Параллели пересеклись

*Утро*

Лукас: Пробуждения бывают разные, если только не поцелуй в губы. Приоткрыв глаза, Майя снова смотрела на меня. Боже, это прекрасно. Это пробуждение определенно начинало мне нравиться. Но больше всего вдохновляла эта улыбка в глазах, и на лице. -Доброе утро — сонно бормочу я, и поправляю локоны ее волос. Харт такая бархатная и мягкая сейчас, что мне нужно защищать ее от мира всего. В ответ лишь слабая улыбка, и смех. Мне приходится прикрывать от этого глаза, и сердце замирает от сладости касаний. Придвигая ее к себе, девушка оказывается в моих крепких объятиях, и аромат ее шеи сводит меня с ума. -Мне щекотно — мой нос чешется об шейку, и касаясь губами, Майя немного сжималась, стараясь убрать от меня скважину для счастья. У всех были свои аномальные зоны, от которых бегали мурашки. В основном у девушек на 80% бегают марашки от поцелуев или любого касания шеи. Они готовы все отдать за прикосновения, и в ответ лишь улыбка и прикрытые от наслаждения губы. У мужчин же аномальные зоны были практически везде, но шея и ухо на 99% могли заставить парня напрячь все тело и почувствовать, как спина предательски выдавала наслаждение. И это неизбежно. Развернув Майю к себе, и наседая на ее теле своим, под одеялом было уже жарко, и лишь раздетые тела касались друг друга. Нет, секса у нас не было, но руки задирали ее свободную футболку, и мои горячие губы, с холодными руками выискивали изъяны, пока дыхание блондинки не остановилось. Взглянув на нее, я видел в этих глазах радость, и засмеявшись этому, моя голова легла на ее пупок, смеясь как дурак ей. Вернувшись обратно к губам, я понимал, что теперь они только мои, но это соприкосновения мяты, ванили. Ее пальцы, которые скользили по моим упрямо пытаясь спастись вжатие подушек. -Значит Гарвард? — спрашиваю я, и немного поднимаюсь, чтобы посмотреть на Майю. Чтобы посмотреть на свою девушку, на свою проказницу. Ее глаза останавливаются на мне, и пальцы, как в первый раз поглаживают мои неаккуратные губы. -Гарвард — потрясенно и немного грустно отвечает она. Не было еще пар, которые смогли бы пережить все и остаться вместе. Даже разлука по разным городам, не могла заставить скучать по друг другу. Говорят, отношения на расстоянии это очень больная вещь, и просто так это не пройти. Расстояние это враг. Враг всего. Расстояние могло погубить все. Начиная от ярких отношений, и от спасения. Иногда аварийная ситуация и расстояние не давали возможность вовремя добраться до места происшествия, и люди умирали. Но мы не они. Если захотеть, я смогу прилетать к ней, мы могли бы проводить каждые выходные, и я бы снова улетал. -Гарвард — воодушевленно, но практически так же грустно отвечаю я, пытаясь посчитать, на сколько велико это расстояние от университетов. Мое тело слетает с нее, и голова падает на подушку, пытаясь как-то сообщить о том, что придется уехать. Потолок особенно прекрасен, если ты не хочешь смотреть на нее, и расстраивать. -Я хочу тебе рассказать, почему я стал учиться в школе снова — хоть она и не задавала, поэтому вопросы. Мне нужно было найти в себе смелость, сообщить о том, как можно за одну ночь вылететь из университета. Майя приподнимается на локти, и удивленно смотрит на меня. -Я учился — мое начало приостанавливает звонок на телефон. И это был не известный для меня номер. Мои глаза сужаются, и с улыбкой на лице, от поцелуя в щеку *** -Алло- -Лукас Фраер? — я провожу своей рукой по ладони девушки, и прижимаю ее к себе -Он самый- -Это звонит фирма ООО «Трейд» вы должны подписать некоторые документы, для принятия управления фирмой — -Это нужно сделать сегодня? — интересуюсь я. Мне не приходилось обсуждать это с папой. Но видимо, все становится куда хуже, чем можно. -Да, ваш отец собирает собрание вице президентов, и хочет объявить важную новость. — меня это немного заволновало, и остановившись от поглаживания, Майя внимательно посмотрела на меня -Во сколько все будет? — -В 20:00 — Обдумав все свои планы на сегодня. Придется перенести свидание на другой день -Хорошо, я буду — *** Скинув звонок, и отложив телефон на тумбочку, девушка тут же взобралась на мое тело, и схватила руки, как делал я. Это заставило прикрыть глаза, и чуть ли не поддаться этой уловке. -Я ничего не расскажу — отвечая на немой вопрос, Харт злясь, опускает взгляд на шею, и приподнимает брови -Еще раз, и ты труп — этот злобный голос, который выдавал всю сущность некой ревности. И мне приходиться мило улыбнуться. Она ничего не делала, просто сидела на моем торсе, и ее зад, немного двигался вперед назад, заставляя в голове перебирать нужные слова -Прекрати так делать — отвечаю прерывисто я, и Майя лишь шыкает мне, прикрывая пальцем рот. Мое сердце от ее действий просто взорвется, и прикрыв глаза, я не сдаюсь, пытаясь сдержать своих чертиков внутри себя. Красотка расслабляет руки, и губы спускаются на мои, не давая их вкусить снова. Поднимаясь за губами, вверх, слышу ее смех, и это был пик всех моих сдерживаний. Под звуки проезжающих машин, под звуки рычания Снежинки, которая до сих пор мне не доверяла. Волосы падают с ее плеча, и шея настолько отдает ванилью, что хочется касаться ее, каждую секунду. -Прекрати так делать — мы нашли слабые точки друг друга, но останавливаться не хотели. Сидя на кровати, они извивалась по моим гениталиям, а я лишь касался губами шеи, и посасывая оставлял свои метки. И мне этого было достаточно, на первое время. Развернувшись, аккуратно положив Майю под свое тело, мои касания поднялись к губам, снова соединяя их. Каждый раз это производит на меня сокрушимые последствия, под которыми сдавались