Кошачий месяц

Генерал Хакс никогда не укладывается спать. Точнее, его отход ко сну трудно назвать "укладыванием", ибо таковой процесс как-то подразумевает некую вдумчивость и последовательность действий, осуществляемых поступательно в течение вечера. Генерал Хакс засыпает не вдумчиво. И не вечером. По вечерам генерал работает. Если у прочих работников есть разделение на дневные и ночные смены, то генерал всегда отрабатывает как минимум полторы - прибавляя к своей дневной еще и половину ночной. Либо работает и вовсе три смены подряд: дневная-ночная-дневная. Если даже он не остается на всю ночную смену дежурить в компункте, он все равно занят разбором проблем и решением вопросов до самой полуночи как минимум. Генерал считает неприличным для командующего уходить на сон раньше полуночи, и уделять последнему больше пяти часов в сутки. Обычно он чеканит стремительным шагом, заложив руки за спину, по уже погруженным большей частью в полумрак ночным палубам к своей каюте в сомнамбулическом состоянии, и, переступив порог, вырубается едва ли не у него же. Последним осознанным усилием зашвыривая себя в койку и теряя связь с реальностью до утреннего будящего сигнала. Кошка генерала бесстыдно пользуется его беспомощным состоянием и нещадно истаптывает его грудь, истыкивает мокрым носом лицо, и покрывает бледную, легко реагирующую на все раздражители, и возмутительно долго хранящую на себе последствия различного рода травм кожу хозяина множеством царапин и отметин от впускаемых на всю длину вглубь спящего человеческого тела кошачьих когтей. По утрам Хакс, обозревая в зеркале все новые и новые следы кошачьей любви, приходит в унылую скорбь, ибо выглядит вся эта сладострастная расцарапанность до ужаса пошло и даже похабно, и, что самое огорчительное, вовсе не по-кошачьи. И генерал вынужден запаковывать себя в форму максимально плотно. Временами он адски завидует Кайло Рену, точнее, его надежно укутывающему шарфу и монументально непроницаемому шлему, и втайне мечтает обзавестись чем-то подобным. Однажды Хаксу доводится оказаться в очень неудобной ситуации, когда, будучи на совещании, он слишком сильно вытягивает шею, повернувшись к голографической карте. В тот день многие в его окружении делают вывод о наличии крайне бурной и экспрессивной личной жизни у командующего, ибо явленная им тогда во всей своей расцарапанной красе шея провоцирует у людей буйный полет фантазии. И всё в околоэротические степи. Сегодня Хакс задерживается на своем боевом посту еще дольше обычного - есть ряд напрягов, а это означает необходимость сократить свой и без того очень короткий по продолжительности сон. Организм относится к этому с пониманием, но без восторга - позади честно отработанные дневная-ночная-дневная смены и пара часов беспокойной дремы в кресле за пультом управления, плюс неумеренное злоупотребление кофе и стимуляторами. Сегодня Хакс не уверен, что сумеет докинуть себя до кровати, и вполне допускает, что грохнется на пол и уснет не раздеваясь прямо там. На радость Миллисент, которая с воодушевлением обволосит всю форму и украсит ее адским количеством затяжек. Одна из основных задач любого кошачьего - наделать как можно больше меток себя в жизни хозяина. В его доме, на его одежде, на его теле. Пройтись своей изящной грациозной походкой, и оставить следы своих кошачьих лапок в сердце человека. Наоставлять следов, остающихся там даже спустя годы и десятилетия после разлуки навсегда. Мысли командующего путаются все сильнее, пока он добирается до своих покоев. Но когда Хакс наконец вваливается к себе, страшные звуки выдергивают его тонущее в черноте сознание назад, в бренную реальность. Звуки состоят из утробного "МЫРРРР.... МЫРРРРР....МЫРРРРР", издаваемого нестабильным - то низким, то высоким, срывающимся и гуляющим во всей своей модуляции мужским голосом. Поправка: мужским голосом магистра Кайло Рена. Пройдя дальше, генерал Хакс имеет всё счастье и возможность печально созерцать совершенно упадническую картину: рядом с его кроватью на полу расположился шлем магистра Кайло Рена. А также. Небрежно сброшенная с плеч накидка Кайло Рена, шарф Кайло Рена, плащ Кайло Рена, туника Кайло Рена, водолазка Кайло Рена, сапоги Кайло Рена. И, такое впечатление, еще стопитсот штук всякой хрени Кайло Рена, что, возможно, размещается у него в карманах, или иным образом входит в состав его повседневного гардероба. Но. Обнадеживающая деталь. Позволяющая предположить, что