5 девушек Ким Ханбина

Чживону просто ничего не остается, кроме как пойти к Мори и всё выяснить с глазу на глаз. Узнать о её решении и, наконец, определиться. Не будет же он вечно ходить вокруг да около и сжирать себя изнутри. Это, мягко говоря, очень раздражает и безудержно хочется что-то сломать, чтобы выплеснуть эмоции. И, чтобы себя успокоить – нужно всего лишь поговорить. Остаётся надеяться, что О не станет в очередной раз упираться и, наконец, признает уже, как она, откровенно говоря, неровно дышит в его сторону. И ведь Бобби железно в этом уверен. Проскочив через окно женского туалета в их кампус, который «охраняет» комендант общаги от вот таких балбесов как Ким Чживон, юноша незаметно поднимается на второй этаж и тихо стучит в нужную дверь, чтобы никто посторонний не смог его засечь. Дверь открывается очень быстро, словно его ждали, но судя по удивлённым глазам Мори – это не так. Она ждала кого-то другого. Чтобы его не застукали, Бобби без спроса просачивается в девичью спальню, проигнорировав возмущенный возглас, и отмечает, что её соседка отсутствует, а это значит, что ждёт Мори, вероятно, её. О, закатив глаза, выглядывает в коридор, чтобы убедиться в отсутствии свидетелей, а после со спокойной душой запирает дверь и поворачивается к Чживону, который в свою очередь уже без стеснения забрался на её постель с ногами и разглядывал глянцевый журнал, позаимствованный у соседки по комнате. - Как ты проходишь через коменданта? – спрашивает Мори, недовольно фыркнув. С одной стороны она рада, что Бобби пришёл к ней, и выглядит его пребывание в комнате, как само собой разумеющееся, но с другой стороны – они ведь не в тех отношениях, в которых так себя ведут и при этом такое считается нормальным. Многие могут подумать, что он пришёл поразвлечься и удовлетворить свои мужские потребности. Разве не этого О так тщательно избегает? - У меня есть тайный путь, ведущий в царство Афродиты, - отвечает Бобби, улыбаясь краешком губ. - Тебе лишь бы к Афродитам, - беззлобно вздыхает Мори и оттягивает чуть вниз кофту от безразмерной пижамы. Только сейчас до неё доходит, что выглядит она, мягко говоря, не очень. Старая любимая пижама с утятами, наполовину высохшие волосы после душа, полное отсутствие макияжа и пушистые ворсяные носки, ибо по ночам в общаге бывает очень прохладно. И это смущает, по правде, особенно, если учесть чувства, которые О испытывает к этому взбаламученному молодому человеку. Как-то несправедливо, что он постоянно заявляется к ней в спальню, когда она неподходяще выглядит для встреч с парнем, а Чживон в любое время суток выглядит так соблазнительно. - Не к Афродитам, а всего к одной, - с намеком говорит юноша, оторвав взгляд от бессмысленного для него журнала, и лукаво улыбается. Зардевшись, Мори отворачивается и прячет за красными прядями волос едва заметную улыбку, делая вид, что разглядывает крайне интересную уже запылившуюся рамку с фотографией её младшей сестры. - Ты хотел что-то? – уточняет девушка, садясь за письменный стол, чтобы хоть как-то скрыть свой стыдливый внешний вид. - Я хочу услышать твой ответ, - скорее просит, чем утверждает Чживон. Для него это впервые. Вообще всё, что у него к Мори – впервые. Эти странные покалывания под рёбрами при виде её то смущенной, то веселой улыбки. Необъяснимые до тошноты щекочущие ощущения в животе, когда она с такой отзывчивостью реагируют на каждое его двусмысленное действие приправленное отчаянным сопротивлением. Давящие на всё нутро желания не овладеть этой девушкой, а всего лишь поцеловать и обнять. Бобби не привык к такому. Но взорвавшийся вулкан чувств без особых причин именно в этом семестре заставляет его идти на поводу у них. Заставляет отчаянно ломать крылья без надежды на будущие полёты. Всё. Это как разбиться в густую безобразную лужу крови, но ощутить от этого не дикую боль, режущую на живую, а возбуждающее удовольствие. «БДСМ без игрушек и плёток» - окрестил в мыслях свои чувства Ким. Ему серьёзно не нравится нынешнее состояние, но ещё больше ему претит мысль об отказе от неё. Парадокс, черт возьми. А вот Мори думает, что даже если она обожжётся им, то это будет того стоить. Вечно прятаться от него она не сможет, уже не может. Но и просто взять и сказать «да» не получается – эти две буквы встают поперек горла и их не сложно выплюнуть наружу. - И что будет, если я дам этот шанс? – спрашивает О, наклонив голову чуть вбок, и пристально смотрит на Чживона. Ответ ей не очень-то и нужен. Просто хочется украдкой разглядеть его суровое, острое лицо с пухлыми губами, вероятно очень мягкими, и впитать как можно больше в себя. А ещё чертовски хочется, чтобы он прекратил уже ждать её ответ и просто заявил свои права на неё. Не слишком ли она охреневает? Сначала кобенится и в сердцах высказывает о том, как же это гнусно – игнорировать её желания, мнение и делать всё на свой нос, а теперь хочет, чтобы Бобби сделал всё сам. Может, и так. И всё же это мало что меняет. - Ну, я перестану быть говнюком и научусь дрочить для дней, когда у тебя будет болеть голова, - и для фееричности Ким двигает кулаком верх-вниз над пахом, а Мори давится воздухом, выпучив глаза от представленной картины вкупе с беззастенчивой речью. Ей хочется чем-то запустить в него, особенно из-за этой самодовольной улыбки, которая расплылась на всю его физиономию после незамедлительной реакции О, но под рукой ничего нет. - Ты бессовестный! – восклицает красная, как помидор Мори. Его слова смущают, а эти двусмысленные движения рукой вообще заставляют нервничать и сжиматься сердце. Одной лишь ей известно, какие порочные мысли и фантазии посещают её голову. Однозначно, слова Чживона льстят О, но, чёрт бы его побрал, нельзя как-то иначе было сказать? Обязательно ему нужно всё опошлить! - Да-да, а ещё безнравственный и… - беззаботно качает головой Чживон, запнувшись, потому что призабыл, какими ещё словами называла его Мори и, сдавшись, добавляет, - в общем, я помню, что не твой сопливый джентльмен. Девушка ничего не отвечает, поджав губы, и не сводит с Кима взгляда. Бобби тоже молчит и испытующе смотрит в ответ. Так и продолжалось бы, если у Мори осталась бы ещё хоть капля терпения. Несмотря на то, что ответа ждёт именно Чживон, завершить на положительной ноте разговор О хочется, похоже, куда больше, чем ему. - А ты, не готов стать пусть не джентльменом, но сопливым романтиком ради меня? – замявшись, еле выговаривает каждое слово девушка, сминая пальцами края старенькой пижамы. Ей этот вопрос дается очень сложно, по многим причинам. Но самая основная – Чживон, который вряд ли захочет растрачивать свою энергию на то, что ему не нравится. Но по какой-то дробящей виски причине этот чёрт жутко соблазнительно улыбается и кончиком своего не менее жутко соблазнительного языка проводит по уголкам губ, отчего Мори чувствует как низ живота тянет и спирает дыхание. Он точно доведет её. - Вот сейчас ты самая настоящая бессовестная сучка, - внезапно переводит стрелки Ким и тычет пальцем в сторону О. Та в свою очередь изумлённо округляет глаза, не припоминая за собой подобного поведения. - Это ещё почему? - С самого начала ведь тебе именно это и нужно было, а ты всё носом ворочала, заводя меня лишний раз в заблуждения! Я так и думал, что это просто бабский заскок, - хмыкает Чживон, с откровенным упреком смотря на девушку и качая головой. На его устах продолжает играть притягательная полуулыбка, которая, если бы не произнесённое, определенно приковала бы к себе всё внимание Мори. - Ну и зачем мы играли в кошки-мышки столько времени, а, милая? От его саркастичного «милая» спирает дыхание, но слова возмущают и заставляют нахмуриться. О чём бы он там ни думал, у неё есть логическое объяснение своему поведению, что не скажешь о Бобби. - Я не играла с тобой ни во что, Чживон! У