This is war

POV Jesse Клэрис маячила вдоль всей комнаты, вызывая у меня в глазах рябь. Ее брови были сведены, рот сжат в тонкую полоску, на лбу проявились складки. Она никак не могла остановиться, быстро передвигаясь из одного угла в другой. - Какой же ты идиот, Разерфорд! Какой же ты идиот, господи! - злобно прокричала она. Я закатил глаза и поудобнее развалился в кресле, приготовившись выслушивать истерику девушки. Сейчас начнется очередной вынос мозга, как в старые времена. Клэр часто любила это делать в последние месяцы нашего сожительства. Упрекала меня в чем только можно, всегда находила, к чему придраться. - Я тебе что говорила, а? Что? Ты должен был думать, прежде чем делать и говорить! - тыкнула она пальцем в меня. - Как можно было так облажаться, не понимаю! - Да тише тебе, Клэр. Я все исправлю. Она наконец-то застыла на месте, позволяя моим глазам отдохнуть, и ошарашенно раскрыла рот. А потом бешеным голосом проговорила: - Конечно, исправишь. У тебя выбора нет. Властная, импульсивная, немного сумасшедшая. Я уже и забыл, почему так ее любил. И отчего порой ненавидел. Особенно на третий год нашего общения, когда она совсем стала слетать с катушек. - Значит так, сейчас же пойдешь к Заку домой и извинишься. Понял меня? Чем дольше ты будешь это оттягивать, тем меньше шансов у вас будет помириться. Он и так уже устал от твоих идиотских выходок, и обида может еще сильнее укрепиться в его сердце. Я был поражен логичностью мыслей Клэрис. - И почему ты такая умная? - Я не умная. Я просто всегда была гораздо чувствительнее, чем ты. А вот с этим я могу поспорить. Разве это она не могла без меня жить, днями и ночами переживала постоянную горечь от ссор, иногда даже плакала в подушку? Разве это я ее бросал постоянно, не задумываясь о причиняемой боли? Так что кто тут еще чувствительнее? - В общем, извиняйся давай, придурок. Но делай на этот раз все аккуратно, ладно? Нашей целью по-прежнему является убрать Мелиссу. Только так, чтобы Зак этого не заподозрил. Понял меня? Господи, спасибо, что сегодня я снова очнулся у себя дома, а не где-то в заблеванной подворотне. Может, Клэр действительно и не самая умная, но она часто бывает права. По крайней мере, в этой ситуации она дает верные указания. Итак, помириться с Заком и начать операцию по устранению Морис. Хорошо продуманный, точный и рассчитанный до мелочей план. Который надо срочно разработать, потому что время не терпит. Ну, разве что чуть-чуть только. Посмотрев на себя в зеркало, я ужаснулся и отшатнулся назад. Под глазами красовались огромные мешки, лицо потеряло нормальный цвет, став жутко бледным. Волосы взлохмачены и спутались так, что только с корнем этим комки можно вырвать. Майка измята и запачкана какой-то херней. Как будто на свалке спал, пиздец просто. Еще и дрожу весь. Окна открыты что ли? Стянув с себя вещи, я залез под горячий душ и немного размяк. Спустя полчаса стало гораздо лучше, хотя, конечно, все равно все было так же хреново. Господи, еще плечи так чешутся уже который день, будто кто-то по мне ползает. Похоже, я там все сзади расцарапал. Сегодня я не стал пить кофе, даже к нему пропал аппетит. Сразу поехал к Заку домой, безумно надеясь на то, что после вчерашней ссоры он пошел к себе, а не куда-то еще. Меня пугала мысль о том, что в таком состоянии с ним могло случиться все что угодно. Я направлялся к нему так уверенно, перебегал все дороги на красный свет, по лестнице поднимался стремглав, а когда цель была достигнута, замер около двери в полной нерешительности. Продолжала страшить мысль о том, что с моим Заком произошла какая-то беда, и сейчас мне никто не откроет эту долбаную дверь. И все-таки набрав в грудь побольше воздуха, я сначала нетвердо, а потом со всей силой стал нажимать на кнопку звонка. Милый Зико, пожалуйста, открой мне. Пришлось стоять целых шестьдесят пять секунд напротив и перебирать в голове самые страшные мысли. Одна была хуже другой, и это порождало во мне озноб. Но когда дверь, наконец, слегка распахнулась, я с блаженством выдохнул. Он дома. С ним все хорошо. - Джесси? - сонно потер глаза парень. Он будто не верил, что перед ним стою именно я и с огромными зрачками рассматриваю его тело, лицо, волосы. Мне так хотелось накинуться на Эбелса, крепко-крепко прижать его к себе и не отпускать больше никогда, не давая себе повода снова сходить с ума от неизвестности. И я уже почти чувствовал тепло его голого торса сквозь свою кофту, как очнулся и понял, что всего лишь стою даже не на пороге, а за ним, так и не ступив на территорию квартиры. - Что хотел? - уже очухавшись, сухо и черство