Любовь и Ненависть.

      На следующий день за завтраком Снейп пожалел, что сидит близко к Директору, а рядом находится МакГонагалл. — Северус, — невинно начал Альбус. — Где ты был вчера весь день? В кабинете я тебя не нашел, и в апартаментах тоже. Поймав горящий любопытством взгляд гриффиндорского декана, Снейп стиснул зубы, сдерживая рваный вздох. — Не сейчас, господин Директор, — почему-то говорить о Тайной Комнате в присутствии всего преподавательского состава (не считая Трелони) Зельевару не хотелось. МакГонагалл бросила на коллегу пронзительный взгляд и отвернулась, как ни в чем не бывало. Снейп еще крепче стиснул челюсти. Так как добрый Директор отменил экзамены и занятия до конца учебного года, Снейп был вызван в его кабинет сразу же после завтрака. К досаде Зельевара, Дамблдор пригласил на эту беседу МакГонагалл. Когда все трое уселись за стол, и Директор разлил чай, начался разговор. — Ну, Северус, — весело поблескивая очками-половинками, произнес Дамблдор. — Куда ты вчера пропал? Снейп едва удержался, чтобы не скрипнуть зубами при виде живого интереса на лице МакГонагалл. — Я был в Тайной Комнате, — холодно ответил он. На секунду воцарилась тишина. Но лишь на секунду. Директор быстро опомнился. — Но ведь туда нельзя попасть, не владея парселтангом, — улыбнулся Альбус. Снейп поморщился. Признавать, что он почти полсуток провел в компании гриффиндорского трио и Горморна, и при этом они умудрились не поругаться, как-то не хотелось. Это было все равно, что признать поражение. Конечно, если бы здесь не было кошки, Снейп бы без опаски выложил всю правду. Но в данном случае присутствие декана львов вызывало лишь прилив враждебности к красному факультету. Однако на вопрос начальства нужно было ответить. — Вообще-то, я был там не один, — медленно растягивая слоги и тщательно подбирая слова, произнес он. — Я сопровождал Поттера и его трех друзей. В глазах МакГонагалл вспыхнуло любопытство. — И как вы решились на это, Северус? — с едва уловимой насмешкой протянула она. Снейп стиснул зубы. Ярость заклокотала внутри. Перед глазами вдруг встал Горморн, окруженный искрящейся аурой холода, которая повиновалась малейшему его капризу, полностью находясь под властью воли мальчика. — Возможно, если бы вы тщательнее следили за вашими студентами, — выделяя слова «тщательнее» и «вашими», резко процедил Зельевар, — Вы бы заметили изменения, которые произошли с Горморном. Мальчик обладает огромной силой. Вы помните его стихийный выброс на День Святого Валентина? Теперь эта сила полностью подчиняется его воле. И тем опаснее он может быть. Горморн больше не позволяет своей магии бить через край, он направляет ее туда, куда хочет. И теперь это не доводит его до магического истощения. На лицах Директора и его заместителя отразилось удивление, если не шок. Но если Минерва не могла подобрать слова, у Альбуса с этим проблем не возникло. — Вы хотите сказать, что мальчик научился контролировать свою магию? — прищурившись, спросил он. — Именно так, — криво усмехнулся Снейп. — Но вся проблема в том, что он не сам сумел это сделать. — О чем вы, Северус? — очнулась МакГонагалл. Снейп поморщился. Ну вот, теперь придется еще рассказать, что ты и раньше спускался в Тайную Комнату. Черт! Будь что будет! — Позавчера я и Горморн были там в первый раз, — ледяным тоном произнес он. — На отработке, — обличающе заявила Минерва. — Да, — резко осадил ее Зельевар. — Тогда Горморн и нашел Хранилище. — Хранилище? — разом переспросили Альбус и МакГонагалл. — Да, — с чувством торжества внутри кисло ответил тот. — Видите ли, в тот день мальчишка отправился в Запретный Лес. Там он поговорил с кентавром Бэйном, и тот сказал ему, что из Тайной Комнаты есть множество ходов. Вот только каждый ход запечатан отдельным паролем, и их не могли разгадать уже почти тысячу лет. Поздравляю, Минерва, ваш студент сумел найти несколько паролей. На