Тайна

Троица телепортировалась около самого больничного отделения, куда, по мнению Мёнсу, уже должны были доставить Мэй. Двое либатов молча стояли за ним, ожидая, что он предпримет. Приподняв руки, парень прислонил их к двери, решаясь войти. Ему было страшно увидеть в каком состоянии сейчас Мэй, но сбегать как трус, он больше не собирался. Рука толкнула тяжёлую дверь и распахнула её. Яркий свет в помещении ослепил его на мгновение после сумрачного коридора. Мёнсу прикрыл глаза рукой и шагнул в помещение. Мимо него пронеслась, причитая, медсестра, в руках она держала ванночку, где в кровавой воде плавала такая же окровавленная тряпочка. Глаза парня расширились, а брови взлетели вверх. Не обращая ни на что внимание, Мёнсу прошёл в другую комнату и остановился на пороге. На одной из дальних кроватей лежала Мэй. От огромного количества силы, которая нашла выход, казалось, что девушка слегка светилась голубоватым цветом. Даже Мёнсу, который не слишком-то и уступал в силе девушке, сбежал бы, если бы ощутил эти вибрации в воздухе. Казалось, что воздух буквально звенит от силы витавшей вокруг. Но большее впечатление на Мёнсу произвело присутствие двух людей, которые стояли у кровати девушки, что-то тихо обсуждая. Это были тёмный и светлый, судя по ауре, но на самом деле они являлись противоположными тем цветам, которые видели у них другие. Один из них был спокойный и уравновешенный, а у второго на губах красовалась ухмылка, которая, казалось, не сходила с них, даже не смотря на то, какая проблема сейчас стояла перед ними. Эти тёмный и светлый были теми, о ком говорил БиАй при их встрече. Мёнсу узнал их с первого взгляда, хотя раньше их никогда не видел. Это были ЭлЭр.  — Что ты здесь делаешь? — раздался позади парня голос, который заставил его обернуться к говорившему. Сынхун молча и изучающе смотрел на него. — Ты же ведь сбежал из института, разве нет? — Я не сбежал, а ушёл, чтобы не произошло этого, — хрипло сказал Мёнсу, указав жестом на кровать, где лежала Мэй. — Но почему-то никто не способен позаботиться даже о животном, чтобы подобное не повторялось. ЭлЭр удивлённо повернули к нему голову, изучающе рассматривая парня. Взгляд у них был настолько глубокий, что не приходилось сомневаться в их древности, а соответственно и мудрости. Но хоть Мёнсу был и старше их, так как его первая жизнь случилась задолго до рождения этих братьев, он испытывал дискомфорт от их взглядов. Опыта-то у него было не так уж и много. Вот если бы не такое количество смертей... — Мёнсу? — раздался удивлённый голос с соседней с Мэй кровати. Хосок зажимал руки, которые были перебинтованы. Вот, значит, для кого были эти ванночка и тряпочка. Но что случилось с этим весельчаком? — Не знал, что ты вернёшься. Вроде же собирался сбежать из института. — Увидел, что произошло с ней, — он ткнул пальцем на Мэй, — и решил, что надо вернуться. — Как ты увидел? — спросил Хосок и похлопал глазами. Хоть он и старался показывать непринуждённость в разговоре и, но взгляд выдавал его. — Неважно, — покачал головой Мёнсу и прошёл мимо двух парней. — Если Мэй захочет, сама расскажет, как дело обстояло. Ещё неизвестно, чем всё это закончится. ЭлЭр проводили его взглядом, не произнося ни слова. Мёнсу присел около кровати и погладил девушку по голове, игнорируя чувство тревоги и ненависти, которые переполняли его. Казалось, что Мэй умерла, так как дыхание её было практически незаметным, а кожа бледная. В своих мыслях парень проклинал себя за то, что покинул её и сбежал. Яты не могли не заметить её раньше, хотя он наивно предполагал это. — А это кто? — спросил Хосок. Мёнсу скосил на него взгляд и увидел, что тот смотрел