Суждено.

Я поднял ее на руки, попутно затаскивая на постель рюкзак. Ища аптечку не больше минуты я не обращал внимания на звонящий сотовый. Вытащив бутылек с нашатырем и открыв его, я приподнял голову Анечки и придвинул баночку, дав очнутся. Моя девочка открыла глаза и я, убрав бутылек, поцеловал ее в щеку. В глазах мелькнули ее слезы, когда я сделал первое движение. Я все же сделал ей больно. Я заглянул в ее глаза, а он коснулась моей щеки, поглаживая. — Спасибо… — прошептала она, и поцеловала меня в губы, мягко так, как она умеет. Я лег рядом с ней, прижимая к себе. Моя маленькая девочка, я не хочу делать ей больно, но не могу себя сдержать. Но на данный момент, есть только я и она. Боли нет, проблем нет, ни чего нет. Она и я. Я поглаживал ее талию, выводя линии и целовал в лицо. Щеки, носик, скулы. Она нежно улыбалась и так заснула. Я закрыл глаза и впервые за все гастроли нормально заснул. Не ворочался, меня не мучили странные сны, не было душно или холодно. Я заснул в состоянии дурманившей любви. И все это — моя Аня. Моя девочка.

***

Pov Анна. Когда я проснулась, рядом со мной не было Егора. В номере стояла тишина и я, схватив рюкзак, начала искать одежду. Надев черное белье и майку Егора, я пошла в ванную. Сотовый Егора лежал на журнальном столике, звонил, разрывался от звонков Артема. Я взяла трубку и приняла вызов. — Булаткин! Я тебе весь вечер названивал, ты что сотовый под кровать закинул? — кричал Тема, а я засмеялась. — Доброе утро, Темочка. — Артем прочистил горло. — Ань, прости. — я восстановила дыхание. — Где этот… Артист? — усмехнулся парень. — Я думала он у тебя, пока не нашла сотовый. — мной овладевала паника, но я смогла успокоится. — Наверное, за завтраком ушел. Он тебе позвонит. — заверила я Артема. — Ну ладно, с добрым утром. — снова усмехнулся Тема. — С добрым… — улыбнулась я и сбросила вызов, вспоминая вчерашнюю ночь. Зайдя в ванную, я сходила душ, заплела волосы в косу и пошла ждать Егора. Булаткин все не приходил, и когда я собралась его искать, мой сотовый зазвонил. — Артем?.. — буркнула я сама себе, отвечая на телефон. — Малыш, выгляни в окно. — сказал Булаткин, и я подошла к подоконнику, отодвигая шторы. Слезы навернулись на глаза, дрожь прошла по телу и я открыла окно на распашку, выглядывая и садясь на подоконник. Когда он успел? И знаете, сказать что я была в шоке — ни сказать ничего. Егор стоял с огромным букетом роз. Я ни разу не видела столько цветов и разных оттенков розового. Обыкновенные, кустовые, разные. Он был в микрофоне, а рядом стояла аппаратура. Когда. Он. Все. Успел. Когда? Я прикусила губу, сдерживая слезы счастья, но потом поняла что это глупо и начала рыдать от радости. Егор начал петь «Папину дочку.», а я просто улыбаясь смотрела на него. По телу разливалось тепло, будто бабочки в животе. Именно бабочки, о которые все твердят. Булаткин улыбался, когда закончилась песня. Мы улыбались друг другу, смотря в глаза. — Иди ко мне! — крикнул Егор, подзывая меня рукой. Я послала ему воздушный поцелуй и побежала одеваться. Быстро натянув одежду я побежала на улицу, к любимому. Я была в бежевых джинсах и бардовой футболке, пальто мне не нужно, совсем. Я понеслась по лестнице вместо лифта и через минуту была на улице, и бежала к Егору. Букет лежал на аппаратуре, а руки Егора были распахнуты для объятий. Я кинулась к нему на шею, обвив ногами торс. Он обнял меня и мы вместе засмеялись. — Спасибо… — прошептала я ему на ухо. — Я тебя люблю… Я очень тебя люблю… — я поцеловала его в губы, нежно, мягко, не углубляясь. — И чем же я заслужила такие сюрпризы? — произнесла я, немного отстранившись. — Своей любовью, малыш. — ответил он, и я заулыбалась. — Я тебя люблю, я хочу радовать тебя, хочу видеть твою улыбку каждый день, каждую минуту. — слеза стекла по подбородку и Егор поцеловал меня в щеку. — Ну что такое, девочка моя? Тебе не нравится? — он погрустнел, а я немого разозлилась. — Что за глупости! Егор, это волшебно и я не знаю как тебя благодарить, просто не знаю.- я впилась в его губы поцелуем, сладким, манящим, зарываясь пальцами в прическу любимого. Егор улыбнулся и не позволил углубить поцелуй. — Ты без пальто! — от части зло проговорил парень и я встала на асфальт ногами, целуя его в колючую щеку. — Я просто так обрадовалась, что даже пальто забыла. — смущенно пробормотала я и Егор дал мне в руки букет, я вдохнула дурманящий запах роз и заулыбалась. — Это не последний сюрприз на сегодня. — я удивленно открыла глаза, а Егор, взяв меня за руку, повел в номер. Мы вошли в номер и на столике уже стояла ваза. Ну когда он все это успевает? Иногда, я в полном шоке от того, какой Егор волшебный человек. Я поставила букет, а руки Егора обняли меня за талию. И приласкалась к нему, накрывая руки своими. Он целовал мою шею, а я повернулась к нему, кладя руки на плечи. — Где сегодня выступает мой любимый… артист? — усмехнулась я, но смех быстро сменился сильной болью в животе и я выгнулась. — Ань? Что такое? Где болит? Аня? — я выдохнула и ощутила как Егор взял меня на руки, а потом посадил на постель. — Малыш? Что такое? Где у тебя болит? — он так волнуется… Мой бедный Егор… — Вуух… — выдохнула я. — В порядке… Я в порядке… — Егор заглянул мне в глаза и я постаралась улыбнутся. — Это все я виноват, малыш… — он свел брови, целуя мою руку, а коснулась его щеки поднимая лицо. — Нет, Егор. Ты тут не при чем. — я поцеловала колючую щеку. — Дела в том, что мой первый опыт он… — ком в горле заставил вдохнуть глубже. — Он не был обоюдным и… — слезы накопились. — Ань, не надо, солнце, не говори… — он старался меня успокоить, целовал в губы, в щеки. — Я не хочу чтобы тебе было больно, малыш, не нужно. — я поцеловала его в губы, придвигаясь и шепча. — Я хочу что бы ты знал… — вдох, выдох. — Меня изнасиловал мой отчим когда мне было шестнадцать лет… — слезы начали капать, а Егор крепко прижал меня к себе и я схватилась за его рубашку, «только не отпускай меня, только не отпускай…»