Их свела текила

Она любила пить текилу в клубе, танцуя на барной стойке. Он любил смотреть на то, как изящно двигалось её тело, как удовлетворённо прикрывались веки, как пухлые губы были слегка приоткрыты. Вот и сейчас он вошёл к клуб, надеясь снова увидеть блондинку, но её там не было. Странно, учитывая то, что она была здесь каждую пятницу. Без исключения. Люсьен оглянулся, а вера, что он вот-вот — сейчас! — увидит светлую головку, не покидала вампира. Окончательно убедившись, что первородной ведьмы здесь не было, шатен не на шутку разозлился на неё. Конечно, она не была ни в чём виновата, но… серьёзно, Фрея? Он ведь ждал этого неделю! С прошлой пятницы! Касл прикрыл глаза, пытаясь успокоиться, и на вампирской скорости исчез из клуба, вдыхая воздух Нового Орлеана, который был буквально пропитан магической энергией. Люсьену показалось или он сейчас действительно услышал смех Фреи — звонкий, счастливый и беззаботный? Он прислушался, и — чёрт возьми! — да, это действительно была Майклсон! — Хей, полегче, мачо, — услышал он её усмешку и понял, что она явно где-то рядом. Не очень близко, но и не далеко. А ещё он понял, что обращалась Фрея уж точно не к нему самому, а к какому-то «мачо», как она прежде выразилась. — Эй, ты уже перегибаешь! — воскликнула первородная, и Люсьен вмиг переместился на задний двор клуба, где какой-то накаченный брюнет прижимал, казалось бы, хрупкую девушку к стене, одной рукой лапая её за грудь. Ревность внутри Касла закипала, и он, снова использовав сверхскорость, откинул этого самого «мачо» в противоположную стену, тем самым вырубая его. Фрея шокировано уставилась на шатена, которого уж никак не ожидала здесь увидеть. — Люсьен? — удивилась она. — Давно не виделись, Майклсон, — ухмыльнулся Касл. — Как там Клаус? Недоверчиво сощурив глаза, ведьма решила оставить реплику вампира без ответа и снова направилась в клуб, перед этим проверив пульс у парня, что совсем недавно планировал переспать с ней. — Подожди! — воскликнул Люсьен, и первородная вопросительно посмотрела на него. — Раз уж мы так встретились, то, может, выпьем? — предложил он, обворожительно улыбнувшись. — С чего ты взял, что я буду пить с чокнутым первообращённым моего младшего брата? — она слегка изогнула бровь. — Ну, — начал шатен, подходя к ней. — Возможно, потому, что этот первообращённый жутко сексуальный, а, может, потому, что тебе нравятся чокнутые, — он снова продемонстрировал свою ухмылку. — Нет, — отрезала блондинка и, эффектно развернувшись, продолжила свой путь к клубу, не намереваясь больше слушать этого странного, немного пугающего и загадочного, вампира. — А я даже знаю почему ты мне отказываешь, Фрея! — крикнул ей вдогонку Люсьен, но девушка не собиралась останавливаться. — Потому что боишься! — и тут первородная затормозила, устремив взгляд пронзительных голубых глаз в сторону надоедливого шатена. — Вовсе нет, — не скрывая раздражения, возразила блондинка. — Не забывай кто я, Люсьен. Я могу убить тебя прямо сейчас, но, заметь, не делаю этого. — А ты не забывай кто я, дорогуша. Наши возможности равны, хотя не исключаю тот факт, что мои даже превосходят твои, — он нагло улыбнулся. — Что ты только что сказал? — спросила блондинка, хотя сама всё прекрасна услышала. — Я — первородная ведьма, прожившая на этом свете больше тысячи лет и преодолевшая столько преград, сколько тебе, черт возьми, и не снилось! Люсьен лишь рассмеялся ей в ответ, ещё больше зля. — Однако пить ты со мной не будешь, потому что боишься меня, милая, — настаивал Касл, походкой хищника приближаясь к первородной. — А знаешь что, Люсьен? — блондинка подняла на шатена надменный взгляд. — Да, давай выпьем! — она согласилась, хотя и прекрасно понимала, что этот идиот брал её на «слабо». — Тогда, может, выпьем у меня? В клубе очень шумно. — Хорошо, поехали, — кивнула она.