двоя. И я понимал, чем может грозить эти продолжения ласки, и понимал, что не дам ей этого. И хоть все вырывалось на волю, я определенно возбудился, и чувствуя, как набухшая часть меня, уже рвалась в бой. Отрываясь от губ, мне нужно постараться -Скажи мне, что-то невозбуждающее — серьезно произношу я, а Майя лишь смеясь, прикрывает своей рукой глаза. Мне было совсем не смешно, мне было совсем нелегко, особенно с тем, что хотела голова и сердце. Впервые за долгое время, они смогли договориться в моем теле, и блондиночка старается, что-то придумать -Я уеду в Гарвард через три месяца — отвечает мне так же серьезно Майя. И мне это напоминает совсем другое. Она говорила о трех месяцах, а я немного сжал зубы, собираясь с силами, сказать. «прости, но я уеду через две недели» Мое возбуждение, как рукой снялось, и в общей тишине, я падаю на свою подушку рядом с ней, и рукой берусь за свои волосы. Это и правда, было нелегко, даже не стояло с тем, что проходил кто-то в своей жизни. Если говорит о привязанности, боюсь, что это не так, и здесь играют другие чувства. Становится не по себе, и тяжелое дыхание в воздух, заполненный уже их томным дыханием, становится более сжатым. -Я пробуду здесь неделю — шепотом в тишину говорит мой не все тело, которое нашло свое место. С тем кусочком счастья, которое ищет каждый человек. Создавая людей, бог каждому отводит свою значимость в этом мире, и так же создает пару. И пока твой кусочек будет не найдет, ты никогда не остановишься в своих поисках. Оступаясь на каждом кусочке, все старались найти именно свое. Майя впервые так посмотрела на меня, впервые пронзила тело взглядом -Что? — вопросительно корчив мне рожицу, я смотрю на ее испуг. Я нашел свой кусочек счастья, я в этом уверен. Моя рука скользит по светлым волосам, а малышка лишь молча ждет ответа. Стоит лишь рассказать, почему мне пришлось снова учиться в школе, как Майя разозлиться еще сильнее. -Я учился в Оксфорде, когда на втором курсе со своим другом, мы пили. —Мне стоило немного взглянуть в ее глаза, и понять все без слов «не удивительно» — Я ошибся, когда предположил, что никто не упадет. Началась драка, из-за девушки, и парень просто не устоял на ногах и упал — я посмотрел на свои руки, которые начинали потеть. Было достаточно неприятно копать свои воспоминания, вспоминая это. —Я правда хотел помочь, увидев, что парень упал с третьего этажа — мои губы поджимались, и мне было по своему стыдно посмотреть на свою девушку — Я побежал вниз, и он был живой, когда мои руки пытались наложить шину. На следующее утро, меня сдали. Все кто был на крыше, договорились свалить все на меня. — это было обидно. Предательство куда сильнее других чувств, ведь именно она заставляет ощутить на своей коже, как это быть брошенным. Это так же больно, как получить раны от ножа, или пуль. Если вас придает близкий человек, который всегда был для вас на первом месте… Друг оставил меня, даже не извинившись, даже не попрощавшись, он всегда думал только о совей заднице, и об этом предупреждал каждый, но я доверился ему, как своему брату, и оказался на самом дне, где был лишь холод и пустота -Тебя отчислили — нежный голос, и я лишь киваю, рассматривая свои руки. -Отчислили за помощь — отвечаю я, и поджатые губы, невольно начинают подкусываться, вновь и вновь, оставляя ссадины прошлого. Они просто подставили меня, и заставили взять вину, это было чертовски неприятно, и так же предсказуемо. Оксфорд не мог держать в своих стенах «преступника», и люди стали проходить стороной. Чертовски неприятно. -Через две недели, Кембридж принимает меня в свое учебное заведение, поэтому я уезжаю — вот я и дошел до самого важного сейчас. Посмотрев ей в глаза, вижу, как сглатывает комок в горле. И нам было не важно, что часы приближались к двум часам дня, а важно лишь то, чтобы успокоить друг друга. Майя вздыхает и падает головой на подушку, точно так же как и я. У меня нет возможности больше решать, мне нужно было закончить учебу, нужно было решать проблемы по мере их поступления. И эти новые отношения, которые я ждал черт знает сколько, и вот. Вот держи, у меня все в руках. Санта положил подарок мне под Елку, и эти подарки были прекрасны, вот только нужно выбрать всего один. Ведь взять два уже нельзя. Я придвигаюсь к ней, и кладу свою голову на грудь, обнимая так крепко, что боюсь потерять это. -Я не оставлю тебя, обещаю — мой голос был таким спокойным. Вы можете меня бить, толкать обратно в воду, заставлять лежать в коме, но наши дороги все равно будут идти параллельно друг другу, и всегда будут рядом. И у каждых отношений есть переломный момент, у меня он был давно, а это лишь маленькая проблема, из-за которой не стоит нагружаться. Майя смотрит мне в глаза, а я лишь стараюсь уверить ее, что решу этот вопрос до уезда -Обещаю — повторяю я Харт, и готов пролежать так сутками, днями, ночами, не вставать, не есть, не пить, лишь находиться в покое вместе с ней. И моя буря утихла, вместе с ней пришло затишье, и больше ничего не мешало, сесть заново в лодки, и поплыть туда, где солнце сядет, и зеленый луч, пронзит воду. Луна поднимится и осветит темное море, где звезды будут путеводителем, и только два существа, два человека, будут любоваться красотой. Больше не будет никаких потов, будут штормы, но лишь изредка, напоминая, что есть все же величие стихий. Мы просто лежали, я больше ничего не говорил, она нервно водила по моим волосам, пока мои глаза все чаще начинали закрываться, и мои объятия, прикрывающие все тело Майи, заставляли вновь почувствовать вкус ванили. У меня не было предлога, и даже слов, чтобы высказать, что накопилось