Знакомьтесь - Дьявол младший.

      Страстный поцелуй гонит стаю мурашек. Легкие прикосновения пальцев рисуют на теле причудливые рисунки. Губы, разрывая поцелуй, начинают повторять маршрут тонких пальцев, оставляя за собой влажные дорожки. Шея, ключицы, а затем грудь. Умелый язык обводит чувствительный сосок, зубы слегка прикусывают его и оттягивают, срывая с губ стон. Ухмылка и со вторым соском проделывается тоже самое. На место губ приходят руки, начинающие нежно мять сладкую плоть. А губы спускаются все ниже, обводят пупок и покусывая кожу. Ниже, еще ниже, и горячий язык наконец находит то место, к которому стремился. Тело выгибается, подаваясь навстречу ласке, а с губ вновь срывается стон, полный желания. Простынь смята в руках, а ноги запутались в легком покрывале. Как хорошо. Слишком хорошо. Тем временем губы прекращают сладостную пытку, вновь возвращаясь в другим губам. Пальцы путаются в темных волосах, таких мягких на ощупь. Внизу живота так тянет, что терпеть больше невозможно, поэтому слова сами слетают с губ:       — Я больше... не могу... пожалуйста... Тан! А он только этого и ждал. Снова ухмылка и резкий толчок.       — Твою мать!!!       Я вскочила, как от удара током, судорожно глотая воздух. Это что щас было? С каких пор мне снятся эротические сны? Даже нет, не так. С каких пор мне снятся эротические сны с участием Тана?! Что за бред!!! Так, надо успокоится и придти в себя.       Простынь на кровати вся смята, покрывало скинуто на пол. Мда. После того, как кровать приведена в порядок, я понимаю, что мне нужен душ. Холодный душ. Проходя в ванну, бросаю взгляд на часы, стоящие на комоде. Три часа ночи. Просто супер. Хорошо хоть выходные и никуда не надо рано вставать, а то было бы совсем печально. Захожу в ванну и настраиваю воду, внимательно осматривая себя в зеркало. Волосы растрепаны, щеки раскраснелись. Ну и видок.       Срочно умыться, чтоб смыть с себя остатки сна. Все тело липкое от пота, поэтому надо скорее забраться под душ. Теплая вода приятно струится по телу, снимая все напряжения и прогоняя плохие мысли. Блаженно вздохнув, подставляю лицо под теплые капли. Как же хорошо. В голову снова заползаю обрывки недавнего сна. Руки сами начинают ласкать тело, проводя по мокрой коже снизу вверх и останавливаясь на груди. Потирают сосок, затем слегка оттягивают, а с губ срывается стон удовольствия, а вторая рука опускается к горячей промежности. Пальцы начинают ласкать возбужденную плоть. Стоны становятся все громче, а дыхание сбивается.       — Прекрасная картина. Вижу мои старания не прошли даром. Молю, продолжай, детка!       Сердце мгновенно уходит в пятки, а легкие совершенно забывают, какая функция в организме им отведена. Секунд пять я стою в ступоре, замерев в неприличной до ужаса позе, а потом мозг наконец-то включается. Осознание того, что Тан стоит в ванной, опираясь на стену и рассматривает, как я ласкаю себя, прорезает мое сознание. Хватаю ближайший тюбик шампуня и швыряю его в сторону парня, с криком « пошел вон, гребанный извращенец». Воспользовавшись тем, что тот отвлекся от меня, пытаясь увернутся от импровизированного снаряда, быстро срываю с крючка полотенце и обматываюсь им.       — Какого лешего ты забыл в моей ванной? Подглядывать он вздумал, сволочь такая!!! - кричала я, выталкивая это недоразумение из ванной.       — Да не ори ты так, ночь на дворе, весь дом перебудишь! - он пытался отбиваться, слабенько правда. Да и слишком уж нагло он лыбился при этом.       — Да плевать. - это я сказала уже намного тише. И правда, свидетели нам не нужны. - Еще раз вздумаешь поглядывать за мной и я … Тут в голове снова пронеслась мысль, от которой холодок по спине прошелся.       — Стоп. О каких это там стараниях ты говорил?       — Стараниях? А?       — Ой, вот только не надо дурачка из себя строить. Говори давай, что ты имел в виду?       — Не понимаю о чем ты.       — Тан! Не вынуждай меня!       — Не вынуждать? И снова я не понимаю о чем ты.       — Ну ладно, сам напросился. Пяткой, со всей силы, наступаю ему на ногу, а кулак прилетает в живот. Он охает от неожиданности и складывается пополам.       — Да, я немного занималась самообороной, поэтому могу постоять за себя.       — Ладно, уговорила. Ничего особенного я не сделал. Просто покопался немного в твоей голове, сон подкинул и все. Но ты не особо и против была, прошу заметить. Я только подкинул идею, а ты развила ее в полноценную картину.       — То есть, тот сон, который я видела сегодня … это... Ах ты сука!       Хватая с кровати подушку, я заношу ее над головой для удара, в то время, как полотенце решает отправится в свободный полет и приземляется на пол, оставляя меня в костюме Евы. Ебаная жизнь...

