Solo Sky

– Совсем дурак, – пробормотал Соло, с трудом разлепив спекшиеся губы. На нескончаемых допросах ему пришлось гораздо хуже, чем Люку. И все же джедай не смог сдержать радости: живой. Конечно, он хотел встретиться с Ханом при иных обстоятельствах, а именно спасти его, но в итоге попался сам. Слишком опрометчивый, непродуманный план. А ведь Скайуокера предупреждали, что привязанности до добра не доводят! Но что он мог с собой поделать? Он бы многое отдал за один одобрительный взгляд или мимолетную похвалу. Вместо этого Соло пребольно стукнул его по лодыжке, и это было справедливо. Хан пожертвовал собой ради свободы одного мальчишки, на плечи которого не иначе как по ошибке была возложена важная миссия. Он столько вытерпел и выстрадал… впустую. К счастью, на Скайуокера у врагов почти ничего не было – он и появился-то всего несколько недель назад. В нем даже не распознали джедая, ведь Люку хватило ума в этот раз оставить световой меч в надежном тайнике. На допросах у него получилось состряпать довольно сносную легенду, а простачка с влагодобывающей фермы на захолустном Татуине даже изображать не пришлось. Юноша повторял, что все это – чудовищная ошибка, и он ничего не знает и ни в чем не виноват. Ему невероятно повезло – допрос вели обычные люди, а не дознаватели из числа ситхов. Люк был крайне осторожен и почти не применял Силу, медленно, исподволь вызывая доверие к своим словам. В отличие от Соло ему не приходилось ни в чем сознаваться. После побоев и ночи в одиночной камере Хан начал рассказывать о том, что доставлял для Империи грузы от не самых благонадежных поставщиков, и о том, как его судно было зафрахтовано людьми, оказавшимися впоследствии повстанцами, которые ввели его в заблуждение. Надеяться на то, что каким-то чудом удастся выкрутиться, не приходилось, но так капитан «Тысячелетнего сокола» мог быть уверен хотя бы в том, что роет могилу себе одному. – Нас будут судить? – улучив момент, спросил Люк. Хан не разделял его оптимизма, он слишком хорошо знал, как может сложиться их судьба и зло буркнул: – На суде присутствуют защитники, а обвиняемым дают шанс оправдаться. Нас перевозят на другую планету для оглашения смертного приговора. Джедай понурился, выискивая возможности для побега. Соло очень не хотелось быть правым, но все случилось именно так, как он предсказал. Их погрузили на корабль, который совершил короткий перелет через гиперпространство и вскоре совершил посадку. Сложно было сказать, где именно. Их уже ждал конвой. Клоны в одинаковой форме и глухих шлемах, призванные защищать обвинителя. Неймодианец в длинном черном одеянии приступил к зачитыванию приговора изменникам и врагам Империи, когда тех уже поставили к стенке какого-то ангара прямо на территории воздушной гавани, где строились и ремонтировались боевые корабли. Люк лихорадочно соображал, что делать. Туго скрученный силовой жгут мог разрушить наручники, но что делать с двумя десятками наставленных прямо на них бластерных винтовок E-11? Отклонить столько выстрелов разом не представлялось возможным, будь у него даже световой меч. Силовая волна – трюк, которым владели даже юнглинги, – тоже имела свои недостатки. Люк не мог применить ее с таким радиусом, чтобы зацепить всех противников, или совместно с экраном, которым можно было бы закрыться от выстрелов тех штурмовиков, что останутся на ногах. – Хан, я… – прошептал он, понимая, что такой возможности уже никогда не представится, но запнулся, не сумев произнести главного. – Что же ты наделал, глупый влюбленный мальчишка, – вздохнул тот, но даже не глянул на Люка. Внимание капитана «Тысячелетнего сокола» привлек ситх в черном одеянии, явившийся, вероятно, посмотреть казнь. Его фигура казалась чужеродной на фоне блекло-серого бетона и такого же тусклого неба. – Привести приговор в исполнение, – заторопился неймодианец, желая угодить зрителю. – Отставить, – прозвучал низкий, искаженный маской голос, и пальцы штурмовиков замерли, не коснувшись спусковых крючков. – Огласите имена осужденных. – Хан Соло и Люк Ларс, – торопливо прочел обвинитель и схватился за горло. Ситх не стал утруждать себя удушением Силой, оторвав жертву от земли, он сразу же отшвырнул ее в сторону. – Ларса в допросную, – приказал он клонам, разворачиваясь на каблуках. – И этого увести. Неймодианец предпочел прикинуться мертвым, чтобы скорому на расправу ситху не пришло в голову завершить начатое. Он не представился, но Люк сразу понял, что это