Физика - это наше все.

ГЛАВА ИЗМЕНЕНА POV Автор       

17 сентября. 9:00

      10«Б» находился без присмотра учителей, поэтому в классе творилось что-то страшное.       Как Только Василиса и Фэш вышли за дверь, сказав, что уходят в учительскую на пару минут (а это значило, что они не вернутся), так все оживились. Гарлюпин достал ноутбук и начал рубится в Доту. Многие собрались в кучки и что-то бурно обсуждали. Одну такую группу нельзя было не заметить. Это сборище состояло из Шуклова, Лихогубова, Ноженко и Корчагина. Они сидели за столом, на котором стоял какой-то коньяк и 4 пластиковых стаканчика. Там же был один огурец. Миша Шуклов наливал, и они пили все вместе, закусывая этим бедным огурцом.       Лиховидова и Ковярова сидели за столом, который располагался ближе всего к столу бухающих, и что-то обсуждали. Это точно были книги, и в этом никто не сомневался. У группы бухающих закончился коньяк, и Лихогубов достал коробку из-под конфет «Раффаэлло», из которой вытащил пакетик чего-то не понятного.  — Херасе, Влад, — обратился Шуклов к Лихогубову. — Ты где это достал?  — Надо связи иметь, чтобы такое найти. Ну че, нюхнем?  — А может не надо? — спросил Антон Ноженко. — Ну, вдруг что.  — Ты только из всего из кирпичный завод не разводи, а то потом кто убирать будет? — говорил Влад. — Щас немного нюхнем, нас пропет пару минут и конец. И никто не заметит. Или ты против?  — Да не, я не против. Ну, а вдруг завуч зайдёт или директор?  — Какой идиот с первого этажа полезет на четвёртый, только для того, чтобы посмотреть, чем тут занимается 10«Б»?  — Ну, не знаю. А не пошло бы оно все… Че сел? Вскрывай, — сказал Ноженко с какой-то странной уверенностью.

Тем временем в учительской.

       В учительской собрались одни самые молодые учителя. Это Ляхтич, Драгоций, Огнева, Резникова и Чаклош. У Ляхтича урока не была, так как шестиклашки уехали на экскурсию в какой-то Подзалупинск. Драгоций и Огнева просто оставили класс без присмотра, у Резниковой урок будет только через полтора часа (никто не знал, зачем она так рано пришла), а Чаклош просто так пришёл на работу, хоть и у него выходной.       Хотя нет, он пришёл не просто так, а с алкоголем. И вообще, они все собрались, чтобы отпраздновать его помолвку с Дейлой Огневой, так что учителя зря время не теряли. Фэш начал наливать шампанское в бокалы:  — Ну что, выпьем за этих молодых людей. Надеюсь Дейла не такая как Василиса! — сказал Ляхтич  — Я нормальная!!! Завали свою хлеборезку, химик-недоделыш.  — Ой, кто бы говорил? Дурдом ромашка № 10 с косым забором.  — Ты главное с дразнилками не переборщи, а то все увидят, какой у тебя… — она показала на пальцах. Все находившиеся в учительской смотрели за их перепалкой. — И кстати, те фотки, которые ты мне года три назад пересылал, у меня сохранились, я могу всем показать!!!  — Не смей, я буду молчать. Только давай без них.  — Славно. Так, не стоим, наливаем, пьем.        Никто не понял, что произошло, все продолжили свои дела. Вот закончилось шампанское, Фэш решил покурить, а с ним — Марк и Ярис. Фэш не успел и два раза затянутся, как из его пальцев выхватили сигарету. Это была Василиса, и она с уверенностью курила. Короче, было весело.  — Слушай, Василис, — говорил пьяненький Фэш. — Все, что происходит в нашей жизни не случайно, так и та ночь, пару дней назад была не случайна. Так что это все судьба, и я в неё верю.  — Что ты хочешь этим сказать? — тупила Огнева.  — Ну, я думаю, что нам нужно… — он не успел договорить, как его перебила Василиса.  — Слушай, я с тобой трахаться не собираюсь.  — Да не секс. Я думаю нам нужно, ну, там, не знаю… Погулять, в кафешку сходить или в кино.  — Ты меня типо на свидание приглашаешь?  — Ну… да?  — Знаешь, я не думала, что буду встречаться или ходить на свидание со своим соседом-алкашом, с которым я знакома всего пару-тройку недель.  — А ты подумай, может что-то выйдет!  — Что может выйти из такого, как это… Ладно, не хочу шутить. Я не думаю, что мы продержимся и пару недель. Но жизнь без риска, не жизнь.  — Вот это другое дело.

