Важное поручение от начальства

      После очередной вылазки, которая не принесла ожидаемых результатов, и поимки Энни, как не прискорбно, оказавшейся бесполезной, Разведотряд взял вынужденный перерыв. Нужно было время для разработки плана по возвращению себе прежних территорий и операции по нахождению того самого заветного подвала, ключ от которого уже долгое время болтался у Эрена на шее. Все это намечалось не ранее, чем через месяц-другой усердного, стратегически важного мозгового штурма начальства с великим и ужасным Эрвином Смитом во главе. Как ему удалось убедить вышестоящие органы отправить солдат Разведкорпуса на очередное рискованное задание без каких-либо гарантий успеха, Эрен не знал. Наверняка тот применил свою особую магию убеждения, доступную исключительно блондинам с гениальными мозгами.       К слову, о них. Парень не видел одного их классического представителя, а конкретнее, Армина Арлерта, по совместительству своего лучшего друга, уже почти неделю. Микаса, напротив, не давала повода по ней соскучиться, проявляя свою заботу там, где надо и не надо. Эта гиперопека порядком раздражала Эрена, но он прекрасно понимал причины ее беспокойства, поэтому старался относиться к этому более-менее лояльно. И прямо сейчас девушка, несмотря на то, что сидела за противоположным концом старинного деревянного стола и поедала свою порцию — стоит заметить, без особого аппетита, — ни на минуту не отрывала от него своего пристального взгляда. Этот взгляд как будто твердил: «Я всегда на твоей стороне, Эрен», «Я буду защищать тебя» или что-нибудь другое в том же ключе. Парень даже мог точно представить, с какой интонацией были бы сказаны эти слова и какими бы преданными глазами она на него смотрела.       Вздохнув, солдат отправил в рот последний кусок безвкусного хлеба и встал из-за стола.       — Эй, Йегер! Куда намылился? Детишкам уже пора баиньки? — в своей излюбленной манере решил поддеть парня Жан, самодовольно ухмыляясь и то и дело оборачиваясь на других ребят в поисках одобрения. Но заметив, что никто не обратил на него внимания, заметно стушевался.       — Ты прав. Уже поздно и лошадям давно пора в стойло. Доброй ночи, придурок, — устало ответил Эрен, не обращая никакого внимания на возмущенные крики Кирштайна, и действительно направился в свою комнату. Только вот спать он не собирался.       На самом деле у Эрена было запланировано на этот вечер одно неотложное дело. Поэтому сейчас он достаточно бодрым для восьми часов вечера шагом пересекал коридор за коридором, пролет за пролетом, в поисках определенной комнаты. Но по мере приближения к намеченной цели парень непроизвольно замедлял свой шаг, в конце концов останавливаясь прямо перед тяжелой, в некоторых местах покрытую небольшими трещинами дверью, застывая в нерешительности.       Казалось, будто сам воздух здесь отличался от воздуха во всем остальном помещении, а идеально отполированная ручка двери вполне могла послужить зеркалом для представительниц прекрасного пола за неимением лучших вариантов. Эрен, оглядев себя в гладкую поверхность, поддался искушению провести рукой по волосам, но тут же себя одернул, смущаясь нехарактерного жеста.       Набравшись решимости, постучал в дверь.       Ни звука.       Немного подождав, солдат повторил свою попытку.       И снова тишина. Ушел? Какая досада. Видимо, парень зря собирал свои моральные силы в кулак.       Но только он развернулся и решил уйти, как за дверью послышались торопливые шаги и, если Эрену не изменяет его острый слух, нецензурная брань. Наверное, он не вовремя. За доли секунды парень прикинул, успеет ли добраться до конца коридора и свернуть за угол до того, как дверь перед ним откроется. Но убежать сейчас — значило струсить, а, следовательно, потерять уважение к самому себе. Оставалось только одно — мужественно принять на себя удар. Предположительно, с ноги.       — А, это ты, Эрен. Входи скорее, не создавай сквозняк, — в чужом тихом, чуть хрипловатом голосе послышалось легкое раздражение. Впрочем, как и всегда. Больше Йегера удивило то, что хозяин комнаты так и не открыл дверь полностью, небрежно перебрасываясь словами через небольшую щелку. Кроме того, не соизволил почтить гостя даже приветственным взглядом, сразу же исчезая в глубине комнаты.       Парень задумчиво кивнул самому себе, осторожно заходя внутрь.       По ногам прошелся холодок, а пламя одиноко горящей свечи, которая была, к слову, здесь единственным источником света, опасно колыхнулось. И как бы Эрену не хотелось разглядеть интерьер комнаты, в таком полумраке он едва мог различить очертания предметов. Единственным хорошо освещенным предметом был низкий письменный стол, на котором возлежали симметрично расположенные стопки документов, о содержании которых можно было только гадать. Но они мало интересовали солдата, который предпочитал не лезть в чужие дела, если его туда не звали.       Мужчина стоял к нему спиной и раздраженно фыркал, возясь с предательски заклинившей задвижкой на окне, и только тогда до Эрена дошло, что же не так в этой минималистической картине маслом.       — Капрал?.. — ошеломленно вопросил он, во все глаза таращась на свое непосредственное начальство, которое предстало перед солдатом в отнюдь не привычном для него виде: мужчина был одет в легкие светлые брюки и…все. Конечно, Эрен не впервые видел его без экипировки, но обычно Леви позволял себе такие вольности исключительно в постели, и то, вероятно, только потому, что не хотел запачкать одежду.       — Чего уставился? — хмыкнул тот, разворачиваясь к солдату. Тусклый свет упал на него, и только тогда парень обратил внимание на то, что волосы капрала были влажными. До него стало медленно доходить. Леви же, поймав его взгляд, после почти минутного молчания, наконец-таки ответил на чужой немой вопрос. — В среднем на то, чтобы помыть голову, я затрачиваю около пяти минут. Довольно забавно то, что ты решил зайти ко мне именно в это время, а не в любое другое. И твоя реакция, Эрен, — здесь капитан сделал паузу, бросив на парня пристальный, изучающе-холодный взгляд, от которого мурашки забегали по коже, — тоже довольно забавна.       Но несмотря на частое употребление слова «забавно», ничего хотя бы отдаленно напоминающего улыбку на лице мужчины не наблюдалось.       — Прошу прощения, сэр, — Эрен виновато (и весьма опрометчиво) опустил глаза, но тут же поднял их обратно. Его взгляд метался между испытывающим взглядом Леви и его оголенным торсом, надо отметить, выглядевшим весьма привлекательно. Ну и куда прикажите смотреть? Не найдя лучшего выхода, солдат уставился на теперь уже ровное пламя свечи за спиной капитана. — Мой вопрос не отнимет у вас много времени.       Даже когда они были наедине, парень не решался нарушить субординацию. Даже несмотря на то, что между ними порой бывало по ночам. От этого становилось горько на душе, но в то же время Эрен ощущал некую правильность. Будто нельзя поступать иначе. По крайней мере, на данный момент.       — Раз так, прекращай уже ходить вокруг да около. У меня дел невпроворот и помимо малолетних титанов, неожиданно решивших почтить своим присутствием, — бесцеремонно ответил мужчина, попутно натягивая на себя аккуратно сложенную светлую кофту, прикрывая все свое великолепие, видимо, для того, чтобы Эрен перестал отвлекаться. Надо сказать, это возымело положительный эффект.       — Кхм… Да, — начал он, от волнения теребя застежку на одном из ремней УПМ. — Слышал, вы собираетесь набирать людей… В свой отряд. И если у вас пока нет никаких планов на этот счет, то позвольте огласить список желающих: Армин Арлерт, Микаса Аккерман, Жан Кирштайн, Конни Спрингер, Саша Брауз и Криста Ленц, сэр, — громко и четко, как на построении, доложил Йегер, пытаясь скрыть нотки горечи в собственном голосе. Парень действительно переживал по поводу того, что придется снова напомнить о погибших. Эрд, Гюнтер, Оруо… И Петра. Ему до сих пор казалось, что их смерти произошли по его, Эрена, вине. И как бы друзья не старались его переубедить, солдат знал наверняка: если бы он тогда сделал правильный выбор, вступил бы в бой до рокового момента, возможно, ребята были бы живы. Ах, если бы только знать…       Но ведь он знал, что так и будет! Он как будто предчувствовал. Тогда, уже поднося руку ко рту, готовый вцепиться зубами в собственную плоть. Знал, но решил довериться. Остановиться. Не пытаться бороться. Просто дать им умереть…       Последняя надежда человечества не может ошибаться. Не имеет права. Слишком уж много жизней стоит на кону.       «Вы правы, капрал. Выбор, о котором меньше всего будешь сожалеть…       Есть ли вообще такой выбор?»       Сглотнув подступивший ком, солдат лишь сильнее сжал пальцы, впиваясь ногтями в собственную одежду.       — Желающие, значит… — тот, кто недостаточно хорошо знает Леви, не заметил бы едва заметно дрогнувший уголок губ, немного больше, чем обычно, расфокусированный взгляд, казалось бы, равнодушных глаз и пробежавшую по его лицу тень. Но его голос остался таким же ровным и властным, как и минуту назад, а на миг сведенные на переносице брови поднялись еще выше, как будто мужчина хотел сделать именно это с самого начала. — Почему они не пришли сами, а подослали тебя? Собираешься использовать на мне какие-нибудь особые методы убеждения?       Эрен удивленно захлопал глазами, не понимая эксцентричного капральского юмора.       — Я не планировал ничего такого, сэр! Друзья попросили меня передать только потому, что я уже являюсь вашим подчиненным и…и... — парень запнулся, подбирая слова, — Если честно, они вас побаиваются. За исключением Микасы.       — Аккерман? Припоминаю. Хороший боец. Но крайне озабочена твоей персоной, уверен, что в решающий момент она сможет не поддаться эмоциям и выполнить свой долг? — такая бурная реакция, в действительности, позабавила Леви. Этот мальчишка напоминал ему безудержное пламя, которое так легко разжечь. — К тому же, возникает стойкое ощущение, что она меня недолюбливает.       На самом деле Леви как раз собирался взять молодых представителей сто четвертого под свою опеку. Но он умалчивал об этом по одной причине. Уж очень было интересно, какие аргументы приведет этот юнец в защиту своих товарищей.       — Не говорите так! Я полностью доверяю ей, к тому же, Микаса очень сильна, вы сами знаете, и… — договорить парню не дала чужая рука, отнюдь не нежно сжавшая его челюсти, отчего ошарашенный поступком капрала Эрен протестующе замычал.       — Тебя не учили, что хвалить девушку в присутствии своего любовника чревато, а, идиота кусок? — все с тем же невозмутимым видом отозвался Леви, демонстративно закатывая глаза, а потом убрал руку, резко рванув Йегера на себя за ворот форменной куртки, заставляя нагнуться, так, что тот от неожиданности едва не завалился на старшего по званию. Эрен зажмурился, ожидая удара, но вместо него почувствовал чужой язык, настойчиво проникающий парню в рот. Руки сами потянулись вверх и легли на затылок мужчины, надавливая. Дыхание участилось, а сердце отбивало рваный ритм. Растерявшись только в начале, Эрен уверенно отвечал на поцелуй, усердно облизывая чужие губы и язык.       Леви же, цепляясь пальцами за ворот этого мальчишки и недвусмысленно подталкивая его в сторону кровати, мысленно находился совершенно в другом месте. Там, где навеки остался отряд спецназначения в неполном составе, там, где во время скачки галопом ветер трепал его аккуратно постриженные волосы, а Изабель и Фарлан о чем-то, посмеиваясь, говорили между собой. Как же давно это было. Сколько воды утекло.       Капрал Аккерман знал то, что Эрен старался не говорить о отряде Леви, знал и то, что этот бестолковый, казалось бы, мальчишка всегда замечал его блуждающий взгляд. Замечал и смотрел обеспокоенно откуда-нибудь издалека, наивно полагая, что сам остался незамеченным. Глупый мальчишка. Такой искренний.       