Амброзия. Твой омега.

- И куда это мы торопимся? Ехидный голос выдернул меня из плена увлекательной книги, заставив развернуться посреди школьного коридора. Догадаться было несложно, кто это мог быть, ведь его запах мяты с шоколадом доносился издалека. - В библиотеку, - я указал на табличку двери. - Мне скучно, а мой любимый изгой куда-то пропал... - парень жеманно надул губы и скрестил руки на груди. - А без запаха, знаешь ли, сложно тебя отыскать. Мне стоило попытаться пробраться внутрь библиотеки и избежать участи быть пойманным его извращенной фантазией. Шаг, два - и провал. Тихий смешок моего преследователя стал созвучен с двумя другими - его друзья. Кажется, попался. Ну почему всегда так? Разве прописано такое правило: в каждой школе должен быть крутой богатый альфа с неимоверно жутким и докучливым характером, а рядом с ним парочка друзей, не уступающих тому в дерзости и заносчивости?! Будто перед ежегодным набором в старшие классы везде раздавались листовки с особой схемой жизни школы. Пока я залип и глубоко ушел в свои размышления (что бывало со мной довольно часто), эти двое прихвостней - Мин Юнги и Ким Намджун - обошли меня с двух сторон и теперь ехидно потирали руки. Что ж, меня ждет очередное издевательство, эксклюзивно от этой троицы. А что остается делать с омегой, у которого не было запаха? Как стерильная чистота операционной или ненаписанный рассказ, я был для них несуществующим: нечто, которое нуждается в снисходительной травле. Схватив за плечи и подняв над полом, меня куда-то понесли. Боже, куда еще этим идиотам вздумалось в голову тащить местного замухрышку-очкарика? Тада-дам, туалет альф. Скинув мой пиджак и сумку на пол, они перевернули меня вниз головой и засунули в унитаз, смывая воду. Я задержал дыхание, стараясь унять нервную дрожь. Воздуха не хватало. Терпимо. Если не сопротивляться, это быстрее прекратится, им надоест. С каждой секундой мне становилось безразличнее и проще. Грела мысль, что это последний год: последний год ада в их незабываемом обществе. Только их отвратительные прикосновения ко мне не давали упасть в обморок. У меня есть секрет, пожалуй, даже похуже отсутствия запаха: я невероятно сильно и абсолютно безумным образом не переношу чужие прикосновения. Не важно отец это или папа, или старший брат - во всех случаях это огромное табу. Психолог с красивым дипломом назвал бы это - фобия. И был бы прав. У меня фобия на пресловутый "скиншип". - Да прекратите уже, - мистер "самый главный" альфа смилостивился. - Мы же не хотим его так быстро прикончить: весь год впереди еще для кайфа! Альфы скинули меня на пол и отошли, пропуская вперед своего главаря. - С первым учебным днем! - он растянулся в улыбке. - Зато, смотри какой у тебя теперь есть запах - туалетный! Не совсем ты уж и прокаженный! Утерев нос ладонью, я тупо уставился в одну точку на противоположной стене. "Меня нет. Меня не существует. Закрою глаза и окажусь в другой стороне вселенной, в глубине туманности Андромеды..." Мысли о бескрайности и масштабности существования помогали пережить вот такие "счастливые" моменты унижений и оскорблений. Харкнув где-то в сторону от моего лица, вожак развернулся и вышел из комнаты, забирая с собой своих шестерок. Если существуют на свете люди, получающие удовольствие от страданий других, значит ли это, что кто-то дал им на это право? Природа, что наделила силой, красотой и умом, да и сущностью альфы? Или обеспеченные родители, что придавали уверенности в завтрашнем дне и в безнаказанности поступков? Или этот стойко непереносимый запах моей самой любимой сладости на свете - мятного шоколада? Эх. Если бы я знал ответ на этот вопрос, я бы не сидел в луже грязной воды, стекающей по моим волосам и одежде, и не мечтал оказаться вне доступа всех альф этого отвратительного мира.