на Рин. Девушка переминалась с ноги на ногу и настороженно оглядывалась по сторонам. Когда она поняла, что незнакомый парень имел в виду её, замерла, бросив на Хосока холодный взгляд. Снова эта защита. — Это Рин, — бросил в ответ Мёнсу. — Она моя знакомая. Со мной пришла. — Понятно, — слегка прищурился брат Мэй. На его губах не было обычно беззаботной улыбки. Взгляд был усталым и не проявлял никаких эмоций. Мёнсу бросил взгляд на его руки, бинт на которых медленно приобретал алый цвет. — Что с твоими руками? — спросил он, кивнув Хосока. Парень посмотрел на свои руки и тихонько выругался, заметив, что бинт медленно пропитывался кровью. Он встал и направился в кабинет, где скрылась медсестра, оставив вопрос Мёнсу без ответа. — Это он Мэй сюда так нёс, — ответил вместо Хосока Сынхун, проскользнув в палату. Тёмный перевёл на него удивлённый взгляд. — Хосок сказал, что она потеряла сознание, поэтому он взял её на руки и понёс сюда, — продолжил Сынхун, опираясь на стену спиной. — Но по его словам создавалось ощущение, что в него втыкались ножи. Не знаю, что бы это значило, но руки его изранены, а кровь сложно остановить. — Силы взяли вверх. Но я в первый раз слышу, чтобы они обретали какую-то физическую форму, — покачал головой один из ЭлЭр. Если судить по воспоминаниям людей и описаниям, то его звали Лео. — От королевы всё что угодно можно ждать, тем более от этой. Она самая сильная из всех, если ты не помнишь, брат, — фыркнул том, которого звали Рави, и скрестил руки на груди. — Я, лично, не удивлён тем, что так получилось. Мёнсу перевёл на них взгляд и сжал руку Мэй, она была холодной и безжизненной. В прошлый раз, когда он доставлял виану в больницу, она горела от жара, но теперь была холодна как лёд. Это действительно пугало. — Можно вопрос? — прервал их спор парень. Две пары глаз тут же воззрились на него, такие мудрые, но в то же время с оттенком холода. Это вызвало уважение, хотя Мёнсу был намного сильнее этих двоих. — Можно что-нибудь сделать для неё, как-нибудь помочь? — Мы уже спрашивали, — пробубнил Сынхун у него за спиной. — Но они ничего не отвечают. — Если она до утра не сгорит от собственных сил, то выживет. Кроме себя ей никто не сможет помочь, — покачал головой Лео. — Остаётся ждать и надеяться. — Как я понимаю, кот был тем сдерживающим фактором её способностей, чтобы не произошло подобного? — тихо спросил Мёнсу и погладил девушку по руке. Она всё так же не проявляла признаков жизни. — Да, — кивнул Лео. — Она ещё не настолько сильна, чтобы сама справляться с ними, поэтому ещё в детстве, предвидя ситуацию и чувствуя размах её будущей силы, Мэй с матерью выбрали ей котёнка. Всё это время он не давал силе прорваться наружу, хотя при проявлении новых способностей малой их доле всё же удавалось пробить барьер. — Вы это о чём? — удивлённо спросил Сынхун. Он естественно не понимал и слова из их речи. Парень, как и все остальные, думал, что у Мэй просто слабое здоровье. Но с такими способностями в таком слабом теле были совсем не удивительны эти болезни. Мёнсу повернул голову в сторону, чтобы видеть Сынхуна. Стоит ли ему раскрывать секрет, который Мэй так тщательно хранила все эти годы? Но ведь этот секрет и так скоро выплывет наружу независимо от него. Даже если виана не переживёт сегодняшнюю ночь, правда всё равно откроется. Но так как Сынхун был другом Мэй, ему всё же стоило узнать, чтобы потом для него это не было шоком. — Помнишь, я тебе часто рассказывала истории и мифы про виан? Так она одна из них, — раздался голос около входа. Все присутствующие повернули голову в ту сторону, взглянув на только что вошедшую Мину. Девушка стояла, скрестив руки на