Толкнув парня на кровать, улегся сверху, нависая, опираясь на локти по обе стороны от головы Йегера.       — Эрен…       Капрал было начал, но не закончил, раздосадовано отводя глаза. И так не радужное настроение катилось к чертям. Чего он сейчас хотел от мальчишки?       Но Эрен оказался гораздо проницательнее, чем думал Леви, поэтому отреагировал незамедлительно, так же, как и он ранее, резко дергая мужчину на себя, порывисто обнимая и по-детски осторожно поглаживая его по волосам.       В этом Корпусе Смерти всем было непросто. Но особенно несладко приходилось тем, на чьих плечах непосильным грузом лежала ответственность за чужие жизни. Тем более, за жизни дорогих людей. Сейчас солдат почти наверняка мог сказать, о чем думал его капрал, и по мнению Йегера, ему надо было срочно прекращать думать.       — Довольно… — сказал было Леви, никогда бы вслух не признавший, что благодарен Эрену за его молчаливую поддержку, но его прервали совершенно наглым образом: мальчишка отстранился и с невиданной доселе прытью стянул с мужчины штаны до колен, устраиваясь между его ног. Но на этом аттракцион невиданной щедрости закончился, а парень с минуту попялившись на чужой полувставший член, смущенно отвел глаза, так и застыв на полпути.       — И это все, на что у тебя хватило решимости? — вздохнул мужчина, снова собираясь взять все в свои руки, но Эрен замотал головой, надавливая на чужие ноги.        «Упрямый мальчишка» — пронеслось в мыслях капрала, который, при необходимости, с легкостью сбросил бы парнишку с себя, но на этот раз предпочел дать Эрену шанс.       Несмотря на то, что это был не первый их раз, Леви всегда брал инициативу на себя, понимая смущение неопытного партнера, но раз парень сам захотел сделать что-то для него, пусть доводит дело до конца.       О том же подумал и Йегер, быстро сбрасывая с себя куртку, чтобы не мешалась, и снова склоняясь над пахом мужчины, осторожно взял в рот головку, неумело посасывая, как бы пробуя на вкус, при этом издавая унизительно-пошлый причмокивающий звук. Ненадолго отстранился, проводя языком по всей длине, обдавая чужой орган горячим дыханием. Снова взял в рот головку, смачно облизав, попытался просунуть кончик языка в уретру. Было жутко стыдно, все лицо горело, а собственные, так непредусмотрительно не снятые брюки начинали неприятно давить.       Усердно убирая с глаз прилипшую челку, Эрен, попытался взять глубже в горло, но, к его крайнему недовольству, не смог. С трудом подавляя приступ кашля, отстранился ненадолго, чтобы отдышаться, и не теряя времени, предпринял еще одну попытку. На этот раз получилось гораздо лучше, это парень понял по едва различимому тихому вздоху откуда-то сверху, а потом, в подтверждение, ему на затылок опустилась чужая рука, а чужие пальцы сильно потянули его за волосы, немного отстраняя, а потом резко надавили, заставляя того буквально впечататься лицом в пах мужчины, бедрами зажимая его голову в стальные тиски.       Эрен недовольно застонал от такого напора, руками и ногами упираясь в кровать, потому как мужчина, видимо, совсем не заботясь о благосостоянии партнера, практически не давал ему дышать, беспощадно трахая его в рот. Но, судя по всему, через некоторое время осознал свои действия, отпуская парня, из-за чего тот, потеряв опору, свалился с кровати, больно треснувшись лбом о твердую поверхность.       — Аай! Какого черта?! — вскрикнул Эрен, быстро размазывая по лицу невольно выступившие слезы и потирая ушибленный лоб тыльной стороной ладони, совершенно забывая о субординации. Чтоб его! Конечно, парень знал, что нежностей от капрала ожидать не стоит, но… Черт!!! Хотел сделать приятно, называется. Едва заметно всхлипнув, Эрен свел колени вместе, пытаясь скрыть заметную выпуклость между ног.       — Эрен, прости, я…увлекся.       