My fate... will be the same as my fathers.Люк Скайуокер.Восхождение.

Возобновив свою позицию во главе Синдиката, Тайбер направляется на Вейланд после уничтожения Звезды Смерти, где он узнаёт о тайных хранилищах Императора. После возобновления конфликта с Джаббой Хаттом, Занн захватывает Салейками на которой находится станция по поиску потерянных каналов связи, затем он направляется на планету Хайпори, на поверхности которой находится завод по производству боевых дроидов, построенный Конфедерацией Независимых Систем перед Войной Клонов. Там, он берет завод под контроль, начинает массовое производство дроидек версии B-2, подкупает трандошанского охотника Босска и заключает с Джаббой сделку (перемирие, плюс Джабба отменяет награду за голову Занна, отменяет нападения на территории Синдиката и отдаёт ему планеты Хайпори и Салейками). Чтобы узнать тайны артефакта ситхов, Тайбер и его правая рука Урай Фенн летят на Датомир, чтобы найти практиканта Тёмной Стороны Силы. В конце концов, им удаётся освободить адепта по имени Силри вместе с её Ночными сёстрами, прежде чем вернуться на свою базу на Рилоте. Принц Ксизор, глава пиратского синдиката «Чёрное Солнце», соглашается устроить встречу между Тайбером и имперским покупателем, чтобы продать артефакт. Взамен, Занн должен выкрасть ценный газ тибанна с газового гиганта Беспин. С помощью дроида-убийцы IG-88, Тайберу удаётся свалить всё на «Чёрное Солнце». Ему остаётся лишь смотреть как синдикат Ченое Солнце уничтожает Дарт Вейдер.Свой флот Тайбер Зан строит на верфях восставшего против Империи Мандалора,предварительно дав огромную взятку гранд-адмиралу Милтину Такелу,правителю этого сектора. Позже, адмирал Траун и Занн (на своём новом флагмане — «Беспощадный») встречаются в бою над имперской планетой Карида, где расположен испытательный полигон. Во время битвы, Босск выкрадывает артефакт и направляется к кораблю Трауна. Главаря Консорциума в своё время отчислили из имперской военной академии. Затаив обиду на режим, выбросивший несостоявшегося офицера на обочину жизни, Занн постоянно пытался доказать полководцам, насколько талантливого стратега они потеряли в его лице, проворачивая дерзкие авантюры и нанося ощутимые поражения имперскому флоту и армии. Один из наиболее ярких примеров - бой с адмиралом Трауном, когда-то товарищем по училищу и большим поклонником военного гения Тайбера. Некогда хорошие приятели, но и непримиримые соперники, оба с большим энтузиазмом бросили свои корабли в атаку, где каждый старался доказать, что он лучший, даже с риском для жизни. Вскоре после этого, Траун отступает,после он получает должность гранд-адмирала и улетает покорять Неизвестные Регионы а Тайбер отслеживает артефакт до Корусканта, где он, Ураи и Силри внедряются в личный информационный центр Императора и крадут коды доступа к строящемуся суперразрушителю класса «Затмение». Они также забирают артефакт ситхов. После уничтожения второй Звезды смерти, гибели Императора Палпатина и Дарта Вейдера, погибшего как Энакин Скайуокер, Занн штурмует звёздный суперразрушитель «Затмение» на орбите Куата. Поначалу, ему в этом помогают повстанцы, желающие уничтожить «Затмение», но как только основные имперские силы на орбите уничтожены Занн предаёт их и использует суперлазер корабля чтобы уничтожить имперский флот и заставить отступить повстанческий,а также повредить верфи.В бою Занну удаётся также серьёзно повредить Тысячелетний Сокол. Внезапно суперлазер «Затмения» даёт сбой, на орбиту прибывает огромная армада Империи во главе с звёздным суперразрушителем класса Исполнитель под именем «Аннигилятор» под руководством адмирала Гаарна. Занну удаётся отбить и эту атаку, после чего Тайбер с помощью восстановившегося суперлазера уничтожает «Аннигилятор». После битвы, Тайбер Занн использует терминал на борту «Затмения» чтобы найти местоположения хранилищ Императора. По причине повреждений корабля, Тайберу приходится бросить его, так как этот суперлинкор является целью как повстанцев, так и имперцев. Тем временем, Силри использует артефакт ситхов для обнаружения и пробуждения (пробуждение происходит на планете Миндор) древней армии ситхов, существовавшей со времён Дарта Ревана 4000 лет назад до Битвы при Явине IV и замороженной в карбоните, ожидая своего звёздного часа. Рубку корабля режет злодейский смех.