Игры бывают разные
22 апреля 2017 г., 23:49
От лица Кэролайн
Никогда не видела его таким расслабленным. На лбу нет тех складочек, которые всегда сопровождают его лицо. Мне даже на секунду показалось, что это вовсе не Клаус. Разве он может быть таким... спокойным? Нет, конечно, нет! Возможно, я не в него кинжал воткнула, а в себя и это у меня начинаются галлюцинации? Мне нужно уйти отсюда. Я не смогу здесь находиться! Я не смогу его пытать. О чём я думала, когда похищала Майклсона? Странно, что ещё никто из его семейки не позвонил ему. — К-Кэролайн... Его охрипший голос разрушает тишину, длившуюся приблизительно семь часов. Клаус не открывает глаза, лишь шепчет без умолку моё имя. Чего он хочет от меня? Чтобы я вытащила нож? Нет, не будет такого. Умру, но он не получит помилования! — Что случилось, дорогой, тебе плохо? — он кивает головой и пытается открыть глаза. Видимо, ему пришлось приложить к этому усилие, но он всё же смог это сделать. Глаза Никлауса смотрят на меня, и я даже не осмеливаюсь отвести взгляд. — Ты любил меня? Злосчастные слова срываются у меня с губ, и я быстро отрываю взгляд от его лица. Зачем я это спросила? Хочу ли я это вообще знать? — Да кто ты вообще такая, чтобы я тебя любил? А?! Не было и минуты, чтобы я не думал о ней! — его слова глубоко ранят меня, и мне даже показалось, что ко мне вернулись чувства, но потом я поняла, что это подползло желание убить этого заносчивого гибрида! Он лгал мне! Всегда! — О Кэролайн... — Что? — тяжело выдыхая, я проглатываю комок, который появился не понятно откуда. Видимо, он начал бредить. Что-то во мне торжествует и это так странно. Радоваться, зная, что новой тебе это чуждо. Это противоестественно моей природе. Я не хочу чувствовать даже самое малое, что близко человеку. Это слишком больно и не оправдывает себя. Это как... Например, ты хотела на десерт мороженное с малиной, а тебе принесли с клубникой! А я ненавижу клубнику! От такого примера меня бросает в жар, и я про себя начинаю посмеиваться. — Мне жаль, Никлаус, я практически поверила. — Хоуп... От имени малышки у меня перехватывает дыхание, и я закрываю Никлаусу рот рукой. Пусть молчит! Не хочу его слышать!!! — Заткнись, Клаус. Его бормотания прерывает телефонный звонок. Как мне и ответить на звонок, и заткнуть Клауса? Ответ приходит из ниоткуда. Сворачиваю Никлаусу шею и подбегаю к телефону гибрида. Несколько раз провожу по экрану, чтобы ответить на звонок, но сенсор отказывается реагировать на моё прикосновение. — То, что ты сбежал из дома тебе не поможет, брат. Спокойный голос Элайджи вызывает у меня улыбку, и я не могу выдавить из себя ни слова. Понимая, что нужно всё же ему ответить, я произношу: — Привет, Элайджа. Весёлым тоном говорю я и жду его ответ. Элайджа, наверное, сейчас в полнейшем шоке, ведь я вроде как покинула город. — Кэр? — только и произносит древний. — Ты вернулась? Где Клаус? — Я никуда и не уезжала, Клаус сейчас... — в голове куча отмазок, но все они не подходят, Элайджа может неправильно понять, — ... я не знаю где он. — Да я прям гений! Лучшего не могла ничего придумать. — Мы встретились в парке, повздорили, он забыл свой телефон на лавочке. Я отдам ему сегодня, ты, я так поняла, не знаешь где он. — Нет, не знаю, но... Кэролайн, я хочу встретиться с тобой. Я волновался. Я всё же надеюсь, что ты дашь мне шанс. Я слышу столько отчаяния в его голосе, но я не могу ему ничем помочь. Мне нужна лишь моя дочь. Не он. Не Клаус. — Ох, если бы я хоть чуть-чуть была достойна тебя, Элайджа, всё было бы иначе. Прости меня, если сможешь. Я отключаюсь и смотрю в сторону мёртвого гибрида. Кажется, он приходит в себя. Странная у меня игра получается. Хотела сделать ему больно, а всё никак не получается. Или я просто не хочу. — Почему эта бессмысленная вражда всё никак не закончится, отец? Неожиданно очнувшийся Никлаус пугает меня, и я слегка вздрагиваю. Умеет он застать врасплох. Подхожу ближе к гибриду и дотрагиваюсь кончиками пальцем к его вискам. Я никогда не знала какой у Никлауса отец, лишь слышала о нём рассказы, не один из них мне не понравился. Внезапно я оказалась совсем в другом месте. Это был лес. Я слышала чьи-то голоса и решила прибежать к их обладателям. Никлаус стоял ко мне спиной. Он был в какой-то непонятной одежде, его волосы были до плеч, а в руках был меч. Никогда его не видела таким... беззащитным. — Заткнись, мальчишка! Нашу вражду может завершить лишь твоя смерть! — Майкл приближается к Клаусу и хватает его за горло. От этого мужчины веет опасностью и ненавистью. Вдруг во мне вспыхивает острое желание защитить Клауса от его отчима, я подбегаю к ним и хватаю мужчину за руку. Он переводит на меня свой яростный взгляд и отпускает гибрида. — Ах, а это же наша золотая девочка! — Отойди от неё, Майкл! — древний наотмашь бьёт меня по щеке, и я падаю на спину. Я чувствую страх, который окутывает меня. — Кэролайн! Клаус подбегает ко мне и подымает, я утыкаюсь ему в плечо и лишь громкое дыхание даёт понять, что я всё ещё жива, а не умерла от страха. — Что ты сделаешь мне, мальчишка? Ты трус, признайся, ты даже её не можешь защитить! — Ты ошибаешься. Никлаус отпускает меня, и я чуть ли не падаю без его поддержки. Как он смог преодолеть все те трудности и обиды, которые преподносил ему Майкл? Как он смог всё это выдержать? Не удивительно, что он стал таким жестоким. От моих раздумий меня отвлекает стон Майкла, он падает на колени с мечом прямо в сердце, а потом падает на землю прямо под ноги Клаусу. Я отхожу от стола, где лежит гибрид и сажусь на холодный пол. Мне так жаль Никлауса. Никто не заслужил того, что пережил он. Я увидела лишь фрагмент из его иллюзий. Я понимаю, что это всё выдумки Никлауса. Но ведь лепить из своего отчима монстра он не стал бы. Спустя час пустых раздумий я встаю и подхожу к Клаусу. Он больше так ничего и не сказал. Никлаус просто лежал без малейших движений, иногда морщась от боли. — Прости меня. Шепчу я ему на ухо, пока моя рука пробивает грудь гибрида, пытаясь найти кинжал, нащупав его, я вытаскиваю оружие, и Никлаус стонет от боли. Нужно дать ему кровь, чтобы он быстрее восстановился. Подхожу к соседнему столу и беру оттуда последний пакет с кровью. Я взяла парочку на всякий случай. Никлаус с жадностью выпивает весь пакет и проваливается в то состояние, которое можно даже назвать сном. Отодвинув от середины стола тело Клауса, я ложусь рядом с ним, кладя свою голову ему на плечо. Мне тоже следует немного отдохнуть. Этот день длился очень долго.