Один быстрый, но резкий взгляд, наполненный невыносимым желанием, и Йегер прощает. И плевать на то, что завтра на лбу будет красоваться фиолетовый синяк; когда на него так смотрит сильнейший воин человечества, ничего не важно.       — Давай помогу, — и чужая сильная рука одним махом поднимает его на ноги, и следом чужой язык касается его лба в месте ушиба, оставляя за собой влажную дорожку. Эрен прикрывает глаза, усаживаясь на край кровати, и невольно издает какой-то странный урчащий звук. — Какой же ты сопляк. Так вопить из-за небольшого синячка...       — Я не...!       — Заткнись. Раздражаешь, — недовольно прошептал Леви, кусая того за мочку уха и тут же зализывая ранку. — А может, тебе просто нравится процесс лечения?       Его колено вклинилось между ног парня, вырывая из груди тихий стон, а руки медленно огладили позвоночник, как будто пересчитывая, все ли позвонки на месте, и остановились на бедрах. Эрен нетерпеливо заерзал, потираясь о чужое колено и потянул мужчину за рукав. Низ живота сводило сладкой судорогой, по спине градом катился пот. Эрен уже не мог терпеть.       — Капрал! — его глаза лихорадочно блестели, а пальцы до боли впивались в кожу. Леви и сам уже был на пределе, но ему хотелось еще хотя бы пару секунд насладиться этим великолепным ощущением собственной необходимости. Все, начиная от этих зеленых глаз, смотрящих на него так преданно и нежно, и заканчивая так отчаянно пытавшимися обхватить и притянуть его к себе длинными мальчишескими ногами и так ненавязчиво упирающимся ему в ногу бугорком на форменных брюках, говорило о том, что он нужен.       Нужен.       Эрен потянулся к его губам для очередного поцелуя, но Аккерман увернулся, продолжая терзать его покрасневшее от такого усердия ухо и впечатывая в матрас своим весом.       — Капрал...! — Эрен застонал в голос, царапая чужую спину сквозь так и не снятую кофту, отчаянно прижимаясь уже к чужому паху, чувствуя и его возбуждение тоже. Штаны уже насквозь промокли от пота и смазки, а ширинка больно давила. — ...Леви!       Услышав свое имя, капрал поднял голову. Раскрасневшееся лицо, зрачки на полрадужки и адский огонь в глазах. Эрен.       — Эрен...       Быстро скинув с себя кофту, Аккерман принялся быстро и методично расстегивать ремни на униформе парня. Для того, кто делал это на протяжении последних нескольких лет, это не составило бы никакого труда, если бы не дрожащие от возбуждения, так непривычно заплетающиеся пальцы.       Досадливо хмурясь, Леви со всей силы рванул на себя брюки парня, будто они в чем-то виноваты, и отложил на прикроватную тумбочку, (порядок — это святое).       Эрен же облегченно выдохнул, освобождаясь наконец от тесного плена одежды, и перехватил капрала поперек спины, и прижимая к своим бедрам. Синхронный вздох. Чья-то сдавленная ругань. Бледные тонкие пальцы царапают губы, настойчиво проникая внутрь.       — Открой рот, Эрен, будь умничкой, — хриплый, но такой неизменно уверенный и спокойный голос разрезает тишину. Голос, который он бы узнал из тысячи. И последовал бы за ним. — И не вздумай кус... — прихватил подушечку зубами, оставляя кровавый след. Капрал сердито поморщился, — ...аться. Отродье.       А потом мстительно вставил ему сразу два пальца, от чего солдат оглушительно вскрикнул, вцепляясь в капральскую спину. Ни капли нежности. Когда нужно, Леви может быть жестоким. И Эрен понимал его. Чуть-чуть подождав, стиснул зубы и кивнул в знак того, что можно продолжать.        «Упрямый мальчишка...» — в который раз отметил про себя мужчина, и в знак одобрения опустил руку на чужой напряженный орган, двигая ей туда-сюда и заворожено вслушиваясь в чужие всхлипы, рожденные смесью боли и удовольствия.       Эрена хватает ненадолго. Ловит за руку, крепко, но осторожно сжимая тонкие пальцы. Такой невинный жест.       Поняв его без слов, капрал Леви одним ловким движением забросил немного худощавые ноги себе на талию, до упора входя в горячее нутро. Так узко. Так хорошо, что в глазах зарябило. Почти не давая Эрену времени привыкнуть, Леви начал двигаться, быстро, глубоко и беспощадно, вдавливая того в кровать и больно впиваясь пальцами в чужие бедра. Наверняка потом останутся синяки. Россыпь сине-фиолетовых пятен. Красивая метка.       