То смеется дух Палпатина.Вскоре все погибают от неизвестной болезни.Повстанцы находят этот корабль.А линкор «Затмение» имперцы эвакуируют на орбиту Бисса. Система Куат.через три месяца после Эндора.Флагман Тайбера Занна-«Беспощадный».Через несколько дней после Второй битвы за Куат. Лея дёрнулась в сторону и оглянулась на стыковочную шахту. Доносящиеся изнутри крики были просто нечеловеческие. То был острый и полный ненависти визг сотен голосов: «И–и–и–и–и…». Он давил на барабанные перепонки, потом пропадал вовсе, но вновь появлялся на той же частоте и уровне громкости. Люк простонал. Он что–то бормотал. Она пригнулась, чтобы лучше слышать. – …трежьте её… Лея посмотрела на него, удивлённая тем, что разобрала из его слов. А если бы не разобрала – то вот он, в полном сознании, смотрит в глаза и показывает на перебинтованную ногу. – Сестра, пожалуйста. Ты должна её отрезать. Поднялась новая волна криков: «и–и–и–И–И–И–и–и–и…» – и Лея переждала, пока звуки утихнут. – Что? «и–и–и–И–И–И–и–и–и…» – Отрежь её.Сила это уже не лечит. «и–и–и–И–И–И–и–и–и…» – Это необязательно, – ответила она. – Не сейчас. «и–и–и–И–И–И–и–и–и…» – Я чувствую, как оно поднимается по мне. Отрежь её, – его голубые глаза были испуганные, но совершенно ясные. – Пожалуйста, мне плевать на боль. Просто отрежь её. «и–и–и–И–И–И–и–и–и…» – Не могу. – Тогда убей меня. Крики вновь усилились, ещё громче прежнего, звук поднимался и опускался по той же схеме. Это продолжалось в течение всего их разговора. Лея перекрикивала звуки, чтобы Люк её слышал. – Хан пошёл с Чубаккой налаживать связь и искать медикаменты. Поверь, мы выберемся из всего этого. Нога сильно болит? – Она не болит. – Что? – Это другое. Ноге не больно. Я просто чувствую, где Тайбер Занн… где меня укусили, – он широко раскрыл глаза, блестевшие как битое стекло, и она услышала, как воздух свистит у него в носу. Битву с паникой Люк проиграл вчистую. – Развяжи ногу, чтобы я её видел. Я тебе покажу. – Нужно, чтобы нога была туго перебинтована. – Оно проходит сквозь меня! – Люк, не надо! Он сел и стал по очереди срывать окровавленные жгуты с икры. Лея попыталась помешать, но он остановил её одним взглядом, продолжая счищать с себя холщовые полосы, которые она вырвала из собственной куртки. Последний кусок довершил влажную красную кучу. – Видишь? – на лице Люка Скайуокера мелькнули одновременно ужас и торжество. – Я же говорил. Лея пригляделась. На икре не хватало куска плоти размером с кулак. Голая большеберцовая кость проглядывала сквозь разорванные мышцы и сосуды. Повреждённая плоть вокруг раны посерела. Она с зачарованным ужасом смотрела, как та же серая тень поднималась по ноге, мимо колена к бедру, пульсируя и покрываясь желеобразной плёнкой. Будто какая–то рука у её брата под кожей подбиралась всё ближе и ближе к груди. – Убери её! – взвизгнул Люк, как крикуны из шахты. – Отрежь её! Выкинь её! Избавь меня от неё! Лее показалось, что время остановилось. Ей вдруг вспомнилось, как один из преподавателей по первой медицинской помощи сказал на лекции: «Придёт день, и вы столкнётесь с ситуацией, к которой окажетесь полностью неподготовлены как физически, так и эмоционально. Тогда вы и узнаете, какие из вас врачи, насколько вы подвержены страху и как хорошо вы выучились». Она рывком раскрыла карман брюк и вытащила медкомплект. Внутри лежали скальпели, марля, бинт – самые простые медицинские средства. Люк продолжал орать. Серая пульсирующая опухоль продвинулась мимо талии, забралась на живот, превращая розовую кожу в бесцветную с крапинками массу. Лею чуть не стошнило – будто мясо гнило изнутри. Он умирает. Или хуже того. Не медли. Взяв из комплекта скальпель, Лея коснулась заострённым концом голой плоти прямо под пупком. На мгновение крики Люка превратились в визг боли. Он уставился на её руки, когда она ширила разрез, пробиваясь пальцами сквозь слой подкожного жира к сведённым брюшным мышцам. На верхней губе и лбу пробился холодный пот. Она выкинула эту мысль из головы и сосредоточилась на том, что открывалось её взору. Мускульные жилы скользили меж