Попытайся вновь вернуть мне смысл жизни

Каждому дьяволу положен свой ангел, И ты нашла меня на городской свалке, Запачкав девственные крылья пылью Унесла, ведь я был таким жалким. Мой сухой хворост обрел свою зажигалку, И мы поселились в моем замке, черном, Где ты проводила уборки упорно, Но порядок ни при чем, ты просто обручилась с обреченным.

      Самое трудное — начать сначала. Трудно возобновить дружбу, забыв старые обиды. Трудно сделать первый шаг, когда твои ноги отказываются тебя слушать. Трудно дышать, потому что твой мозг не даёт сию команду. Трудно вымолвить слово, когда у тебя в горле застрял ком. Трудно снова начать жить прежней жизнью.       Жизнь Кэролайн крошилась, как булыжник, который ударили пару раз кувалдой, на глазах. И самое трудное было прекратить себя мучить. Диалог с самой собой вводил девушку в то особенное состояние, когда мозг уже не понимал, что есть правильно. Желание отомстить брало вверх, и она шла убивать.       — Вот к чему я пришла.       Кэролайн встала с кровати и осмотрелась вокруг. Эти четыре стены, которые она называла своей комнатой, давили на неё, но это казалось смешным по сравнению со взглядом Никлауса. Его серые глаза сжигали её изнутри, будто своим взглядом он вколачивал в её тело затупленный кол, чтобы вампирше было больнее умирать. Представив себе эту картину, блондинка зажмурилась и глубоко вздохнула. От такого тяжёлого вздоха, что-то в груди кольнуло, и девушка ойкнула.       — Кэролайн? Можно зайти? — дверь приоткрылась, и в комнату заглянула Ребекка. Утвердительно кивнув, вампирша вновь села на кровать и посмотрела на древнюю. — Клаус устраивает приём сегодня, ты знала?       — По какому поводу праздник?       — Он хочет всем показать, что королевская семья справилась с болью потери ребёнка.       Ребекка опустила глаза и сцепила пальцы в замок, ей тоже было трудно. Она хотела бы, как Кэролайн, забиться в какой-нибудь угол и захныкать, как маленький ребёнок. Её жизнь не складывалась так, как она хотела. У неё не было никого, кроме братьев и от этого ей становилась грустно. Ребекка принадлежала к самой сильной семье в мире, но какой был прок из этого?       — Клаус выжил из своего чёртового ума? — недовольный вопль Кэролайн разлился по всей комнате, она знала, что гибрид не дружил со своим разумом, но чтобы всё было настолько плохо? Такого Кэролайн знать никак не могла. — И кого он пригласил?       — Всех желающих.       — Значит, и ведьмы будут... — лицо Кэролайн вмиг изменилось, венки на глазах выступили с бешеной силой, а клыки опасно заблестели, когда вампирша вдруг зарычала. Злоба вскипела в венах блондинки, и она вскочила с кровати, ноги Кэролайн сами привели её к двери комнаты Никлауса. Она хотела сорвать эту идиотскую дверь с петель и кинуть её прямо в гибрида, но нотки здравого рассудка не дали ей это сделать. — Открой эту чёртову дверь, Никлаус-чтоб-ты-сдох-Майклсон! — сильный удар ногой о злосчастную деревяшку, и, о чудо, дверь открылась. — Наконец-то. — "нечаянно" задев древнего плечом, девушка вошла в комнату и плюхнулась в кресло. — Объясни мне, по какому случаю ты устраиваешь этот чёртов праздник?       Клаус, цокнув языком, закатывает глаза и закрывает дверь. На минуту он замечает огонь в глазах блондинки и слегка усмехается.       — Ребекка тебе уже всё рассказала, милая.       Тихий смешок Кэролайн и удивленный взгляд Клауса. Они были одним целым и понимали это, но почему они ещё не были вместе? Все слова были сказаны и желания друг друга они точно знали, так что же пошло не так? Никто из них ответить не мог.       — Я знала, что ты не избавишь себя от возможности подслушать.       Гибрид сел рядом с вампиршей и взглянул ей прямо в глаза. Они редко позволяли это себе. Проявлять чувства по отношению к друг другу было не для них.       — Я подготовил для тебя платье, думаю, ты будешь не против, ведь у тебя не было времени заняться своим нарядом.       — С чего ты взял, что я заявлюсь на приём?       Кэролайн закинула ногу на ногу и уставилась на гибрида, который вовсе не ожидал такой реакции. Кэролайн уже давно не проявляла свой волевой характер.       — Ты должна быть там, Кэролайн. Прошу тебя.       — Хорошо, я буду там.       Глаза Клауса удивленно заблестели, он не думал, что так быстро уговорит вампиршу. Кэролайн даже не ожидала от себя такого быстрого согласия. Просто что-то заставило её согласится. То ли фраза "прошу тебя", то ли мольба в его прекрасных глазах.       — Спасибо, Кэролайн, и вот ещё что... На приёме будет присутствовать опасный ведьмак. Не зли его, дорогуша, иначе ты пожалеешь.       — И что он может мне сделать? Я разорву ему его горло в ту же секунду, как-только его губы начнут произносить заклинание.       Клаус сел ближе к девушке и накрыл её щеку своей ладонью.       — Его магия заключается не в этом, милая.       — А в чём же?       Сейчас блондинку не волновала рука гибрида, которая нежно гладила её щеку. Она лишь хотела знать, что за ведьмак посетит их приём.       — Он высасывает магию из магических объектов. Если он прикоснется к тебе, ты почувствуешь ужасную боль, и его "невинное" прикосновение может закончится для тебя смертью, так что избегай Кая Паркера.       — Избегать Кая Паркера. Я поняла.       Кэролайн широко улыбнулась мужчине и встала с дивана. Чего точно она не собиралась делать, так это избегать этого загадочного колдуна, но Клаусу это знать было необязательно.