минуту повисла тишина. — Значит, Северус, — задумчиво начал Дамблдор. — Горморн общается с кентавром. — Да. — Любопытно, — отходя к окну, протянул тот. — Кентавры не любят людей. — Горморн сказал, что, скорее всего, их неприязнь распространяется не на всех, а зависит от конкретного человека. — Вот как, — с улыбкой отозвался Директор. — И что же было дальше? В этом Хранилище? Снейп поборол тяжелый вздох. — Там огромная библиотека. В пять раз больше библиотеки Хогвартса. Помимо книг там очень много различных артефактов, — тут Зельевар запнулся. Перед глазами возник высокий сероглазый мужчина с сияющим мечом в руках. — Там есть огромное собрание холодного оружия. Я думаю, что оно тоже является артефактами. — Думаешь? — внимательно глядя на Зельевара, переспросил Альбус. — Горморн взял в руки один меч, — холодно, без эмоций, ответил тот. — Как вы допустили? — тут же вскинулась Минерва. Снейп прожег ее ледяным взглядом. — Хотел бы я посмотреть на вас, будь вы на моем месте в тот момент, — прошипел он. — Я не успел опомниться, как мальчишка уже вынул меч из ножен. И мне кажется, что именно в этот момент, он стал способен контролировать свою силу. Директор пристально посмотрел на Мастера Зелий. МакГонагалл недоверчиво приподняла бровь. — Вот как, — задумчиво пробормотал Альбус. — Что ж, не мог бы ты рассказать об этом подробнее, мой мальчик. Зельевар скривился, но выбора у него не оставалось. В общих чертах он описал, что произошло в тот день. — Змея назвала себя Хранителем? — с улыбкой спросил Директор. — Так сказал Горморн, — кисло ответил Зельевар. — И что еще он говорил? — Мне кажется, Альбус, что мы трое прекрасно знаем, что Горморн очень немногословный и довольно замкнутый, — зло ответил тот. — Он вообще говорил там очень мало. Количество его фраз, произнесенных им по поводу Тайной Комнаты и всего к ней примыкающего, можно пересчитать по пальцам. — Что ж, я думаю, что нам нужно пригласить сюда Горморна, — с улыбкой заключил Директор. — В таком случае, желательно пригласить его вместе с друзьями, — криво усмехнувшись, ответил Зельевар. — В частности, мисс Грейнджер. В противном случае вы рискуете ничего не узнать. Пять минут спустя четверо гриффиндорцев уже стояли в кабинете Директора. Горморн на присутствие Снейпа отреагировал спокойно, хотя у Зельевара появились подозрения, что мальчик может и не простить ему этот донос. — Мистер Горморн, — с улыбкой начал Дамблдор. — Профессор Снейп сказал, что вы были с ним в Тайной Комнате. Это правда? — Вы хотите сказать, господин Директор, что не верите Профессору Снейпу? — холодно спросил в ответ мальчик. Зельевар насторожился. Горморн то ли уходил от темы, то ли хотел сказать этим что-то Директору. Дамблдор, впрочем, тоже был сбит с толку этим вопросом. — Конечно, нет, мой мальчик, — с улыбкой ответил он. — Я полностью верю Профессору Снейпу. — Тогда зачем вы уточняли? — в голосе мальчика был спокойный холод. Логика его вопросов была ясна как день. Но их мотив оставался для взрослых загадкой. Директор предпочел перевести тему. — Скажи, Крис, что именно сказал тебе Хранитель? Горморн внимательно посмотрел в глаза Директору. В карих глазах мерцали серебряные искры. В этот момент Альбус и Минерва сами убедились, что сила Горморна действительно велика и полностью подчиняется его воле. В кабинете похолодало. От мальчика волнами исходила сила этого неукротимого холода, но было видно, что она всецело подчиняется мальчику. Холод не убивал, не душил, он лишь показывал, что вопрос Горморну не по нраву. — Крис, отвечай Директору, — резко приказала Грейнджер. Мускулы на лице мальчика чуть дрогнули. Он нахмурился, холод заколебался и стал слабее. Поттер и Уизли переглянулись. — Крис, давай я, — осторожно выступил вперед Поттер. Горморн коротко кивнул, но лицо его было мрачно. — Ну, я не знаю, что этот, эээ… Хранитель сказал Крису в первый раз, но могу