меня к тебе не было доверия, поэтому я отказывала! – повышает тон Мори не заметно для себя и раздосадовано поджимает губы. Но Кима это не задевает и не подначивает, он выглядит всё таким же игривым, несмотря на то, что разговор приобретает оттенок раздора. - Что изменилось сейчас? – спрашивает юноша, доставая из кармана зажигалку, и проводит большим пальцем по кремнию, зажигая огонь, тут же убирая палец, гася пламя. На несколько секунд Мори забывает о вопросе и наблюдает за этим ненавязчивым действием, отмечая вздутые вены на запястьях и привлекательно болтающийся толстый браслет. У О колет подушечки пальцев от раздирающего желания прикоснуться к, она уверена, горячей коже и невесомо провести ими до мускулистых плеч. Этот человек горяч как сам Ад, и от этого у Мори голова идёт кругом. Как она, блять, должна сопротивляться, если всё её нутро отзывается на него даже тогда, когда он ничего для этого не делает?! Чживон щелкает пальцами, возвращая девушку из диких фантазий, где она полностью в его власти, и ждёт ответа на свой вопрос. - Не заставляй меня говорить это первой, - смущенно отводит взгляд О. - Первой? Тебя оскорбит признаться мне первой? Мори удивлённо вскидывает брови и возвращает зрительный контакт с Кимом. Неужели, он настолько слеп, что считает, будто вся её осторожность упирается в какие-то там оскорбления? Её застилает обида из-за его предположения, потому-то она и срывается. Хватит, может, винить её в этом! У Мори предостаточно оснований, чтобы и сейчас послать его к чёртовой матери отсюда, но она этого не делает. И почему же? Вряд ли дело в том, что её что-то там, блять, может оскорбить! - Ты мне нравишься, чёрт возьми! Очень давно нравишься! Понравился ещё даже раньше, чем ты меня заметил! – восклицает Мори и встает со стула, чтобы её речь звучала убедительнее. Чживон с интересом ждёт, не встревая ни на секунду. - Но всё, что ты делал за всё то время, что я украдкой за тобой слежу – так это зажимаешь баб и шлепаешь меня по заднице, стоит мне появиться в зоне твоей досягаемости! После этого всего, как ты думаешь, о чём я должна думать? Я априори считаю себя одной из всех этих девчонок, на которых тебе, по сути, наплевать. Мне сложно взять и впустить тебя, потому что я боюсь разбиться! – на последних словах девушка сдувается, как воздушный шарик и судорожно ловит ртом воздух, понимая, какой херни наговорила! Явно лишка дала. Но пытаясь не упасть в грязь лицом, сохраняет твёрдость во взгляде и взирает на Чживона. А тот лишь расплывается в широкой улыбке, чем сбивает девушку с толку, ведь она рассчитывала на другую реакцию. - Ты мне тоже нравишься, Мори, - поднявшись с её постели, произносит Бобби и наступает на О. Растерявшись, девушка отступает на шаг назад и тупит взгляд. Она в замешательстве – радоваться ей или наоборот. Слов симпатий от него Мори ждёт почти с самого поступления в этот университет, но после всей её громкой тирады просто признание – это какое-то кощунство. - И всё? – издает писк девушка, прижав к своей груди руки. Её пробивает озноб. Все слова застревают где-то в груди приносящим дискомфорт комом. Ладошки потеют из-за сковывающего всё тело волнения. Чживон приближается, он стоит меньше, чем на расстоянии вытянутой руки. Настолько близко, что можно почувствовать почти выветрившийся за день терпкий аромат парфюма и запах мятной жвачки, которую он, вероятно, жевал до прихода к Мори. Настолько близко, что можно ощутить физически доминирующие волны, которые неосознанно Бобби пускает в разные стороны, задевая таких беспомощных и хрупких девушек, как О. В эту секунду она просто забивает на всё, она слышит только собственное сердцебиение и дрожит от мысли, что стоит перед самым горячим мужчиной, которого только знает, в старой пижаме и без нижнего белья. - Что ещё? – переходит на хриплый шепот Чживон. Сглотнув, Мори пытается не выдать своего