на сердце, нет сил, чтобы спорить, и ругаться, и точно нет возможности, потерять шанс быть с ней. Да, я ждал долго, да я безумно влюблен в нее, да, мне больше никто не нужен, да я хочу быть для нее последним -Майя —тихо говорю я, нарушая тишину вокруг. Пробегая глазам по комнате, светлой и яркой, и глаза натыкаются на большого плюшевого медведя, и надетой кепкой. И это как знак свыше «ты все делаешь правильно» -Только честно — произношу я, и разворачиваю голову на нее, плоский живот, невольно вздымался, и я чувствовал, как заставала кровь. Ее густые волосы, темные брови, голубые глаза, алые губы, и мне хочет смотреть на нее вечно, не отрываясь, лишь только на нее. -Когда я оставил тебя Джошу на лыжной базе, ты думала обо мне? — интересуюсь я, и вижу в глазах напряжение, а во мне застыло чувство нервности, и готового печального вида на отрицательный кивок. Ее пальцы перестают бегать в моих волосах, и комок, который, мы сглотнули одновременно, говорил за себя. -Тогда, на катке — я поднимаюсь к ней, и кладу руку на подушку, а голову на руку. —Я знал, что ты его любишь, и мне пришлось отступить. Я говорил себе, что если пойдет снег, то я тебя поцелую, и он пошел — смотря ей в глаза, я провел по ее губам, и вздыхаю —Просто, мысль о том, что ты будешь такой же холодной, и я — прикрыв глаза, сам себе не веря, что я был таким трусом, это утруждало мой рассказ. Не договорив, ее губы накрывают мои, и обе руки обвиваются вокруг шеи, от упадка слов, мне остается лишь соприкасаться то верхней, то нижней губой. Отрываясь, она мило улыбается, немного нависая надо мной -Да, думала — отвечает кратко Майя, но этого достаточно, чтобы заставить улыбнуться ей, и посмеяться. Я мог бы для нее свернуть горы, переплыть через океан, прыгнуть вниз, но только если на другой стороне, Майя Харт будет моей. Пройду через огонь, и стану пеплом, но только с ней. Она единственная девушка, заставляющая ощущать все сразу, будь это боль, разочарование, страх, любовь, смелость: все это можно приобрести со своей половинкой, той, которая не сможет без тебя, а ты без нее. Дети не знали, что такое любовь, они знали только понятие этого слова, но никогда не соприкасались с любимым телом, с любимой вещью. Есть любовь к родителям, и она слишком сильна. Никто из детей не знал, как это быть в депрессии после ссор, или расставаний. Как быть зависимыми только от одного человека. Когда твои глаза до сих пор пытаются найти своего человека в толпе, и любой смех, кажется именно его или ее. Когда ты стоишь под окнами, и просто смотришь в свет. Ты становишься чужим для нее, для него, пытаешься избегать встреч, и стираешь все номера с телефона, все фотографии, плачешь, и руки стараются сжечь все фотографии в огне. И люди забывают, находят замены человеку, перестают убиваться, и продолжают жить. И вроде общение возвращается, но один взгляд, и внутри все переворачивается, ты вновь прокручиваешь каждый момент, каждое слово произнесенное им, или ей. И никакому врачу, не объяснить, как такое происходит. Что происходит в этом организме, пока взгляды пересекаются, руки сжимаются, а тела в панике стараются убежать. -Хочешь кушать? — выводя меня из мыслей, Майя сползает с кровати, и подтягивает свою длинную футболку, в которой, ее тело было прикрыто лишь до бедер. И крутив в голове ночь, то как мои руки хотели снять с нее одежду, то как ногти цеплялись за ремень на джинсах, и возвращались обратно в шеи. Майя берет из шкафа полотенце, и немного смотрит на меня. -Тебя не приглашаю, мистер Черничка — серьезно проговаривает Майя, и подкусывает губы, я лишь хмурюсь и щурю свои глаза -Не впускай его Снежинка — командует девушка, и скрывается за дверью прикрывая на чуть. Это было приглашением, я знал это, я знал, что это приглашение. Но вот эта собака вряд ли меня пропустит. Красотка лишь все усложнила. Поднимая свое тело с кровати, делая шаг по белому ковру, к дверям ванны, Снежинка тут же ставила оскал и начинала рычать. Ужасный подарок. Я лишь хмурюсь и смотрю на Снежинку -Вообще то, я тебе подарил, и ты должна слушаться меня, — старался объяснить белой собаке я, но видимо, это смотрелось так странно со стороны, что даже мне стало не по себе. Снова делая шаг к дверям, Снежинка повторила свои действия, и даже выставила свою большую грудь вперед. Я не готов уходить покусанным от Харт. -Ладно, я понял — отвечаю, сдаваясь, я, и поднимая руки вверх, иду обратно к кровати, и сажусь на край, смотря прям на дверь, и ожидая, когда выйдет Майя, чтобы буркнуть на нее, и пойти следующим умываться. Сидев еще долгое время, я стал понимать, что она вообще не собирается выходить, и Снежинка запрыгнула ко мне на кровать, и положила рядом со мной морду. Я стал ее гладить, и она даже стала вилять хвостом, за что и получила долгие поглаживания. -Я все — мне настолько было лень поднимать голову, и смотреть на нее, что я просто продолжил гладить Снежинку, которой тоже было пофиг на нее. Да, этого она не простит, но нам было хорошо. Я нашел другую любовь. Она не будет разговаривать, не будет выпрашивать что-то. -Ты меня слышишь? — спрашивает Майя, а я лишь молча смотрю в глаза большому псу -Снежинка, ты что-то слышишь? — собака приподняла ухо, а потом так же опустила голову, и я получил чем-то тяжелым по своей попе, смеюсь, и Снежинка начинает рычать, я тут же поднимаюсь и смотрю на удивленную Майю -А что ты хотела, 20 минут, и Снежинка уже моя — я ехидно ухмыляюсь своей девушке, и ее полотенце завязанное, вокруг мокрого тела. Кажись, проблемы наступают поочередно. Сначала она сбегает, потом ходит в полотенце. Поднимаясь с кровати, Майя все так же