В пучине демонских страстей

      Мира сидела на поребрике недалеко от бара. Медленно трезвея, она пыталась понять одну вещь: правда ли это? Ей показалось, или глаза Кроули действительно на мгновение стали красными? Демоны, какие-то метки кого-то там… Ересь! Полная. Чувак был обдолбан вусмерть. -Зуб даю! — Вслух проговаривает Мира. -Интересно узнать, кому ты его отдашь? — Опять этот голос.       Дин протягивает руку девушке, приказывая подняться. Он делает это только лишь взглядом, и она повинуется. -Да так… Не важно. — Кидает блондинка.       И замолкает. Ей как-то не по себе. Пару часов назад она комфортно чувствовала себя в обществе Дина. Непонятное влечение ей нравилось, а теперь стало жутковато. От мужчины веет мерзким теплом. Адским пламенем что ли. Это неприятно. Совсем не греет, а только обжигает. -Мне наверно пора. Рада была познакомиться, Дин. -Стой! — Девушка замерла, сделав только шаг. Сама не поняла, как. Губы Винчестера изогнулись в победной улыбке. — Я не прочь продолжить с тобой знакомство. В более расслабленной обстановке.       Дин говорит чуть слышно, Мира улавливает его слова. Она чувствует непонятное вмешательство в свое сознание. Словно кто-то управляет ею, копается в голове, нажимая нужные рычажки. Блондинка резко разворачивается, видит самодовольную улыбку Дина и отвечает: -Что ж… Я была «За» с самого начала. — Это было неожиданно. Сама не поняла, как согласилась с новым знакомым. Полминуты они стояли молча. Глаза Миры бегали из стороны в сторону. — Откуда шрам?       Ее взгляд привлек изъян на правой руке Винчестера. Нечто непонятное, похожее на ожег. Красного цвета шрам частично был виден из-под закатанного рукава рубашки. -Расскажу за стаканчиком чего-нибудь крепкого. — Отзывается мужчина. -Тебе повезло. У меня дома как раз припрятана бутылка дорогого виски. Перепала как-то в баре. Пошли?       Инстинкт самосохранения был отключен полностью. Это совсем не в репертуаре Миры. Она никогда не приводила в дом людей, которых знала пол вечера. Была осторожна. Всегда. А тут все пошло наперекор.       Они довольно быстро дошли до жилого трехэтажного дома, Мира запустила гостя первым, проходя следом. Зажгла свет во всей квартире. По пути рассказала, как перебралась сюда, откуда и при каких обстоятельствах. Дин ее совсем не слушал. Думал о своем. Блондинка заскочила в комнату, скинула куртку, откопала в ящике с одеждой заветную бутылку и вернулась к мужчине. Дин чувствовал себя, как дома. Развалился на стуле, закинув ноги на стол. Мира смирилась. Ничего не сказала. Спиной она ощущала на себе пристальный взгляд парня. Беннет вновь одолело это чувство: ее пытаются подчинить. -Не подкинешь льда? — Дин покрутил стакан с виски в руках. Мира залезла в холодильник, открыла морозильную камеру, но ничего похожего на лед там не обнаружила. Тем временем зеленоглазый любовался на шикарные ягодицы девушки. -Дробленая куриная грудка тебя устроит? — Она засмеялась, поворачиваясь к мужчине. Эту шутку он не оценил. Девушка быстро замолкла, поняв, что это ему не понравилось. — Льда нет. -А если посмотреть внимательней? — Винчестер был настойчив. -Придется подождать.       Взяв в руки формочку для льда, Мира наполнила ее водой. Дин изумился. Ему хорошо удавалось ею управлять. В другой раз Беннет не стала бы этого делать. Нашла бы кучу причин, отмазалась, в конце концов! -Ты всегда такая послушная или только со мной?       Этот вопрос ставит в тупик. Ее сердце колотится. Мира залпом выпивает свою порцию, ставя стакан на стол. Пройдя мимо Дина, ее тело начало колотить. Это как сотни маленьких ножей. Каждый из них задевает нервную клетку, разве что не заставляя дергаться в конвульсиях.       Дин просит девушку сесть рядом. Ему и делать ничего не пришлось: просто сказал и она послушалась. На лице расцвела нахальная улыбка. Винчестер разглядывал девушку с ног до головы, исследуя глазами каждую деталь. Небольшую родинку на левой груди, вторую сережку в виде цветка на правом ухе. Тонкие изящные пальцы, которые так необычно сгибались при каких-либо действиях.       