреть на вернувшегося за забытыми ключами Миронова, чьи глаза сейчас излучают далеко неблагоприятный для её положения вид. — Ты меня за идиота держишь?? — захлопывая дверь, что есть мочи, он резко выдирает из её рук единственный шанс на спасение, нервно отбрасывая трубку в стену и заставляя разлететься на несколько кусочков. — По-моему, я тебя предупреждал. — Совершенно не заботясь о доставленном дискомфорте, Миронов рывком подхватывает Кристен на руки, полностью игнорируя её попытки извиваться и кричать от далеко не приятных ощущений. Войдя всё в ту же спальню, он без особой обходительности кинул бунтующую блондинку на кровать, тут же разворачиваясь и устремляясь на выход. — Понадобится помощь... — кидая безразличный взгляд на скорчившуюся от боли физиономию девушки, Глеб достал из небольшой тумбочки ключ. И к её огорчению — это был ключ от комнаты. — Сама справишься. Как ты и привыкла... Запирая блондинку на замок, он быстро спускается по лестнице, хватая ключи и краем уха улавливая оскорбления, доносящиеся истеричным голосом из спальни. Плевать... Всё равно ничего нового в свой адрес он не услышит. Поправленная толстовка, хлопок дверью, поворот ключей. К чёрту её... Смешанные чувства доводили иностранку всё больше. Неизвестно, от чего хотелось плакать больше — от боли, или же от обиды. И постепенно стараясь взять себя в руки, девушка свернулась калачиком в наименее болезненную позу, уставившись в стену и заставляя себя хоть на время отключиться, чтобы не добить себя чувством собственной никчёмности. Заглотнув приличную дозу успокоительного, ей всё же удалось победить в схватке с недремлющим мозгом, постепенно отправляя себя в расслабленное состояние. Пролежав так несчётное количество времени, она понуро уткнулась в приоткрывающуюся дверь. Но не вид всё того же парня заставил и без того расшатанные нервы дать о себе знать, а впускаемый в комнату запах стойкого перегара. Внимательно осмотрев его фигуру, она чуть вжалась в кровать, когда он витиеватой походкой начал выписывать путь в её сторону. И судя по этой походке, он был сильно пьян. С трудом добравшись до кровати, он чуть заметно оттянул уголки губ, приметив, как неотъемлемый страх начал появляться на лице этого борзого создания. Стянув с себя толстовку, он с горем пополам принялся расстёгивать джинсы, наконец освобождая себя от мешающей одежды и вытягивая коричневый ремень. — Не надо... — дрожащий голос вибрацией сорвался с её губ, заставляя Миронова ещё больше усмехнуться, подбираясь к зажатой девушке всё ближе. Только вот желания противостоять любым его действиям почему-то не было. Либо не хотелось вновь потерпеть поражения в неравном бою, либо же просто опустились руки... — Заткнись, — странно, но в голосе не чувствовалось злости. Чувствовались лишь медовые нотки в столь грубой фразе и...запах женских духов. И приблизившись к ней, он позволил лицезреть сквозь свет полной луны кривой засос на его шее, вызывающий больше отвращения, чем сам хозяин тела. Легко скинув с девушки простынь, Миронов нежно прошёлся пальцами от самой щиколотки до бедра, оставляя за своими прикосновениями дорожку мурашек. И зацепив краешек мягких пижамных шорт, он с лёгкостью стянул их с её стройных ножек, принимаясь за нижнее бельё. — Пожалуйста... — еле слышно, возможно даже не стараясь задеть его слух, Кристен подчинялась всем его действиям, боясь очередной неадекватной реакции. Мало того, что перед ней псих, закрывший в собственном доме, так ещё и хорошенько поддатый. — Ты ведь сама этого хочешь, — но не успела девушка отрицательно замотать головой, как сильные руки в миг перевернули её на живот, а хозяин ситуации довольно аккуратно устроился меж худеньких ног, придавливая своим весом и предусмотрительно сжимая запястье здоровой руки. — Просто расслабься. Обвивая рукой её шею, он сделал резкий толчок, наполняя девушку собой и заставляя глухо пискнуть, растворив свой крик в подложенной под голову подушке. Немая тишина вновь окутала комнату, лишь изредка нарушаясь его учащённым дыханием. Даже привычные короткие всхлипы не сопутствовали его действиям, когда Кристен плотно упёрлась лицом в шёлковую наволочку, молясь, чтобы это поскорее закончилось. И только её тело продолжало предательски сжиматься, покрываясь дрожью наслаждения от его близости. И почему? Почему в его тело была помещена душа дьявола? — Прекрати делать вид, что тебе неприятно. — Его шёпот снова вернул её в реальность, но девушка продолжала не подавать никаких признаков на участие в этом одностороннем акте, проклиная себя за неконтролируемость собственных ощущений, которые вопреки всему сейчас не приносили никакой боли. Скорее наоборот... — Просто убей, — еле слышная фраза, но парень почему-то останавливается, извлекая орган из уже привыкшего к его движениям тела, ненадолго замирая сверху. — Уверена? — короткое мгновение, и блондинка полностью распахивает глаза, чувствуя, как Миронов освобождает её от своего веса, а затем и вовсе слезает с кровати. — Сама захотела. Ненадолго замирая, она не решается развернуться, но спустя несколько секунд видит, как рядом с ней приземляется свёрнутая вдвое фотография, а сам блондин без каких-либо объяснений удаляется из комнаты, непривычно тихо запирая за собой дверь. Всё же найдя в себе силы, Кристен аккуратно разворачивается на спину, опираясь на локоть и неуверенно дотягиваясь до фотографии. Но развёрнутый снимок заставляет дрожать ещё больше, а так искусно сдерживаемые слёзы наконец вырываются наружу, косыми дорожками скатываясь по щекам. — Нет... Не может быть...