Новая привычка Юнги.

— Вот дерьмо собачье...

Высокий худощавый парень с каштановыми, как молочный шоколад, волосами с отвращением поморщился и выкинул ещё тлеющую сигарету прямиком с крыши школы. Сколько раз он уже пытается бросить курить? А Шуга и сам не знает. Так, закурил когда-то на спор дешёвенькую "бумажку", которую и сигаретой назвать было трудно, а потом уже не смог остановиться. Теперь ему уже совсем невмоготу без этого яда, раздирающего невесомым мутным дымом лёгкие и доставляющего такую приятную эйфорию в кровь, всё же не давая своему хозяину глотнуть свежего воздуха. Такие дела были не только с куревом, но и нецензурщиной, хотя Юнги даже и не думал "избавлять свой язык от скверны". Скучающим взглядом проводив в последний путь ещё прощально тлеющую сигарету, Шуга ухмыльнулся — она упала точно под ноги школьному дежурному. Да, этому невысокому и аристократически бледному мальчишке с лучистыми глазами и искренней улыбкой, который там, внизу, в данный момент пытался выглядеть как можно более мужественно и сурово. Пусть сверху и не особо видно, но Юнги знал, что это он — кто, как не Чонгук, мог выбрать такое оживлённое место для своей работы. Да, он постоянно вертится, крутится в своём "обычном" состоянии, а здесь... Мда, интересно, наверное, сейчас его лицо намного смешнее, чем когда он злится, да, Шуга? Тем временем Чонгук наклонился, дабы поднять невесть откуда взявшийся окурок и выкинуть его в ближайшую урну. Естественно, наш злобный нарушитель всех правил и законов не нашёл себе занятия интересней, чем всё-таки достать паренька, скидывая всё больше тлеющих сигарет. Интересно, на сколько его хватит?

" Раз, два, три... Упс, четвёртая немного дальше... Пять... Эй, ты чего не поднимаешь? Я что, зря,что ли, на тебя свою травку трачу, а? Ну, так-то лучше. Шесть..."

Но тут наш мега крутой дежурный неожиданно поднимает свою голову вверх, чтобы увидеть нарушителя, и взгляд Шуги на несколько секунд успевает встретиться с гневно сверкающими глазами-угольками Чонгука. Тут же связь прерывается, ибо в спину Юнги несчадно печёт летнее солнце, а у дежурного, похоже, светобоязнь. Потратив несколько минут на сожжение очередной сигареты, Шуга "проморгал" свою жертву. Внизу уже не было никого, кроме кучки щебечущих девушек, яркой летней зелени немногочисленных пришкольных деревьев да стайки голубей. Видимо, он всё-таки его достал. Состроив грустную мину, Юнги затянулся. В голову ударила мощнейшая волна эйфории, и лёгкие раскрылись, жадно впитывая наркотик. — Кхм-кхм... Шуга чуть не поперхнулся дымом от смеха, когда, обернувшись, всё же разглядел вблизи лицо недовольного Чонгука. "Нда, попал ты", — пофигистически протянул внутренний голос, на что "нарушитель" лишь нахально ухмыльнулся: в его голове уже созрел план.

Сейчас будет весело...

Хоть Чонгук сейчас и выглядел более мужественно, чем обычно, но его покрасневшие от внезапного смущения щёки и на миг ставший испуганным взгляд выдавали всю его трепещущую душу с потрохами. Кто ж знал, что объект его тайных воздыханий окажется на крыше и что ему, Чонгуку, придётся сделать ему выговор? — Может, хватит уже? — произнёс он на удивление тонким и тихим, почти беззвучным голосом. Эй, где твой звонкий голосок, малыш Гуки? Нда, твой голос на данный момент прозвучал не особо мужественно. Было больше похоже на робкое возражение скромного восьмилетнего мальчика. Но на эту реплику Шуга только пошире улыбнулся, довольно рассматривая паренька, хитро щуря свои глаза с чёрными, как волосы дежурного, бесенятами. Он-то ведь прекрасно знал, с кем имеет дело. Поэтому, на миг притворившись пофигистом, он довольно развязно протянул: — Что именно хватит? Эта фраза вызвала уже неподдельный испуг в сердце Чонгука, но он быстренько всё умял и решил-таки подойти и, подобно копам в американских крутых боевиках, сделать выговор. Хоть на самом-то деле он просто пережил секундную истерику в своём мозгу и система вывела ему единственно правильное, как ему казалось на тот момент, решение. Стараясь делать всё непринуждённо, пареньку всё же казалось, что мир вокруг него как бы замедлился. Его шаги казались ему медленными до крайности, а воздуха катастрофически не хватало. Но Чонгук терпел.

Остался всего лишь один шаг...

Тут, как по закону жанра, он как-то умудрился потерять равновесие и, неловко вывернувшись, упасть прямо на грудь офигевшего на миг от такой неожиданности Шуги, который, к слову сказать, просто хотел "урвать" поцелуй у этого мелкого. Жалобно скрипнуло железное ограждение, и всё затихло.

Что, бля, случилось?

Немая сцена, за которую,если прислушаться можно было услышать неровный ритм одного сердца и рваную чечётку другого, длилась где-то минуту с лишним. Первым очухался Чонгук. Стремительно покраснев, он что-то пробубнил о сигаретах, Юнги и порядке, одновременно пытаясь встать на ноги и побыстрее уйти. Следом "протрезвел" и Шуга, хватая уже готового убежать дежурного за руку и, снова притягивая взволнованного паренька к себе, всё же получил своё. Трепыхавшийся в это время Чонгук испуганно застыл, не зная, что ему, собственно, делать. Поэтому он просто обмяк на немного, но затем, вовремя спохватившись, оторвался от губ парня и убежал, всё ещё краснея, то ли от стыда, то ли от ощущений, которые бывают при поцелуях с возлюбленными, да ещё и впервые. Прежде чем застыли шуршащие шаги на лестнице, Шуге пришла на ум одна мысль, которая была для него в тот момент очень важной.

Ну к чёрту эту зависимость! Я нашёл себе новую привычку. Она послаще будет.