сказать, что он говорил ему при мне. Дамблдор ободряюще кивнул. Поттер сглотнул и, бросив на друга быстрый взгляд, продолжил. — Змей сказал, что хранит какую-то тайну Основателей Хогвартса, а откроет ее Крису лишь тогда, когда он все узнает. Холод в кабинете стал неподвижным и уменьшил свою силу, но Уизли и Грейнджер отошли от Горморна, глядя на него с опаской. Вокруг мальчика искрилась слабая серебряная аура, и Профессора поняли, что сейчас весь холод собрался в самом Горморне. — Что вы должны узнать, Крис? — мягко спросил Дамблдор. Горморн поднял на него взгляд, и старик пожалел о своем вопросе. В карих глазах сверкал лед. На бледном лице застыло холодное выражение отчужденности. Но Снейп и Дамблдор поняли, что за этим холодным безразличием скрыты гнев и ярость. Это поняли и остальные, стоило мальчику заговорить. — Я не знаю, — звенящим ледяным шепотом протянул он, и холод всколыхнулся, а аура замерцала еще сильнее. Спокойствие в голосе мальчика было обманчиво и пугало. — Я ничего не знаю. И от того, что вы засыплете меня вопросами, я больше не узнаю. Мальчик замолчал и отвел глаза, словно почувствовав опасную грань, за которую не стоило заходить. — Я ничего не знаю, — тихо повторил он, но на этот раз в его голосе не было льда. — Я могу отвести вас туда, и сами ищите ответы на свои вопросы. Но я вам ничего не могу сказать. Взрослые молча переглянулись. Да, мальчик действительно способен контролировать свою силу, и весьма успешно. Однако, если раньше эта сила появлялась лишь когда Горморн очень сильно злился, то теперь он может управлять ей и в спокойном состоянии. Вдруг дверь кабинета распахнулась, и вошел высокий блондин в черной с серебром мантии. Рядом с ним шел Добби. Окинув детей презрительным взглядом, Малфой обернулся к Директору. — Итак, вы вернулись, — с легким негодованием произнес он. — Вот уже третий день как, — улыбнулся в ответ Дамблдор. — Когда в Совете Попечителей узнали, что дочь Артура Уизли подверглась нападению, меня попросили вернуться. — Какая нелепость, — отворачиваясь в сторону, процедил Малфой. И наткнулся взглядом на пристальный взгляд Горморна. — Вам что-то нужно, молодой человек? — насмешливо спросил он. И вдруг Профессора поняли, что Люциус Малфой по собственной глупости начал играть с тем, что опаснее огня. В карих глазах Горморна мелькнули серебряные искры, бледные губы чуть изогнулись в усмешке. — Мне многое нужно, мистер Малфой, — с усмешкой ответил он. — Только знаете, человек не может получить все, что хочет. И пора бы кому-то это понять. — О чем вы, мистер Горморн? — словно издеваясь, спросил Люциус. — Рад, что вы меня помните, лорд Малфой, — снисходительно улыбнулся тот. — Но если честно, я думал, вы способны соображать логически. — Я вас не понимаю, — прищурившись, улыбнулся Люциус. — А мне всегда казалось, что вы прекрасно понимаете людей, — в точности скопировав Малфоя, ответил мальчик. Люциус внимательно посмотрел на него. — Скажите, ведь это вы сбили Драко на матче? — перевел тему блондин. — Нет, это был капитан Вуд, — невозмутимо возразил Горморн. — Но я видел, что это сделали именно вы, — с усмешкой победителя парировал Люциус. — В таком случае, зачем вы меня спросили? — елейным голосом осведомился Горморн. — Понадеялись на чистосердечное признание? Спешу вас разочаровать, лорд Малфой. У меня нет сердца. В кабинете повисла оглушающая тишина. Каждый пытался понять, что именно Горморн хотел сказать этим. И понемногу, скребущий страх холодной волной начинал проникать в сердца. Только Горморн был поистине невозмутим. На бледных губах мальчика застыла слабая усмешка. — А теперь, лорд Малфой, — спокойно произнес мальчик. — Освободите Добби. И впредь, просчитывайте свои планы на двадцать шагов вперед, учитывая тридцать разных вариантов развития событий. — Мне кажется, я сам вправе решать, что мне делать с моим слугой, — оскорбленно огрызнулся Малфой. В