Получите - распишитесь

Поезд двинулся, наконец-таки, с места. А я увидела, как рыжеволосая низенькая женщина машет сыновьям рукой, а маленькая настолько же рыжая девочка, то ли смеясь, то ли плача, бежит за вагоном. Но вскоре она отстала, потому что поезд набирал скорость. Рельсы чуть вильнули вправо, и платформа пропала из вида. За окном замелькали разномастные дома, и я отчетливо поняла, что самый главный этап моей новой жизни начался в тот момент, когда алый экспресс отчалил. Не важно, что было до, сейчас мне нужны были все мои умственные, физические и магические силы для того, чтобы не попасть впросак. Внезапно дверь в купе приоткрылась, и внутрь заглянул один из рыжих мальчиков, которых я видела отчаянно бегущими к поезду. — Здесь свободно? — спросил он Гарри, указывая на сиденье напротив. — В других вообще сесть некуда. Гарри кивнул, и рыжий быстро уселся. Он украдкой покосился на Гарри, быстро сверкнул глазами на меня, но тут же перевел взгляд, делая вид, что его очень интересует пейзаж за окном. Даже надеяться было бессмысленно - я заметила на носу у мальчика черное пятно, которое матери так и не удалось, видимо, оттереть. Ну, привет, Рональд Биллиус Уизли. — Эй, Рон! — окликнули его заглянувшие в купе близнецы. — Мы пойдем. Там Ли Джордан едет в двух вагонах от нас, он с собой гигантского тарантула везет. — Ну идите, — промямлил Рон, и близнецы, синхронно махнув на прощание большими мозолистыми лапами загонщиков, удалились. Я замерла. Вот он, момент. В каноне Рон был свято уверен в том, что в купе сидит сам великий и ужасный Гарри Поттер — его узнали близнецы и не преминули сообщить младшему братцу. Сейчас же мы с Гарри сами прошли на платформу, не запросив ни у кого помощи. Знал ли Ронни-бой заранее, к кому в купе ему нужно подсесть? — А почему все купе заняты? — Вдруг подал голос Гарри. — Ведь учеников может оказаться больше, чем мест в поезде. — Мне старший брат говорил, что поезд расширяется магически в зависимости от того, сколько студентов нужно вести. Свободными остаются только пара-тройка мест — на всякий случай, вдруг, кому компания не понравится, - внезапно дал нам полезную информацию Рон. — В чем смысл? Если в поезде можно магически увеличить количество мест, то зачем создавать толкучку? — Не поняла прикола я. - Типа, дух дружбы, — скривился Рон. Что ж, это вполне понятно. Вряд ли он мог оценить такие порядке в школе, живя со своей-то семейкой. — Ну, там, в тесноте, да не в обиде. Как-то так. Я задумалась. Это было вполне похоже на Дамблдора. Мир, дружба, жвачка. Сомневаюсь, что на тех же Слизерине или Равенкло ученики живут в комнатах по пять человек, как гриффы в каноне. Гриффиндор же — вотчина директора, там, вероятно, наиболее распространены все его любимые педагогические методики. Тем временем разговор исчерпал себя, так толком и не начавшись — я всучила Поттеру дополнительную книжку по зельям, чтобы он, пока есть время, пользуясь занимательном чтивом, увеличил свои шансы на нормальную жизнь после первого урока с Нюнчиком, а сама сидела и бездумно пялилась в окно, изредка заглядывая невидящим взглядом в книжку по ЗОТИ для пятикурсников. Рон, глядя на нас, стушевался, тоже достал какой-то учебник и лег на диван. Вскоре послышался храп. — Я не хочу с ним на один факультет, — вдруг прошептал мне на ухо Гарри, и я вздрогнула от неожиданности. — Нет, он нормальный парень, вроде, но теперь я точно знаю, что он храпит. Вряд ли нам выделят личные апартаменты. И вряд ли Рон — единственный храпящий первокурсник. — Экие мы нежные, — тихо хихикнула я. — Тебе придется расспросить его, чтобы попытаться понять, куда его распределят. Список же в алфавитном порядке должен быть, а Рон, судя по всему, Уизли. — С чего ты взяла? — Почему-то прищурился Гарри. — Поттер, я уж подольше твоего вертелась в магическом мире, мне в "Центре" много, чего рассказывали. Ты видел, как Рон бежал к поезду с семьей? Гарри отрицательно покачал головой. — А я видела. Там были мамаша, папаша, четверо парней и маленькая девчонка. И все рыжие. Кто, если не Уизли? — Ладно, согласен. Я тоже слышал про этот клан, — примирительно замахал руками Гарри. — Вообще все Уизли учились и учатся на Гриффиндоре. Но Рона все равно надо расспросить. Вдруг, он белая ворона? Все-таки, как я понимаю, он почти самый младший в семье, ему может хотеться выделиться, — пробормотала я, осторожно кинув взгляд на храпящего ребенка. Ребенка, да, не потенциального шпиона или предателя. Ребенка, такого же, как и мои ученики, которым я безнадежно пыталась привить интерес и любовь к английскому языку. — Он должен хотеть выделиться, — поправил меня Гарри. — Не представляю, как он вообще еще не свихнулся с таким количеством близких родственников. Я еще раз придирчиво взглянула на Рона и прищурилась. Да-а, дела.