еще не все так плохо, как на то указывают многозначительные изменения спартански лаконичной обстановки. Брюк Кайло Рена нигде на полу генерал не обнаруживает. Хотя и старается обшарить взглядом все как можно более тщательно, но - нет. На полу брюк нет. Хотя бы это, но и сие есть уже маленькая радость. Подняв взгляд повыше, генерал вздрагивает: он находит брюки. Брюки, довольно плотно, кстати - практически бесстыдно в обтяг - сидят на самом Кайло Рене. Вернее, на его непомерно длинных конечностях. А сам Кайло Рен - босой и голый по пояс - лежит на спальном месте генерала Хакса. И, однозначно, вот только что - это мурлыкал он. На груди Кайло Рена в царственной позе Клеопатры возлежит кошка генерала Хакса. И, однозначно, вот только что - Ренову мурлыканью внимала именно она. Все вкупе - устланный одеждой магистра пол у кровати, сама кровать с самим магистром, и предательствующая Миллисент, благодушно вытягивающая лапки к лицу магистра, тыча ему подушечками этих лапок в губы (дозволение целовать - как высшая степень кошачьего благоволения) - всё это представляет собой ДУШЕРАЗДИРАЮЩЕЕ зрелище. Во всяком случае, таковым его воспринимает генерал Хакс. - Рен... - у Хакса просто нет сил злиться, негодовать, возмущаться. Не говоря уж о том, чтобы хватать отмороженного на всю голову рыцаря за шкирку, отбирать кошку, и вышвыривать пинком под зад в коридор. Рыцаря, естественно, вышвыривать пинком под зад, не кошку. - Рен. Почему вы лежите на моей кровати. - А вам что, жалко, что ли?! - тут же впадает в агрессию магистр, принимая вид оскорбленного достоинства. - Нет, - индифферентно отвечает очень добрый сейчас по причине полного отсутствия каких-либо сил Хакс. - Мне не жалко. Но где буду спать я? - Почему меня это должно хоть в какой-то степени занимать? - надменно интересуется Рен. И похоже, что он и правда искренне удивлен попыткой вменить ему в обязанности вопросы размещения на постой генерала Хакса. И похоже, что он очень-очень тихо продолжает свое совершенно ужасное и неуместное для человеческой особи мурлыканье. Хотя кошка тут явно не он. Кошка, которая явно не Кайло Рен, и не пытается мимикрировать, тем не менее, лениво поворачивает голову и смотрит на генерала с надменностью именно что Кайло Рена. Весь ее вид, горделивый взор и поставленные строго вертикально ушки выражают презрение к человеку, который числится пребывающим в ответе за нее, а вместо того, чтобы отвечать, пропадал весь день, не занимаясь ею, да еще и приперся черт знает во сколько. Во столько, во сколько приличные люди, припозднившись, домой уже не возвращаются, а просто тихо продляют свой загул на следующий день, и заявляются уже в этот следующий день в положенное обычное свое время. Кошке плевать, что у человека не ЗАГУЛ, а ЗАВАЛ. Завал работы. Кошке нет разницы. Кошка всегда должна быть у человека на первом месте, потому что она - КОШКА. Никакие работы тут оправданиями служить не могут. Хакс устало вздыхает. Ни магистр Кайло Рен, ни рыжая кошка Миллисент не выказывают этому невольному проявлению слабости ни капли жалости или сострадания. Впрочем, вполне вероятно, что еще пара минут, и они милостиво разрешат Хаксу устроиться переночевать где-нибудь на чем-нибудь типа коврика у двери. - Рен. Ну зачем вы ко мне пришли, - сетует Хакс. Равнодушно, кстати, в голосе нет и намека на огорчение или сожаление. - Март, - заявляет Кайло Рен, как будто это должно что-то объяснить, и, видя по безучастному лицу Хакса, что тому это ни черта не объясняет, снисходит до тугодумов: - Март. Котам надо гулять по крышам. - Котам? - переспрашивает Хакс, пытаясь осмыслить. - Котам, - с "ну_ты_че_не_понял_что_ли" видом Кайло Рен почти требовательно смотрит на Хакса. - Н а д о? - безнадежно уточняет Хакс упавшим голосом. - Н а д о , - твердо и бескомпромиссно заверяет его Кайло Рен. - По крышам ?.. - пытается намекнуть на некоторые расхождения и несостыковки в словах магистра Хакс. - У нас тут нет крыш, по которым можно гулять! - вспыхивает Кайло Рен, раздосадованный непонятливостью подтормаживающего по случаю поздней ночи генерала. - Нет крыш! Поэтому приходится гулять по каютам. Кайло Рен и Миллисент единым и недружелюбным к шляющимся невесть где по ночам генералам тандемом сурово глядят на Хакса, ожидая, когда до него, наконец-то, все же дойдет. - А, - говорит, уже довольно-таки безразлично, и совершенно бесцветно Хакс. Говорит только потому, что ну должен же он хоть что-нибудь сказать.