Любовь и Ненависть.

Если бы не мысли о первом уроке ЗОТИ, то Крис мог бы назвать утро неплохим. Проводив взглядом довольного жизнью Натануса, который шел на свое первое Зельеварение, Крис пошел в кабинет Защиты. Люпин, едва поздоровавшись со всеми, провел класс в учительскую. Там, как и ожидал Крис, сидел Снейп. Вот сейчас он спустится в Подземелья, эффектно влетит в класс и предстанет перед студентами сальноволосой летучей мышью, вселяющей всем и каждому священный ужас. — Хочу Вам напомнить, профессор Люпин, что в этом классе находится Лонгботтом, так что будьте осторожны, — ядовито бросил Зельевар. — Вот как, — невинно отозвался Римус. — А я как раз надеялся, что именно Невилл поможет мне провести первый урок. Презрительно скривившись, Снейп стремительно пересек учительскую и вышел. Кристиан, стоящий между Поттером и Уизли, так и не попал в поле зрения Мастера. Передернув плечами, Крис, сжав зубы, перевел взгляд на шкаф с боггартом. Урок начался. — Итак, сегодня мы будем изучать, как бороться с боггартом, — мягким голосом начал Профессор Люпин. — Кто знает, что-либо о боггарте? Да, мисс Грейнджер. — Боггарт — это темное существо, которое не имеет собственной формы. Он принимает форму самого большого страха человека, перед которым оказывается. — Правильно, мисс Грейнджер. Десять баллов Гриффиндору. А теперь, как с ним бороться. Против боггарта используют заклинание «Ридикулус». Взмахните палочкой вот так. И произнесите заклинание. — Ридикулус, — хором отозвался класс. Только Крис молча сжимал палочку. — Так, хорошо, — улыбнулся Профессор. — Невилл, выйди сюда. Лонгботтом, нервно сжимая палочку, подошел к Люпину. — Скажи, Невилл, чего ты больше всего боишься? Гриффиндорец пробормотал что-то несвязное. — Что ты сказал? — вежливо переспросил Римус. — П-проф-фес-сор-ра С-нейп-па, — заикаясь, ответил тот. Слизеринцы захихикали, а Крис нахмурился, прекрасно помня, как сейчас поиздеваются над Зельеваром. — Хорошо, — тихо вздохнув, произнес Люпин. — Ты помнишь, как одевается твоя бабушка? — Д-да. Она… — Не надо перечислять, — мягко перебил Профессор. — Сейчас я открою шкаф, и выйдет Профессор Снейп. А ты вспомни бабушкин наряд во всех подробностях. И представь себе Профессора Снейпа в этом наряде. А затем произнеси «Ридикулус». Все понятно? Невилл коротко кивнул и, выставив перед собой палочку, встал напротив шкафа. Люпин смерил гриффиндорца внимательным взглядом, взмахом палочки открыв шкаф. Профессор Снейп грозно и величественно вышел из шкафа, взмахнув полами широкой мантии. Крис с тоской подумал, что только полный болван может его бояться, и искренне пожалел Невилла. — Ридикулус! — нетвердым голосом произнес Лонгботтом. В ту же секунду черная мантия Профессора превратилась в зеленое платье Августы Лонгботтом. Крис со вздохом отвел глаза, стараясь не слышать смех гриффиндорцев. — Прекрасно, Невилл! — радостно улыбнулся Римус. — Ты отлично справился! Десять баллов Гриффиндору. А теперь, каждый из вас будет по очереди выходить вперед и сражаться с боггартом. Сияющий Невилл вернулся на место. Крис слабо улыбнулся. Все же надо найти способ повысить самооценку Невилла, в котором Снейпу не будет отведена роль манекена. В учительской почти не переставая звучало «Ридикулус». Боггарт без устали трасформировался, показывая самые разнообразные страхи студентов. Крис очень надеялся, что его боггартом будет не дементор, а паук. Рон успешно отсек своему акромантулу лапы, и Крис решил повторить этот трюк. Хотя нет, лучше оплести паука розовым кустом. Ничего смешнее Крис не мог придумать. И вот настала его очередь. Стиснув палочку, Волк вышел вперед. И вдруг боггарт принял облик самого Криса. Со стороны слизеринцев раздались смешки. И даже несколько гриффиндорцев к ним присоединились. Но у Криса внутри все похолодело. Смутное предчувствие заскреблось в груди, и липкий страх подступил к горлу. Богарт вдруг начал меняться, и смешки стихли. В гробовой тишине этот второй Крис стал бледным, совсем как мел. Карие глаза загорелись красным огнем, а губы искривила жуткая усмешка. Широкая черная мантия развевалась на ветру рваными крыльями. Он с жутким, леденящим душу смехом протянул