Мама, папа, я - суккуб.

Ранее знакомые коридоры закончились, и приходилось всматриваться в новое окружение: темное, едва видимое, под слабым свечением кроваво-красных прожилок, которые еле освещали путь вниз по каменной лестнице. Атмосфера угнетала. Дыхание часто перехватывало, ведь на пути можно было легко оступиться и улететь в пропасть внизу, прочесав затылком все ступеньки. Кончать жизнь подобным образом желания не было ни у меня, ни, как выяснилось позже из моих наблюдений, у Тимея. Демон тоже осторожничал и в один прекрасный момент чуть было сам не полетел в низину. Вовремя использованная магия - и все живы. Только легче от этого не становилось. Наконец, лестница привела нас к тупику: на ощупь впереди была стена, а по бокам, когда Тимей отошел, по обвивающим светящимся прожилкам можно было определить два столба с орнаментами. Кстати, знакомым из телепортационного круга - Отойди в сторонку, а то невольно заденет, а мне бы не хотелось сразу же перед появлением потерять объект повышенного интереса Всенижайшего прямо у порога из-за того, что "дверь была открыта неправильно", - передразнивая кого-то, Тимей прислонился ухом к столбу и начал на нем что-то громко и тщательно царапать засветившимся сиреневым пальцем. Я послушно отошла. Мало ли, насколько безбашенный поступок совершает этот демон, однако прежний опыт подсказывал: передо мной очередная телепортационная, а может и "обычная" дверь. Символы были ничем иным, как проводниками энергии Тимея. Ориентируясь на местные рукописи, столбы были подобны проводам, которым нужен был ток для работы, а заклинания уже были "заложены" в каменную твердь. Энергия - ключ. - Ну что, малютка, - чиркнул последний штрих на втором столбе и повернулся ко мне демон. - Улыбку от рога до рога, взгляд блестящий, страстный, попу назад, грудь впере... Неважно, - понял мой подозрительный взгляд. - Просто не накосячь, хорошо? - А что, есть вероятность? - Огромная. - И чем она грозит? - Тимей, по всей видимости, ожидал подобного вопроса, и, осмотрев меня с ног до головы, заострил внимание на руках. - Скажешь что-нибудь не так - прощаешься не только с земной жизнью, но и душой. Обнадеживает. То есть вариантов для сохранения своей всеми забытой душонки не предвидится, и мне придется самой выкручиваться из сложившейся ситуации? На что они рассчитывали, забирая меня сюда? - Подожди, - только что отвернувшийся в сторону стены Тимей, прислушался. - Что хоть делать-то надо? - Показать, что ты не безнадежна, - улыбается, как пить дать, лыбу давит и оправдывать ее не намеревается, даже мою слепоту учитывает. - В твоем случае это будет ой как сложно. Так что не оплошай. Я на тебя не мало поставил, - вновь повернулся ко мне. Стена засияла сиреневым, испуская интенсивный свет из мест соединения камней, а надписи на столбах, словно живые, синхронно образовали две жуткие, светящиеся, рогатые физиономии с кровожадными взглядами и оскалами. Не сравнимо с тем, что может понапридумывать больной мозг, но в сложившейся ситуации роль нагонения страха выполняет на твердую "четверку". - Ну-с! - хватает меня за руку, резким движением подтягивая к себе, а после еще пинка под зад добавляя, отправляя прямиком в светящуюся стену. - Нерешительные идут впереди! Твою мать! Мало того равновесие потеряла, улетела в тартарары, все таки прочесала носом каменный пол, так еще одна и в непонятном мне месте появилась. Больно и обидно. Держа злобу в себе, зная, что сорвать ее попросту не на ком, обнаруживаю еще одну очень важную, но упущенную деталь: большая зала с куполообразным сводом, по бокам располагались лавовые бассейны и лавопады, а впереди, восседая на троне из обожженных тел, где спинкой были спины жертв, подлокотниками являлись костлявые руки, а ножками - отрубленные головы, ждал меня тот, кого видеть я не желала бы даже после смерти. Заметив мою персону, он плавно поддался вперед. В который раз я замечаю, как сердце пропускает удар другой, а мой мозг молит о помощи. Обеспокоенно оглядываюсь, быстро ищу выход - ничего. Место полностью изолированное. Проклятье! - Сколько дерзости в твоем поступке. Сколько неуважения. Глубокий, размеренный голос погружал меня в ужас. Я не могла объяснить то, что со мной происходило, но это явно было ненормально и могло закончиться катастрофой. Как в тот раз с Тимеем, было острое чувство нехватки возможностей. Ну же, Инн, что ты знаешь про это место. Вспомни же хоть что-нибудь, что тебе поможет, дурья ты башка! - И это твой ответ на мою милость? Низко ты пала, но не