Верните мне жизнь

Зеленая планета Кинмоку переживала странное время. Обычно безмятежное небо последние несколько дней то и дело хмурилось чернильными тучами, проливаясь не слишком приятным дождем. Природа словно горевала, оплакивая потерю: три дня назад свою родину покинул один из ее защитников. Его исчезновение отозвалось глубокой болью для возродившегося мира. Принцесса Метеор привлекла к поискам всех, кого могла. Чувствуя за собой долю вины она не жалела и своих сил. Душевная рана разрасталась, сводя девушку с ума от неизвестности. Уже три дня она не находила себе места, с нетерпением ожидая новостей от своих людей, но каждый раз ее надежды не оправдывались. Целитель в свою очередь проклинал несдержанность, свойственную ему. Он понимал, что отчасти стал причиной исчезновения Воина. В тот момент он не думал о последствиях, лишь о том, как защитить честь девушки, которую любил. Конечно, Ятен понимал, что его чувства никогда не станут взаимными, но безвольное сердце отчаянно продолжало надеяться. Сейчас же отчетливо ощущая сияние звездного семени брата, блондин никак не мог определить, где тот находится. Это раздражало и убивало его. Чувство беспомощности острым клинком резало сердце и словно загнанный зверь, он метался по замку, срывая свой гнев на всех, кто попадался по руку. Через день после безуспешных попыток отыскать Сейю, Усаги заперлась в комнате, отказываясь выходить. Девушка винила себя во всем. Она вновь оттолкнула человека, любившего ее без всяких условий. Он готов был отдать за нее жизнь, а она, дав ему долгожданную надежду на взаимность, после сама разбила его сердце вдребезги. Слезы неиссякаемым потоком окропляли бледное лицо лунной принцессы, а душа, словно жалкая пичужка погибала от невыносимой боли. Ей не хватало его. Не хватало синих прищуренных глаз, сильных заботливых рук, в которых она безмятежно засыпала, чувствуя себя под защитой. Ей не хватало его ехидных шуток и озорной улыбки. Ее мир, которым неожиданно стал Сейя, потерял краски, оставляя лишь черно-белую пустоту существования. В ее комнату настойчиво постучали, но Усаги даже не думала открывать. Ей никого не хотелось видеть. Это было слишком тяжело. Стук повторился и из-за двери знакомый голос прокричал: - Открывай или я вышибу дверь! Ты меня знаешь! Усаги вздрогнула и впервые за это время перестала плакать. Она нехотя поднялась с кровати, чуть не потеряв сознание от внезапного головокружения, и поплелась открывать. Она знала, что ее подруга не шутит и непременно исполнит свою угрозу. Стоило только девушке повернуть ключ как в комнату, словно ураган ворвалась блондинка с красным бантом в волосах. - Усаги, что происходит? - она сходу начала сыпать вопросами. - Почему ты заперлась здесь и не открываешь? Ты плакала? - Минако, оставь меня. - Заплетающимся языком проговорила будущая принцесса, устало усаживаясь на кровать и закрывая лицо руками. - И не подумаю! - заявила воительница Венеры, плотнее закрывая дверь и садясь рядом с подругой. - Рассказывай! Несколько минут в комнате царила тишина. Усаги не знала, стоит ли открываться перед подругой. Плотный комок застрял в горле, а слезы предательски снова потекли из распухших глаз. - Это из-за Сейи? - нарушила молчание Минако. В ответ блондинка с оданго лишь кинулась ей на шею и уже в голос разрыдалась. Раненое сердце не могло больше терпеть, и Усаги глотая слезы заговорила: - Минако, это все из-за меня. Я предала его... Слова полились стремительным потоком. Она рассказала все. Рассказала о дне, когда приняла решение покинуть Землю, об обещании метеора, о новом мире вместе с ним. Словно на исповеди Усаги выливала правду на ошеломленную подругу, не давая той возможности перебить. Когда она заговорила о первом поцелуе, ее руки до боли сжали плечи Минако. Лунная принцесса, подобно редкому цветку раскрывалась, обнажая самые затаенные уголки