поинтересовался друг. Видимо, в его голове успели всплыть события вчерашнего вечера. Сердце стало биться быстрее, легкие принялись сходить с ума от так часто поступающего и покидающего их воздуха. Руки начали трястись как безумные, и я не мог контролировать этот процесс. Да что со мной происходит, черт возьми? - Блять, Джесси! - встревоженно закричал Зак, упершись глазами в мое лицо. Я услышал лишь тихое непонятное постукивание. И только когда наклонился вниз, то понял, что из моего носа бьет кровь, оставляя на полу красные капли. - Только не закидывай голову! - нервно приказал Эбелс и спрятался за дверью. Оставшись стоять в одиночестве, я даже и не думал что-то делать. Всего лишь утирал алую жидкость, размазывая ее по лицу, чтобы не пачкать одежду и пол. Но это было неизбежно, и мне все-таки ничего не удалось сохранить в чистоте. Через пару секунд на площадке появился Зак с аптечкой в руках. Внезапно почувствовав головокружение, я присел на пол, и парень упал на колени передо мной. - Мелисса, принеси тарелку! Или тазик! Или что-то такое! Черт, опять эта гребаная Мелисса. Сука, блять. Пока она держала передо мной тарелку, а Зак скатывал марлю и чем-то ее пытался смочить, я расслабленно развалился на полу, прижавшись спиной к стене. Мне было похеру на то, что творилось сейчас с моим носом. Я будто не понимал, что происходит, и оттого совсем не волновался и не впадал в панику. Однако бедный Зико весь дрожал, как осенний лист, и едва ли мог сложить нормально этот гребаный бинт, пока кровь окрашивала белую тарелку в цвет яркого дешевого вина. - Дай я! Мэл вырвала из рук друга неподатливую марлю и заставила парня самого держать тарелку. Она буквально за две секунды сделала все что нужно и впихнула мне в ноздрю эту белую мокрую штуку. Я резко отвернул голову, заставив тем самым Мелиссу немного позлиться. Она приказала мне сидеть спокойно и одной рукой меняла бинты, а второй прижимала крыло носа к носовой перегородке. Все, что я должен был делать - это подчиняться. Когда мой взгляд упал на Зака, то я немного ужаснулся. Парень сидел весь бледный, словно смерть, продолжал дрожать и огромными глазами смотрел на меня. Он растерялся и ничего не понимал. Как его заставили держать тарелку, так он и держал ее под моим лицом, хотя кровь уже и не струилась. - Эй, - я тыкнул друга ногой. Тот не среагировал. - Зак, очнись! Второй пинок помог парню наконец-то прийти в себя. Он встряхнул головой и перестал смотреть так испуганно. По-моему, в этой ситуации больше струхнул он, нежели я. Вот гаденыш, мою роль украл! - Господи, вечно какое-то дерьмо с тобой происходит, Разерфорд, - тяжело дыша, прошептал Эбелс. - Зато никогда не бывает скучно, - иронично хохотнул я, заставив обоих закатить глаза. - Придурок, - беззлобно проговорила Мелисса и исчезла с площадки, оставив нас с Заком наедине. Сама дура. И сучка. Хоть и спасшая меня сучка. Пока я сидел, прислонившись к холодной стене, и наслаждался ощущением нахождения в моем носу инородного предмета, друг принялся убирать все вокруг. Сначала он засунул маленькую бутылочку и не пригодившиеся бинты обратно в аптечку, потом сложил мусор в тарелку, позволив ему потонуть в крови. Отнеся это все в квартиру, вернулся Зак с тряпкой в руках и стал вытирать запачканный мною пол. Я наблюдал за движениями парня, не отрываясь, и про себя отмечал, какие красивые у него плечи. Он был все так же без майки, в одних шортах, что позволяло мне рассматривать его голый торс. Когда Зико развернулся, я почему-то резко опустил взгляд, хотя до этого никакого смущения не испытывал. - Давай, пойдем в квартиру, - Эбелс протянул мне руку. - Нет, я не хочу, - завертел головой я. - Лучше тут. Зак, прости меня. За то, что произошло вчера. Знаешь, как будто дежавю, ей-богу. Или это уже вошло у нас в привычку, что я постоянно извиняюсь за раннее совершенные глупые поступки и сказанные слова. Но я правда хочу попросить у тебя прощения за это дерьмо. Я не хотел вести себя так. Просто иногда я не могу контролировать сам свои же действия, и поэтому выходит вот такая херня. Ты же знаешь, я не смогу причинить тебе настоящей боли. Ты мне очень дорог, мой Зико. Стоит только вспомнить, сколько всего нас связывает... Я говорил так искренне, как никогда. И надеялся, что Зак оценит это и поймет, что я действительно не желаю его терять. Однако он стоял, опустив голову вниз, и даже не смотрел в мои глаза. Я чувствовал некоторый холод, который от него исходил. И горечь, пробивающуюся наружу из него. - Ты уже обидел меня по-настоящему, Джесси. Ты будто сам этого не понимаешь. И я устал от твоих постоянных в последние