стоит, скрестив руки на груди, и волосы капают на плечи. А убираю воду и касаюсь мокрых губ, легонько, и прерывисто -Завтра приезжает мой папа — говорит после поцелуя красотка, и пробегает рукой по волосам, доставляя кучу слабости. Водила бы она так в кровати, пять минут, и я бы спал. -Значит сегодня мы едем на свидание, а потом я привезу тебя домой — мои руки обвивают крепко ее талии, она с улыбкой подкусывает губы, и это мне так нравиться — и ты всю ночь, будешь петь мне песни, а на утро я сбегу, оставив тебя одну в постели, и лишь потому что пойду за кучу цветами, которые заполнят твою комнату. — Майя засмеялась, а я только представил, и уже захотел этого. —А шары, заполнят потолок, и ты не сможешь их снять, потому что ты маленькая — достаточно просто стянуть с полотенце, и ты снова вовлечен в омут любви и страсти, но для этого, мне нужно совсем другое. Я должен быть уверен, что это подходящий момент, что это не просто секс, что мы оба нуждаемся в сближении настолько большее, чем просто поцелуи. Майя: Он настолько хороший, что в голову вновь влезали фразы, которые Лукас говорил мне еще тогда, когда резал себе руку ради игры, и кухню, где мы поцеловались. И я несомненно помню каждое слово, и его руки сейчас не спускались положенного места, и это было так по мужски. Точнее это было в знак уважения, и правдивости того, что должно быть. Я полностью увлечена им, даже тем, что его щетина колит мою шею, когда губы касаются кожи, и даже то, что сильные руки сжимали так, что приходилось задыхаться. Но этого я никогда не чувствовала, ни с кем. Каждый парень умеет любить по своему, и ухаживать тоже, никто не может повторить одного и того же. Лукас же умел рассказывать и обнимать по своему, так как хотел любить меня в постели, или же просто касаться ночами плеча, чтобы я обняла его. Он так сделал сегодня ночью, разбудил поцелуев в плечо, и просто попросил обнять. Его часть кровати, несомненно, кончалась, и Фраер не жаловался, лишь прикрывал мои ноги, и заботливо водил по волосам. Джейк как-то сказал, что-то про любовь, но я не поверила, и просто проигнорировала, но эти два момента, говорили о моих ошибках. «Мне так нравится больше» после непонятного поцелуя в день знакомства, я понимала, что поцелуи бывают и не грубые, бывают такие, какие нравятся Лукасу, и мне приходилось поддаваться этому, поддаваться. -Ты слишком романтичный — отвечаю я на его все рассказы, и немного сдвигаю брови. Мне никогда не нравились хорошие парни, но почему нравился он? И я не любила романтику, любила, чтобы все было незапланированно, и не было кучу цветов, свеч… Его глаза закатываются -А разве это плохо, хочешь, чтобы я был не романтичным? — он уверенно хмуриться, и его руки резко поднимают мое тело, я могла бы обвить его тело ногами, но это полотенце заставляло держать его руками, чтобы оно предательски не спустилось на пол, без моего обличия в нем -Нет, — ласково отвечаю я. Не поверите, но я привыкаю к себе такой, привыкаю с ним —Хочу, чтобы ты всегда была добрым и романтичным — соприкасаюсь с его губами и снова чувствуя в своем сердце замирание, обнимаю, так, как обнимать буду долгое время. Пока пути не разойдутся, пока Лукас не уедет и не оставит тут одну. Возможно, ковбой надет решение, но в этом я не уверена. -Хорошо, тогда ты — и тут я просто отодвигаюсь от него, и щурю свои глаза. Черничка кивает мне и улыбается —Просто будь собой, какой угодно, я найду способ тебя успокоить, но будь собой — этого было достаточно, чтобы понять, как Лукас Фраер долго ждал этого, ждал меня. И я понимала, где-то внутри, что это случиться, и признать это куда сложнее, чем заставить голову включаться рядом с ним Спускаясь вниз, я уже переоделась и поправляла пучок на голове, пока Лукас умывался. Представляю его в папиных вещах, и начинаю смеяться. Не то, чтобы у папа не было вкуса, просто Лукасу явно не пойдет футболка с типичными картинками машин, в них папа просто любил лежать около бассейна, и шорты в клеточку. Включив телевизор, я положила собаке покушать, и подпевая песням стала разогревать сковородку. Всегда боялась, что распущенные волосы спокойно могут сгореть от огня. Да у каждой девушки, девочки, дамы есть свое опасение, и свой страх. У некоторых их было больше, у некоторых меньше, но никто никогда не стал бы говорить о том, что их нет. Просто кто-то их скрывал лучше, а кто-то их вообще не скрывал. Поэтому я всегда убирала волосы в пучок. Выливая масло на тарелку, я достала из холодильника салаты, яйца, фрукты и нажала кофе машинку, чтобы сделать себе горячего шоколада. Играла Zara Larsson и вообще мне нравилось ее творчество, песни, они были пропитаны своей энергией. Я не знала, что Лукас любит, я на самом деле ничего не знала о нем. Что любит, какой цвет, какие фильмы, что предпочитал… Разбивая яйца в сковородку, крепкие руки обняли меня со спину, и я почувствовала папины духи. Лукас был таким милым, -Дочь, а я думал ты не ждешь — моя улыбка пропадает с лица, и в голове сразу одно слово «тревога». Красный свет в голове, и я быстро разворачиваюсь к своему папе лицом, и смотрю на дверь, где раздевалась Ева и Марина. Вот черт. Я стараюсь им улыбаться, и чешу голову, стараясь под каким-то предлогом сбежать наверх. Ева разделась и с визгом побежала к Снежинке, которая быстро начала убегать на второй этаж. Пальцы на губах, и это было очень неожиданно. Моя голова кружится, а страх внутри вырывался быстрее, чем этого хотелось. Сердце забилось, и моя улыбка, не пропадала. Я оглядывалась на лестницу, пока папа помогал Марине нести пакеты с сувенирами к столу в гостиной. Только не это. И телефон я оставила на вверху. Крик, Ева закричала, и я зажмурилась, понимая, что она его нашла. Как же сейчас мне будет стыдно. Нет, не за то, что это мой парень, а за то, что Лукас Фраер будет полуголый перед маленькой девочкой. Все тут же побежали на вверх, и я поняла, что этот крик из комнаты Евы. Хорошо, хорошо, я резко сворачиваю и закрываю дверь на замок в своей комнате. -Лукас — шепчу я, и иду к ванне -Лукас, господи, пожалуйста, скажи, что ты здесь.