проигрыша. Хотя, наверное, Бобби итак всё прекрасно знает и понимает. - Я столько всего тебе сказала, а ты только… - А я только сказал самое важное, – перебивает Ким, обхватив горячими пальцами девичье запястье и отведя её руку в сторону. От произнесенного щеки Мори алеют, она непонятно чего ждёт и не сопротивляется, когда вторая рука Чживона ложится на тонкую талию и притягивает к себе настолько близко, что бесспорно можно почувствовать отсутствие бюстгальтера. – Просто давай попробуем? – томно спрашивает он и не ждёт ответа, накрыв обмазанные медовым бальзамом губы девушки своими. Мори закрывает глаза и поддается ему. Становится душно и жарко. Одежда кажется тонкой и почти неощутимой, а кожа разгоряченной. Чживон целует глубоко и несдержанно, водя ладошками по её телу через ткань плотно и местами грубо. Но у Мори всё равно дрожит внутри всё от предвкушения и нарастающего возбуждения. Она грудью чувствует насколько у Бобби крепкие мускулы и губами чувствует, насколько он искусен. Ким засасывает нижнюю губу девушки, проведя по ней кончиком языка, а после отстраняется, соприкоснувшись лоб ко лбу. И глаза в глаза. Теперь у Мори точно не осталось ни одной причины говорить ему «нет». Самое смешное, что после того фарса, что Ханбин устроил днём и признания Эмс, между ними повисает тишина. Как будто все слова, которые могут передать их эмоции и чувства, исчезают. И это молчание давит, ведь каждому есть что сказать. Ожидание в четыре года превратилось в сгусток тёмной энергии и теперь, когда его нет, какой-то осадок оседает на языке и горчит. По правде, если не брать в учёт сумасшедшую радость, которая стучит в груди погромче, чем само сердце, то Ханбину хочется удавить эту чокнутую стерву и разбить её об её же поступки. Как будто он всё это хотел заполучить лишь для того, чтобы отомстить, но нет. Он злопамятный, но в этот раз БиАй, действительно, ослаблен чёртовой любовью или как там её. Эта девушка умудрилась затмить всё, повесить шторки на его глаза, и осознание этого бесит. И всё равно он рад, что Эмс, наконец, приняла их. Он рад, что теперь имеет на неё права. Ханбин впускает девушку внутрь комнаты, а вместе с этим и глубже в свою душу. Он пытается не обращать внимания на смешной вид Эмс, сосредоточившись на её присутствии. Заперев дверь, Ким оборачивается и наблюдает за тем, как Ли осматривает спальню, останавливая взгляд чуть подольше на изрисованном плакате девчачьей айдол группы, на которой Чживон подрисовал девчонкам сиськи, Чжунхэ пошлые прозвища, а Ханбин волосняк подмышками. Усмехнувшись, продолжает осмотр, пока БиАй делает то же самое, только с Эмс. Ему нравится, как она выглядит именно сейчас. Не накрашена, волосы небрежно завязаны в пучок, халат далек от сексуального и для полноты картины на ней надеты носки с Тимоном и Пумбой. Девушка оборачивается и встречается взглядом с Кимом. В эту секунду внутри БиАя всё сжимается, и сердце пропускает удар. Что-то в таком пересечении взглядов есть интимное и волнительное. Но это не становится стартом для начинания беседы. Их всё так же опутывает молчание. Ли слабо улыбается, видя напряжение юноши, и отворачивается, аккуратно присаживаясь на край его постели. - Ты меня своим молчанием напрягаешь, - говорит Эмс, сжимая в пальцах телефон. Ханбин, наконец, выдыхает и облизывает обсохшие губы. И почему именно сейчас он напоминает сам себе неуверенного и неопытного мальчишку? Куда же подевался тот хищник за короткими юбчонками, не стесняющийся ничего абсолютно? - Я думал, ты не придешь, - признается Ким и мысленно даёт себе оплеуху. Ну вот, сейчас она посмеется над ним и уйдет, но вместо этого девушка красноречиво выгибает правую бровь и окидывает БиАя пронзительным взглядом. - И я так думала, - отвечает она и, заметив проскользнувшее разочарование в его глазах, спешит добавить, - но я здесь и уходить не хочу. Ханбин, чувствуя разливающееся в груди тепло, залезает