души. Закончив, она безжизненно обмякла в руках преданной защитницы. - Усаги... - взволнованно прошептала девушка, рефлекторно поглаживая подругу по волосам. Снова паутина тишины заполнила комнату. Никто не мог произнести ни слова. - Ты... - несмело заговорила Минако. - Ты любишь его? - Я... не знаю... - сквозь слезы сказала Усаги. - Без него мне трудно дышать, трудно говорить, трудно жить... - она вновь заплакала, беззвучно содрогаясь. - Усаги... А как же Мамору? - Я... люблю его, но ... мои чувства к нему другие. Мамору предназначен мне судьбой, он как сбывшаяся мечта. Но, Минако, рядом с ним я постоянно боюсь! Я боюсь, что он уйдет, что с ним что-то случится, что я потеряю его... - А с Сейей все по-другому? - По-другому... По-настоящему... Настолько, что дух захватывает. Когда он рядом, мне кажется, что я самая сильная, но в то же время я знаю, что могу позволить быть слабой, обычной. С ним так легко и спокойно... - Что же теперь делать? - спросила блондинка с красным бантом скорее себя, чем подругу. - Не знаю, Минако, не знаю... Через несколько минут лунная принцесса, истощенная слезами, забылась беспокойным сном, то и дело в бреду повторяя: "Сейя." Служительница Венеры заботливо накрыла ее одеялом и вышла из комнаты. Мысли путались. Она не представляла, как помочь подруге, ведь ее судьба предрешена хранителем времени, перечить которому не имеет смысла, да и Мамору не заслуживал подобного. Погрузившись в тяжелые раздумья, девушка, молча, брела по коридору. Ятен бесцельно метался по замку, не находя себе места. Он отчаянно боролся с порывом умчаться сквозь пространство на поиски брата. Боль как порванная струна противно звенела во всем теле, не позволяя осмыслить ситуацию. Он в который раз остановился перед знакомой дверью, так и не решаясь войти, испепеляя зелеными огнями резную ручку. Все его существо рвалось туда, к той единственной, что навсегда поселилась в его сердце. Он все же неуверенно толкнул массивную дверь, которая на удивление легко поддалась, и вошел в тронный зал. Какю, ссутулившись, стояла у закрытого окна, что-то задумчиво рассматривая. Она казалась такой хрупкой и беззащитной, что парень невольно залюбовался. Воображение красочно рисовало потрясающие картины, мимолетно воплощая его фантазии. Она походила на ночную фею, против своей воли оказавшуюся в незнакомом мире. Неожиданно плечи девушки часто затряслись, а до обостренного слуха Ятена донеслось тихое: - Сейя... Парень почувствовал, как холодный озноб прошел по всему телу. Ему захотелось разнести в щепки все, что попадется под руку, но сжав до боли кулаки, он поспешил покинуть комнату. Ноги сами несли его по пустынному коридору, а в душе болезненным эхом раздавался тихий голос Какю. Ятен слишком поздно заметил белокурую девушку, отрешенно идущую ему на встречу. Столкновение было неизбежным. Оказавшись на полу, блондин недоуменно уставился на нее, потирая рукой ушибленный лоб. - Что ты тут делаешь? - поинтересовался он, недовольно сверкнув глазами. - Я ... просто шла... - Минако, казалось, еще не до конца поняла, что произошло. - Надо смотреть, куда идешь! - буркнул он, поднимаясь. Ятен равнодушно прошел мимо блондинки, даже не предложив помощи. Ему не хотелось сейчас ни с кем разговаривать, не хотелось никого видеть. Внутри все кипело, лишь тонкая грань самообладания не позволяла ярости выплеснуться наружу. Минако же решила, что метеор расстроен исчезновением брата и поспешила утешить его. Она нагнала его и окликнула: - Ятен! Он остановился, не оборачиваясь. - Ятен, - девушка положила руку ему на плечо, - я понимаю тебе сейчас тяжело... В этот момент блондин мертвой хваткой схватил ее запястье и, открыв первую попавшуюся дверь, силой вволок испуганную девушку в комнату. Он прижал ее к стене, и что есть сил ударил кулаком рядом с ее головой. Прочная на первый взгляд конструкция дала