И дрогнули чаши весов

Воспоминания пробуждались постепенно. Рэй помнила, как улетела с Джакку, помнила гром взрывов, адреналин от погони. Она помнила странное чувство, которое испытала, коснувшись светового меча. Рэй помнила пустую комнату и жутковатого вида кресло с наручниками. Она невольно вздрагивала, когда холодный металл касался кожи. А ещё она помнила чёрного человека. Бесстрастный металлический голос. - Всё ещё хочешь убить меня? - Такое бывает, когда за тобой охотится монстр в маске. На звонкий ответ и показную храбрость ушли последние силы. Рэй хотела видеть его лицо. Невозможно разговаривать с человеком, не видя его глаз. Но уже через минуту она подумала, что маска намного лучше. Да, лучше чёрный блеск металла, чем эта холодная пустота застывших глаз, чем ярость, бушующая в его зрачках. Лучше голос, изменённый шлемом, чем его настоящий голос, от которого мурашки бегут по коже. - То, что мне нужно, я беру. А потом Рэй показалось, что её мозг выворачивают наизнанку. По сути это так и было. Он рылся в её сознании, сметая все преграды. Это было не только больно, но и обидно, и унизительно. Рэй помнила Силу. Она чувствовала облако Тьмы, окружающее человека в маске. Она помнила, как Сила, но уже другая, тёплая, наполнила всё её существо. Рэй помнила побег. А потом воспоминания стали обрывочными, размытыми. Она помнила огромное помещение, тонущее в полумраке. Рэй видела двух людей, стоящих на узком мостике над бездной. Алая вспышка. Крик. Её собственный крик. И тело её друга, летящее вниз с головокружительной высоты. Потом был снег. Холод пронизывал, обжигал, но Рэй этого почти не замечала. Снова вспышки. Чёрная фигура и алый свет. Дальше Рэй не помнила ничего. Дальше только пустота, наполненная отголосками мыслей, событий, воспоминаний. Эта пустота не желала отпускать Рэй, сколько девушка ни боролась, сколько ни билась в цепких лапах темноты. В конце концов, она сдалась, отпустила уставшее сознание, позволила себе просто плыть в непроглядной тьме, раствориться в ней, не чувствовать ничего. Проснувшись, Рэй на мгновение поверила, что находится дома. Как же ей удалось вернуться домой? Наверное, всё это ей только приснилось. Да, это был дурной сон, очередной кошмар из тех, что заставляли её просыпаться посреди ночи вот уже много лет. И Рэй была рада, что она дома. Лучше Джакку, чем все те ужасы, которые она видела в этом странном сне. Скоро взойдёт солнце, обжигающее беспощадное солнце, начнётся новый день мусорщицы. Снова проржавевшие старые корабли, снова песок. Рэй просто ненавидела песок, среди которого прожила всю жизнь. Маленькие, острые противно-жёлтые кристаллики забивались повсюду, лезли в глаза, в нос. Снова будет игра в кошки-мышки с пустыней. Может быть, сегодня Рэй найдёт свою смерть в зыбучих песках. Смерть, которую она множество раз видела в кошмарах. Новый день начинается, хватит ныть, встань и живи. У Рэй заурчало в животе, она давно не ела. Нужно окончательно проснуться… Рэй была не дома. Она поняла это, ещё не открыв глаза. Запахи были другие. Старый мешок, набитый тряпками, который Рэй торжественно именовала подушкой, насквозь пропах пустыней и самой Рэй. А подушка, на которой девушка лежала сейчас, пахла чистотой. Очень редкий запах для Джакку. Нет, Рэй не дома. Значит, она снова в плену у монстра. Рэй резко открыла глаза и села на постели. Комната, в которой Рэй находилась, была ей не знакома. Всё было светлое и непривычно чистое. Рэй, удивляясь самой себе, подумала, что скучает по песку. Она встала, с удовольствием отметив, что не ранена и не чувствует слабости. Гладкий, скользкий пол неприятно холодил босые ступни. Дома холод был недосягаемой мечтой. Рэй вдруг с абсолютной уверенностью осознала, что не вернётся домой. Ей стало грустно. Не будет больше ничего знакомого и привычного. На Джакку она знала, какие опасности могут подстерегать её, знала, как их избежать. Но как спастись от того, что преследовало её теперь, в этом новом мире, в новой жизни? Как противостоять тому страшному человеку в чёрном шлеме? Рэй вздрогнула при мысли о нём. Его голос, холодный взгляд, само его присутствие вызывало в девушке безотчётный страх. Наверное, это из-за сгустка Тьмы, который постоянно тянулся за ним. Как человек может жить в таком облаке мрака, не задыхаясь от давления огромной силы? Успокойся, приказала себе Рэй. Может быть, удастся бежать, пока он ещё не пришёл. А в том, что он придёт, Рэй ни на секунду не сомневалась. Пока у неё есть ещё время, нужно что-то