Йегер громко, надрывно застонал, совсем забывая о том, что их могут услышать. Разрывающая боль и безумное удовольствие разливались по всему телу, лишая возможности думать о чем-либо другом. И этот адский жар, как будто вся кровь внезапно превратилась в лаву. Пальцы на ногах сводило от напряжения, Эрена всего трясло. Снова всхлипнув, он прикрыл глаза, стараясь расслабиться.       Одинокое пламя свечи колышется из стороны в сторону. По слабо освещенной поверхности стены скользят едва заметные тени. Скрип кровати, хриплые стоны капрала и истошные вопли молодого разведчика, заглушаемые собственной ладонью. Влажные пряди волос, так настырно липнувшие к лицу, подрагивающие ресницы. Леви испытывает почти непреодолимое желание коснуться их, но вместо этого просто смотрит. Смотрит, и искренне надеется, что в этом полумраке не видно его собственного лица. Удовольствие маленькими электрическими разрядами приходилось по позвоночнику, концентрируясь в низу живота, а сдерживаться стало почти невозможно. Двигаясь в бешеном темпе, в буквальном смысле втрахивая парня в матрас, Леви кусал и лизал его везде, куда доставал, надрачивая ему в такт своим фрикциям. Особенно глубокий толчок, и Эрена выламывает от наслаждения. Чужая ладонь грубо затыкает ему рот, но неожиданно нежные пальцы оглаживают скулу. От этого стонет еще громче и мотает головой в попытке освободиться.       — Капрал. Я... Я сейчас кончу. Пожалуйста, поцелуйте меня! — во взгляде мольба и угроза. Яростное сияние завораживающих зеленых глаз отдается в подтаявших серых. Мужчина хмурится, ни то от саднящей боли в расцарапанной спине, ни то от усиленной мозговой деятельности.       — Не говори ерунды, — фыркнул капрал, кажется, до хруста сжимаемый чужими ногами, и еще глубже засадил ему, методично каждый раз задевая простату. Йегер взвыл и дрожащими пальцами вцепился капралу в волосы, в попытке то ли притянуть, то ли оттолкнуть.       — Пожалуйста! — упрямо повторил он севшим, но непоколебимо уверенным голосом.       Леви шумно выдохнул. Он сам дико хотел кончить. Эрен так сильно сжимал его в себе, что капрал едва скрипел зубами. Так не пойдет. Капрал внезапно вышел, и резко подхватив парня под колени, закинул его ноги себе на плечи, заставляя того сложиться почти пополам. Ужасно неудобно, но мальчишка сам напросился. Теперь Леви мог дотянуться до лица Эрена.       — Черт с тобой, ладно, — ответил Леви и снова вошел по самые яйца, одновременно засовывая свой язык тому глубоко в рот.       Эрену было достаточно: перед глазами плясали звездочки, а все тело выворачивало от сладостной судороги. В последний раз простонав что-то, подозрительно напоминающее имя капрала, кончил себе на живот, мелко дрожа от наслаждения. Почувствовав, как его со всех сторон плотно обхватило колечко мышц, Леви не выдержал и кончил следом, заполняя парня горячим семенем, и до крови прикусив за язык.       Свеча давно погасла, оставляя в напоминание только серебристый дым. Створка окна стучала от сильного ветра, а вечно заедающая задвижка лежала на полу возле письменного стола. Надо было встать и прикрыть окно, но у сильнейшего воина человечества, вопреки самому названию, просто не было на это сил.       — Йегер, ты дерьма кусок, — мрачно пробубнил Леви куда-то в шею парня, непроизвольно переплетая их ноги. — Из-за тебя я не успел доделать отчет на завтра.       — Простите... — сонно отозвался Эрен, ласково поглаживая чужие волосы, и отчетливо понимая, что так просто ему не отделаться. — Но это вы начали, — вдруг запоздало отметил, в ответ получая лишь громкий храп старшего по званию.       «Упрямый мальчишка» — пронеслось на краю сознания капрала, который намеренно ушел от ответа, притворяясь спящим, что было недалеко от правды. — «Мой».