***

Примерно в половине первого из тамбура донесся стук, а затем в купе заглянула улыбающаяся женщина с ямочкой на подбородке. Рон тут же проснулся. — Хотите чем-нибудь перекусить, ребятки? Гарри вскочил со своего места, как ужаленный, будто со вчерашнего вечера и хлебной крошки во рту не держал, услышав заманчивое предложение. Я хмыкнула. Ну конечно, вот интересно-то. Магические сладкие гадости. А Гарри — тоже ребенок, надо не забывать об этом. Это мне даже в детстве больше нравились кислые конфеты, а уж лимоны я пожирала, как апельсины, очищая от кожуры и деля на дольки. Бабушки корчили жуткие рожи, наблюдая за процессом поглощения. У Рона тем временем внезапно покраснели уши, и он пробормотал что-то насчет того, что прихватил с собой сандвичи. Так что в коридор Гарри вышел один. Его карманы были полны золотых и серебряных монет, и он был готов купить целый воз круглых конфеток-драже «Берти Боттс», которые, если верить надписи на пакетиках, отличались самым разнообразным вкусом. Неужто там действительно есть "ушная сера" и прочие гадости? Еще у женщины была «лучшая взрывающаяся жевательная резинка Друбблс», «шоколадные лягушки», тыквенное печенье, сдобные котелки, лакричные палочки и прочие сладости мира волшебников, которых Гарри никогда не видел и не пробовал. Чтобы ничего не упустить, он набрал всего понемногу и заплатил женщине одиннадцать серебряных сиклей и семь бронзовых кнатов. Рон удивленно смотрел, как Гарри возвращается на свое место с полными руками и сваливает покупки на свободное сиденье. — Ты такой голодный? — Не то что бы я умираю с голоду, — ответил Гарри, разворачивая тыквенное печенье и откусывая сразу половину, — но такого я еще не пробовал. Я снова хмыкнула. Рон вытащил откуда-то бумажный пакет и вынул из него четыре сандвича. — Мама всегда забывает, что я не люблю копченую говядину, — грустно произнес он. — Ну-ка, поделись со мной печеньем и лягухами, — протараторила я. Поттер дал мне две упаковки по несколько штук, и я моментально сунула их Рону. — Меняю на свое. — Сказала я, пожирая сандвичи взглядом — Давай, присоединяйся... —Да нет, тебе эти сандвичи не понравятся — мясо сухое... и соуса никакого нет, — покачал головой Рон и вдруг напрягся. — Мама просто забыла — нас же у нее много... — Давай, ешь. — Гарри, переглянувшись со мной, кивнул Рону на свои сладости. Рон просиял, поблагодарил скомкано, протянул мне сверток, в который я вцепилась с нечеловеческой силой, и начал уничтожать запасы сладостей вместе с Поттером. М-м-м, копченая говядина! Идиотские мальчишки!