глубокую трещину. Ятен вплотную приблизился к блондинке, так, что их лица разделяли всего каких-то пять сантиметров и, глядя в широко распахнутые от ужаса глаза, зло прошипел: - Тяжело? Да что ты понимаешь? Что ты можешь знать о той пустоте, которая словно кислота разъедает меня изнутри? Что ты можешь знать о той боли, от которой сердце постоянно кровоточит? Ты, которая думает лишь о славе и красивых тряпках! Он сорвался. Все, что давно скрывалось в глубинах души, сейчас жестко вырвалось прямо в лицо ни в чем не повинной девушке, которая оцепенела от жуткого гипноза горящих зеленых глаз. Ятен больше не сдерживал себя, будто в исступлении обрушивая на Минако все новые и новые признания, щедро приправляя их оскорблениями. В своей спонтанной исповеди он поведал о безответной любви, о предательстве брата, о том, что так давно скрывал ото всех. Это был монолог отчаяния. Когда слова, наконец, кончились и парень пришел в себя, то обнаружил, что сжимает горло Минако. Он тут же убрал руку и испуганно отступил на шаг. - Прости... прости меня... - прошептал он, виновато опуская глаза. - Не знаю, что на меня нашло... - Ничего... все в порядке. Минако несмело дотронулась до его руки. Та оказалась холодной и влажной. Неожиданно для себя Ятен сжал ее ладонь, находя в этом мимолетное утешение. Он не понимал, почему она не убежала с криком, не ударила его, ведь любая на ее месте так бы и поступила. Она осталась после всего и даже пытается его утешить. Парень поднял взгляд и встретился с печальными голубыми глазами. В них не было испуга и злости, лишь затаенная грусть и понимание его боли. Внезапно Минако подняла его руку и взволнованно воскликнула: - Ятен, у тебя кровь! - Не страшно. - Прошептал он, не отрывая взгляда от девушки. - Ятен... В следующий момент двое молодых людей уже были в объятиях друг друга. Это было как наваждение, как выстрел в голову. Невероятная страсть захлестнула их, заглушая доводы разума. Не было слов, не было признаний, просто двое, истощенные душевными ранами, нашли утешение. Минако снова оказалась прижатой к стене, только на этот раз она не слышала треск ломающегося камня, лишь частое дыхание метеора, с жадностью голодного зверя впивающегося в ее губы. Она отвечала ему тем же. Руки парня хаотично исследовали нежное тело, обжигая прикосновениями тонкую кожу. Девушка то и дело вздрагивала, ощущая его пальцы в самых чувствительных местах. Тусклый свет, проникающий в комнату через пыльное окно, освещал разбросанную в беспорядке одежду и двух людей. Словно в прощальном танго они придавались неистовой страсти. Ятен медленно сходил с ума, вдыхая аромат волос Минако. Он целовал ее тонкую шею, хрупкие плечи, высокую грудь, погружая ее и себя в глубокие воды желания. Когда сил сдерживаться не осталось, Ятен одной рукой развел ноги девушки и не спеша вошел в нее, не встречая преграды на своем пути. Невероятное удовольствие пронзило их тела, разрезав воздух томными стонами. Словно одержимые, они упивались друг другом, доставляя мучительное наслаждение. Быстрые движения, руки, запутавшиеся в волосах, все было слишком хорошо, слишком сладко, слишком реально. Спустя время они одновременно взорвались в оглушительной вспышке экстаза. Несколько минут Ятен и Минако не могли прийти в себя, продолжая тяжело дышать, и обнимать друг друга. Время остановилось, как и мысли. Первым пришел в себя метеор. Он словно очнулся от глубокого сна и изумленно уставился на обнаженную девушку, лежащую под ним. Он медленно покинул ее лоно, ощущая в этот момент, что лишается чего-то важного. Парень поднялся на негнущихся ногах и помог встать девушке, которая тут же чуть не упала. Он едва успел подхватить ее и невольно снова прижал к себе, почувствовав как бешено колотится ее сердце. - Я... - он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. - Все... в порядке. - Ее голос напоминал