её пальцев, как натянутые влажные нити пряжи. Она видела их в своём сознании, чувствовала непривычную теплоту под ними – это навязчивое присутствие; эту штуку, которая прорубала себе извилистый путь наверх. Кончиками пальцев она почувствовала лёгкое шевеление – и сжала руки. Что–то вдруг дёрнулось и выплеснулось на неё из–под мышечного слоя – густой слизкий перламутровый гной обволакивал ей кисти рук. Крики из шахты стали просто оглушающими. Лея отдёрнула руки и стала смотреть, как мутноватая жидкость сначала сгустилась, потом дёрнулась, и наконец обернулась перчатками вокруг её рук в поисках открытых ран, через которые можно было бы пробраться внутрь. Чем больше это находилось на воздухе, тем сильнее вокруг воняло. Лея вытерла руки о брюки, с трудом сдерживая позывы рвоты и повторяя себе, что если она даст слабину сейчас, то уже никогда не соберёт свою волю в кулак. Лицо Люка побледнело, приобрело серый оттенок. В шоке, не мигая, брат смотрел на неё. Лея надеялась, что он потеряет сознание. Пока этого не происходило, но он хотя бы перестал орать. – Придётся опять залезть тебе внутрь, – сказала она. – Надо убедиться, что я удалила всё. Не успел он ответить, как она засунула руку в разрез, пошевелила там в ожидании, что дёргающаяся слизь опять набросится на пальцы, но ничего не почувствовала. Опустив глаза, она увидела, что серо–чёрный цвет гниения так и остался над линией талии, но не продвинулся дальше. – Кажется, получилось. Глубоко вздохнув, она перевела взгляд на Люка. Он всё же потерял сознание, закрыв глаза и завалившись набок. Лея подобрала сорванную с него рубашку, сложила и прижала к ране, чтобы остановить кровотечение. Прижимая жгут, тяжело дыша, она мечтала, чтобы сердце замедлило биение до обычного уровня. Она не понимала, помогла ли больше или навредила. Однако Люк был ещё жив и дышал. Если бы она ничего не сделала, результат мог быть совсем другим. Чуть позже, когда она немного успокоилась, Лея поняла, что в стыковочной шахте рядом с ними всё стихло. Крики прекратились. А потом, откуда–то издалека, она услышала другой звук, неясный ответный рык. Что–то на другом конце звёздного разрушителя уже кричало в ответ. Спустя два часа -То был не падающий мусор.- Эта мысль пришла к Хану Соло , когда он сделал ещё один шаг к горе в надежде отыскать следы Люка и Леи с другой стороны. Тогда-то он и наступил на что-то мягкое и податливое. Опустив взгляд, он понял, что это была человеческая нога. Очень медленно он поднял глаза. Нога соединялась с телом, а на нём лежало другое, третье... Перед ним поднималась гора из сотен расчленённых трупов: голов, рук, ног, целых тел, очищенных от плоти костей. На некоторых ещё сохранилась полусгнившая имперская военная форма и доспехи штурмовиков и одеяния бандитов Консорциума. Гора поднималась до самого потолка. Части тел свешивались отовсюду. Всё это напоминало склад на скотобойне. На некоторых ещё виднелись наручники или кандалы, другие же были порублены на куски и частично разложились. Целые куски плоти лежали и гнили. Некоторые части тел раздулись настолько, что кожа стала лопаться, как на сосисках. Хан Соло заметил, что стоит в липкой лужице того, что вылилось из трупов на пол. Ему показалось, что комната закружилась перед глазами. Крик так и застрял в горле, потому что кореллианин не смог разомкнуть губ и выпустить его. Вместо этого он отшатнулся, стараясь не смотреть на то, что лежало перед ним и вокруг него. Ему очень не хотелось, чтобы оно там лежало, но он не мог оттуда убежать. Где-то позади была дверь, через которую он сюда пришёл – люк, через который можно уйти. Но он не мог найти выключатель. Хан Соло стал вслепую колотить по стене, но ничего не происходило. И тогда он услышал звуки – мягкий, влажный шорох откуда-то изнутри горы. Тела задвигались, чем-то расталкиваемые и переставляемые. А потом он увидел тварь, которая пробралась наружу.