***

Поттер развернул очередную лягушку — боже мой, сколько это чудовище может поглощать сладкого?! — и вытащил карточку. На ней был изображен человек в затемненных очках с длинным крючковатым носом и вьющимися седыми волосами, седыми усами и седой бородой. «Альбус Дамблдор», — гласила подпись под картинкой. Я напряглась. — Так вот какой он, этот Дамблдор! — Воскликнул Гарри. — Только не говори мне, что ты никогда не слышал о Дамблдоре! — Запротестовал Рон. — Можно, я возьму одну «лягушку» — может быть, Агриппа попадется... Гарри перевернул карточку и прочитал: "Профессор Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор, в настоящее время — директор школы «Хогвартс». Считается величайшим волшебником нашего времени. Профессор знаменит своей победой над темным волшебником Гриндевальдом в 1945 году, открытием двенадцати способов применения крови дракона и своими трудами по алхимии в соавторстве с Николасом Фламелем. Хобби — камерная музыка и игра в кегли." Гарри снова перевернул карточку и с удивлением заметил, что картинка куда-то делась. — Он куда-то исчез! — завопил Гарри. — Но ты же не ждал, что он будет торчать тут целый день, — заметил Рон. — Он вернется. А вот мне опять попалась Моргана, а у меня таких уже шесть штук Может, возьмешь и начнешь собирать коллекцию? Я на мгновение отключилась. Да, как же я могла забыть, что карточка с Дамблдором попадется Гарри прямо в поезде. Дамблдор. Я так и не поняла, что представляет из себя старик. Все-таки, на суде его допрашивали по всем правилам, но кто знает, вдруг, какие-то умельцы придумали способы противостоять Веритасеруму?!

***

Кто-то постучал в дверь купе. На пороге появился Невилл Лонгботтом, выглядящий так, словно собирался вот-вот расплакаться. — Извините, — сказал он. — Вы тут не видели жабу? Рон и Гарри дружно покачали головами, и он начал причитать. — Я потерял ее! Она вечно от меня убегает! — Она найдется, — заверил его Гарри. — Да, наверное, — грустно произнес Лонгботтом. — Что ж, если вы ее увидите... И с этими словами он распахнул дверь купе, намереваясь выйти, но я остановила его. — Подожди! — крикнула я. Лонгботтом остановился. — Ты что, думаешь, твоя жаба — первое животное, сбежавшее в поезде? — Н-нет, — пробормотал он в ответ, а я чертыхнулась. Н-да, не так надо с этим экземпляром. — Когда поезд приезжает, его проверяют. Найдется твоя жаба сразу же, как только доедем. — Сказала я и ободрительно улыбнулась. — И вообще, оставайся. Видишь, сколько этот остолоп всего понакупил? Они даже вдвоем не успеют все сожрать, а я что-то сомневаюсь, что в спальнях есть места типа холодильника, где можно хранить скоропортящиеся продукты. Лонгботтом несмело улыбнулся в ответ и присел рядом с Роном. Когда дверь в купе снова открылась, мальчишки, родившиеся в мире магии, уже увлеченно спорили о том, какой факультет лучше другого. В купе вошли трое мальчишек, и я сразу узнала того, кто был в центре — это был, конечно же, мелкий Малфоиш. Я поспешно отвернулась, чтобы он меня не узнал. А то еще растреплет перед Роном что-нибудь, а я так еще и не поняла, как к нему относиться. Однако, сейчас Малфоиш смотрел на Гарри с куда большим интересом, чем чем на меня. Скорее всего, он меня даже не заметил. — Это правда? — С порога спросил он. — По всему поезду говорят, что в этом купе едет Гарри Потер. Значит, это ты, верно? — Кто? — Спросил в ответ Гарри — Гарри Поттер? — Нет, мне интересно, кто это говорит, — прищурился Гарри, внимательно глядя на Малфоиша, и тот отвел глаза.