Семейные узы

Тобиас устраивается на диване так, что его взгляд четко смотрит на меня. — Что ж… я начну. Во-первых, я не собираюсь извиняться за то, что произошло тем вечером в твоей комнате. Мы оба хотели этого. — Я была пьяна. — протестую я. — Ой, да прекрати. Если бы тебе хотелось просто мужской ласки, ты бы скорее отдалась Питеру. Но ты почему-то ждала меня. — самодовольно улыбается он. — Да пошел ты! — я вскакиваю с дивана и иду к лестнице. Но рука Тобиаса хватает мое запястье: — Мы, кажется, хотели поговорить… Я вздохнула и села обратно. — Наш разговор ни к чему не ведет. И вообще, у тебя есть девушка! — я начинаю кричать. — Кажется, кто-то ревнует. — довольный улыбается он. — Чья бы корова мычала. Кто от меня вчера Питера оттащил? — я смотрю на него в упор. — А я и не отрицаю. Да, я ревную. А что насчет тебя? Хочешь сказать, что ты просто так Ниту не перевариваешь? — косится он на меня. Я молчу. Не хочу говорит ему, что так и есть. Он всегда был слишком самоуверен. — Не молчи. — начинает давить он. — А что ты хочешь от меня услышать? — я встаю с дивана, и мой голос срывается на крик. — Что я ревную тебя? Что мне понравилось то, что случилось? Или то, что я, блять, хочу собственного брата? От такого заявления он чуть приоткрыл рот и снова закрыл, так и ничего не ответив. А я не стала ждать. Развернулась и поднялась на третий этаж в свою комнату. Закрылась на ключ, легла на кровать. И снова слезы покатились по щекам из-за него. Я закрыла глаза и задремала… Чувствую сквозь сон, как знакомая рука гладит меня по волосам. Я не спешу открывать глаза. Да, мой гнев отступил, но тем не менее я не знаю, что ему еще сказать. Совсем забыла про запасной ключ на первом этаже. Нужно было и его забрать. — Я знаю, что ты не спишь… — уныло говорит Тобиас. Я открываю глаза и переворачиваюсь на спину. Он сидит на краешке моей кровати в пижамных штанах. — Ничего не хочешь сказать? — спросил он шепотом. — Я уже все сказала. Мне кажется, этого достаточно. — также тихо отвечаю я. — Почему ты убежала? — Мне было страшно от того, что ты можешь ответить. — Глупенькая. Ты мне очень дорога. И я говорю сейчас не как о сестре. — Но, что мы скажем родителям? — беспокойно спрашиваю я. — Пока ничего. А позже придумаем что-нибудь. Можно? — он указывает на мою постель, и я киваю. Тобиас ложится на спину, я двигаюсь к нему ближе, кладу голову на его обнаженную грудь и он обнимает меня своими сильными руками. Мы лежим в тишине какое-то время, пока я не вспоминаю один инцидент: — Сегодня приходила Нита. — Что? Когда? — удивился он. — Когда ты уезжал. Она спрашивала, где ты, и почему тебя не было всю ночь. — говорю я, передразнивая ее. — И что ты ей сказала? — смеется он. — Я сказала, чтобы она здесь больше не появлялась, и что эту ночь ты провел со мной. — заявила я. — Что? В каком смысле «с тобой»? — Не в том, о котором ты подумал. Пошляк… — Кто бы говорил. Развратница. Напялила на себя платье, которое еле-еле прикрывает пятую точку. Поэтому я и не сдержался. Мы смеемся. — И давно? — спрашиваю я. — Что «давно»? — Давно ты «так» на меня смотришь? — С тех пор, как ты приехала. Просто до этого я считал тебя младшей сестрой. А потом я увидел женщину. — Спасибо за комплимент. — смеюсь я. — Я серьезно. — он поворачивается ко мне. — Ты очень изменилась и похорошела. — Спасибо. — я смущенно опустила глаза. Он поднял мой подбородок так, что я смотрела ему в глаза. Затем он медленно начал двигаться ко мне губами. Наверное, для того, чтобы я смогла остановить его. «Ага. Не дождется». Он приближается, и я чувствую его дыхание, а затем его губы аккуратно касаются моих. Совсем не как тогда. В прошлый раз все было дико и страстно. И мне это нравилась. А сейчас он боится испугать меня своим напором. Но я не собираюсь теряться. Я сдвигаюсь к нему ближе и обнимаю его за шею. Его руки ложатся на мою талию и начинают поглаживать ее. Я теряю контроль и углубляю поцелую. Тобиас немного опешил от моих быстрых и решительных действий, но вскоре он взял ситуацию в свои руки. А точнее, в губы. Наши языки переплетались, его руки бродили по моему телу, а мои перебирали его волосы. Но вскоре, нам обоим нужен был глоток воздуха, и мы оторвались друг от друга, тяжело дыша. — Развратница… — прошептал он. — Пошляк… — также ответила я. Затем он лег обратно на спину и крепко прижал меня к себе. — Не беспокойся о родителях, Трис. — говорит Тобиас, целуя меня в висок. — Я уверен, они поймут. — Хорошо. — отвечаю я и придвигаюсь к нему вплотную так, что между нами и мышь не проскочит. — Хорошо. — вторит Тобиас, и я засыпаю. Легко засыпаю, за последние несколько дней…