на свою кровать и придвигается к стенке, хлопая ладошкой рядом с собой. Эмс послушно садится возле него и собственнически закидывает на его ногу свою. Смотрит на их соприкоснувшуюся кожу и понимает, что из-за своего дурацкого и противного характера истощала саму себя. Ли вздрагивает, когда Ким кладет ладонь на её коленку и ведёт вверх, чуть пряча кончики пальцев под махровой тканью халата. - Я ведь теперь могу делать так, когда захочу? – уточняет БиАй и, наконец, адаптируется. Его пышные уста расплываются в довольной улыбке, что мигом расслабляет Эмс. Эта игривая и лукавая манера Ханбина на самом деле ей очень нравится. Его напыщенная самоуверенность, наглость и способность дать сдачу странным образом притягивает Ли к нему. Наверное, Бин прав, когда говорит, что она долбанная мазохистка, текущая от любого проявления грубости в её адрес. Ей будто нравится, когда с ней обходятся по-свински. - А я могу делать так, тоже когда захочу, - внезапно произносит Эмс и резво опускает ладошку на его пах и совершенно неаккуратно сжимает член Ханбина через джинсы, отчего юноша дёргается и почти складывается пополам, желая защитить своё родное. От такой реакции Ли весело смеется и расслабляет пальцы. Недовольно сверкнув глазами в сторону развеселившейся девушки, Бин фыркает и обхватывает за шею, притягивая к себе, тем самым выбив весь воздух из груди Эмс. - Засранка чокнутая, - говорит Ханбин, потеревшись кончиком носа о её щеку. Она молчит и принимает всю эту нежность, к которой не привыкла и которую по привычке всегда отторгала. – Отношения, Эмс, - это значит, что я буду трогать тебя тогда, когда захочу. Целовать в любое время, говорить всякие пошлости тебе на ухо, а ты будешь это слушать и хотеть, чтобы всё сказанное я осуществил, - Ханбин коротко целует острой формы губы Ли и смотрит в её чёрные и бездонные глаза, отмечая блеск в них. – Отношения со мной – это значит, что мы будем заниматься разной романтической ебалой, ходить в кино на комедии, зажимаясь на последнем ряду, покупать всякие парные вещи, ревновать друг друга к другим и много-много трахаться. Запомнила? – Снова целует. – А не ебать мозг друг друга, как вы это делали с тем хмырём. Последнее предложение по странному бьёт Эмс по уязвлённой гордости, но это не мешает ей дрожать в руках Ханбина, как какой-то девственнице. Упоминание о Тэхёне сворачивает кровь в её венах и ей стоит титанических усилий, чтобы не развоняться. Прежде чем вставить свою лепту о представлении об отношениях с Ханбином, Эмс целует его, наконец, глубоко и порочно, осуществляя своё тайное желание, сжигающее плоть изнутри вот уже какую неделю подряд. Она не разменивается на нежности, сминая губы юноши нетерпеливо, то кусая, то облизывая их. Переняв инициативу на себя, БиАй проникает в девичий рот языком и гладит её щеку, придвигая к себе ещё ближе. Но Эмс внезапно останавливает Кима, уперев ладошки в его широкие плечи. Отпрянув, Ли слизывает со своих губ остатки слюны и проводит тыльной стороной ладони по руке Ханбина от локтя до запястья, обхватывая пальцами ребро его ладони, которая покоится на её щеке. - Запомнила, папочка, - хмыкает Эмс. Ханбин собирается сказать что-то шибко остроумное, но в комнату возвращается Чжунхэ, шумно хлопнув за собой дверь. Он окидывает незаинтересованным взглядом обнимающихся Ли и Кима и расстегивает замок на ветровке. - Надеюсь, не помешал, - коротко бросает он. Вздохнув, Эмс отодвигается от БиАя и складывает руки на животе, постукивая пальцем по бамперу телефона, который всё это время держала в руке. - Чего физиономия такая недовольная? – уточняет у друга Ханбин, бросая украдкой взгляд теперь уже на свою девушку и не сдерживая улыбки. Эта мысль приятно растекается внутри Кима. - Быстрей бы кончился семестр, - только произносит Ку и, доставая с тумбы банное полотенце, уходит в ванную комнату, оставив голубков вновь наедине. - И