Семейные узы

Со ступенек вижу входящих в дом ребят. Они приветствуют Тобиаса и проходят в гостиную. Я подхожу к ним и обнимаю. Сначала Крис с Эриком. На девушке зеленый вязанный свитер, который прикрывает ее ягодицы и обтягивающие брюки с цветным узором. Дальше я подхожу к семье Педрад. Аккуратно обнимаю Шону, хотя сделать это сейчас очень сложно из-за большого живота. На ней серое платье и черные брюки. Шона выглядит очень счастливой рядом с мужем, который поглаживает ее живот. — Зик, а где Юрая с Марлен? — спрашиваю я. — Марлен приболела, и мой оболтус остался с ней. Просил передать, чтобы вы не обижались. — ответил он. — Ничего страшного. Передавай Марлен, чтобы выздоравливала. А сейчас пойдемте на кухню. Я жутко голодна… Ребята вышли на улицу посмотреть машину Эрика, пока мы с девчонками сидим и болтаем в гостиной, попивая чай. — Ну что, Шона, когда, наконец-то, появится на свет ваш малыш? — спрашивает Кристина. — Через 3 с половиной месяца. Зик уже переживает. Когда в 2 часа ночи я бужу его, чтобы принес мне торт, он уже пугается того, что начались роды. — смеется она. — А вы уже узнали пол ребенка? — спрашиваю я. — Да. У нас будет мальчик. Зик, когда узнал, был на седьмом небе от счастья. Он очень хочет сына. — Боже, как это мило. Я надеюсь, что смогу иногда к тебе приезжать и нянчить малыша. — говорю я, улыбаясь. — Трис, мы с Зиком хотели предложить вам стать крестными нашему сыну. — застенчиво говорит Шона. — «Нас»? — Тебя и Тобиаса, конечно. — Это же здорово. Я думаю, Тобиас будет только рад. Спасибо. — я обнимаю девушку, и через пару минут к нам присоединяются наши парни. «Наши» парни? Да, я уже считаю его своим парнем… Эрик и Кристина пьют пиво, Шона и я — апельсиновый сок, а Зик и Тобиас попивают кофе. Крис и Эрика привез сюда Зик, поэтому понятно, почему пьют ребята, и не пьет Зик. Но почему не пьет Тобиас? — Эй, приятель, — произносит Зик, смотря на Тобиаса, — ты решил свои проблемы с Нитой? Все присутствующие здесь посмотрели на Тобиаса. — Да… Она приходила сегодня, и мы поговорили. — говорит он. Ребята ждут конечного «вердикта». — …Мы расстались. Хотя, она сказала, что еще вернется к этому разговору. Со всех сторон послышались поздравления и одобрительные возгласы. — Ну, наконец-то! — восклицает Эрик. — Выпьем за это, товарищи! — он поднимает бутылку пива и отпивает из нее. Остальные смеются и так же отпивают свое содержимое… Ребята сидят у нас до 11 вечера, а затем прощаются и покидают дом. Мы с Тобиасом начинаем убирать со стола и прибираться после гостей. Я занимаюсь кухней, а он гостиной. Проходит около 40 минут прежде, чем мы добираемся до комнаты. Каждый из нас идет в душ, чтобы позже встретиться в моей комнате. Завернутая в полотенце, я прохожу в комнату и иду к гардеробу. Моя рука сама тянется к верхней полке, где лежит небольшой пакетик с сегодняшней покупкой. Не знаю, как заставила себя уговорить купить «это». Никогда прежде я не носила подобные вещи. Но Кристина умеет убеждать… Я подхожу к зеркалу и долго смотрю на себя: телесный и прозрачный пеньюар с кружевами на груди, который еле-еле прикрывает ягодицы. И такого же фасона белье. (Никогда не думала, что я буду носить стринги). Не знаю почему, но сейчас мне стыдно от самой себя. Вдруг Тобиас увидит меня в этом и засмеет? Я решаюсь подождать его в постели. Иду к кровати и ложусь под одеяло так, что видна одна голова и руки. Я жду Тобиас уже 15 минут, а его все нет. Может, он не захотел сегодня идти ко мне? Я уже собираюсь встать с постели и снять с себя этот ужас, когда дверь тихонько отворяется, и в дверном проеме появляется Тобиас. На нем пижамные штаны и светлая майка. Он тихонько подходит к кровати, откидывает край одеяла и «ныряет» под него. — Спишь? — шепотом спрашивает он. Я поворачиваюсь к нему лицом и смотрю в глаза: — Нет. — также отвечаю я. Затем он двигается ко мне ближе и целует. Нежно и медленно, словно растягивая этот потрясающий момент. Я обнимаю его за шею и придвигаюсь ближе к нему так, что наши тела соприкасаются. Его рука обхватывает мою талию и слегка сжимает ее. Потом он неожиданно разрывает поцелуй и смотрит на меня в недоумении. Так же, как и я на него. — Что это на тебе? — спрашивает он, чуть улыбаясь. Я опускаю взгляд и чувствую, как тепло нагревает мои