Миру это пугало. Между ней и Дином возникло напряжение. Словно натянутая струна, по которой пустили ток. От тела Дина к ее. Мелкие удары бьют по вискам. С каждым его вздохом Миру берет возбуждение. Она никогда отрицательно не относилась к случайному сексу, иногда это даже полезно. А здесь было все иначе.       Странные приказы мелькали в ее голове. Заставляли подчиняться малознакомому мужчине. Она тяжело сглотнула. Выдала свое волнение, что заставило Дина усмехнуться. Струна натягивалась, ток набирал все больше и больше вольт, удары били сильней и в разные места. -Лед, наверное, уже готов.       Это было спасением. За столом она чувствовала себя загнанным зверем в клетке. Достав плошку, Мира закинула в стакан Дина пару льдинок. Одна из них пролетала мимо, скатываясь со стола на пол. Блондинка чертыхнулась, опустилась его поднять. В этот момент Дин подрывается с места, хватает девушку за бедра, прижимая к кухонной тумбе. Он буквально пытается раздавить ее своим весом.       Зарывается носом в волосы, тяжело дышит. Кусает мочку уха, языком вертит сережку. Мира не смеет шевелиться. Так велит ей Дин… Вернее, голос в голове. Голос. Голос назвался Дином? -Ты же ведь слышала меня? — Он резко разворачивает Миру к себе лицом, не сбавляя напор. — Каждую мою команду, каждый приказ в голове. Слышала? — В ее сознании звучит слово «Да», что быстро слышит Дин. — Я знал.       Кусочек льда в руке Миры давно растаял. Она только сейчас заметила, что с ладони течет вода. Дин берет ее за мокрую руку, сжимая до хруста костей. Ей больно, но она не издает ни звука. -Хорошая девочка. — Похотливо протягивает Дин. — Думаю, ты знаешь, чем закончится эта ночь? Совсем не против, так ведь? -Не против. — Словно под гипнозом шепчет она. — Я полностью твоя, Дин.       Мозг осознает, что происходит, что творится. Только голос Дина в сознании не замолкает. Он требует от нее такого, на что Мира никогда не решиться. Винчестер лишает девушку майки, швыряя ее прямо в раковину. Резким движением усаживает на тумбочку. В его руках зажата аккуратная грудь, которая начинает набухать. Плетение бретелек впивается в кожу, отчего она краснеет. Выглядит красиво. И Дину нравится. Он прижимает девушку к себе.       Кубиком льда проводит по тонкой оливковой коже на шее, заставляя блондинку вздрогнуть. Она громко дышит. Томно, возбужденно. Ей нравится. Чуть раскрытые губы требуют поцелуя. Руки обвиваются вокруг шеи Дина, она тянется еще ближе к мужчине, прикусывая его нижнюю губу. Дину ни по чем, а она дрожит от удовольствия. Он надавливает на ямку между ключицами, затрудняя девушке дыхание. Потом Дин грубо отталкивает ее, разрывая поцелуй. -Я не разрешал! — Рычит он. Беннет виновато опускает взгляд.       Намотав волосы на кулак, Винчестер дергает голову на себя, касаясь носом шеи. Поцелуи чередуются с легкими укусами и засосами. Далее шатен вернулся к губам. Целовал их грубо, жадно. Был настойчив. Мире становилось не по себе. Беннет чувствовала, как ее окутывает тьма. Что вот-вот коснется ее. Стоит только вытянуть руку, и она проникает во все уголки тела и сознания. Когда Дин углубляет поцелуй, Беннет захлестывает волна ужаса. Она готова поклясться, что видела что-то. То ли видение, то ли просто вспышку случившихся событий.       Парень безжалостно вонзает в кого-то кинжал, похожий на челюсть животного. Потом снова и снова, до тех пор, пока жертва не падает замертво. Таких видений было несколько. В последнем Мира увидела себя. В роли жертвы, разумеется. Она не успевает опомниться, как кричит от острой боли. Дин зубами прокусывает шею, делая несколько глотков крови.       Мира берет над собой контроль, отталкивает от себя мужчину, принимая решение убежать. Ей не хватило совсем немного. Только пальцы коснулись дверной ручки, как шею сжимает крепкая рука. -Куда собралась? — Дин звереет. Винчестеру не нравится, что от него вот так просто сбегают. Он терпеть не может, когда ему не подчиняются. — Я думал, ты послушная девочка. — Мира зажмуривается, стараясь не зарыдать. — Тебя же предупреждали, так ведь?       На позвоночнике девушка чувствует что-то. В спину упирается непонятный предмет. Дин разворачивает девушку, приставляя клинок в виде челюсти к ее горлу. -Кроули тебя предупредил. И шеф тоже, а ты все равно решила попробовать. Любишь приключения?       