- Я стала осматривать пустую комнату. И его нет, я открыла каждый шкаф, зашла в ванную. И тут только его запах. Хватаю телефон с перевернутой постели и пишу смс «Папа приехал, ты где?» и через секунду в мою дверь стучат. Прикрыв свои глаза, я щелкаю замком, и стоит злой папочка и Фраер с извиняющимся лицом -Знаешь, если бы он был бы в одежде, я бы понял — сглатывая нарастающим комок, я чуть ли не покраснела, и совсем забыла о том, какой нужно быть стойкой. Марина проходит за спинами этими мужчинами и показывает класс. —Жду вас внизу, через пять минут — проговаривает папа, и Лукас как маленький ребенок идет ко мне. Он уходит и снова говорит —Двоих- и это точно будет серьезный разговор. Я смотрю на Лукаса, который был в шоке, и точно так же немного нервничая приподнимает брови -Я не знала, что он приедет сегодня — я видела в его глазах вопрос, и выставив перед собой руку, указала на коридор ведущий к первому этажу, и немного сгибая голову на свои ноги, надуваю губы. -Я без тебя к твоему отцу не пойду — отвечает серьезно Лукас, и я вижу маленький испуг в его глазах, а слова немного выдали это. Ковбой натянул свою рубашку, при этом я так внимательно смотрела на шрамы, которые скрылись за секунду. Подходя к нему, мои руки застегивают пуговицы, а он все так же тяжело дышит. Я замечала это каждый раз. Он как ангел, точнее хотел им быть. Ангелы спасают всех, влюбляются и так же стараются помогать. Они спасают, уничтожают все, ради спасения. А я горю огнем, мы не должны были соединиться, как магниты, как два разных полюса, которые никогда не найдут свою середину. Но все разрешилось, дали добро, опустились стенки, опустились каменные фразы, опустилась я. Зеленые до безумия глаза, волосы играют со светом, а его щетина уже не так колит мои руки, они привыкли. А пальцы, они так ласково гладили мою талию, ходя скулами. Я рассматривала его шею, поднималась к приоткрым губам, и тонула в глазах. -Все хорошо? — спрашивает Лукас, и мои губы погружаются в омут молчания, потому что ничего не могло заставить сердце биться тише, или же рукам не бегать в его волосах. Снежинка прыгает на Лукаса и разбивает эту идиллию, забирая его у меня. Спускаясь вниз, он шел следом за мной, немного придерживая за мой мизинец. Нам нечего бояться, мы ничего не сделали. На самом деле ничего. Потому что он не хочет, а мне и без этого хорошо, и я его понимаю. Если бы папа застукал нас, тогда бы я даже не вышла из комнаты. А тут просто парень ходил без майки и все. Он сидел за столом, и как раз Марина принесла всем покушать. -Садитесь — отвечает однословно папочка, и успев посмотреть на Лукаса села за стул, рядом со своим парнем. Все начали, есть, а я упрямо смотрела на кружку, в которой был чай. -Я мог бы тебя выгнать, но раз уж ты расхаживал по моему дому в трусах — папа начал свой монолог, протирая салфеткой рот. Марина хмурится на моего папу, а я лишь начала ерзать на стуле —Значит ты дорог моей дочери, Лукас — к его рту приложилась кружка, а я видела эту победную перепалку взглядами с рядом сидячем бойфрендом. Его руки спокойно лежали на столе, при этом держали в руках приборы. Но Черничка выдавал свой страх, лишь по ноге, которая тряслась под столом. Я положила руку на его колено, и продолжила смотреть на стол, поджимая губы. Он расслабился -Так вы спали? — вроде бы легкий вопрос, но я резко поднимаю голову и смотрю на своего папу. -Алехандро — -Пап — Я и Марина тут же решили впятиться в разговор, и пустить стрелы в его тело. Папа просто поднимает свои руки вверх и все же смотрит на Лукаса. Хорошо, что Ева сидела в гостиной и смотрела мультику. Она их так любила, и я любила их пересматривать с ней. -Все нормально — спокойно говорит Лукас, и поблагодарив за защиту кивает. — Чтобы вы понимали. Я уважаю вашу дочь, и не позволил бы чему-то произойти лишь по своему желанию. — этого было достаточно, чтобы мои глаза смотрели только на Лукаса. Мне совсем не хотелось, есть, и тем более пить, просто смотреть и касается своими руками его пальцев, и смотреть на улыбку в глазах. -Пойдем, поговорим — я услышала папы, и лишь покачала головой. -Все хорошо — поцелуй в лоб, и я смотрю, как эти два тела идут на задний двор. Просто тяжело выдыхаю, и Марина кладет руку на мое плечо. Поддержка от нее, сейчас была важна. Точнее именно присутствие ее у себя. Я утром так и не написала Райли, не спросила, есть ли на сегодня планы, и совсем забыла, что должна сочинить мелодию для песни, которую написала. Помогая убирать со стола, не съеденную еду, я смотрела на мужчин, и то, как внимательно они друг на друга смотрели, но видимо все было не так плохо -Не переживай, он вроде бы хороший — это была что-то вроде спасения, точнее это уже десятый человек, который раскрывает мне глаза на правду. И протирая тарелки от воды, немного нахмурилась и сдвинула брови воедино -А чего вы сегодня приехали? — интересуюсь я и поднимаю голову на Марину. Если я была точной, у родителей Марины завтра праздник. Они уже 40 лет вместе. Я это называла вечной любовью. Любовь с первого взгляда. Сорок лет терпеть друг друга, любить, плакать, и переживать. Нужно было найти своего человека, и я видела такие пары, которые