***

- Тэхен, ты опять в облаках? - Чимин закинул свой рюкзак рядом со мной в школьной столовой и уставился на мой поднос. - Тебе правда кажется нормальным строить из рисинок домик? - Это замок, - я многозначительно поправил его. - Ты прям сейчас сильно поменял смысл моего вопроса... - друг, как обычно, закатил глаза, он все еще удивлялся моим неординарным поступкам. - От тебя воняет... - Удивительно. Мне утром так качественно помыли голову в туалете... - Опять он? - Думаешь, тут найдется еще кто-то с такой больной фантазией? - я посмотрел на него с вызовом. - Эээ ... - оглядев зал, Чимин посмотрел на меня и вытянул свой указательный палец. - Ты... В ход пошла паровая булочка, метко попавшая ему в лоб. Омега рассмеялся и, не обратив внимания на провокацию, принялся уплетать свой обед. Его пухлые щечки забавно жамкали свой кимбаб. Обеденный перерыв. Раздавался чей-то смех, пошлые шутки, дружное жевание и неторопливые беседы. За столами, разделившись, сидели альфы и омеги, лишь изредка можно было заметить совместные посиделки, да и то - это были счастливые парочки, заботливо кормящие друг друга, либо ворковавшие нежности на ухо. За почетным столом в углу зала сидели трое знаменитых альф, не пускающих лишних за свой стол. Намджун с Юнги яро обсуждали тему предстоящих соревнований по многоборью между школами, а их напыщенный друг молчаливо слушал их. Он был не особо разговорчивым, зато с невероятно красноречивым взглядом мудака. Таким нелестным прозвищем его многие за глаза называли, только не решались напрямую. Не решался и я. И так вечно достается, куда уж мне было еще сильнее раздражать зверя. Заметив меня, он ухмыльнулся и встал из-за стола. Неспешной походкой пройдя сквозь все помещение, ловя внимание всех присутствующих, альфа подошел ко мне. - Ты даже пожрать не можешь нормально, - брезгливо сказал он, беря в руки мой стакан с колой. - Придурок. Газировка неприятно разлилась у меня на пиджаке. Теперь и он мокрый. Что за маниакальная привязанность к водным процедурам?! Не обратив на его поступок никакого внимания, я стряхнул остатки жидкости и продолжил возиться с едой. Потеряв интерес, он просто покинул столовую. Я бы вздохнул с облегчением, но впереди ждал урок физкультуры, что совершенно не означало мою безопасность от его нападок. А ведь когда-то меня никто не трогал, я спокойно жил в своем мире книг и одиночества. О, как это было прекрасно. Пока к нам в класс не перевели этого... - Ребята, познакомьтесь, это Чон Чонгук, наш новый ученик, - пролепетал учитель с особой важностью. - Позаботьтесь о нем! Красивый, с волосами цвета вороного коня, с наивной улыбкой и большими глазами, он тут же был с восхищением принят юными омегами, так и ждавшими внимания какого-нибудь обольстительного альфы. Новенький прошел сквозь ряды, попеременно втягивая запахи, оценивая каждого на предмет своего интереса. Проходя мимо меня, он остановился в недоумении. Сделав несколько вдохов, Чонгук рассмеялся. - О, у вас и инвалиды имеются? - даже по меркам свободных взглядов учителя это было слишком грубо. Класс судорожно загоготал и утвердительно закивал. Вообще-то, подобное оскорбление было крайне обидным. Среди омег, если у тебя нет запаха, то ты - никто и звать тебя никак. Мне-то всегда было глубоко пофиг на это, но, подняв мою особенность на смех в кругу одноклассников, он заставил меня покраснеть и спрятаться за учебником. - Учитель, можно меня в другой класс перевести? - не поднимая руку, он известил о своем решении. - Я не могу учиться в таком непотребном соседстве! - Нет, прости. Придется смириться, вся параллель переполнена, так что свободное место только тут. Хмыкнув с сожалением, он прошел на последнюю парту, где впервые столкнулся с Юнги и Джуном. Найдя общий язык на фоне принадлежности к сильным альфам и неприязни