полгода перемен настроения. То ты меня боготворишь, то ненавидишь и унижаешь. Когда ты, наконец, определишься со своими чувствами? Я так больше не могу, Джесс. Ты знаешь, как я тебя люблю, но не готов переживать это все каждый раз снова и снова, проглатывать и вести себя так, будто ничего не было. Я хочу, чтобы ты просто решил, кто я для тебя. Лучший друг или обычное человекоподобное существо, недостойное и доли твоего внимания. Я мгновенно поднялся с пола и рванул к другу. Но он сделал шаг назад, давая мне понять, что не хочет чувствовать моих прикосновений. Что они причиняют ему боль. Но ведь я мужчина и просто так не отступлю. - Мой милый Зико... - зашептал я. - Ты никогда не был для меня чем-то низшим, поверь! Да, я веду порой себя очень странно, швыряю тебя из стороны сторону, словно какую-то куклу. Но ты должен знать, что я все равно тебя люблю. Не меньше, чем раньше. И никогда не переставал этого делать, - я протянул руку парню. Он посмотрел на нее недоверчиво и не решился вложить свою ладонь в мою. Но я не сдавался, продолжал говорить. - Я определился, я все понял. Ты нужен мне. Помнишь, сколько времени мы проводили раньше вместе? Майки даже тихо обижался, что теперь не самый близкий для тебя человек. Но знаешь, ты не ошибся, однажды сделав меня ближе к себе. Ведь я как никто другой понимаю тебя. И ты для меня стал лучше всех, слышишь? Шмыгнув носом, Зак, наконец, рискнул посмотреть в мои глаза. Я знал, что сейчас должен был излучать тепло, поддержку, надежду и внушать доверие. И я это делал. Но не потому что так было надо, а потому что я действительно так чувствовал. Мне безумно не хватает Зико. Особенно длинными пустыми ночами. - Но как верить тебе снова, Джесси? Могу ли я? Я лишь кивнул. Без ответа. И Эбелс крепко прижался ко мне. Я чувствовал, я слышал, как билось его сердце в такт с моим, чуть не вырываясь из груди. Он дышал так же часто, как и я. Мы оба сходили с ума. Вместе, как раньше. - Джесс, пойдем в квартиру, - он потащил меня за собой. Но я не решился идти внутрь, так и застыв на своем месте и отрицательно качая головой. Сначала парень посмотреть на меня с вопросительным удивлением, а потом кивнул. Там Мелисса. Не хочу ее видеть. - Кстати, передай своей де... Мэл. Передай Мэл мои извинения за вчерашнее. И вообще за все то, что было раньше. Зак растянулся в улыбке, понимая, что я действительно стал меняться. Первым шагом к убийству эгоизма были как раз извинения перед Морис. Пусть и такие, переданные через Эбелса. Но хоть какие-то. Жалко только одно: они были ненастоящими. Еще раз на прощание обняв друга, я развернулся и полетел по лестнице вниз. Домой идти желания не было, поэтому отправился бродить по улицам. Теряясь в пальмах, перемешанных с высокими зданиями, я думал лишь о Заке. Город помогал мне утонуть и забыться, уйти в свои мысли. Постепенно солнце садилось, а я все продолжал шагать. Яркий, неунывающий, золотой Лос-Анджелес превращался в темную огромную звезду, горевшую так же сильно, как и настоящие. Здесь никогда жизнь не останавливалась, даже ночью. Напротив, к вечеру вылезало все больше людей, потому что жара спадала, сменяясь приятной прохладой. Хотя сейчас было такое время года, что было совсем не душно. Легкая куртка была нелишней, если ты оказываешься на улице, и мне это нравилось. Забредя в бар, вывеска которого заставила меня обратить внимание на заведение своим приятным черно-белым дизайном, я развалился на стуле перед барной стойкой и заказал текилу. Не знаю, почему именно этот алкоголь сегодня, но что сделано, то сделано. Может быть, словить какую-нибудь красотку и повеселиться этой ночью, немного расслабившись и отпустив все проблемы? Нет, моим единственным источником расслабления в последнее время были лишь наркотики, и я не буду им изменять. Клэрис мне этого просто не простит. К текиле добавил джина, затем какого-то ликера, который был абсолютно не в тему, но я остался доволен. Бармен не лез ко мне в душу, как они обычно это любят делать, публика не истерила, устраивая погромы, да и атмосфера была не напрягающей. Я однозначно вернусь сюда еще раз. Вдоволь набухавшись, я накинул куртку и побрел к выходу, поблагодарив молодого парня, наливавшего мне весь этот вечер, и оставив ему довольно неплохую сумму на чай. А потом я наткнулся взглядом на симпатичную невысокую шатенку, со вкусом одетую и сексуально двигающуюся. Откуда мне знакомо это лицо? Черт подери, это же лучшая подружка Мелиссы - Кайла! Я видел ее фотографии где-то. И тут в моей голове чертики заметались, подкидывая разные интересные мыслишки. Стал созревать идеальный план.