к настоящему Крису руки, и все увидели на белых ладонях кровь. А потом она появилась и на черном балахоне, и на лице. Но это не была кровь Криса. В учительской стало холодно. — Ты — это я! — жутким хриплым голосом произнес боггарт. И Крис пошатнулся. — Ты всегда был таким! Ты — воплощение силы! Они все — ничтожество! Они — никто! Только ты являешься властелином, достойным жизни! Красные глаза второго Криса полыхали безумным огнем. Лицо исказила жуткая гримаса кровожадного восторга. Рвущий душу в клочья ледяной смех раздирал слух. Белый пальцы, испачканные кровью, согнулись, напоминая когти стервятника. Студенты испуганно жались у стен, оставив Горморна одного стоять перед этим монстром. Профессор Люпин замер в трех шагах от мальчика. Он был не в силах двинуться дальше. Приняв облик дементора, боггарт перенимал его свойства. Так же, как и приняв облик Горморна, он получил убийственную силу его холода. Крис стоял перед своим искаженным до ужаса отражением, чувствуя, как уходят силы. Красные глаза двойника смотрели ему прямо в душу, и из глубин сознания словно поднимался этот монстр, который всегда жил внутри. Волна дикого ледяного ужаса захлестнула мальчика. Неужели он и вправду может стать им?! Чудовищем, во много раз ужаснее Волдеморта. Безжалостным убийцей, ни во что не ставящим человеческую жизнь. Неужели он способен забыть все свои идеалы и обеты, просто уничтожая всех и вся? — Ты можешь, — двигались губы двойника, а голос, жуткий и вкрадчивый, звучал словно изнутри. — Ты можешь это сделать. Просто уничтожь их. Убей всех! Они не нужны тебе! Они только помеха! Разорви их на куски! Стань повелителем всех жизней! В глазах потемнело. Перед мысленным взором понеслись лица. Мама, братья, Снейп, Гарри, Дамблдор, Рон… В висках барабанным боем застучала кровь. Мне не нужна такая жизнь. Мне не нужна жизнь, которая может убить их! Мне ничего не нужно! И ты мне не нужен! — Авада Кедавра! Не отдавая себе отчета в том, что происходит, Крис резко вскинул палочку и выкрикнул смертельное заклятье в лицо двойнику. Яркая зеленая вспышка озарила учительскую, и там, где мгновение назад был боггарт, ничего не осталось. Тяжело дыша, Волк резко развернулся и, зарычав, выбежал из учительской. Внутри бушевал ураган. Ярость и отчаяние раздирали душу на части. А в ушах невыносимо громким гулом стучали мгновения. Студенты ошарашенно переглядывались. И каждое сердце сжимал безотчетный ужас. Они еще помнили прошлогодний День Святого Валентина, но то, что они увидели сегодня, превзошло то памятное событие. Теперь Крис не был сияющим и лучезарным. Он был ужасным монстром, жаждущим крови. И пусть это был лишь боггарт, но разве не настоящий Горморн только что произнес Третье Непростительное? А ведь в следующий раз на месте боггарта может оказаться человек. Убивший раз, убьет и снова. Люпин мягко попросил всех отправляться на следующий урок, а сам рванул к Директору. И никто не заметил, куда исчезла Золотая Троица. На очередном повороте Гарри столкнулся с Натанусом. Не дав Поттеру и рта открыть, Лев тут же задал вопрос.  — Где Крис? Все трое переглянулись.  — Прости, Нат, — виновато начал Гарри. — Он сбежал из учительской. Мы сами его ищем. Лев кивнул.  — Будем искать вместе. И четыре гриффиндорца помчались по коридорам, останавливая каждое привидение. В конце концов, Пивз, неизвестно почему раздобрившийся, соизволил сообщить, что Ужас всего Хогвартса, жестокий убийца боггартов, Кристик, пошел в туалет Миртл. Обменявшись быстрыми взглядами, четверо друзей рванули в указанный туалет.  — Он пошел в Хранилище, — твердила Гермиона, пока Гарри открывал проход. — Но зачем? И почему именно туда?  — Потом будем выяснять это, Гермиона, — произнес Гарри, отступив на шаг от открытого прохода. — Идем парами. Натанус, не раздумывая, схватил Поттера за руку и прыгнул в трубу. Рону с Гермионой ничего не оставалось, кроме как последовать их примеру. Приземлившись в зловонную лужу, друзья поняли, как же хорошо было, когда вместе с ними спускались взрослые. Впрочем, Гермиона быстро вспомнила простейшие очищающие чары, и вскоре они уже спешили в Тайную Комнату, стараясь не споткнуться на скользком полу.