Она молчит. Ей нечего сказать. Глаза широко распахиваются от нарастающего страха. -Что… Что это было? — Выдавливает она. — Те люди… Ты убил их? -Я убил каждого из тех, кого ты видела у себя в сознании. И да, то же ждет и тебя. — Этот вопрос звучал лишь в ее голове, но Дин, имея полную власть над ней, услышал его. Глаза почернели, заставив Миру вновь замереть от ужаса. -Кто ты такой? -Я демон, милая.       Она не успевает опомниться. Дин отходит от нее, любуясь красотой. Облизывает окровавленные губы, наблюдая, как струйка красной жидкости стекает по трясущемуся телу девушки. Красивая талия с четкими изгибами манила Динмона. В сею же секунду оба оказываются на кровати. Дин избавляется от одежды на Мире, сам же не спешил с этим.       Страх покинул Миру, пришло совсем другое чувство. Покорность. Она знала, что должна повиноваться ему, стать для демона жертвой. Ее тело вибрирует, струна ужа давным-давно со звоном лопнула. Сердце стучит в висках, заглушая все звуки. Тело охватывает адское пламя, сжигая кожу. Темнота подступает со всех сторон. Дин резок, груб. Беннет это нравится.       А Дину нравится, как она извивается перед ним. Ему нравятся, когда умоляют. Снимая с себя джинсы, мужчина прижимает маленькое тельце к постели. Дальше все как в бредовом фильме. Мира чувствует острую боль между ног и дикий жар. Как пульсирует внутри нее член Дина. Тьма поглотила весь ее свет. Она почти ослепла. Потеряла связь с реальностью. Чувствует сильные удары по всему телу.       По истечении времени, Дин останавливается. От болевого шока у Миры онемели все конечности. Она ничего не чувствует. Теперь настал момент истины. Кульминация. Метка велит Дину убивать. Лишить эту девчонку жизни прямо сейчас. Как можно изысканней, необычно, изощрённо. Орала, затуманивая рассудок. Хотя девушка и так одной ногой в могиле.       Еще дышит, но слишком эротично для Дина. Метка не умолкала. Она требовала крови. Для себя, для Дина. Что бы Динмон еще раз распробовал ее на вкус. Он наклоняется над искалеченным телом девушки. Кое-где проступают лиловые синяки. Огромные засосы на ключицах и шее. Губы демона касаются раны и он вновь высасывает для себя порцию свежей крови. -Дин… — Еле слышно шепчет Мира. Динмон лезет в ее сознание и то, что ему удалось там прочитать, демона шокировало.       Она дышит, все еще дышит. Мужчина не придумал ничего лучше, как просто смыться.

***

      На утро Мира проснулась совершенно одна. Она с огромными усилиями поднялась с кровати, стараясь не замечать боль, отправилась в ванну. Заглянув в зеркало, не узнала себя. На шее засохла кровь. Тело было покрыто синяками, ссадинами и порезами. В сознании постепенно яснело. Она вдруг вспомнила, как Дин безжалостно избивал ее. Рисовал непонятным и странным клинком всякие узоры на ее теле. Но на данный момент девушку мучил только один вопрос: как с такими побоями выходить на смену?       В баре Мира ходила в закрытых кофтах, сказав Рою, что у нее началась жуткая аллергия. От больничного отказалась. Ей не хотелось находиться в квартире, где ее чуть не убили. Сидя как-то за барной стойкой, она вновь увидела Дина. В ней боролись два чувства: страх и желание вновь угодить в смертельные сети. Винчестер бросил быстрый взгляд в ее сторону, миновав пару столиков, вышел прочь из заведения. В этот момент она вспомнила слова Кроули и поняла, что действительно попала. Ей не выпутаться живой.       Пока она дышит, то вспоминает извращенный секс с демоном. И знаете что? Ей понравилось. Эта власть над ее телом, приказы, вторжение в сознание. Она поняла, что подсела на чувства, как на иглу. Не раз приходила к Дину. Умоляла его о повторении. Динмон, конечно, смеялся над ней. А Мире было не до шуток. Ей было плохо, как от ломки.       Эти пытки, игры в жертву, все-таки продолжились. Мира ненавидела себя за это. Каждый раз приходила домой в слезах, обрабатывая все новые и новые укусы на шее. Замертво падала в ванной, скрючиваясь от жуткой боли. А на следующий день возвращалась в логово демона за очередными порциями унижения, страсти и тьмы.