что теперь? – спрашивает Эмс, повернувшись к БиАю. - Сегодня по кроватям, а завтра пойдём на свидание, - отвечает юноша и буднично целует девушку в губы. По идее следующий день должен был быть хорошим. Но только на парах Ханбин вспоминает, что ещё есть староста, которая считает себя его девушкой. И это с лихвой портит весь настрой на день. У него есть ровно три пары, чтобы порвать с Ёрин, пока не начался обед, на котором Эмс сядет вместе с ним и его компанией за общий стол, и бесспорно будет тискаться с БиАем. Можно было бы оставить всё как есть, а Пак пусть понимает всё это, как хочет, но у Ханбина в этот раз отчего-то слишком шумит совесть в черепной коробке. Он поспешил с ней, а теперь придётся расхлебывать всю эту дрянную кашу. По старосте сразу видно, что она не опытна в отношениях. После объявления, что Ханбин и Ёрин теперь пара, девушка ни разу сама не позвонила и не подошла к Киму. Для него в данном случае это плюс, но если бы они встречались по настоящему, то определенно БиАй счёл это за огромнейший минус. К тому же, даже сегодня, Пак лишь изредка поворачивается к Бину и смущенно улыбается, спешно отводя взгляд. И что ему с ней делать? Юнхён подложил самую огромную свинью из всевозможных. Ханбин тянет до последнего и вылавливает Ёрин за пару до обеденного перерыва. Чтобы никто их не слышал, юноша уводит свою лже-девушку в репетиционную и запирает за собой дверь на замок. Староста покрывается пунцовыми пятнами, придумывая в своей голове невесть что и терпеливо ждёт, а БиАй не торопится начать разговор. Ему очень и очень не по себе. - Нам нужно поговорить, - произносит парень, не смея смотреть девушке в глаза. Уловив какую-то негативную волну, исходящую от Бина, Пак напрягается и послушно кивает. Неужели, что-то с треком не так? Ведь всё готово, нельзя же что-то менять за пару дней до фестиваля! - Я… - начинает юноша и поднимает взгляд на девушку, и тут же замолкает, понимая, что бросить это невинное создание намного сложней, чем он себе представлял. - Ты? – после затянувшейся паузы «помогает» продолжить девушка, но реакции никакой не следует. Она видит лишь сожаление в чёрных глазах Ханбина. Нервирует. – Если какая-то проблема с саундтреком, то говори как есть. Я уже давно поняла, что мои навыки не подходят для вашей команды. К тому же… - Нам нужно расстаться, - перебивает поток ненужных фраз из уст старосты Ким. Ёрин замирает, ошеломленно смотря на БиАя, вместе со своим сердцем. Она не верит своим ушам. Что могло измениться за такой короткий срок? - Но… п-почему? – еле выговаривает Ёрин, ощущая, как глаза наполняются слезами. От вида разбитой Пак у Ханбина сосёт под ложечкой и самому хочется разреветься вместе с ней из-за мыслей о том, какой же он всё-таки козёл. Ему искренне жаль, что он не остановился вовремя. И сейчас, видя дрожащие губы старосты, наполненные слезами глаза, ему жутко паршиво. - Мы с тобой совершенно не подходим друг другу, - пытается найти глупые оправдания Ким, чтобы не быть слишком грубым. Но отчего-то ему кажется, что мягко не выйдет, ведь Ёрин цепляется за него и не готова вот так отпустить. БиАй знает, что лучше всё-таки рубить с плеча, чтобы она его возненавидела, но отчего-то не хочется этого делать. - Что во мне не так? Скажи, я исправлюсь! – судорожно выговаривает Ёрин, совсем не различая своих слов. Её сердце до боли сжимается, и единственная мысль, которая всё ещё пульсирует в висках – это сделать всё, чтобы изменить его решение. Такое староста чувствует впервые. Как будто изнутри кто-то безобразно хлещет толстым прутом по самым слабым местам, оставляя после себя ужасные следы и кровоподтёки. - Не надо ничего делать, просто, давай расстанемся! – чуть громче говорит Ханбин, пытаясь изобразить легкое раздражение, чтобы остудить порыв Пак что-то изменить. Таким скотом он себя не чувствовал даже тогда, когда распустил ложные слухи о Эмс, в последствии