***

      — Эрен!       Утро для Эрена Йегера, несущего в одной руке швабру, в другой тряпку, а в зубах ведро с мыльной водой, на пути периодически встречающего непреодолимые препятствия в виде появившегося в самом неожиданном месте порожка, не задалось с самого начала. Взять хотя бы то, что окрыленный своими ночными приключениями парень никак не ожидал, что его разбудят в шесть часов утра, и, нежно потрепав по волосам армейским сапогом, отправят на романтическую уборку всего левого крыла. Ни то, чтобы Эрен надеялся избежать своей участи. Поэтому отчаянно зевая и почесывая растрепанный затылок, он немедленно поступил к выполнению приказа. Но это — только полбеды.       Ведь прямо сейчас к нему направлялся взъерошенный, отчего-то очень напуганный, размахивающий руками Армин. Ничего хорошего это не предвещало.       — Эрен! Господи, ты жив! Как я рад тебя видеть! — счастливый до усрачки друг начал и все никак не прекращал трясти за плечи ничего не понимающего Йегера, который едва успел аккуратно пристроить свой инвентарь у стенки. — Мы так волновались, когда ты пропал. Все обыскали. Даже в кладовке посмотрели. Где ты был, Эрен? — не унимался блондин.       — Погоди, Армин. С чего ты вообще решил, что я пропал?       — Тебя не было всю ночь, — безапелляционно заявил друг. — Вот мы и решили...       — Вы что, за мной следите? И кто это "мы"? — Йегер принял оборонительную позицию. Как бы Эрен не доверял своим друзьям, он не хотел доставлять капралу еще больше неприятностей.       — Мы — это я и... — начал было блондин, но закончить ему не дали.       — Эрен! — а вот сейчас парню показалось, что земля затряслась под ногами. Из-за угла вырулила брюнетка в красном, сбитом на бок шарфе и с абсолютно чумными глазами. Теперь уже двое друзей повисли на несчастном парне, что-то спрашивая у него наперебой.       — Эрен... Я всю ночь сидела у тебя под дверью... Где ты был? ... Микаса разбудила меня в три утра, потому что ты пропал... Эрен, где твоя куртка? ... Эрен...Эрен...Эрен... — все, что удалось выхватить из этого непрекращающегося потока информации. Парень даже слегка попятился.       — Что за назойливый шум с утра пораньше? — низкий и необъяснимо приятный голос разбавил эту какофонию, заставляя всех разом замолчать. — Йегер, что тебе было велено делать и почему ты до сих пор прохлаждаешься? — строго спросил капрал Леви, одетый уже в свою обычную форму. Его лицо привычно холодно и жестко, а в голосе слышится явное пренебрежение.       — Прошу прошения, сэр, сейчас же приступаю, — так же официально ответил Эрен, салютуя тряпкой. Заметив это, неловко покраснел, отбрасывая ее на пол. — Извините.       — Извиняю. Проваливай уже. — даже со своим небольшим ростом, этот человек умел выглядеть угрожающе. — А вы чего встали? Правое крыло. Тряпки возьмете в чулане.       — Сэр, но Эрен...       — У Эрена было важное поручение от начальства, о котором незачем знать посторонним, поэтому вы не нашли его в своей комнате, — перебил Армина Леви, понимая с полуслова, о чем именно он спрашивает. И добавил угрожающе тихо. — Вопрос снят. Живо за тряпками.       Солдаты не заставили себя долго ждать и моментально рассосались.       — Эй, Эрен, — когда Армин и Микаса скрылись из виду, капрал окликнул поднимающего с пола швабру парня. — Ты забыл у меня куртку. Зайдешь сегодня вечером, чтобы забрать. Я жду.       Эрену показалось, что глаза мужчины странно блеснули. Он притянул Йегера за ворот, быстро мазнув губами по его губам и, развернувшись на пятках, ушел по своим капральским делам.       Нет, все же утро было прекрасным. Так подумал Эрен, отчаянно краснея.       И только внимательный Армин задумчиво перебирал в чулане тряпки, смутно догадываясь по подозрительно знакомому отпечатку зубов на шее у капрала, не до конца прикрытому белым платком, о каком важном поручении от начальства шла речь.