Мальчик в девочке

Перед носом Драко Малфоя, выводящего аккуратные завитушки на пергаменте, шлёпнулась увесистая книженция. Не отрываясь от своей работы, парень продолжил что-то каллиграфично выводить в свитке. – Лилия. – Что? – спокойно поднял глаза слизеринец на запыхавшегося Гарри. – Лилия, – повторила девушка и приземлилась напротив. – Я Лилия. За прошедшую бессонную ночь Гарри-таки отрекся от принципов и пришел с раздвоенным сознанием к консенсусу – Лилия. Только с утра он понял, откуда это имя ему знакомо: от матери. – Резонно. – Что? – немного опешила Поттер. – Ты молчишь на травологии, посылаешь меня, попадаешь в передряги, – он инстинктивно сглатывает, вспоминая ужас прошедшей ночи, – а сейчас заявляешь, что тебя зовут Лилия. – В честь тети, – слабо пробормотал заранее приготовленную речь Гарри. – В честь тети, – как ни в чем не бывало, ставит точку в их разговоре Малфой. Девушка огибает стол и занимает место рядом с мужской фигурой в увесистой мантии. – Ну прости, если я тебя чем-то обидела, – она пытается заглянуть в лицо, скрытое упавшими платиновыми прядями. В ответ Драко лишь что-то бессвязно бормочет и Гарри обреченно вздыхает. – Я могу как-то искупить свою вину? Он сам поражается собственным словам. «Чем ты думаешь?» – Но приспанное спокойным поведением самолюбие не подает признаков жизни. Последнее время Малфой сам на себя не похож, да и Гарри, видимо, тоже. – Согласен. *** Трава мягко хрустит под весом шагающей навстречу парню девушки. Он улыбается во все тридцать два зуба. – Красиво, правда? – они стоят на холме, возвышающимся у поля по квиддичу, и смотрят вдаль на уходящее вечернее солнце. – Я... – Тс-с-с, – Драко возвращает ее внимание обратно к окрасившемуся в персиковый цвет небу и протяжно, не отрываясь, смотрит на пурпурный закат. Он любит это место. Они усаживаются на шелковистый травяной покров, обхватывают колени руками. Лили кажется, что все вдруг замерло, и не на мгновенье, а на минуты, часы. Сколько они так сидят? Полчаса? Сорок минут? Дыхание успокаивается, ослабляется бешеное сердцебиение. Городская суета отходит на второй план, остаются только плавно текущие по волнам мысли. Она думает о прошлой жизни, о Гарри, о Роне, о родителях. Иногда нужно вот просто так сесть и побыть наедине с собой, своими мыслями. И он может ей это дать. – Когда мне было пять лет, я сидел на склоне в нашем поместье. Отец тогда еще не продал половину земли соседям, да и сад был больше. - Девушка плавно поворачивается и смотрит на шевелящиеся губы собеседника. Сквозь пелену мыслей внимает каждому слову такого незнакомого Драко Малфоя. – А у меня нет родителей. – Его голос кажется ему таким далеким и отдающим холодом. В нем застряла какая-то боль, которую он никому не показывал. Все эти годы она была внутри. Драко счел уместным промолчать про Поттера. – Тебе нравится? – снова повторяет парень и возвращает взор к туманной дымке Альбиона. А Лили Поттер молчит. Потому что она... плачет.