груди, а глаза её были полны такой печали, что создавалось ощущение, что она сейчас расплачется. Сынхун подошёл к ней и крепко обнял, прижав её к себе. Мина уткнулась носом ему в грудь, сжала руками рубашку и всхлипнула. — И долго ты об этом знаешь? — спросил Мёнсу. — Мне бабушка рассказывала о них, говорила, чтобы я не завидовала Мэй, что на самом деле очень сложно иметь такие силы. И я с ней согласна. Всё время наблюдала за Мэй и жалела, что не могу ничем помочь, — посмотрела на него девушка. По её щекам текли слёзы, а глаза слегка покраснели. — Но она не просто виана, — усмехнулся Рави. — Она наша королева, которую мы очень любим и уважаем. — Но ведь вы же не относитесь к ним. Вианами только девушки могут быть, — удивленно похлопал глазами Сынхун. — Или я чего-то не понимаю? Ви, который уже стоял рядом с Мёнсу невидимый для других, хмыкнул. Этот смешок относится к тому, что больше удивления вызвало не то, что Мэй является королевой, а то, что два этих незнакомца считают её своей королевой. Хотя Мёнсу не знал, как повёл бы себя на его месте. От такого количества информации у него бы явно взорвалась голова. Как Сынхун ещё держится? — Вианы единственные приняли нас со всеми нашими изъянами, — сказал Рави и хмыкнул. — Другие просто отворачивались, даже не воспринимая нас как живых людей. Как будто мы мутанты или подопытные кролики, что одно другого не лучше. Сынхун удивлённо похлопал глазами, а Мёнсу вздохнул. Конечно, он не мог видеть их ауры, а ориентировался только на внешность и поведение. Поэтому ему было трудно понять, о чём они говорят. — Чтобы ты понимал, о чём они: их ауры показывают противоположный цвет тому, которому они принадлежат на самом деле. Один тёмный, но аура светлая, а у другого всё наоборот, — разъяснил ему Мёнсу. — Официально зафиксирован только лишь один случай с ними. Сынхун кивнул ему в ответ. Он, как и все остальные, проходил темы по цвету и различиях аур. Хотя это ему не слишком-то и пригодится, так, для общего развития. — Но вот я не могу понять только одного, — неожиданно протянул Рави и посмотрел за спину Мёнсу. — Почему этот тип скрывается ото всех? Думает, что мы настолько слабы, что его не увидим? Тут только эти двое у двери не способны видеть тебя, так что, может быть, перестанешь прятаться? Даже мы показались в такой ситуации. Или ты задумал чего пакостного? — Ничего я не задумал! — воскликнул Ви, став в то же мгновение видим для всех. — Это пррсто привычка быть невидимым телохранителем! Сынхун и Мина, которые всё ещё стояли около двери, вздрогнули от неожиданности. Мёнсу их понимал. Здесь и так собралось много странного народа, так ещё и появляется какой-то тип, который визжит на всю палату как резанный. Это они ещё не знают, кем является сам Мёнсу, тогда бы их точно удар уже хватил. Но что-то ему подсказывало, что в скором времени и ему придётся раскрыть свою личность. В палату зашли Хосок и медсестра, которая провожала его к кровати. Она остановилась и недовольным взглядом оглядела всех, кто был в палате. Ей явно не нравилось то, сколько человек здесь столпилось, благо, что из больных были только Мэй и её брат, а вот остальных она собиралась вышвырнуть оттуда, даже не задумываясь. — Мы здесь ради того, чтобы с Мэй ничего не случилось, — заранее предотвратил слова женщины Рави, подняв вверх руку. — Если вы хотите, чтобы в институте произошло убийство, можете просто нас выставить. — Но я вам этого не советую, — покачал головой Лео и посмотрел на женщину из-под чёлки гипнотизирующим взглядом. — Иначе многие пострадают из-за этой смерти. Медсестра, словно заворожённая, смотрела ему в глаза, не смея отводить их. Мёнсу слышал, что