кабинете вдруг стало холодно, глаза Горморна сверкнули. — Я почему-то так не думаю, лорд Малфой, — опасно спокойным тоном протянул он. — К тому же, вы должны понять, что ваш статус это не главное, и даже у слуги есть свои мечты и желания. В конце концов, немногим вы от него отличаетесь: две руки, две ноги, два глаза, нос, рот… Разве что выглядите по-разному. Вот только у Добби есть то, чего вам явно недостает — совесть. А это, лорд Малфой, как раз и отличает человека от животного. Освободите Добби. Серебряное мерцание исходящее от Горморна, и все усиливающийся холод, ясно давали понять, что мальчик не шутит, и вполне способен одолеть Малфоя, если тот вздумает сопротивляться. Люциус нервно огляделся, но даже во взгляде Северуса не встретил поддержки. — Гарри, одолжи лорду Малфою свой носок, — произнес Горморн, в его голосе слышалось откровенное веселье. Малфой яростно взглянул на дерзкого гриффиндорца. На бледных губах мальчика играла победная улыбка, однако в глазах мерцали серебряные искры, и холод не слабел. Черт возьми, мальчишка просто играет с тобой, Люциус! — Возьмите, сэр, — плохо скрывая улыбку, произнес Поттер, подавая Малфою свой носок. Аристократ метнул на него злобный взгляд и, резко выхватив носок, швырнул его эльфу. — Ну-ну, не надо так злиться, лорд Малфой, — с улыбкой произнес Горморн, и холод всколыхнулся, давая понять, кто здесь хозяин положения. — В конце концов, так лучше для вас. Вряд ли приятно иметь слугу, который всеми силами пытается спасти вашего врага. Ведь вы же считаете Гарри своим врагом, не так ли? Люциус бросил на мальчика пристальный взгляд, но не проронил ни слова. Он уже понял, что мальчишка гораздо сильнее, чем казалось с первого взгляда. — Да, и еще, лорд Малфой, — вскинув бровь, продолжил гриффиндорец. — Не вздумайте говорить о том, что сейчас произошло кому бы то ни было. Если я захочу вернуться в Хогвартс, даже стены Азкабана меня не удержат. Поэтому, если хотите от меня избавиться, убийство — самый верный способ. В кабинете было так тихо, что слышно было дыхание людей. Окинув всех быстрым взглядом, Люциус передернул плечами и покинул кабинет. — Что это было, мистер Горморн? — ледяным тоном протянул Снейп, едва за Малфоем закрылась дверь. Холод мгновенно исчез, слабая аура вокруг Горморна погасла вовсе, мальчишка светло улыбнулся. — Блеф, — коротко ответил он. — Весьма реалистичный, надо сказать, — полным сарказма голосом парировал Зельевар. — Был бы он не таким реалистичным, лорд Малфой повел бы себя иначе, — вскинув бровь, возразил мальчик. — А про наши нервы вы подумали? — гневно спросила МакГонагал. Горморн виновато улыбнулся. — Вы же знаете, Профессор, я очень часто не умею думать. Это не мой конек. — Очень жаль, мистер Горморн, — сурово ответила та. — Возможно, — усмехнулся Волк. — Но не всем же быть гениями. — Хватит молоть чепуху, Крис, — резко осадила друга Гермиона. — И не смей спорить со своим деканом и преподавателем! Горморн хмуро глянул на подругу, но промолчал. Да уж, мисс Грейнджер умела заткнуть рот наглому гриффиндорцу. Иногда даже действенней, чем профессора. — Может мы наведаемся в Тайную Комнату? — весело, как ни в чем не бывало, осведомился Дамблдор. Снейп и МакГонагалл одарили его осуждающими взглядами, но Директор предпочел их не заметить. Четверо гриффиндорцев переглянулись. — Мы не против, — улыбнулся Горморн. — Вот только самый короткий ход на данный момент проходит через туалет Миртл, — с улыбкой добавил Поттер. — Совсем не беда, — весело ответил Альбус. — Главное, чтобы посадка была мягкой. Снейп скривился, а Минерва закатила глаза. Директор, кажется, недооценивает опасность своей затей. Конечно, два раза Горморну и Снейпу, и один раз Золотому Трио повезло, они чудом не наткнулись на смертельно опасные артефакты. Но неизвестно, что таится в этом Хранилище, кроме змеи-хранителя и меча, который Горморн назвал своим.