хриплый шепот. - Прости... - проговорил блондин, не чувствуя при этом ни малейшей вины. - Не надо... - ответила она, утонув в бездне зеленых глаз. Некоторое время они, молча стояли, смотря друг на друга, затем почувствовав неловкость, принялись разглядывать комнату, в которой находились. Помещение оказалось небольшим, но весьма уютным с высокими шкафами по всем стенам и мягким ложем около окна. Все тонуло в мягком полумраке угасающих светил. Минако, наконец, придя в себя, высвободилась из теплых объятий парня и, отступив на шаг, застенчиво прикрыла руками грудь. Ятен не стал останавливать ее, лишь найдя глазами свои штаны, поспешил надеть их. Девушка же завернулась в какое-то покрывало, висевшее на стуле позади нее, так как ее одежда оказалась разбросана по всей комнате, и собирать ее в обнаженном виде она не решилась. - Наверное, нам нужно вернуться... - нарушила тишину блондинка. - Зачем? - спросил метеор быстрее, чем успел подумать, тут же мысленно обругав себя. - Нас будут искать... -Думаю, нашего отсутствия даже не заметят. Все слишком заняты. - С досадой в голосе проговорил парень. - Ты прав. - Вздохнула Минако. - Им сейчас не до нас. Ятен смотрел на девушку и не понимал себя. Еще час назад он кипел от ярости и готов был уничтожить любого, кто попадется ему на пути, а сейчас его словно отпустило. Он ощущал неожиданное умиротворение и покой. Ему не хотелось покидать эту комнату, словно он находил в этих стенах защиту от душевного кошмара. А еще Минако. Необыкновенная девушка. С виду обычная смазливая блондинка, для которой сплетничать с подружками было смыслом жизни, на самом деле оказалась понимающей, заботливой и ... такой горячей. Метеор действительно чуть не сгорел от этой страсти, до сих пор не до конца осознавая реальность. Он еще чувствовал аромат ее волос, их шелк через его пальцы, ее руки, такие нежные по его груди и спине. Казалось, что своим присутствием она забирает его боль, залечивает старые раны. Ятену смутно вспомнились похожие ощущения, когда он был на Земле. Тогда он впервые за долгое время почувствовал себя нужным, значимым, сильным и виной тому стала... Она! Неожиданная мысль как молния поразила его, заставив вздрогнуть. Он как-то по-новому посмотрел на блондинку, кутавшуюся в покрывало. - Ятен... - тихо заговорила Минако, внутренне сжимаясь от его изучающего взгляда. - Я ... хочу пить... Почему-то от звука этого голоса в груди что-то кольнуло. - Что? Да, конечно... - он принялся рассеянно озираться по сторонам. – Думаю, тут найдется что-нибудь. Пока метеор пытался найти что-нибудь, чем можно утолить жажду, Минако украдкой наблюдала за ним. Он всегда ей нравился, как впрочем, и многие другие парни, но было в нем что-то особенное. Он интриговал и пугал ее: красивый, но всегда холодный и неприступный. Сегодня она узнала то, что он, наверное, многие годы держал в себе, и ей стало жаль его. Именно жалость не позволила ей уйти и оставить блондина одного, а после остановить его жаркие поцелуи. Сейчас же она вновь чувствовала, что ее использовали и от этого на душе противно скребли кошки. Ей хотелось спрятаться, убежать и больше никогда не видеть его, но ноги словно приросли к полу. Тем временем Ятен нашел, что искал: - Вот, держи. - Он протянул ей бокал с розоватой жидкостью и, увидев ее недоверчивый взгляд, пояснил. - Это что-то вроде сока. На нашей планете нет спиртного, но это ничуть не хуже. Попробуй! Минако осторожно приняла из его рук напиток и сделала маленький глоток. Это действительно оказалось вкусным, напоминающим клубнику и яблоко одновременно. Осушив весь бокал, девушка почувствовала себя настолько хорошо, что захотелось петь и танцевать, но пришлось сдержать порыв. Ятен тоже не спеша потягивал напиток, при этом еле заметно улыбаясь. - Это очень вкусно! - воодушевленно воскликнула блондинка. - Само собой! - гордо парировал