ЭлЭр были знамениты своими гипнотическими навыками, но чтобы их использовал Лео — это было неожиданностью. Женщина едва заметно кивнула и, развернувшись, вышла из палаты словно кукла. Остальные удивлённо посмотрели ей в след и перевели настороженный взгляд на мужчину. — Эх, Лео, вроде бы светлый, а ведёшь себя так по-тёмному. Или тебя кто-то успел подменить? — ткнул ему пальцем в плечо Рави. — У меня аура тёмная, мне можно, — пробурчал Лео, бросив хмурый взгляд на брата. — Надо же оправдывать её наличие. — Хочешь сказать, что мне теперь надо вести себя, как добренький и миленький светлый? — испуганно расширил глаза Рави. — Я не согласен на это. Хоть убей, но так делать не буду. — Уже делал, — вновь буркнул светлый и подошёл к Хосоку. Парень от неожиданности отступил от него на шаг, слегка расширив глаза. Руки его инстинктивно спрятались за спину. — Дай мне свои руки. Хосок удивлённо посмотрел на него и тут же отвёл взгляд в сторону. — Не буду я тебя гипнотизировать. Могу облегчить боль в твоих руках, но если ты мазохист, и тебе она нравится, то могу не помогать, — вздохнул Лео. — Нет, надо, — тут же ответил парень и протянул руки светлому, слегка прикусив губу от боли, которая тут же появилась в его руках. Мужчина аккуратно взял их в свои ладони, гипнотизируя их взглядом, как пару минут назад проделывал это с медсестрой. Хосок тут же расслабился, и сразу стало понятно: боль отступила. Лео отпустил его и вернулся на своё место около кровати Мэй, где стоял его брат. Он с ухмылкой смотрел на светлого, будто думая сказать что-то, но не решался. Тот посмотрел на Рави и кивнул ему. — Ты от меня таким словечкам научился, я не пойму? — не выдержал тёмный. Лео ударил себя по лбу и провёл рукой по лицу. Вопрос, который задал ему Рави, он оставил без ответа. — Значит, да! — принял молчание за согласие тот. Лео вновь оставил это замечание без ответа и присел на стул около кровати Мэй, по другую сторону от Мёнсу. Он внимательно вглядывался в лицо девушки, будто ища что-то в нём. Парень тоже посмотрел на виану и почувствовал комок в горле. Если бы он только не сбежал, то мог бы хоть как-нибудь помочь ей. Позади него встала Рин. Он чувствовал страх, который исходил от девушки. Парень понятия не имел, что ей пришлось испытать, но явно ничего хорошего там не было. Такое количество незнакомых людей её естественно пугало, поэтому она стремилась быть ближе к тем, кого хотя бы немного знала. Тэхён уже спокойнее относился к её близкому нахождению, может быть, на него так подействовало состояние Мэй. Он ведь, так же как и ЭлЭр, считал её своей королевой, но по другим причинам. — Мы похоронили Эла, — раздался у входа голос Йерим. Мёнсу перевёл на неё затуманенный взгляд. Ведьма направлялась прямиком к ним, а рядом с ней шёл Чжехван. Парень молча следил за тем, как она, не меняя своей траектории, уверенно шагала к нему. Она схватила его за грудки, подняв одним рывком. Мёнсу не сопротивлялся. Все молча смотрели на них, предпочитали не вмешиваться. Одна лишь Рин слегка дёрнулась, и хотела было прийти на помощь человеку, который сказал, что будет её защищать, но была остановлена рукой Ви. Он покачал головой, давая понять, что её вмешательства не требуется. Но девушка всё равно продолжала напряжённо смотреть на ведьму, готовая в любо момент прийти Мёнсу на помощь. — Как ты посмел сбежать? — прорычала Йерим, сжав руки на его рубашке. — Ты повёл себя как последний трус. Ведь знал, что за ней могут охотиться, но всё равно ушёл. И что теперь? Готов отвечать за её смерть? Сейчас скажешь, думал, что так будет лучше. Но надо было несколько раз пораскинуть мозгами, прежде чем принять окончательное