щеки. «Давай, Трис. Назад пути нет». — Хочешь увидеть? — пытаюсь я произнести как можно ровнее. Он долго смотрит на меня и после кивает. Я сомневаюсь всего пару секунд, а затем медленно убираю с себя одеяло и сажусь на кровати, поджав под себя ноги. Тобиас тоже садится на постель и начинает медленно рассматривать меня. Несмотря на то, что в комнате не горит свет, луна, которая смотрит на нас из окна, освещает комнату достаточно для того, чтобы увидеть необходимое. И он видит. Его взгляд опускается на мои колени и постепенно поднимается выше. Колени, бедра, белье, живот, грудь, шея и лицо. Он встречается со мной глазами, и я вижу, как они стали черными. Он прочищает горло, а затем его рука осторожно прикасается к моей коленке. Медленно ведя ладонью вверх, Тобиас «прошелся» по талии, ребрам, ключицам и нежно погладил мое плечо. Я прикрыла глаза, наслаждаясь этим моментом и тут же почувствовала его губы на своих. Медленно, но немного нервно он мнет мои губы и просит языком впустить его. У меня нет сил и желания сопротивляться ему. Я чуть приоткрываю рот и этого достаточно, чтобы его язык встретился с моим. Мурашки прошлись по моему телу, когда его руки прижали меня к себе. Наши языки ласкали друг друга, и я почувствовала напряжение внизу живота. Я крепко схватилась за его плечи, когда он медленно положил меня спиной на кровать и навис сверху. Его руки медленно бродили по моему телу. Поглаживая бедра и поднимаясь все выше и выше. Он продолжал меня страстно целовать, когда его рука прикоснулась к моей груди, и я ахнула ему в губы. Тобиас поглаживал мою грудь, а затем его пальцы сжали сосок, и я снова простонала. Мой пеньюар мешал ему насладиться моей грудью в полной мере, поэтому он одним движением снял с меня легкую ткань и кинул в другой конец комнаты. Я почувствовала легкий стыд, но когда его губы коснулись моей груди, я забыла, о чем только что думала. Он продолжал исследовать мою грудь, когда я поняла, что он все еще одет. Мои руки схватили края его майки и он, оторвавшись от меня на мгновение, помог снять ненужную вещь. Я прошлась руками по его прессу, напряженной груди и широким плечам. «Он идеален». За своими мыслями я не заметила, что Тобиас, наигравшись с моей грудью, начал спускаться поцелуями ниже по моему телу. Когда его губы доходят до начала моего кружевного белья, я останавливаю его рукой. Он в недоумении поднимает голову и смотрит на меня. Его глаза застыли в немом вопросе. — Тобиас, я еще не… — Я знаю. — прерывает он меня. — Это же я берег тебя… — он целует меня в губы, а затем добавляет, — для себя. Я улыбаюсь и еле слышно шепчу: — Собственник… — Ты сама узнаешь, какой я собственник. — бурчит он и снова останавливается на белье. Его руки нежно поглаживают бедра, а затем так же нежно и осторожно снимают последнюю часть моего гардероба. Чувство стыда опять охватывает меня, и я хочу остановить его. Но когда чувствую его язык на своей плоти, меняю свое решение. Он неторопливо пробует меня на вкус и обдает бедро горячим дыханием. Затем его язык исчезает, и он вводит в меня один, а затем и второй палец. Я не сдерживаю стона. Он принимает это, как знак продолжать действия, и его пальцы медленно начинают двигаться во мне. С каждым погружением чувствую, как напряжение ниже живота нарастает. А когда его большой палец опускается на клитор, я содрогаюсь и из меня выходит протяжной стон. Он убирает пальцы, и спустя пару минут я чувствую возле «входа» его орган. «Боже, мне страшно». Тобиас, видя, что со мной что-то не так, наклоняется к моему лицу и тихо шепчет: — Не бойся… — он целует меня и медленно начинает входить. Боль сковывает мое тело, и я сдерживаюсь изо всех сил, чтобы не закричать. Я мычу сквозь плотно сжатые зубы, и несколько слезинок катятся ко виску. Тобиас медленно начинает двигаться, а я крепко хватаю его за плечи и хочу, чтобы эта мука поскорее закончилась. Мне кажется, проходит вечность, когда Тобиас выходит из меня и ложится рядом. Я знаю, что он не получил «освобождение», чтобы не доставлять мне еще больше боли, и я очень ценю это. Вижу, как он весь вспотел, потому что сдерживал себя. Я аккуратно сдвигаюсь к нему, так как мне все еще больно, и кладу голову на его потную грудь. Он обнимает меня и целует в висок. Так мы и засыпаем, уставшие и изнеможденные…