и есть терроризирующее Галактику чудовище – Дарт Вейдер. И все же он не мог сдержать вздох облегчения, он мысленно возблагодарил Силу за еще один шанс, подаренный им с Ханом. Соло тоже не верил своему счастью и поперву не сопротивлялся конвоирам, пока не понял, что их с Люком опять разделяют. Удар прикладом поумерил его пыл, но клон, который это сделал, недолго злорадствовал. Его нога зацепилась за что-то на ровном месте и, если бы не шлем, он непременно расквасил бы нос. Джедай дернул уголком губ – будет знать, как цепляться к его капитану. Ситуация по-прежнему была патовой. Люк вернулся к тому, с чего начал: он в плену и знает только то, что Соло держат где-то поблизости – штурмовики не стали вызывать транспорт, значит, до места, где содержат заключенных, можно было дойти пешком. Однако теперь ему предстояло иметь дело с самим Дартом Вейдером. Его привели в допросную, которая мало отличалась от виденных ранее. Пустое помещение, неудобное кресло, к которому его накрепко пристегнули, единственная дверь за спиной. Он смело посмотрелся в полукруглую зеркальную панель перед собой – за ней ощущалось присутствие ситха. Люку даже показалось, что он смог поймать взгляд Вейдера, но жутковатый контакт продлился всего пару мгновений. Источник неимоверной Силы медленно скрылся за стеной. Люк снова почувствовал его, лишь когда сзади бесшумно открылась дверь. – Вы зря сняли шлем, – проговорил он, рассматривая мужчину, отвечавшего ему таким же заинтересованным взглядом. – В нем вы выглядите более грозно. Желтые глаза слегка фосфорицировали, или Люку это только померещилось? Он поспешил перевести взгляд на блеклый шрам в опасной близости от глаза ситха, но тот уже уловил его испуг и не преминул сообщить об этом: – Вижу, я и без него тебя пугаю, – ситх взял Люка за подбородок, заглядывая, кажется, даже не в глаза – в душу. Жесткие бионические пальцы больно вдавились в кожу, но быстро ослабили хватку, не давая, впрочем, разорвать зрительный контакт. – Знаешь, что ты сейчас сделаешь? – спросил мужчина, тем не менее, не пытаясь Силой принудить к откровенности. – Ты расскажешь мне о своей семье, обо всем, что тебя связывает с Ларсами и Татуином. Расскажешь по своей воле – и тогда я, может быть, отпущу твоего дружка. А если мне понравятся твои ответы, я даже верну ему его ненаглядный корабль. Люк сглотнул и облизнул пересохшие губы. Ситх безошибочно нашел единственную его слабость, и от этого веяло такой жутью. При всем этом он не ощущал враждебности, исходящей от собеседника. Что угодно: боль, ревность, злость – гремучий коктейль эмоций, способных запросто сожрать душу и, кажется, с аппетитом принявшихся за Люка. Однако все это было косвенным. Прежде чем Дарт Вейдер закрылся, Скайуокер смог уловить скрытую за всем этим заинтересованность, участие и что-то еще, странно напоминающее симпатию. Тьма отступила, стало даже легче дышать. Ситх прошелся вдоль зеркальной стены, заложив руки за спину и привычно сцепив живые и металлические пальцы. Люк совершенно напрасно испытывал его терпение, оно очень быстро подошло к концу: – Итак, юноша, я, пожалуй, немного тебе помогу. Начни с влагодобывающей фермы или, может быть, с Оуэна Ларса. – Дядя Оуэн воспитал меня как родного сына, – заговорил Люк, всерьез обеспокоенный такой осведомленностью врага. – Мать умерла родами, а от отца до сих пор нет вестей. – Ты знаешь, как зовут твоих биологических родителей? – Ситх развернулся к нему, и течение Силы в комнате всколыхнулось. – Я сын сенатора с Набу Падме Амидалы Наберри и рыцаря-джедая Энакина Скайуокера, – неохотно произнес молодой человек. – Перед смертью мать дала мне имя Люк Скайуокер. – Давно я не слышал этого имени… – Вейдер, застыв, точно каменное изваяние, с трудом противостоящее шторму. – Значит, я не ошибся. Если бы Люк не был восприимчив к Силе, он бы подумал, что мужчина сохраняет бесстрастность и абсолютное спокойствие, но возмущение вокруг него причиняло юноше почти физическую боль. – Не ошиблись в чем? – спросил Скайуокер, почти не слыша собственного голоса. Именно поэтому он решил, что ослышался или не так понял следующие слова ситха. Слишком уж неправдоподобно они звучали. Нет, он просто не готов был к чему-то подобному, это окончательно выбило почву из-под ног юного джедая и, если бы он не был надежно пристегнут в кресле, то рисковал бы упасть. – Мой… отец?.. – повторил он, едва ворочая непослушным языком, прежде чем сознание окончательно заволокла тьма.