метеор. - Тут еще много. Минако удивленно посмотрела на него. Под этим пристальным взглядом блондин немного смутился, но природное упрямство взяло верх. - Давай... останемся здесь... - ответил он на не заданный вопрос. - Но... - Послушай, я не прошу о вечности, всего пару часов. Мне необходимо отдохнуть от этой суеты, а с тобой... мне это лучше удается... - Ну, хорошо. - Она не смогла ему отказать. Они удобно расположились на мягком ложе, предусмотрительно прихватив с собой местный напиток. Неловкое молчание царило довольно долго, пока его не нарушил метеор: - Я хотел бы извиниться за грубость... и за... - Не стоит. - Перебила его девушка, краснея. - Мне даже понравилось. - Вот как? - сверкнув глазами, шутливо спросил блондин. - Ятен, я... - Я пошутил, но знаешь, мне тоже понравилось. В комнате опять наступила тишина. Молодые люди слишком смущались, чтобы вести непринужденную беседу. Минако одолевало любопытство. В ее голове крутилась фраза, сказанная в порыве метеором: "Он заставил ее полюбить себя!". Она не понимала ее смысл, но чувствовала, что за этим скрывается какая-то тайна. Собрав все свое мужество в кулак, она все-таки решилась: - Ятен... - Да? - он вновь посмотрел на нее. - Могу я задать тебе вопрос? Если ты не захочешь отвечать, я не буду настаивать. Первым порывом было отказать ей, но вспомнив все, что произошло, решил уступить: - Хорошо, спрашивай. - Когда ты... вспылил, то произнес: "Он заставил ее полюбить себя!". Так вот... я не поняла... кто кого заставил? Ятен задумался. Он совсем не хотел открываться ей и уж тем более вытаскивать старые скелеты из шкафов. Каждый раз, когда он доверялся кому-нибудь, его предавали и теперь страх новой боли постоянно преследовал метеора. Минако увидела застывший взгляд парня и решила, что поспешила вывести его на откровенность: - Прости, я не должна была спрашивать. - Много лет назад, - его дрожащий голос разрезал воздух. Девушка затаила дыхание, боясь разрушить этот хрустальный момент, - когда мы еще не были защитниками планеты, а наша принцесса была лишь обыкновенной девушкой, без бремени долга, мы вчетвером проводили много времени вместе. Мы знали, что в нас заложена некая сила и понемногу учились ей пользоваться. Тайки мог за минуту вырастить из семечки цветок, я заставить затянуться любую рану, а Сейя... Сейя казалось, ничего не мог. Это страшно злило его, и он всячески старался осмеять нас: то растопчет цветок со словами: "Эта гадость ужасно воняет!", то притворится тяжело больным какой-нибудь неизлечимой болезнью, которую я не в состоянии вылечить. Мы не обижались, нам было жаль его, к тому же мы были почти детьми. В это беззаботное время мы с Какю были довольно близки. Я любил ее, полюбил с первого взгляда, а она... ей нравились мои руки. Она часто прижимала их к своим щекам и блаженно жмурилась. В эти моменты я умирал от счастья, казалось, так будет всегда. Я мечтал поцеловать ее, но она говорила, что еще рано, при этом так нежно обнимала меня... Я не торопил ее. Шло время, и мы с Тайки стали замечать, что Сейя ведет себя очень странно: он перестал дразнить нас, и все больше времени проводил в одиночестве. Мы решили, что он просто переживает из-за отсутствия силы и не трогали его. И вот однажды, окрыленный своими чувствами, я направлялся на встречу со своей возлюбленной. Когда я уже приблизился к замку, то заметил в зарослях олив увлеченно целующуюся парочку. Мне стало любопытно, кто это, и я незаметно подкрался к ним. То, что я увидел, разорвало мое сердце в клочья. Это были Какю и Сейя! Они целовались так, словно давно были любовниками. Его руки находились под ее платьем, и она позволяла ему делать все, что он хотел. Это было ужасно. Несколько минут я стоял будто оглушенный, из глаз текли слезы, я медленно умирал. Наверное, надо было подойти и выяснить все, но я не смог, я просто ушел. Несколько дней