решение. — Я повёл себя как последний идиот, — хрипло отозвался Мёнсу. Взгляд его, казалось, ничего не выражал. Но это было не то холодное чувство, а что-то другое. Ведьма фыркнула и резко ударила ему ладонью по щеке. От такого сильного удара парень повернул голову в сторону, но даже не зажмурился. Рин дёрнулась, чтобы использовать магию, но Ви вовремя перехватил её руки, чтобы она ничего не успела сделать. Йерим резко отпустила тёмного, буквально кинув его обратно на стул. Тот сидел молча, опустив голову. В палате повисла тишина, нарушаемая лишь дыханием присутствующих. — А ты боевая ведьмочка, — присвистнул Рави, нарушая напряжённую атмосферу. — Смотри, как легко на место поставила потомка могущественнейшего тёмного. Ты это видел, Лео? — Возможно, тебя удивят мои слова, но никто из них, кроме этих двух либатов, не знает, кем Мёнсу является, — устало сказал светлый и посмотрел на брата. — Думается мне, что он хотел это сохранить в тайне. Ты можешь получить премию самого болтливого существа в мире. Мои тебе поздравления. Йерим слегка отшатнулась от Мёнсу, отступив на несколько шагов. Вновь повисла тишина. Парень поднял взгляд и провёл им по собравшемся. Эти взгляды. Он ненавидел их больше всего на свете, но чаще всего видел их. Страх, от появление которого всегда становилось плохо. За столько лет, казалось, тёмный должен был привыкнуть к подобному, но с каждым разом всё это сильнее ранило его. Парень отвернулся от них, не в силах больше терпеть этого. Рука его снова нашла руку Мэй, сжав её. Только эта виана принимала его таким, какой он есть и сейчас была вероятность, что она умрёт. Умрёт из-за него. Остальные люди для Мёнсу в этот момент не имели никакого значения. Парень опустил голову, приподняв руку Мэй и уткнувшись в неё лбом. — Может быть тебе лучше уйти, — неуверенно спросил Хосок. — Он имеет точно такое же право, как и все остальные, находиться здесь. Голос у двери привлёк внимание всех, но Мёнсу так и не поднял голову. Этот голос был ему достаточно хорошо знаком, хоть и звучал намного взрослее, но эти интонации ни с чем не спутаешь. Губы его слегка дрогнули в улыбке, он даже не знал, что она сейчас живёт. Он слышал, как женщина подошла к нему и остановилась в паре шагов. — Здравствуй, Эл, давно не виделись, — раздался её голос рядом с ним. — Давно не виделись. — Уж несколько жизней, Хви, — поднял на неё взгляд Мёнсу. — Хотя сейчас тебя уже по-другому зовут, Сора. Женщина улыбнулась ему своей светлой улыбкой, хотя сейчас явно чувствовалось, что она была омрачена. Это было не удивительно, если учесть, что сегодняшней ночью решалась судьба её дочери и королевы. Но, даже несмотря на то, что сейчас было с Мэй, они рады друг друга видеть. Мёнсу был рад, что Хви в этой жизни повезло больше, чем в той, когда они познакомились. Сейчас у неё был любящий муж и двое детей. Но снова судьба распорядилась так, что ей дорогу перебежал наследник могущественнейшего тёмного, как тот чёрный кот. Иногда Мёнсу считал, что это его основная способность, которая отличает его от других. — Рада, что встретила тебя, Мёнсу, — сказала она. — Моей дочери повезло встретить такого человека, как ты. — Ты так считаешь? — горько усмехнулся парень. — Как по мне, так ей крупно не повезло с этим. Не будь меня, то тогда с ней всё было бы хорошо. — Зря ты так считаешь, — покачала головой Сора. — Возможно, встреча с тобой — это лучшее, что случилось в её жизни, точно так же как и тогда у меня. Ты, сам того не понимая, даёшь свежий глоток силы. Кто бы там что ни говорил, но для меня ты не сын могущественнейшего тёмного. Для меня ты сын могущественнейшей светлой. В тебе гораздо больше от матери, чем