В коридоре.

       Из кабинета физики доносился очень громкий ор. Была слышна музыка, смех и разбивание чего-то об стену. Елене Мортиновой, которая являлась завучем, это не понравилось, и она решила посмотреть, что же там творится, и почему два учителя не могут справится с детьми.        Она открыла дверь, и в кабинете будто время остановилось. На столе стоял мальчик в трусах. Осколки от какой-то стеклянной бутылки валялись у двери. Музыка играла, дети с лицами ужаса смотрели на яростного завуча, даже какая-то левая парочка, лизавшаяся в углу, прекратила своё дело. Из тех кирпичей, которые наделали бедные детки, можно было бы строить огромный дом.        Елена сама была в шоке, но в таком состоянии она пробыла не долго.  — СУКА, ДРАГОЦИЙ!!! В КАКОЙ ЖОПЕ ТЫ ТОРЧИШЬ?! У ТЕБЯ ДЕТИ БЕЗ ПРИСМОТРА!!! ОГНЕВА!!! ТЕБЯ ЭТО ТОЖЕ КАСАЕТСЯ!!! ВЫХОДИТЕ!!! — ей никто не отвечал, потому что в учительскую тоже кирпичами завалило. Драгоций и Огнева стояли в ступоре. — ЕСЛИ Я ВАС НАЙДУ В УЧИТЕЛЬСКОЙ БУХИМИ, ТО ВАМ НЕ ЖИТЬ.        Василиса и Фэш вышли из учительской уже трезвыми. Драгоций хотел убить всех детей, за то, что они начали шуметь. Огнева и Драгоций подошли к кабинету и синхронно спросили:  — В чем дело?  — Да нет, ничего интересного. Просто ваши дети включили музыку, просто громко смеялись и просто били бутылки с бухлом об стену. Это все очень просто. Поэтому я вас, — Мортинова указала на учителей, — И тех, кто пил или принёс спиртное в школу, я веду к директору.  — А может не надо? Мы больше так не будем! — говорил Фэш.  — Будете, не будете, все равно к Лиссе. И, пожалуйста, наденьте на этого мальчика, — она указала на Влада, стоящего на столе в труса, — штаны.  — Лихогубов, быстро слез с парты и натянул брюки! — рявкнула Василиса. Влад так и сделал. — Так, а теперь говорим, кто у нас бухал?        Все люди в классе указали на Ноженко, Лихогубова, Шуклова и Корчагина. — Вышли вон из класса и на первый этаж к кабинету директора.        Кажется, не самая лучшая встреча с Лиссой Викторовной их ждала впереди.

В кабинете директора.