будут вечность вместе. -У твоего папы неотложные дела, пришлось уехать. — она немного с улыбкой ответила, но все же было видно, как она расстроилась. Москва, я когда-нибудь буду там и обязательно почувствую на себе эту красоту города, огней, когда люди просто выходят на улицу и заполняют каждый сантиметр улиц. Лукас: По-моему этот разговор должен был быть куда опаснее, чем является на самом деле. Так практически всегда, кажется что вот, вот все и ты не знаешь ответов на вопросы. Но как только слышишь суть понимаешь, что просто отвечать правды куда достаточно, чем лгать в глаза -И я уехал, после больницы. Пришлось все оставить позади, и вернутся обратно, было куда сложнее — смотря вперед, на снег, я поднимал голову на голубое небо — И я бы не хотел сейчас все с ней портит — тише отвечаю я и немого опускаю голову. Я бы никогда не позволил себе обидеть ее даже словом, точнее обидеть так, чтобы она плакала. Я не люблю слезы, у меня сердце от этого болит, не люблю, когда девушка плачет, и ты ничем не можешь помочь. У меня не будет поводов давать ей возможность ревновать, или же просто ссориться, потому что я буду успокаивать так, как никто не успокаивал. -Долго добивался? — интересуется из любопытства Алехандро. -Да уж — смеясь отвечаю я и немного сдвигаю брови. -Ты хороший парень, Лукас, надеюсь, ты не обидишь ее. Иначе беды не миновать — я понимал его. Как отца. Если бы у меня была дочь, я бы никогда бы не позволил обидеть ее. И я совсем не мал, когда можно заводить речь о детях. Я просто хочу найти свою единственную, и понять что я ради всего готов. И теперь уверен, что она вон там. Сидит за столом, и переживает, о чем мы тут разговариваем. Я уверен, что эти отношения мои последние, последние и самые откровенные. И я хочу быть для нее таким первым, и последним, чтобы после меня никого не было. И только я. Заходя обратно в тепло, мы стали обсуждать баскетбол, и подходя к своей девушке, я просто крепко ее обнимаю, потому что успел соскучиться. Как же мне уехать, так, чтобы каждую секунду не хотеть вернуться к ней, и к этому аромату. — Не хочешь остаться на ужин сегодня, мы приготовим стейки — Алехандро предложил хорошую идею, но я так давно не сидел с родителями, что немного поджал губы -Я с удовольствием, но я практически не был с родителями, думаю, вы бы могли к нам присоединиться — а почему, это не плохая идея. Поужинать, как одна большая семья. Но Майя видимо было не одушевлена. Я посмотрел в голубые глаза, и брови которые сдвинулись у нее на лице, и просто приподнял свои брови. Да, скорее она просто боялась теперь познакомиться с моей мамой. Все боялись, точнее никто еще не проходил эту странную проверку. После каждого ужина с разными девушками, она подходила ко мне и просто качала отрицательно головой. И я не слушал, а потом понимал, что все это правда. Что та или иная девушка совсем не подходит ко мне. Но я надеюсь, это только для тех, не для нее. -А что, мы только за — с улыбкой отвечает Алехандро, и отпустив свою малышку, а пожимаю руку мужчине, и снова возвращаю взгляд на голубые глаза. Она явно не очень этого хотела. Ну, а почему бы и нет. Поднимаясь в комнату, Майя чуть ли не затолкнула меня в комнату. Мне все равно нужно было взять телефон, и поехать домой. Мне в любом случае нужно домой. Совещание, и мама предупредить -Ты совсем? — интересуется злобно Харт, а я лишь развожу руку и смешно улыбаюсь. Беру в руки телефон и пишу отцу смс, чтобы за мной он заехал. Ну или прислал машину. -Ты очень сексуальная в этой пижамке — я лишь издеваюсь, и подходя к ней целую в щеку. Она сдерживала свою красноту, а ответ на телефон пришел быстрее, чем я думал. «Через 10 минут буду» -За мной сейчас папа приедет, я же без машины — я пытался немного закатить глаза, но видимо Майя хотела поговорить об ужине, а мне частенько нужно было избегать этого разговара. Тем более я уверен, что эта девушка понравится моему отцу, но маме, зная, что произошло и все что с ней было связано -Возьми мою — это было неожиданно, и я даже немного улыбнулся, а потом вспомнил и немного брезгливо поморщил нос -Твоя машина отстой — видели вы бы ее взгляд, в нем столько было обиды —Нет, не то чтобы отстой, просто она женская даже цвет — коричневый —удар в плечо, и мне приходиться делать шаг назад -Она нормальная — бурчит Майя и складывает руки на своей груди. Я смеюсь и подмигиваю ей, потому что от такой девчонки заходит дух, и опускаешь лишь постепенно, и то через пару дней, а может недель. Я знаю, что между нами все будет хорошо, я уверен, в этом. -Ладно, не буду спорить — отвечаю спокойно я, и смотрю, как глаза заполняются победой, а улыбка на лице все выдало. Я цокаю, потому что это мне не нравится. И голова опускается. «Я подъехал». Мы как пара, которой стоит пережить очень многое, но никто не знает, что будет впереди. Какие овраги, и какие ямы. Но видимо первая яма, это знакомство, а потом мой уезд. Я не хочу ей уверять, что каждый день на расстоянии не будет последним. Не хочу врать и лгать, если что-то пойдет не так. И если мне придется бросить все, и помочь ей, я вернусь, вернусь, уеду, и буду с ней рядом. Спускаясь вниз, маленькая девочка сидела за столом, и что-то рисовала, а Марина лишь кивнула и встала проводить. Держа свою девушку за руку, она будто тонула эта ладонь в моей. Алехандро точно так же встал около дверей, и надеялся проводить. Видимо я заслужил это своим поведением и разговорами -До вечера — накидывая на себя свою куртку, и обувая кроссовки, я протягиваю руку отцу Майи, и мы спокойно друг другу ее пожимаем -Марина — я немного обнимаю ее, и оставляю гостеприимный поцелуй на