достаточно, чтобы заставить меня шевельнуться. Взглядом загнанного крольчонка смотрю на сидящего в троне, пытаясь пересилить себя. Яркая, красная, обожженная кожа, мускулистый сам по себе мужчина, изогнутые назад в форме "S" рога, волосы черные, смоляные. И смотрит он на меня пристально, не моргает. Жутко было смотреть на ядовито-желтые, пылающие слабым огнем глазницы. Когда сидящий вновь заговорил, удалось разглядеть его зубы, что сплошь состояли из клыков, а весь рот сиял как и глаза, тем же цветом. Диковинный демон продолжал вести монолог. - Зачем ты пришла сюда, суккуб? Знай, что даже милость Эльмиуса тебе не поможет, и рассчитывать только на нее было твоей последней ошибкой. Говори. - Меня заставили, - вперед мысли выпалила я, тут же жалея о сделанном. Как говорится ,слово не воробей, поэтому терять уже оказалось нечего. - Пришли, усыпили, засунули в покои суккубов... Он пристально слушал, дожидаясь паузы. - Ты не ответила на мой вопрос. - Я не знаю, - зато честно. - Прошу простить, но демоны ошиблись: я не суккуб. Если вы не верите мне, то взгляните, только взгляните на меня. Разве мое тело похоже? И, к тому же, у меня нет ни природного обольщения, ни магии. Он скривился, будто я что-то гадкое и противное. Дьявол. Я была практически полностью уверенна, что передо мной сидит тот самый дьявол, что руководит демонами и различной нечистью, а так же курирует круги Ада. В их существовании теперь не было смысла сомневаться. - Ты хочешь сказать, что ты не дочь Эльмиуса. - Д-да... -Живая девчонка, которая говорит со мной. Ты заняла мое внимание, - позади Дьявола показались черные перьевые крылья, которые дернулись в такт словам. - Отрицаешь свою природу. Давно ли ты смотрела на себя в зеркало? - Нет. Именно по э... - Стоило ему поднять указательный палец, как у меня тут же пропал дар речи. - Грешники, и те быстрее осознают свою демоническую сущность, а ты, рожденная во тьме, являющаяся прямым продолжателем рода, противишься своему предназначению. Ты так рвешься домой, но знаешь ли, через что тебе придется пройти? Знаешь ли, что ждет тебя по возвращению на твердую землю? Палец был опущен, а чувство отсутствия голоса все еще оставалось, хотя говорить я, несомненно, могла. Значит, ответа он ждет. Знаю, к сожалению. - Все круги Ада, не так ли? - В его взгляде была едва заметная заинтересованность. - Грешники попадают в Ад, это закономерно. Миру требуется суд, своеобразный фильтр для тех, кто так или иначе преступал мораль и нравственность, насиловал, убивал или грабил. И чем ближе к житию человеческому, тем более выше круг, тем более "невинен" виновный. - Теорию ты знаешь. Сойдутся ли твои слова на деле? - Едва заметно улыбнулся уголками губ. Боюсь, что расходятся, однако вместе с тем появился шанс выбраться из этого треклятого места. - Вижу сомнение в твоем взгляде. Неуверенная, неосторожная. Верно, на суккуба ты не похожа. Ты отличаешься от большинства. Я это как принимать должна? Комплимент? Унижение? Хмыкнув, Дьявол свободно откинулся на спинку трона и заговорил менее устрашающе. - Шестой круг Ада. Посмотрим, сколько времени ты там продержишься. Мне даже пискнуть возмущенно не дали: тут же я провалилась в бездну, куда-то вниз, где меня поглотила тьма. Летела долго, но боязливость никуда не уходила. Напротив - все усиливалась, одновременно с этим показывая картины неблагополучной концовки. Да, размазанная по полу, сожженая заживо или даже съеденная - когда я только начала нормально относиться к подобным реалистичным картинам? Воспринимаю ли я это так, как и должна была? Внизу меня ждал гроб. Резко вдыхаю от сильного удара спиной о металлическую стенку, на глазах выступают слезы, ощущение боли перекрывает все мыслительные процессы. Шевельнуться я не могла. Осмотреть себя на целостность - и мысли не было. Единственное, что я знала - кажется, у меня перелом. Скуля и хныча, смотрю перед собой на расплывчатую картинку: раскаленный металл, от которого исходил сильный жар парил. Итак сбитое дыхание стало более прерывистое, наступала паника, дикая паника, не контролируемая сознанием. Сердце заколотилось, из последних сил давая мне надежду выкарабкаться. Боли ушли на второй план, хотя все равно давали о себе знать, но я вскинула голову, задыхаясь от частого дыхания. Верха не было видно. Тело затрясло. Реакция мозга моментально проанализировала ситуацию: шестой круг место для еретиков, лжеучителей, лжепророков, где те горели в гробах, в своих могилах. Не пришлось долго думать - меня собирались заживо зажарить.