чего Тэхён её бросил. - Я не понимаю, Ханбин! Что произошло? Почему? – девушка уже не сдерживается и откровенно плачет, вздрагивая всем телом. Её нос покраснел, а глаза опухли. - Ничего не произошло! У меня не было к тебе чувств! – взрывается БиАй. Не то, чтобы он намеренно хочет сделать ей больно, нет. Но если он не оттолкнёт её, то всё может стать только хуже. Пусть он лучше отмучается и потом успокоится, чем будет всё время сталкиваться с ней, и каждый раз будет объяснять, что не получится у них начать всё с начала. – Как ты вообще могла это подумать? Ни с того ни с сего вдруг меня озарило, спустя три года, что ты мне нравишься? Ты же умная девочка, так чего повелась! Каждое слово било по лицу Ёрин сильнее, чем смачная пощечина. - Ч-что? – выдыхает девушка, не в силах поверить в услышанное. Наверное, ей всё это снится и скоро она проснется и всё будет нормально. Да, это просто кошмар. - Это был спор, Ёрин. Я с парнями на тебя поспорил, - твёрдо говорит Ханбин, но внутри всё сжимается из-за собственной жестокости. Наверное, он худшее, что могло случиться с таким одуванчиком как Пак Ёрин. Он станет для неё самой качественной граблей. Подонок, мерзавец, который использовал девичьи чувства, чтобы развлечься и понаблюдать, как гадкий утенок разбивается обо всю ту ложь, которой Ханбин с энтузиазмом кормит. А Пак, будто сталкивают с обрыва. Она умирает и больше не ощущает ровным счётом ничего. Слезы больше не текут, а сердце сковывает разжигающее пламя ненависти разочарование. Сама не замечает, как оседает на пол и опустошенно смотрит в одну точку на полу. Староста сама идиотка, раз повелась. Ханбин ведь прав. Она же умная, так, какого повелась? Изначально всё было ясно и понятно! С чего бы такому как Ким Ханбин – звезде университета – западать на такую как Пак Ёрин – серую мышь? Это не имеет никакого смысла, а она, идиотка, клюнула. Мрачно усмехнувшись, староста мысленно обзывает себя всякими обзывательствами и думает, что Ханбину это с рук не сойдет. Пусть она не красивая и не привлекательная, но и у такой как она есть гордость. БиАй не имел права так поступать с ней. Ханбин же, проклиная себя и весь этот идиотский спор, уходит, оставляя Ёрин тет-а-тет со своими разбитыми чувствами. До фестиваля Ханбин, наконец, не отвлекается ни на какие форс-мажоры, связанные с потенциальными жертвами из спора. Как он понял, Миёль сейчас принимает ухаживание от Мино, после пар гуляя с ним на свиданиях, и теперь совсем не думает о Ханбине. С одной стороны БиАй даже рад, что у него не получилось переспать со старшенькой сестрой, ведь после было бы неловко смотреть в глаза другу. Что касается Хисоль, то здесь, наверное, главной причиной её отсутствия является Эмс, которая не хило так напугала младшую Кан. Староста вновь превратилась для него в призрака, а Джула… тут уж Чжунхэ постарался. Хотя Ку не объявлял об отношениях и вроде как нигде не пропадает, чтобы думать на то, будто он встречается с Шин. Это кажется Ханбину немного странным, но он не вникает, полностью погрузившись в свои отношения с Эмс. К тому же, ему думалось, что после того, как они станут парой, станет чуть проще, но нихрена. Темперамент Ли продолжает вставлять палки в колёса. Всё замечательно, наверное, только у Чживона. Мори не такая уж и сложная, как всем казалось. Она очень податлива и ласкова, каждый раз реагируя на Бобби, как в первый раз. Это очень заводит и привязывает к ней. На самом фестивале, как ни крути, всем приходится столкнуться лоб в лоб. Сначала Ханбина это немного напрягает, но когда ничего серьёзного не происходит – он расслабляется. Староста каждый раз отводит взгляд и пытается контактировать только с Чжинхваном. Хисоль обходит Кима и Ли стороной, пряча взгляд за волосами. А её сестра при любом взаимодействии делает вид, будто в прошлом ничего между ней и БиАем не было. За что он безумно благодарен. Джула, в принципе, не