ко мне, они мигом сдружились. Может это и суперски, что я послужил катализатором их теплых отношений, но череда издевательств в конце того учебного года тяжело сказалась на моем психическом состоянии. Все лето я вынужден был восстанавливать свои силы и заново пробовать поверить в себя, чтобы двигаться дальше, чтобы не сдаться на пути к мечте и не бросить, нахрен, эту проклятую школу. Сегодня утром я был уверен, что готов вновь встретиться лицом к лицу со своим кошмаром, но ко второй половине дня моя уверенность почти иссякла. Настало время физкультуры. В раздевалке омег все обходили меня стороной и хихикали за спиной. В море чудесных запахов яблок, ванили, цветов - гармонию нарушал мой неестественный запах туалета с колой. Плюс кто-то подменил мою спортивную форму, и теперь я с трудом натягивал меньшую форму: аж на пару размеров. Шорты были слишком короткими и открывали длинные ноги, а майка впивалась в подмышки и настолько прилипала к телу, что невооруженным взглядом можно было увидеть соски. - Хаха, а изгой-то наш - мастер стриптиза! - Джун первым заметил мое неловкое появление в ряду омег. - Смотрите-ка, а ножки-то ничего так! Стройные! - Да что ты смотришь, - перебил его Юнги. - Резиновая кукла интереснее, у нее хоть какой-то запах есть, а этот... Вошедший учитель прервал разговоры. Незнакомое лицо. Оказалось, за лето сменился некоторый преподавательский состав, и теперь перед ребятами предстал молодой красивый альфа. - Чон Хосок, надеюсь мы с вами подружимся, - он обвел класс глазами и остановился на мне. - Что с твоей формой? Раздался смех со всех сторон, все ученики точно знали, чьих это рук дело. - Я неожиданно подрос, - другого объяснения я не смог быстро придумать. - Не боишься смутить альф своими стройными ногами? - спросив это, Хосок игриво изогнул бровь. - Расслабьтесь, он тут никого не будет интересовать, даже если будет голым танцевать! - Чонгук вставил свое резкое слово. - Значит, ты у нас свободный омега? - я удивился, как он мягко обратился ко мне, даже с подозрением на флирт. - Он у нас инвалидный омега, - решил прояснить все тот же злобный альфа. - Без запаха, без вкуса, без цвета... Хосок быстро прошагал в сторону Чонгука и слишком резко поправил на нем воротничок формы. Толкнув прямо в его грудь баскетбольный мяч, он отошел и скомандовал к началу урока. Альфы переместились на баскетбольную площадку, где завязалась игра. Несомненный мастер этой игры - Юнги порхал и жалил всех, при этом не забывая потихоньку обучать всем хитростям своих друзей. Казалось, им было весело. А я... Будучи нелюбителем физической активности, я попробовал спрятаться в уголке и почитать очередную книжку на своем телефоне, но был застигнут учителем и был отправлен ко всем омегам на растяжку и качание пресса. Утомительное занятие, обреченное на пот и усталость. Ненавижу. - Постарайся, омегам нужна хорошая растяжка, - Хосок подошел ко мне и наблюдал, как я пытаясь растянуть шпагат. - Чуть-чуть ниже. Его руки коснулись моей ноги, и это было сродни резкой боли. Я вздрогнул. Захотелось ударить. Или сбежать. Касание. Неприятно до рези в глазах. Если я уже привык к грубым и жестоким хваткам мучителей, хотя каждый раз они были как пытки инквизиции, то этот жест учителя был уже слишком на сегодня. Я аккуратно выдернул ногу из-под его пальцев и сжался. В моих глазах отчетливо виднелся страх вперемешку с агрессией. Я выжидательно замер, возможно учитель и не поймет. - Прости, больше не буду, - и он добавил вполголоса. - Не удержался. Больше Хосок не подходил ко мне, но я то и дело ловил его взгляды и дружелюбную улыбку. Это было ново и дико для меня, поэтому я решил во что бы то ни стало раздобыть запрет от врача на занятия спортом. Всегда можно обыграть ситуацию с запахом и жалостливо построить глазки: кто так не делал.