       Лисса Викторовна должна была весь день заполнять важные документы, поэтому она оповестила всех и вся о том, что никто не должен даже пытаться приблизиться к её кабинету. Но Мортиновой было наплевать на предупреждение Лиссы. Она давно метила на пост директора и считала эту школу почти своей. Поэтому, когда Мортинова влетела в кабинет, Лисса, уже привыкшая к таким выкрутасам, лишь раздраженно вздохнула и спросила:  — Что на этот раз?  — Заходим, — скомандовала Елена кому-то в коридоре. — Эти дети, — она показала рукой на вошедших Василису и Фэша, — пили коньяк прямо в кабинете. Один из них залез в трусах на стол и начал плясать под музыку, а потом и бутылку от пойла разбил.        Лисса иронически выгнула бровь и сказала:  — Они вроде уже не дети. Да и пьяными не выглядят.        Мортинова обернулась и, увидев, что в кабинет вошли только Огнева и Драгоций, рявкнула:  — Зашли все, БЕГОМ!!!        Секундное замешательство, и в кабинет, потупив взоры, вошли четыре парня.  — Вот ЭТИ дети пили в кабинете. — сообщила Елена.  — Ну, а где же были Фэш и Василиса? — спросила Лисса.  — По каким-то неведомым причинам они находились в учительской.  — Хорошо, Елена, можете идти. Я с ними разберусь.        Мортинова гневно посмотрела на всех, но кивнув вышла. Лисса устало потерла переносицу и обвела взглядом ребят. Потом она перевела взгляд на Фэша И Василису.  — Ну, и какого черта вы делали в учительской во время урока?  — Ну как что, ма… Лисса Викторовна… — не успела договорить Василиса, как её перебил Фэш:  — Нас Ярис пригласил отпраздновать его помолвку с Дейлой.  — Заткнись, — прошипела Василиса.  — И вы это решили сделать на уроке? — начала спрашивать Лисса.  — Ну да. Мы не думали, что дети будут шуметь. Они же уже взрослые, наверное, понимают. — все ещё говорил Драгоций.  — Фэшиар, вы только послушайте, что вы говорите. Десятый класс. Они же хуже первокласников! Ладно они пили, мы и похуже видели. Но вы только представьте, если бы они тра… решили бы заняться непристойностями?  — Пф… Да вы в своем уме? Они же не умалишенные, чтобы такое творить!  — Именно таковыми они являются в данное время.  — Ну что вы… — не успел Фэш договорить, как со стороны большого горшка с цветком послышались какие-то странные звуки.        Василиса и Фэш обернулись и увидели блюющего в цветок Антона Ноженко. Далее повеял наичудеснейший запах рвоты.  — ЧТО ТЫ Б… НАДЕЛАЛ? ЭТО БЫЛ МОЙ ЛЮБИМЫЙ ЦВЕТОК! — вскочив, закричала Лисса.  — Ну и что, это же прекраснейшее удобрение. — сказал Влад, который еле стоял на ногах.  — Нет, ну, а че я сразу виноват? Это не я поил всех, это они меня насильно напоили. — сказал Антон. — И ещё, против природы не попрешь. Причем из меня пошло ещё в коридоре.  — А мы ещё нюхали, — вдруг сказал Илья, который до этого не говорил ни слова. Как говорится: редко, но метко.  — Чтооо? — с широко раскрытыми глазами спросила Лисса.  — Да он шутит, — ответил Влад, — правда же, Илья? Это были конфеты «Рафаэлло»!  — Но это был… — хотел сказать Корчаги, но ему не дал сказать Антон, потому что повел его к горшку с рвотой. Почувствовав этот запах, Илья решил заткнутся.  — А где эти конфеты? — вкрадчиво спросила Лисса.  — Эээ… Мы их съели, — начал Влад.  — Все? — продолжила допрос Василиса.  — Ну, почти… Остальные мы отдали Лиховидовой. Она такие любит.  — Фэш, приведи Лиховидову сюда. И побыстрее.        Через несколько минут Фэш вошел в кабинет с девушкой с непослушными темно-русыми волосами.  — Катя, ты можешь достать коробку «Рафаэлло», которую тебе дали мальчики? — сказала Лисса.  — Могу. — с готовностью ответила Катя и, открыв рюкзак, достала злосчастную коробку.        Василиса сразу же забрала её и открыла. Там оказалось пусто.  — Катя, а где конфеты? — спросила Василиса.  — Мы их съели.  — А вы точно их ели, не нюхали?  — Мы их как раз съели.  — А вам не показалось что-нибудь необычным?  — Если не считать танцующего Влада на столе, то нет.

Потом все четверых мальчиков наказали.

17 сентября. 10:30