я наблюдал за ними, преследуя словно тень. Какю даже не вспоминала обо мне, будто меня никогда не было в ее жизни. А однажды утром я узнал страшную новость: принцесса выбросилась из окна и теперь ее жизнь висит на волоске. Много часов я провел у ее постели, пытаясь вырвать из лап смерти и когда она, наконец, забылась глубоким сном, я пошел искать Сейю. Он оказался у себя в комнате. На него было больно смотреть: бледное лицо, красные опухшие глаза, трясущиеся руки. Он посмотрел на меня взглядом затравленного животного, но меня это не тронуло. Я готов был убить его, но сил не осталось, слишком тяжело далось лечение Какю. "Как?" - спросил я и из его глаз потекли слезы. Он соскочил с кровати и, упав передо мной на колени, все рассказал. Оказалось, что сила у него все-таки была, и такая о которой каждый из нас мог только мечтать: силой мысли он мог заставить, кого угодно сделать все, что пожелает. Он решил опробовать свои способности на принцессе, а когда ему надоела эта игра, просто рассказал ей правду, наивно полагая, что гипноз исчезнет. Но он не рассчитал... и отвергнутая девушка решила свести счеты с жизнью... Я не мог произнести ни слова, внутри все кипело от досады и злости, а мой младший брат рыдал у моих ног. Мне было не жаль его, он был мне противен. Своим поступком он что-то сломал у меня в душе. В тот день Сейя поклялся никогда и ни при каких обстоятельствах не пользоваться своей силой и, в конце концов, я поверил ему. Постепенно принцесса поправлялась, но ее чувства ко мне прошли без следа, только на Сейю она продолжала смотреть влюбленными и грустными глазами. Так происходит и по сей день. Я не знаю, возможно, гипноз еще не прошел, а может она действительно полюбила его... Ятен замолчал, устало опустив голову. Его руки были сжаты в кулаки, а вена на шее заметно пульсировала. - Это ужасно... - только и смогла произнести Минако. Она и не предполагала, что Кинмоку скрывает такие тайны. Ей были хорошо понятны чувства метеора, ведь она и сама пережила нечто подобное. - Ничего, это было давно. - Печально улыбаясь, произнес парень. - Ты все еще любишь ее? - Да... такое чувство нелегко убить. - Я понимаю... Ятен удивленно посмотрел на девушку, задумчиво опустившую глаза, но ничего не сказал. Его немного злило, что он не мог понять ее. Молодые люди довольно долго сидели в молчании, размышляя каждый о своем. Комната уже полностью утонула в черноте ночи, и лишь тусклый свет отражался в голубых и зеленых глазах. Никто не искал их, никто не мешал им. - Ятен... - тихо заговорила Минако. - Нам пора возвращаться. Мне нужно проведать Усаги. - Как она? - спросил блондин, намеренно растягивая время. - Подавлена... А еще эта свадьба... - Она вроде как мечтала выйти замуж за своего принца? Она что передумала? - Не знаю, но после того, как пропал Сейя, она ничего не ест и все время плачет. Возможно, она успокоится, когда увидит Мамору... Не знаю... - Да уж, мой братец умеет произвести впечатление! - криво усмехнулся метеор. - Надеюсь, эта свадьба положит конец безуспешным попыткам Сейи добиться взаимности лунной принцессы. - Ятен! - неожиданная догадка пронеслась в голове у девушки. - А мог Сейя использовать свою силу, чтобы... быть с Усаги? - Нет! - резко ответил парень. - Никогда! Он слишком любит ее. - Ты уверен? - Абсолютно. - Ну, хорошо. Они еще какое-то время провели в комнате, в основном в поисках одежды и когда, наконец, блондинка взялась за ручку двери, чтобы открыть ее, то услышала позади себя тихий голос: - Минако... - Да? - она обернулась. - Спасибо. - Если бы не царившая темнота, то можно было бы увидеть, как покраснел метеор. - За что? - удивилась девушка. - За все... Минако улыбнулась и вышла в коридор, Ятен последовал за ней. На следующее утро принцесса потребовала собраться всем в тронном зале для важного разговора. Минако и Ами почти силой заставили Усаги