от отца. Парень посмотрел её в глаза и улыбнулся. — Ты даже такое про меня нашла. Не ожидал, что это вообще кто-то способен воспринимать. Для многих если в тебе есть хоть капля тёмного, то ты автоматически теряешь тот свет, что в тебе есть. — Так ты почти такой же, как и мы, — удивлённо спросил Рави. — Наполовину тёмный, а наполовину светлый? Только без отклонения, естественно. Мёнсу взглянул на него и кивнул. Рави присвистнул и посмотрел на брата, толкнув его в бок, будто говоря, что они не одни такие. — Мне всё равно, каким тебя считают другие, — покачала головой Сора, продолжая разговор. — Главное, что я знаю, какой ты на самом деле. Ты намного человечнее, чем большинство либатов. Не хочу вас обидеть, — кивнула она в сторону Ви и Рин. Девушка вновь едва слышно ответила, что она лирит, но никто не обратил на это внимание. — Спасибо тебе, Сора, — измученно улыбнулся ей Мёнсу. — Ты умеешь поддерживать. Женщина едва заметно кивнула, а губы её слегка дрогнули. — Я тебя очень хорошо знаю, поэтому прошу тебя, не оставляй мою дочь, если она выкарабкается из этого состояния, — попросила Сора, взглянув на свою дочь. — Теперь, когда ты рядом, у меня есть надежда на это. — Ты меня переоцениваешь, — покачал головой парень. — Я не могу сделать совершенно ничего. Абсолютно беспомощен. — Не говори так. Ты сильнее многих. Такую силу духа, как у тебя, многие бы хотели. Столько раз умирать и возвращаться в этот мир, но не отчаиваться настолько, чтобы быть способным на самоубийство. Это действительно достойно. — Меня каждую жизнь посещают мысли о самоубийстве, — горько усмехнулся Мёнсу и потрепал себя по волосам. — Это, наверное, единственная жизнь, которую я хочу прожить столько, сколько хочу я сам. И да, прости, что соблазняю твою дочь. — Могу поспорить, что всё наоборот, — засмеялась Сора и присела на соседнюю кровать, куда недавно опустился Хосок. Женщина бережно обняла сына и погладила его по волосам. Губы Мёнсу дрогнули в лёгкой улыбке. Она была замечательной и заботливой матерью. В глазах Соры читалось, что она способна порвать любого за своих детей. Хосок прикрыл глаза и уткнулся носом в плечо матери. Ему было больно от того, что приходилось переживать в эту минуту. Да и сама женщина хоть и старалась разрядить обстановку, чтобы всем было проще ждать судьбы Мэй, но она скрывала тем самым свою боль. Эта боль нашла отражение в её глазах, ведь они зеркало души, а она была неспокойна. Сора подняла взгляд на тех, кто стоял около дверей. — Идите отдыхать, — кивнула она. — Не надо вам тут бодрствовать всю ночь. Это всё равно не слишком поможет, только устанете сильнее. — Я не смогу уснуть, — покрутила головой Йерим. — После всего того, что узнала сегодня и после всего, что случилось. Мысли о Мэй вряд ли дадут мне заснуть. Думаете, это возможно? — Если не уйдёте сами, я вас вышвырну отсюда, — сверкнула Сора. — И мне всё равно, Йерим, что ты старше меня. Здесь сейчас останется только семья и Мёнсу. ЭлЭр молча поднялись и вышли из палаты, а Ви взял Рин за руку, потянув её вслед за ними. Оставшиеся удивлённо посмотрели на них. Йерим тряхнула рыжими волосами и упрямо взглянула на женщину. Глаза её блеснули яркими огоньками, но только она хотела что-то сказать, как Чжехван её поднял на руки и понёс из палаты. — Пусть семья побудет с ней. А нам надо отдохнуть и набраться сил. Тем более что мы всего лишь друзья. — Но Мёнсу... — возмутилась ведьма. — Мёнсу её парень. Он тоже близкий. Не стоит мне возражать. Йерим надулась и скрестила руки на груди, но позволила себя вынести из больничного отделения. Сынхун и Мина направились вслед за ними, оставив трёх людей в палате наблюдать за Мэй.