***

— Да ты даже текилу нормально пить не можешь! — воскликнул вампир, дабы специально задеть блондинку, которая возмутилась сразу же после этой фразы. — Тогда научи меня, — поудобнее устраиваясь на диване в доме Касла, Фрея обворожительно улыбнулась, смотря в шоколадные глаза напротив и потихоньку понимая правила игры, которую вёл Люсьен. Он ответил ведьме такой же улыбкой, после чего начал «учить» её: шатен вложил ей в пальцы дольку лайма и, не отпуская хрупкую ладошку первородной, насыпал ей в ложбинку между большим и указательным пальцем немного соли. Майклсон явно понимала, что он собирается делать, но всё же продолжала с улыбкой наблюдать за действиями первообращённого, губы которого были растянуты в игривой ухмылке. Немного подавшись корпусом вперёд, он слизал соль с руки Фреи а после, выпив стопку текилы, вонзил зубы в светло-зелёную мякоть цитруса, уничтожившего терпкий привкус и оставившего свою собственную горчинку во рту парня. Блондинке стало безумно жарко, а чувство тяжести внизу живота давало о себе знать. Всё ещё не отпуская руку девушки, Люсьен привстал и коснулся губами её ключиц. Быстро и настойчиво он поднимался выше, оставляя влажные дорожки и останавливаясь у её губ. Впервые за последние пару минут Фрее удалось сделать вдох и выйти из ступора. В последние минут пятнадцать, что они были в квартире Касла, ведьма только и думала о том, как бы прикоснуться к его соблазнительным губам, изогнутым в сексуальной ухмылке. Она боялась поторопиться, сделать неправильный шаг. Хотя… плевать. Она была пьяна, возбуждена и хотела его. И он хотел её — это было видно даже слепому, иначе как объяснить его поведение? Первородная впилась пухлыми губами в губы Люсьена, который незамедлительно ответил на поцелуй, углубляя его. Он усадил блондинку к себе на колени, скользя руками по её спине и расстёгивая молнию немного вызывающего черного платья. Они безумно торопились, растворяясь в объятиях друг друга и полностью отдаваясь страстным поцелуям. Люсьен замечательно целовался: дразня, щекоча языком и опаляя свежим дыханием, смешанным с запахом текилы. Фрея царапала его плечи ногтями, окрашенными в черный, оставляя раны, которые тут же затягивались. Спустя несколько минут Люсьен уже был только в боксёрах, а Фрея лишь в нижнем белье. Он накрыл рукой её грудь, что так идеально помещалась в его ладони, и стал спускаться губами вниз. Ненавязчивый запах вишни, исходящий от ведьмы, опьянял, заставляя сердце биться чаще, а жар женского тела сводил с ума. Вампир так сильно хотел её, что его уже слегка потряхивало от нетерпения, но он старался не быть с ней грубым. Он целовал нежную кожу её шеи, медленно спускался к ключицам и, дойдя до груди, втянул в рот твёрдую горошинку её соска. Майклсон издала громкий стон, вздрогнув и запустив тонкие пальчики в каштановые волосы парня, затем притянула его ближе к себе. — Любишь, когда ласкают грудь? — усмехнулся Люсьен, а к щекам первородной прилила кровь. — Я запомню, уж поверь, дорогуша. Он уделил ещё пару минут на ласки упругих полушарий, ласково поглаживая, грубо покусывая и доставляя приятную боль. Провёл губами по рёбрам девушки, попутно стягивая остатки одежды. Спустя минуту их поза поменялась, и теперь Фрея лежала на диване, а парень нежно очерчивал языком её пупок, изредка прикусывая кожу. Он был уже близко. Был безумно близко к её центру наслаждения. Вампир провёл носом по внутренней стороне бедра блондинки, тем самым сорвав с её губ очередной стон. Сжал бёдра руками, обдал горячим дыханием уже влажные от возбуждения половые губы девушки. Он дразнил её, нарочито медленно проводя языком совсем рядом с центром, совсем близко, но вовсе не там, где ей бы хотелось. Он ждал, пока она попросит его, но она молчала. — Касл, мать твою… — жалобно прошептала Майклсон, в конце концов, не выдержав сладкой пытки. — Что, милая? — привычная ухмылка. — Не прикидывайся… сделай это, Люсьен… пожалуйста… Шатен победно улыбнулся и мучительно медленно приник губами к женской плоти, и сам еле сдержал стон, когда блондинка запустила пальчики в его волосы, притягивая ближе. Он мягко посасывал каждую половую губу, а после втягивал пульсирующий клитор в рот, отчего Фрея не сдерживалась и вскрикивала от ощущений. Касл раздвинул пальцами нежную плоть и стал проникать вовнутрь языком настолько глубоко, насколько только мог. Дыхание первородной стало прерывистым, она дрожала, но вовсе не от холода. Вампир добавил к языку палец, а потом и второй, в то время как девушка, сама того не замечая, начала подаваться бёдрами вперёд, подстраиваясь под ритм партнёра и постанывая. Люсьен ввел второй палец, мягко поглаживая изнутри. Он стал двигать пальцами быстрее, и Фрея, вздрогнув и тяжело дыша, получила оргазм. Не теряя больше ни секунды, шатен избавился от боксеров и вошёл в неё, приглушая стон поцелуем и давая Майклсон попробовать свой собственный вкус на его губах. Она была мягкой, горячей и влажной, — она сводила Люсьена с ума: своими стонами, своей улыбкой, своими прикосновениями. Он гладил её по волосам, целовал искусанные губы и изящные скулы, очерчивал своими губами ключицы и иногда сжимал руками груди. Фрея обвила торс парня ногами, стараясь притянуть ближе, и царапала его спину короткими ногтями, пытаясь причинить хоть какую-либо боль за то, что он её соблазнил. Хотя… она и сама была не против. Она хотела его до чёртиков, хотела до дрожи в коленках, хотела до потери пульса. Фрея прикусила его губу до крови, когда её мышцы стали сокращаться, но Люсьену и этот укус доставлял невероятное удовольствие. Она задрожала под ним, а он незамедлительно вышел из неё, отчего густая, горячая струя спермы потекла по девичьим бёдрам. — Всё хорошо? — спросил Люсьен, заметив озабоченное выражение лица первородной. — Всё отлично, — она слегка приподняла уголки губ, обещая улыбку. И Люсьен улыбнулся ей в ответ. Искренне улыбнулся. — Милая улыбка тебе подходит больше, чем самодовольная ухмылка, — заметила ведьма, а в голове вампира промелькнула мысль, что он никому не улыбался так, как сейчас улыбался первородной. Веков пять уж точно. Кажется, Фрея Майклсон влюбилась…