придумать, нужно выбраться. В комнате было две двери. Та, что с черной панелью кодового замка, несомненно, ведёт наружу. Рэй не питала надежды, что её не заперли, но на всякий случай попыталась открыть. Конечно, дверь не поддалась. - А чего ты хотела? – пробормотала Рэй. – Думала, тебя отпустят за просто так? Рэй включила цифровую панель. «Введите код». Замок вполне типичный, подумала Рэй. Код, скорее всего, шестизначный. Рэй понимала, что подобрать его почти невозможно. Это может быть любая комбинация цифр. Но Рэй не теряла надежду. Она знала, какие провода нужно замкнуть, чтобы дверь открылась. Вот только у неё не было инструментов, чтобы разобрать панель. Рэй обошлась бы обычным ножом, смогла бы подковырнуть крышку, но даже такого простого предмета у неё не было. А ситх предусмотрителен, подумала она. На Джакку Рэй всегда носила с собой набор маленьких отвёрток и нож в потайном кармане. Но всё это было вне её досягаемости, ведь у Рэй забрали даже привычную одежду, как бы намекая, что нет возврата к прошлому. Вместо лёгкой, но закрывающей всё тело одежды, идеально подходящей для пустыни, на ней были немного коротковатые спортивные штаны и майка без рукавов. Осознав безрезультатность борьбы с замком, Рэй решила осмотреть своё жилище, точнее, свою камеру, ведь она пленница. Обстановка комнаты была весьма скудной. Кроме кровати, с которой Рэй поднялась несколько минут назад, был только стол и стул. Но даже такой скромный набор мебели показался девушке с Джакку роскошью. Здесь всё новое и чистое. Дома, сколько не убирайся, через минуту горячий ветер нанесёт пыли и песка. Рэй привыкла к песку. Интересно, куда ведёт вторая дверь? К удивлению Рэй, дверь оказалась не заперта и отъехала в сторону при лёгком касании. - Обалдеть… - сказала сама себе Рэй, замерев на пороге. Дома, на Джакку самой большой драгоценностью считалась вода. Воду берегли, ценили выше любых денег. На засушливой планете даже средства гигиены были в порошковом виде и не подразумевали наличия воды. Так что ванну Рэй видела только на картинках. До этого момента. С трепетом исследователя, проводящего важный эксперимент, Рэй открыла кран, и в раковину хлынула прозрачная струя чистой воды. Девушка попыталась вспомнить, когда она видела столько воды сразу. Наверное, никогда. Рэй умылась, с наслаждением ощущая на лице прохладную жидкость. Над раковиной висело большое зеркало. И посмотрев на своё отражение, Рэй подумала, что за несколько дней успела сильно измениться. Не ощущая больше ежесекундного прикосновения горячего ветра, успели зажить потрескавшиеся губы. Изменилось само выражение лица. Рэй больше не была той девушкой с Джакку, простой мусорщицей, которая ничего не видела, кроме дюн и разбитых кораблей. И снова с болезненной ясностью Рэй осознала, что к той жизни нет возврата, что всё её прошлое утекло прозрачными капельками, как вода, а впереди только неизвестность. Даже если она выберется живой из лап Первого Ордена, всё равно не вернётся домой. После того, что она видела, после всего, что пережила, Рэй просто не сможет снова собирать ржавые железки по пустыне, зная, что где-то в галактике есть планеты с синими озёрами, что где-то там люди сражаются и умирают за свои убеждения, что настоящая жизнь намного сложнее, чем пустое существование мусорщицы. За следующие несколько часов Рэй успела досконально исследовать свою камеру. Результат мало обнадёживал. Дальше сражаться с дверью, не имея инструментов, просто нет смысла. Рэй хотела попробовать выбраться через вентиляцию. Но отверстие под потолком оказалось слишком узким, к тому же было забрано решёткой. Была идея разбить зеркало в ванной, использовать острые осколки в качестве оружия и выбраться отсюда с боем. Нужно только дождаться, когда дверь, наконец, откроется, и кто-нибудь зайдёт. Но Рэй быстро поняла всю безнадёжность этой затеи. Ну, справится она с одним солдатом, может, с двумя, но их тут, наверняка, целая армия. Снова и снова продумывая заведомо неосуществимые планы побега, Рэй чувствовала, что начинает паниковать. Она не знала, сколько времени находится здесь. Несколько часов? Или дней? Ей казалось, что прошли года. Вынужденное бездействие просто бесило, как и полная неизвестность. Рэй не представляла, где находится, и что будет с ней дальше. Какую судьбу приготовил для неё человек в чёрном шлеме? И сколько ещё её будут держать взаперти? С детства Рэй привыкла к открытому простору пустыни. Недостаток пространства начинал действовать на нервы, и без того натянутые