Ему даже убить её нечем, ведь заряды к его бластеру кончились… Сначала показалась голова, белая, как у сороки, а затем и всё остальное выползло на пол. Оно поднялось на ноги – фигура в мокрой оборванной одежде и окровавленном шлеме штурмовика уставилась на Соло. Чёрные поляризованные линзы были грязными, забитыми какой-то слизью и гноем. Дыхательный фильтр отвалился на сторону, и Хан мельком разглядел под ним чешую на воспалённом горле твари. У загубника виднелась запёкшаяся кровь, и бывший контрабандист понял, что, наверное, тварь проела себе дорогу наружу. Она направилась прямо к Хану.. Он попятился, тут же споткнулся и упал. Вскочив и бросившись в сторону, он побежал вокруг горы трупов. Ему казалось, что тварь с шумом преследует его, но это могли быть удары сердца, стучавшие в ушах. Ему не хватало смелости обернуться. Но он чувствовал, что она приближается, чувствовал её присутствие, как ощутимо нарастающее давление в висках и в груди, что толкало его вперёд и заставляло бежать скорее и скорее. Комната завертелась в глазах. Соло замотал головой вправо-влево. Дверь, где бы она ни находилась, уже окончательно для него потеряна. Страх лишил его чувства ориентации в пространстве. Он даже не помнил, откуда пришёл. Подняв глаза, он увидел открытую вентиляционную шахту в потолке на высоте десяти-пятнадцати метров или больше. Наконец он остановился и оглянулся: тварь в шлеме штурмовика шла прямо за ним. Времени оставалось всего несколько секунд. В этот раз Хан не стал особо размышлять. Он полез наверх. * * * Это было даже хуже, чем он ожидал. Огромная куча расчленённых тел и оторванных голов являла собой неустойчивую и вечно съезжающую опору, подвижную и валящуюся вниз по мере его восхождения. Зловоние только усиливалось по мере того, как вскрывались внутренние слои горы разлагающейся плоти, до того почти не подверженные воздействию воздуха. Борьба с рвотным рефлексом стала непрекращающейся, и Хану Соло не всегда удавалось обуздать свои позывы. Ощущение шаткости, похожее на морскую болезнь, ещё более осложняло восхождение. Он сосредоточился на вентиляционной шахте, заставляя себя думать о том, как он отсюда выберется. Однако Хан Соло всё равно то и дело оборачивался – не мог с собой совладать. Тварь в шлеме лезла за ним. Она взбиралась неотвратимо и неумолимо, как в кошмарном сне.. Не давала покоя только мысль, что тварь забралась за ним сюда, пытаясь удовлетворить тот позыв, который гнал её вперёд. Ярость. Жажда крови. Голод. Что-то шевельнулось под ним в горе. Это просто ещё чьё-то тело, не думай о нём, не давай ему... Он почувствовал, как холодная, покрытая струпьями, рука высунулась из кучи и схватила его за лодыжку. Триг натужно вскрикнул и вывернул ногу, чуть не потеряв равновесие. В голове пронеслась мысль, что его небольшая беспомощная фигурка сейчас полетит вдоль склона, откуда будут высовываться руки, ноги и рты, рвать его на части, пока его истекающее кровью тело не пополнит их ряды. Он стал карабкаться быстрее, сильнее работать руками, проталкиваться вверх, сталкивать тела вниз. Он почти добрался до верхушки и глядел внутрь вентиляционной шахты – огромного воздуховода с открытым проходом. Двигайся. Просто двигайся. Хан рванулся вверх с нечеловеческим усилием. В это мгновение его разум полностью отключился. Он больше не чувствовал зловония, не ощущал, как комната будто клеилась к нему своими ужасными ледяными руками. Он сосредоточился только на том, что впереди, и сколько нужно времени, чтобы туда добраться. Последние мгновения, когда он забрался на верхушку кучи, не оставили никаких следов в памяти, будто всё это произошло не с ним, а с кем-то другим. Чувство реальности вновь вернулось к нему, когда пальцы зацарапали холодный металл – благословенная твёрдость внешнего края воздуховода. Он подтянулся туда с глубоким вздохом, поджал ноги и только потом выдохнул. Вентиляционная шахта была немногим шире его плеч, но этого вполне достаточно. Соло огляделся, чуть не впав в лёгкую истерику. Сердце бешено стучало, будто пыталось пробить дырку в груди. Мышцы в глотке яростно ходили вверх-вниз. Я сейчас опять раскричусь. Ну, давай, реви. Ты это заслужил. Но тут он заметил, что глаза сухие. По крайней мере, он забрался на кучу из человеческих тел и не расплакался. Под ним что-то свистело, дышало. Глянув вниз, он увидел, что тварь в шлеме ещё карабкается по горе трупов. Хан огляделся по открытому воздуховоду, выбрал направление движения и пополз туда. *********** Конечно,их всех спасли….