выйти из комнаты. Нареченная принцесса выглядела плохо, но уже не плакала, сон благотворно сказался на ней. Когда три земные защитницы вошли в огромную комнату, Тайки и Ятен уже были там. От проницательного взгляда Творца не укрылась едва заметная улыбка брата, украдкой брошенная в сторону воительницы Венеры. "Она и Ятен? Хм!" - подумал он, но тут же переключил свое внимание на остальных. Какю стояла возле своего трона и когда все собрались, заговорила: - Я собрала вас здесь, чтобы сообщить свое решение. Мы прекращаем поиски Сейи! Пять пар глаз недоуменно уставились на нее, а она продолжала: - Воин жив, это доподлинно известно, но он не хочет, чтобы его нашли. Когда он сочтет нужным, то вернется сам. Сейчас у нас есть более важные дела, мы должны подготовить свадьбу Усаги и Мамору. - Но я... - пролепетала блондинка с оданго. - Ты не хочешь? – глухо и как-то угрожающе спросила Какю. - Хочу, но... вряд ли сейчас подходящее время... - Враг ищет тебя! И если найдет, то уничтожит все, за что вы так долго сражались. Сейчас самое подходящее время! - Наверное, Вы правы... - она опустила голову, боясь снова встретиться со странно горящим взглядом принцессы. - Конечно. Ами, когда прибудут земные воины? - Завтра, во второй половине дня по времени Кинмоку. - После секундного молчания ответила девушка. - Тогда нам нужно спешить, у нас мало времени. Я дам соответствующие распоряжения. После последнего заявления она практически рухнула на трон, давая понять, что разговор закончен. Поняв это, все кроме Ятена покинули зал. Он же подошел к Какю и положил руку ей на плечо. - Он вернется. - Прошептал блондин. - Да, я знаю, но... - из ее глаз потекли слезы. Метеор присел возле нее и, положив ладонь на лицо девушки, аккуратно вытер соленые капли. Он все еще любил ее, но странным образом это чувство стало менее болезненным. Он как будто устал от бесконечных терзаний. Сейчас он ощущал лишь безграничную нежность и желание защитить, укрыть от страданий. Ятен увидел, как принцесса зажмурилась и едва заметная улыбка тронула ее губы. Неожиданно она накрыла его руку своей и открыла глаза, посмотрев прямо на него. - Я помню... - тихо сказала девушка. - Я тоже... Но ведь это было слишком давно, ведь так? - Да... Прости... - Ты не виновата. - И все же... - Не надо! Просто знай, что я всегда рядом, чтобы ни случилось. - Спасибо! Ятен легко поцеловал ее в висок и вышел из комнаты. Едва оказавшись в коридоре, он прислонился лбом к холодному камню стены. Странно, но злости не было. Ему больше не хотелось придушить брата, который стал причиной горя его любимой. Неожиданно для себя он смирился и... почти отпустил ее. Почти. Весь оставшийся день прошел в суматохе. Все куда-то бежали, что-то украшали, кого-то искали. Даже Усаги вяло принимала в этом участие. Когда, наконец, наступил поздний вечер, Ятен чувствовал себя так, словно сразился с тысячей демонов и проиграл. С мыслью о теплой и мягкой кровати он брел по уже пустынному коридору. Остановившись и подняв голову, блондин с удивлением обнаружил, что стоит вовсе не перед своей дверью. Это была комната Минако. - Проклятье! И чего я сюда приперся? - тихо выругался он, но не двинулся с места. Что-то не давало ему уйти. Мысль об этой девушке почему-то вызывала волнение, и сам не понимая зачем, он постучал. - Черт! За дверью послышались торопливые шаги, и через секунду щелкнул замок. - Ятен? - удивилась Минако. - Извини... я просто... - Войдешь? - блондинка мысленно усмехнулась. - Я... не знаю. Он почти испуганно посмотрел на нее. Девушка посторонилась, жестом приглашая его войти. Оказавшись наедине, они уже привычно замолчали, глядя друг другу в глаза. Метеор снова ощутил удивительное умиротворение. Он понял, что не хочет сейчас уходить, поэтому просто спросил: - Можно я останусь? - Хорошо, оставайся. - Просто ответила она и закрыла дверь на ключ.