щеке. Ева же все так же сидела за столиком, и я не стал ее тревожить. Машина на улице стала сигналить, а это значит, мне пора выходить. Поправляя свою рубашку, касаюсь легко щеки Майи и подмигиваю. Шепчу, что напишу, и прощаюсь еще раз со всеми выхожу на улицу. Свежий воздух, расслабление, смотрю на черный джип, и за рулем сидит отец. В строгом костюме, с красным галстуком. Видимо в компании были явные проблемы. Залезаю в машину, и первым делом чувствую запах нервного состояния отца. Смотрю на него, и его жевалки ходят туда сюда, как будто вот вот выскочат через рот -Серьезные проблемы? — спрашиваю спокойно я. Мне стоит разобраться с этим, найти выход и успокоить и себя, и маму, которая, наверное, переживала. Джип съезжает с места, и катит к дому. Определенное время, мне пришлось спокойно объяснять, что из простой проблемы есть выход, что это не глобальный застой в строительстве. -Да, но финансовое положение ухудшается с каждым движением —отвечает папа, когда наши тела входят в дом. Снимая куртку, мы сразу же прошли в кабинет отца. Заходя в большую комнату, здесь стоял большой стол, два шкафа, доска и сейф, все как положено из темного дерева. -Если повышают налог, повысь первоначальную цену самого сооружения — я взял в руки красный и синий маркер, нарисовал две стрелки вверх -Но тогда я его никогда не продам — отвечает спокойно отец, а я лишь облокачиваюсь на край стола и наблюдаю за тем, думаю, что можно придумать -Сколько осталось до строить этажей? — спрашиваю я, и немного прищуриваю глаза. Черт, совсем забыл. —Секунду — выхожу из кабинет, и иду на кухню, где мама что-то готовила. -Мамуль, тут такое дело — я немного обнимаю ее, и целую в щеку.Пахло вкусно, и это, наверное, мои любимые стейки с сыром и помидорами. Как же у меня заурчало в животе -К нам сегодня придут гости, я пригласил на ужин свою девушку и ее родителей -немного извиняющийся взгляд, и мама хмуриться, наверное, обдумывала каждое слово. -Эта та девушка, которая — она немного улыбается, и я понимаю, что скоро от моей Майи останется лишь след пепла. Она сожжет за то, что произошло. Майя Харт умрет за столом. Но я буду ее щитом, большим, который нельзя ранить и этот щит не позволит превратиться в пепел -Они приедут к восьми, люблю тебя — не отвечая на ее вопрос, я быстро снова касаюсь ее щеки, и возвращаюсь в кабинет, где телефон обрывался, и отец что-то старался прояснить. Я быстро пишу смс «в 20:00, жду вас» на номер блондиночки, и сразу же убираю, ведь нет времени отвечать. Отцу нужна помощь. Помощь свежего взгляда на мир, и на это здание. Никогда не сомневался, что предстоит обсуждать это, практически с пеленок у меня уже был план отца, тот где она сажает меня за стол и говорит «теперь ты директор» и это было по своему хорошо, пока вырастая я видел, как мама ужинает одна, а отец возвращается в два ночи, и кидает галстук куда-то в сторону. Счастливая семья, да, но жена всегда должна быть на первом месте, что папа не забывал. И скорее всего из-за этого, наша семья до сих пор не распалась

*19:00*

Лукас: Темно синий костюм, золотые запонки, красный галстук как у отца, и я понимал, что это совещание совсем не подойдет к концу, и мы не успеем. Машина припарковалась на нужной парковке, и мы с двумя кожаными портфелями двинулись на нужный этаж. Отец сменил себе секретаршу, на более старую, видимо та его не устраивала, я всегда за ум, но не красоту. Красотой пусть в другом месте торгует, а тут нужно правда работать. И проходя мимо в конференц-зал, для подписания документов, положил руку на плечо папы, и просто в знак уважения похлопал. Заходя самыми последними, здесь все было забито богатыми и стильными костюмами, животы выползали на деревянный большой стол, вокруг которого сидели вице предприниматели, и сотрудники. Расстегнув пуговицу на пиджаке, я поправил свою рубашку и присел рядом с отцом. Доставая документы, мы все же нашли выход из проблемы, но это была всего часть, и нужно было решить вторую, кто вложит часть своих акций в эту мышеловку. Речь нужно было завести мне, нужно было показать, какой у них следующий директор. Рассказывая, и показывая все схематично на белой доске, мое горло пересыхало, но стоило ли это тех мучений, который заняли целый день. Да, стоило, потому что это хлеб отца, и дальше будет моим хлебом. Таким образом, я показывал, что из себя, представляю, и каких перемен ожидает вместе с моим предшествием на трон, так скажем. -Таким образом, вы хотите заполучить часть окраины города? — кто-то из виц президентов задал очень просто вопрос, к которому отец готовил меня в машине. Я киваю -Именно, практически весь город будет застроен нашими отелями и домами, они будут выделяться среди других домом, и точно станут популярными, ведь рядом все будет обустроено для отличного отдыха -мне не стоило слушать отца, и я сказал все своими словами. То что хотел, и то что будет представлять через пару лет этот город. Снова нарисовал город и крестами поставил наши здания, подписав, что где будет находиться. -Этим самым, мы окружим весь город, и тем более, налоги на окраине города в два раза меньше — это был еще один плюс. Сразив их наповал, я лишь время от времени смотрел на часы, понимая, что уже полдевятого, и мы даже не тронулись к подписанию соглашения и передачи всех документов мне. Телефон жужжал в кармане моих темно синих брюк, и это немного сбивало. Присев обратно за стул, отец лишь покачал мне положительно головой, и пока шло обсуждение, я решил быстро написать смс « я приеду через 30 минут» И правда, мы так давно так не сидели, с родителями, и просто так не собирались большой семьей. Я