обращает внимания на всю компанию Кима и причина, как он понял – Чжунхэ. Пожирающее любопытство, заставляет Ханбина спросить всё у Ку напрямую и жутко разочаровывается из-за принятого другом решения. Отпрянув от Джулы, Чжунхэ провёл большим пальцем по девичьей скуле и безразлично взглянул в её глаза. - Я не собираюсь играть с тобой в «отношеньки», - сказал Ку и, не дав ответить Шин, добавил, - ты мне нравишься, но это ненадолго. Всё пройдёт, как только я заберусь в твои трусы, - честно пояснил юноша, отодвинувшись от разочарованной девушки. Его слова, конечно, выбесили Джулу, но с другой стороны – так даже лучше. Если он честен, то её не прельщала мысль быть брошенной после секса. Это и правда, была бы всего лишь игра. - Не буду тебя переубеждать, моя гордость не позволит, но ты ведь можешь пожалеть, - проницательно проговорила девушка, пытаясь выглядеть невозмутимой, чтобы не показать Чжунхэ всю степень её огорчения. Шин хотела, чтобы весь этот происходящий между ними бред прекратился, чтобы они уже перестали ходить вокруг да около, но, видимо, это было лишь её желание. - Или я успокоюсь за эти три месяца каникул, - противился юноша. Джула горько хмыкнула. - В любом случае, Ку Чжунхэ, если ты передумаешь и захочешь вдруг поиграть в эти твои «отношеньки», то не надейся, что я соглашусь. Будет уже слишком поздно, - обдала холодом Ку девушка и ушла, оставив Чжунхэ наедине. - Стерва, - весело проговорил парень, только сейчас осознав, почему именно она. Да потому что Шин Джула единственная, кто режет правду матку о нём. Единственная, которая, несмотря на свои чувства к нему, не даёт ему поблажек и слабину перед ним. Наверное, он и правда пожалеет о своём решении, но позже. - Хочешь познакомить меня со своими друзьями? Я и так их всех знаю, - говорит Эмс, греясь в объятиях Ханбина. Юноша стоит позади, обвив плечи Ли, и открывает общую конференцию, тем самым открывая своей девушке обзор на все идиотские переписки. Фестиваль закончился без происшествий, сумки собраны и студенты вот-вот покинут университетскую общагу на каникулы. - Я хочу тебя представить им, как свою самочку, - бурчит Ханбин, печатая сообщение. - Мне казалось, что ты уже во все колокола прозвенел об этом, - хмыкает Ли, читая предложение, которое быстро настрочил Ким. B.I: Меньше чем через час мы покинем это убогое место на целых три месяца! *танцую макарэну* И Эмс искренне удивляется, когда в конференции появляются новые сообщения со скоростью света. Zico: Ура! Причина набухаться и принять ванны в скотче есть! Заказываем тёлочек и оставляем трусямбы дома! Bobby: Мне теперь на тёлок можно только дрочить. Кстати, раз уж у нас праздник – пьём скотч – то давайте ещё кальян! Junhoe: Так и знал, что у этих розовых отбросов теперь будет только дрочка, фу, ребят! Mino: Тебе больше достанется. Junhoe: С женатиками не разговариваю. G-Dragon: А чем тебя, пиздюк малолетний, женатики не устраивают? Junhoe: Ты не в счёт, папочка Дракоша, ты и женатый устраиваешь! Честно причестно! G-Dragon: Смотри мне! Ну что, мелюзга противная, кто хочет на подработку - Welcome to my cafe. Bobby: Только под страхом смерти, чувак. Рассмеявшись, Ханбин закрывает переписку, не собираясь больше ничего писать, и чмокает Эмс в плечо. - Мне насрать на скотч, но если будут тёлки, я тебя кастрирую, - угрожающе говорит Ли и поворачивается к юноше, чтобы окинуть его серьёзным взглядом. Конечно, тёлок не будет. Ханбин ведь не самоубийца какой-то. _____________________________________________________________________ КОНЕЦ.... Первой части!) Вообще, решила поделить на две части фанфик только по причине семестров) Типо "до" каникул и "после") И с целью "до" каникул показать, чем решился спор, на чём остановились они, ну и естественно окончание семестра, а "после" - это последствия) Так что (перерыва между частями не будет) ожидайте в следующей главе целых 2 сюрприза)