Мамина дочка

Грипп в такую прекрасную погоду — что может быть обиднее? Пожалуй, только тот факт, что противная болезнь напала как раз в заслуженные дни отгула, когда больше всего на свете хотелось провести выходные с детьми, у которых, кстати говоря, тоже «нарисовался» карантин и в садике, и в школе. Сейчас бы собраться всем вместе и рвануть куда-нибудь. Например, за город, или в парк развлечений, или в кинотеатр на премьеру мультфильма, или в цирк, а еще лучше — в уютное кафе, где подают их любимый горячий шоколад. Но вместо этого пришлось валяться в постели, пить таблетки и терпеть экзекуции от пока все еще любимой супруги. Пока любимой, потому что терпеть с каждым часом становилось все сложнее, а Мурка исхитрялась как могла. И откуда только столько фантазии и народных средств? Дверь в спальню тихонько скрипнула, и Вася тут же зажмурился, наивно полагая, что совесть не позволит супруге мучить спящего. Однако это оказалась не Женя, Кот понял это, не открывая глаз, узнал по шагам. — Малыш, тебе ко мне нельзя, — он ласково улыбнулся дочери, — а то заразишься, придется и тебя лечить. «И мама с меня с живого шкуру спустит и глазом не моргнет». Но в слух этого, естественно, не было. — Не залажусь. У меня вон что есть. В следующую секунду малышка извлекла из кармана невесть откуда взявшуюся в доме медицинскую маску и принялась деловито ее натягивать. Ионов сдавленно хрюкнул, попытался скрыть смешок за деликатным покашливанием, но вместо этого раскашлялся не на шутку. — Сейчас-сейчас, папочка. Рита, наконец, водрузила на личико маску и двинулась в сторону отца, который грозил задохнуться в любой момент, ибо ничего другого смех вперемешку с кашлем не сулил. Маска закрыла почти все личико, видны были только глаза, но и те норовили вот-вот скрыться под тканью. — Мама сказала, что ты непослушный. Даже хуже чем Мишка, — девочка без труда влезла на родительскую кровать и принялась выдергивать одеяла из рук отца. — А еще мама сказала, что тебе нлавится болеть, лаз ты не хочешь лечиться. Девочка задумалась. Кажется, мама бубнила себе под нос еще что-то, но она, к сожалению, не запомнила. Противная маска поползла вверх и окончательно закрыла глаза. Пришлось выпускать из рук одеяло и поправлять ее. Малышка даже возмущенно фыркнула. Это же надо, почти добралась до отца, а теперь все по новой. Поначалу она даже подумывала над тем, чтобы обидеться, но потом отчего-то передумала. Вместо этого Риточка уселась прямо на завернувшегося словно в кокон Кота и елейным голоском поинтересовалась: — Папочка, лечиться будем? Вася под одеялом вновь сдавленно хрюкнул, а потом и вовсе заржал в голос, отчего сидящая на нем девочка чуть было не свалилась. — Милая, меня мама лечит, — Ионов все же высунулся из своего временного укрытия, — а ты кукол своих лучше полечи. Девочка обиженно надула губки. — Они не болеют. — А ты на всякий случай. — Не хочу! Тебя хочу лечить! Давай лечиться, папочка. Кот обреченно закатил глаза. Зря они вчера смотрели мультик про ужасную Машеньку и несчастного мишку. Вон своя Машенька появилась, и это вкупе с Женькиным характером. — Риточка, а может, не надо? — жалобно взмолился больной. Девочка окинула его оценивающим взглядом, но результатом явно осталась недовольна. Наморщила хорошенький носик и совсем как Мура покачала головой. — Надо папочка, надо. Я сейчас. — Ты куда? — За лекарствами. Малышка ловко вскочила на ноги, сползла с кровати и поспешила вон из комнаты. В дверях столкнулась с матерью, которая все это время внимательно вслушивалась в ход беседы, но, не