надеялся, что к девяти все кончится, и мы быстро поедем на ужин, тем более не есть уже целый день, как-то плохо выходит. Телефон прекращал вибрировать, и в этот момент, ко мне подъехали документы, для договора на место директора, и договор о плане на будущее. Я должен это все подписать, и мог бы ехать. -Осталось прочитать — говорит серьезно отец, и я смотрю на этот том, который вложили мне в руки. Он даже в портфель не влезет, мне нужно его читать недели две. Но радовало, что совещание закончилось. Пожимая всем руки, как же я устал это делать. Человек двадцать попрощались и вышли. Дамы, которые тут тоже были, и явно заменяли своих мужей. Они были забиты силиконом, но одна девушка все время смотрела на мои глаза, что тоже заставляло нервничать, деля вид, что это просто кажется, ощущение взгляда не пропадала. Когда все покинули кабинет, и отец пошел вниз прогревать машину, я облокотился на стекло, и смотрел вниз, на машины, на равнины и мост, который хорошо был виден. Документы помещены в папку, и застегивая обратно свой пиджак, я прохожу мимо большой надписи со своей фамилией, и это так вдохновляет. Майя: Мы уже целый час сидели за столом, и Кларисса нашла общий язык с Мариной, я же просто сидела за столом, и нервничала, куда можно было надолго так пропасть. Объясняя нам, мама Лукаса сообщила, что у них завещание, которое нельзя было отложить, были какие-то проблемы. И видимо Кларисса была воодушевлена мной, ведь пока я ехала в машине отца, меня трясло, как на сцене впервые. Руки больше не потели, и я немного смеялась вместе в женщинами, помогала накладывать стейки, и Кларисса сказала, что любил Фраер младший. Я внимательно слушала и запоминала и видимо ей это нравилось. И стоя сейчас на кухне, мы втроем делали торт, коржи точнее, и все что я поняла. Лукас сладкоед, каждый слой был намазан шоколадной пастой, а другие слои сгущенкой, чередуя все это, сверху все посыпано орехами и кокосом. Это должно быть очень вкусно. -Самое любимое блюдо Лукаса — Марина толкает меня в бок, и я поднимаю голову и смотрю на руки Клариссы, в них были всего две вещи мороженное и карамель. И как у него еще не вырос живот? -Вообще-то это все не правда — я резко поворачиваю голову, и в руках три больших букеты, я улыбаюсь. Он был красивый. В этом костюме, и он побрился, я заметила это, когда цветы оказались в мои руках, а губы прижались к моей щеке. Легкое шептание «прости, что опоздали» и я расслабленно выдыхаю. Дорогой запах духов, и это так кружило голову. Эти легкие объятия, но мне снова не хватало тепла. -Ну, теперь точно можно за стол — весело говорит его мама, и улыбается мне. Я до сих пор не могу понять, как Кларисса так спокойно относится к тому, что между мной и им было. Немного неуверенно, я улыбаюсь в ответ, и прошу Лукаса сесть ко мне. Ева сидела рядом с моим папой, что заставляло меня немного ревновать его. Я не могла поверить, что теперь есть новая семья, что счастье папы стало настоящим. Обсуждая последние новости, родители достаточно хорошо стали разговаривать, и мы даже смеялись и шутили, только младшая сестра просила все время включать ей мультики. Лукас часто уходил из-за стола, посматривать за Евой, ну почему он такой идеальный? И как я раньше такое не видела, не хотела видеть. Было видно, как Ева тянулась к нему, даже долгое время не отпускала от себя. -Майя, позови Лукаса, скоро будем торт резать — я лишь покорно кивнула головой, ведь мне стоило давно за ним сходить. Он как опора, должен находиться рядом, и держать мою руку. Выходя из столовой, я поправила свое вечернее белое платье, и подняла голову. Лукас сидел на корточках, и слушал, как Ева рассказывала о злодеях, которые были в сказках. Ей всего 5 лет, и это платье явно ей не нравилось, ей было неудобно. Но то как улыбался Черничка, заставило екать сердце. Облокотившись на дверь, я просто подкусывала губы -Да, а это хороший или плохой? — он просто указывал на героев книжек. А Ева лишь била его по голове легонько рукой -Ну нееет, он любит ее, а она никого не любит, потому что она плохая — Лукас делает понятный вид, серьезный и практически естественный. И все же приходиться засветиться, точнее мой парень меня увидел, и встал. Я поджимая губы, иду к нему, и кладу свои руки на его плечи. Фраер устал, это было видно, видно потому что он сидел не какой. Ева пыталась вновь привлечь внимание моего парня, и я хмурилась, потому что правда чувствовала ревность, не хочу, чтобы его кто-то забирал у меня. И все же из моих уст хочет вырваться ласковое слово, так не похоже на меня -Зай — шепчу я, практически ему на ухо, и вижу его неотрывистую улыбку. Просто слово, но мурашки побежали по телу, его спина глаза засветились, а губы потянулись к моим -Лукас, смотри, это плохой — Ева чуть ли не вставила книжку между нами, и я прикрыла глаза, потому что начинала улыбаться еще больше. Просто, как семья. Он любит детей. Я вижу, как его движения рук выдавали это. -Ну, вы идете? — Марина вытаскивает свою голову, и показывает на руках свой торт. Замечает, как мы играем с Евой, и молча покорно удаляется. Я разворачиваю голову, и на Фраере уже находиться какая та шляпа, их бумаги. Он молча смотрит на Еву. Я влюбилась в него, господи, влюбилась еще в тот день. Горячие губы касаются его щеки, и нежность с которой этот поцелуй был оставлен на его щеке, заставил его посмотреть на меня. Как будто, я призналась ему в чем-то. И мои раскрытые губы, заставили его скрестить наши пальцы, и это просто движение, вроде просто, но так сильно заставило меня размокнуть. Теперь это мой мир, в котором я буду жить. Теперь это мой воздух, которым я буду дышать