***

После занятий меня настиг Чимин. Его приподнятое настроение не сулило ничего хорошего. - А новый учитель красавчик, да? - любопытство было самым опасным его грехом. - Он так на тебя смотрел... Ммм может он твой истинный? Ты почувствовал? - От него пахнет приятно. Запах свежескошенной травы и гвоздики, - я задумался на минуту. - А как должен пахнуть истинный? Как это понять? - Папа говорил, что коленки сводит и становится мало воздуха, что хочешь дышать только запахом своего альфы, - Чимин увлеченно вспоминал слова. - А еще тебя будет к нему тянуть как по волшебной дудочке, неотвратимо и безостановочно... - Похоже на психоневрологический синдром, - я поджал губы, недовольно осознавая фатальную сущность отношений альф и омег. - Ты совсем не романтик... А как же любовь? Лютики-цветочки? - То, что ты говоришь похоже на розовые сопли первоклашки... - я открыл дверь подъехавшей машины. - Будущим ветеринарам это ни к чему. Помахав другу уже из окна машины, я, наконец, смог уединиться и с пустым взглядом наблюдать за пролетавшими мимо городскими видами. Вечно спешащие, запыхавшиеся офисные трудяги, либо праздно шатающиеся бездельники или работники уличной торговли... Все такие разные, но в общей массе - полная скукота и безнадежность. В них не было глубины и широты мировоззрений, не было стоящей цели перед собой. Как я смел так судить о незнакомцах? А разве не достаточно заглянуть на милисекунду им в глаза, чтобы понять - за красивой оболочкой разноцветных роговиц была зияющая пустота обыденности и тщетности попыток реализовать себя. Как мне хотелось иногда дать им красок, перевернуть их мир, вдохнуть мечту в их кислород, раскрыть волшебные запахи и озвучить неповторимыми мелодиями. Запахи... Необходимость решить проблему со своим прервала мои рассуждения. - Мы можем остановиться у моей аптеки? - шофер лишь кивнул в ответ. Эксклюзивная аптека, для малознающей о ней аудитории омег. Здесь за крупные суммы можно было приобрести самые последние разработки фармакологии и без рецепта врача приобрести необходимые лекарства. - Снова ты, - продавец грустно вздохнул. - Ты не боишься, что перебарщиваешь? Ты совсем его так уничтожишь. - Билль, он мне и не нужен! - я закидывал упаковки в сумку, отсчитав необходимое количество купюр. - Ещё бы придумали, как совсем течку прекратить... - Да хоть сейчас ложись на операцию по удалению внутренних репродуктивных органов, и все получится... - с сарказмом промямлил мой знакомый. - А что? Это идея... - мои слова заставили его округлить глаза и потереть пальцем у виска. - Шучу, не исключаю, что когда-то захочу детей, но это будет очень-очень не скоро. Пока. - Следи за дозировкой! Билль кинул на прощание свое обычное предостережение. Дозировка. Я давно её уже превысил. Еще в первый раз, когда нашел в тумбочке папы подобные лекарства. Прочитав инструкцию к ним, я был, как собачонка, рад и счастлив. Моим злоключениям пришел бы конец. А история была вот в чем. Течка настигла меня впервые в раннем возрасте. Я и не мог подумать, что моя высокая температура и крики всю ночь - признак нагрянувшего взросления. Болезненно было до жути. Мне выворачивало суставы и ломало кости, зуд в заднице был поистине дьявольский. Я терпел, но выл и рвал подушку зубами. Не осознавая до конца, что со мной, я спустился на первый этаж нашего дома и начал отчаянно перебирать аптечку. Что-то же должно было помочь. Вдруг в темноте кухни сверкнули глаза. Я узнал нашего дворецкого. Он подбирался ко мне, украдкой и с заметным напряжением в теле. Встав совсем близко, он склонился над моей шеей, обнюхивая её. - Запах, - он хрипел, даже не говорил. - Заводит. Не сопротивляйся. Меня била лихорадка, и капли пота размывали картинку перед глазами. Сил не было даже говорить. В тот день из-за сильного запаха меня чуть не изнасиловали дворецкий и шофёр, благо отец появился вовремя. Он раскинул двух обезумевших альф в стороны и поднял меня на руки. - Я вас либо убью, либо посажу за решетку, ублюдки! - отец прижал меня к себе. - Он же ребенок, мрази. В тот день я узнал, что значит слово "противно". Альфы стали для меня вестниками всего дурного и устрашающего. А прикосновения потеряли изначальный смысл и превратились в насилие.