проронив ни слова, скрылась в детской. Послышался жуткий грохот, возмущенное сопение, и топот маленьких ножек переместился в сторону кухни. Оттуда родители уже услышали звяканье посуды и негромкую перебранку детей. Женя, все это время стоявшая у двери, наконец, «отлепилась» от стены и прошла в спальню. — Мур, спаси, — тут же взмолился супруг. Девушка широко улыбнулась. Надо же, бравый капитан боится трехлетнюю девчушку. Расскажешь кому, так не поверят. — Мамааааа, — раздался с кухни голос Риты, — где большой укол и банка с малиной? — Жень, — Вася по-прежнему говорил полушепотом, но теперь еще ко всему прочему сделал огромные несчастные глаза. — Ну-у-у, не знаю, — девушка задумчиво накрутила на пальчик русый локон. — Может, хоть она тебя вылечит? — А вдруг заражу? — Они оба привиты. — А вдруг добьет? — Кот! — Женя-я-я… — Отвар выпьешь? Парень скривился. Не было никакого желания пить ту чудодейственную гадость, что любимая жена попыталась влить в него сегодня утром. Но и становиться подопытным кроликом маленькой Риты хотелось еще меньше. Она-то уж точно с него с живого «не слезет». И вареньем закормит, и молоком с медом напоит, и компресс сделает (причем, на все тело), и в несколько одеял укутает с ног до головы. Из двух зол ему сейчас предстояло выбрать наименьшее, и как бы парадоксально это не звучало, им сейчас являлась Мура. Ведь чтобы не обидеть Риточку придется очень долго терпеть, а потом еще и от жены с ее народными средствами не отвертишься. — Жень, — парень принял вид великомученика, — Мур… — Ну? — Ладно, — все же сдался отчаявшийся боец, — только если со мной что-то случится, виновата в этом будешь ты. Она устало покачала головой. — Ты бы еще завещание составил, — усмехнулась Женя. — Риточка, не нужно укола, папа лекарство пить будет. Отвар оказался неимоверной гадостью, и Вася непременно бы его выплюнул, если бы не одно маленькое, но весомое «но». Это самое «но» сидело у него на коленях и с завидным упрямством поило его с ложечки. Легче было бы выпить всю гадость залпом, но маленький доктор определенно знал, как нужно лучше. — Вкусно? — язвительно поинтересовалась девочка, и Вася еле сдержался, чтобы не показать ей язык. — Нет. — Ничего-ничего, — покачала головой малышка и, явно цитируя мать, добавила, — зато будешь знать, как без култки в магазин выскакивать зимой. Тоже мне, закаленный спецназовец. Кот поперхнулся. Очередная порция отвара попала «не в то горло». Мужчина удивленно выпучил глаза, Рита же даже бровью не повела. «Маленькое чудовище. Любимое маленькое чудовище» — мелькнула в голове мысль, но вслух было сказано совершенно другое. — Вся в мать. Такая же язва! — Я не язва, — насупилась девочка, — Я — Лита! — Садистка ты, а не Лита, — передразнил дочку Кот. Девочка нахмурилась и, набрав побольше воздуха, завопила навесь дом: — Мамочка, папа меня лугает. И тебя тоже! В коридоре послышались шаги, и капитан тут же медленно сполз под одеяло, накрываясь им с головой. Возникшую на пороге супругу он уже не увидел. Женя окинула «кокон» довольным взглядом, забрала у Риты уже пустую кружку и кивнула ей на дверь. Малышка тут же соскочила с кровати и понеслась в детскую. — Ну? — девушка присела рядом с мужем, — и чего ты там ругался? Кого обзывал? — Никого, — высунулся из-под одеяла Ионов, — сказал только, что она твоя копия. Развели меня, как… Мура счастливо рассмеялась. Надо же, а когда-то она точно так же злилась, когда Мишка с Котом объединялись против нее. Пришло время собирать камни. Девушка восхищенно цокнула языком. — Умничка! Мамина дочка!