***

      Слушайте, она противоречит сама себе. Это я извращенец? Ну да, конечно. А кто во сне просил меня трахнуть ее? Кто мастурбировал в ванной, представляя, что это делаю я?! Папа Римский что ли? Очень сомневаюсь. Хотя передо мной иногда даже парни не могут устоять. Но я отвлекся. И вообще. Все эти мысли копошились в моей голове ровно до того момента, как полотенце красиво упало на пол, обнажая ее.       Картина, развернувшаяся перед моими глазами была, мягко говоря, возбуждающей. Шая стояла с подушкой, поднятой над головой для броска, щеки раскраснелись, мокрые волосы прилипли ко лбу, а по шее и ключицам стекали капельки воды. В тот момент, когда полотенце слетело с нее, ее глаза увеличились в размерах ровно на столько, что стали занимать половину лица. Она попыталась прикрыться подушкой, но та была маловата для этого. В моей голове было абсолютно пусто. Только одна мысль билась о стенки черепной коробки, заставляя тело повиноваться каким-то животным инстинктам. В тот момент, когда она попыталась наклониться и поднять полотенце, я рывком поднял ее. Одна рука сжала ее руку, ухватившую полотенце, а другая легла на затылок, приближая ее к себе на столько, что наши лица почти соприкасались. Я прошипел ей в губы:       — Только попробуй прикрыться им и я разорву всю твою одежду, вместе с полотенцами, простынями и всем, чем можно прикрыть твое тело, на мелкие кусочки.       Она уставилась на меня испуганными глазами, прерывисто дыша. Нет, она боялась не меня, а того, что происходило сейчас между нами. Словно молнии проходили между нашими телами, отбрасывая искры по всей комнате. Не в силах больше этого терпеть, я потянулся к ее губам, затягивая в страстный поцелуй. Она уперлась своими маленькими кулачками мне в грудь, пытаясь оттолкнуть, но быстро сдалась. Руки, отталкивающие меня секунду назад, вцепились в мою футболку, притягивая к себе еще ближе. Острый язычок начал танцевать в моем рту. Она явно хотела взять инициативу на себя. Ну как же, так я ей и позволил. Ухмыльнувшись, я слегка прикусываю нижнюю губу, оттягивая ее. Разрываю поцелуй, переключаясь на ее аккуратные ушки. Прикусываю мочку уха, довольно улыбнувшись, когда она нервно выдыхает. Затем обвожу языком ушную раковину, слегка посасывая все ту же мочку. Спускаюсь к тонкой шее, оставляя дорожку из поцелуев и слизывая капельки воды, упавшие с мокрых волос. Продолжаю двигаться вниз, к ключицам и замираю, оставляя небольшое красное пятнышко чуть ниже правой ключицы. Вот так. Что б знали. Это мое. Ее пальчики запутываются у меня в волосах и тянут вверх, снова призывая к поцелую. Меня не надо просить дважды, поэтому я снова целую ее, на этот раз более нежно. Обнимая ее за талию и продолжая целовать, я начинаю не спеша двигаться назад, к кровати, утягивая ее за собой. Она не сопротивляется, даже наоборот, начинает углублять поцелуй, проникая своим язычком мне в рот и проводя им по небу. Уперевшись ногами в кровать, я теряю равновесие и сажусь на нее, усаживая Шаю к себе на колени. Неохотно разрывая поцелуй, она быстро стягивает с меня футболку и снова возвращается к моим губам, обхватывая шею руками. Становится слишком жарко, слишком страстно. Не в силах больше терпеть я резко переворачиваюсь, подминая ее под себя. Волосы разлетаются по подушке, а я отрываюсь от ее губ, не в силах отвести от нее взгляд. Прекрасна. Да не один ангел с ней не сравнится сейчас. Лунный свет падает на лицо, отражаясь в глазах, которые сейчас светятся серебром. В легких резко заканчивается воздух, а мозг начинает просто орать о том, что пора бы уже вдохнуть, а то и сдохнуть не долго. Даже полубогам полезно иногда дышать, а то... делаю глубокий вдох, а затем привстаю, в одно мгновение снимая джинсы и нижнее белье. Откидывая их в неизвестном направлении, снова возвращаюсь к этому прекрасному телу, которое просто орет о том, что нельзя оставлять его надолго без ласк. Шея, изящные плечики, ключицы, а затем и грудь. Ничто не остается без внимания, покрываясь поцелуями. Лаская ее грудь, я вспоминаю ее сон и, ухмыльнувшись, проделываю все то, что она представляла себе. Пальчики сжимают мои волосы, слегка оттягивая, а из груди вырывается стон. Оставляя грудь в покое я, как и во сне, медленно начинаю опускаться вниз, не оставляя и миллиметра ее тела без внимания. Раздвигаю ее ноги, чтоб было удобнее и припадаю губами к горячей промежности. Она охает и выгибается, подаваясь на встречу новой ласке. Пальцы отпускают мои волосы и нещадно сминают простынь. Я сразу нахожу чувствительный холмик, задевая его умелым язычком, затем слегка прикусывая. Ее глаза, секунду назад прикрытые, от удивления распахиваются, а с губ срывается вскрик. Ха. Видимо раньше она не испытывала такого. Что ж, приятно быть первым. Я продолжаю эту сладостную пытку, пока она не начинает умолять меня. О да. Именно этого я и ждал. Снова поднимаюсь к ее лицу, оставляя очередную дорожку из поцелуев на ее теле, а она опять запускает свои руки мне в волосы и притягивает к своему лицу. Снова страстный поцелуй. Она до боли сжимает мои волосы, но мне это даже нравится. Член возбужден до предела и то, что он трется о ее бедро, только ухудшает дело. Но, когда она отрывается от моих губ, и шепотом произносит всего одно слово « пожалуйста», мозг словно бьет разрядом тока. Я поднимаюсь на локтях, заглядывая в ее глаза и проклинаю все на свете. О нет. Слишком опасно. Ну почему, а! Какого черта?!       — Прости. Все, что я успеваю произнести, прежде чем раствориться в воздухе, оставляя ее в комнате одну.