до предела. А ещё ей хотелось есть. Они собираются морить её голодом? Рэй уже подумывала, не постучать ли в наружную дверь, и только гордость удерживала её от этого шага. Как бы ни урчал пустой желудок, Рэй никогда не попросит подачки у врагов. Расхаживая по комнате туда-сюда, Рэй старалась сосредоточиться на очередном плане побега. Из раздумий её вырвал тихий щелчок, означающий, что дверь открыта. Рэй напряглась. Несмотря на весь риск, она была готова броситься на того, кто войдёт, и любой ценой вырваться отсюда. Дверь мягко, почти бесшумно отъехала в сторону. На мгновение Рэй похолодела, подумав о том, что к ней пришёл Рен. Но на пороге комнаты появился штурмовик в белых доспехах. Будь он один, Рэй, наверное, попыталась бы осуществить свой безумный план, но за его спиной маячили ещё двое. Кто знает, сколько их там? Рэй отступила к противоположной стене камеры, подальше от заветной двери, от солдат. Но через секунду она поняла, что опасаться нечего, по крайней мере, в настоящий момент. Ей просто принесли обед. Наконец-то! Штурмовик поставил на стол поднос и, ничего не говоря, развернулся и направился к выходу. - Где я? – спросила Рэй, всё ещё находясь на безопасном расстоянии. – Что это за место? Он не ответил, даже головы не повернул в её сторону. - Что со мной будет? – выкрикнула Рэй, чувствуя, как, словно натянутая струна, лопается её самообладание. Штурмовик вышел, дверь бесшумно закрылась за ним. - Эй! Откройте! Рэй подбежала к запертой двери, стала стучать кулаками по холодному металлу. Нервы не выдержали. Если мучать её неизвестностью было частью их плана, то они добились успеха. Рэй колотила в дверь руками, зная, что никто не откроет, просто ей необходимо было выместить напряжение, злобу, страх. - Гады! – кричала она, надеясь, что те снаружи слышат. – Мерзавцы! Рэй медленно опустилась на пол, буквально съехала по гладкой поверхности двери. Что же будет? Её убьют? Скорее всего, да. Рэй восприняла эту истину со странным спокойствием. Они не оставят в живых сторонницу Сопротивления. Рэй судорожно вздохнула, подумав, что просто так ей умереть не дадут. Она не знает никаких тайн Сопротивления, даже не состоит в организации. Но кого это волнует, кто ей поверит?... Сразу вспомнился человек в шлеме, маленькая комната с чёрными стенами и страшное кресло, вспомнилось ощущение холодного металла на запястьях. Нет, Рэй никогда туда не вернётся! Только не это! Он снова будет копаться в её голове, по кирпичику методично разнося её барьеры. Рэй содрогнулась при одном воспоминании. Тьма проникла в её разум, копошилась там, царапалась, выискивая слабые места. Любая попытка сопротивления приносила лишь новую порцию боли. Будто мозг медленно режут на сотни кусочков. Рэй прикусила костяшку пальца, чтобы не всхлипнуть. Она больше не проявит слабости, ведь они только этого и ждут. Она не даст им лишнего повода для радости, не доставит удовольствия своими страданиями. Рэй твёрдо решила, что не вернётся в комнату с чёрными стенами, не позволит снова пристегнуть себя к тому креслу. Не позволит! И ради этого пойдёт на всё. Рэй немного успокоилась, принятое решение придало уверенности. В следующий раз численность штурмовиков её не остановит. Если ей суждено умереть, то она умрёт в бою. Вместе с самообладанием вернулся голод. Рэй подошла к столу и скептически посмотрела на свой обед. Стоит ли есть то, что дают её враги, её тюремщики? Желудок проурчал что-то неразборчивое, наверное, говорил, что да, стоит. Аппетитный запах, исходящий от глубокой тарелки, окончательно убедил Рэй воспользоваться возможностью восстановить силы. Рэй в жизни не ела супов, ведь вода на Джакку в страшном дефиците. Последние несколько дней богаты на новые впечатления. Первую ложку Рэй поднесла ко рту медленно и несколько настороженно, но через минуту уже уплетала за обе щёки и пожалела, что принесли всего одну тарелку. Вкуснятина! После однообразной и безвкусной еды Джакку любое блюдо показалось бы ей деликатесом. Кроме супа на обед были свежие булочки, которые голодная девушка тоже не обделила вниманием. Утолив голод, Рэй заметно повеселела и снова задумалась о побеге. Жаль, что ей принесли именно суп, а не какое-нибудь блюдо, которое полагается есть вилкой и ножом. Специально, наверное, чтобы не давать ей в руки вещей, которые можно использовать, как оружие. Рэй подумала о том, что её друзья из Сопротивления, наверное, ищут её. Конечно, ищут, заверила себя Рэй. Финн теперь в Сопротивлении, а он никогда её не бросит. На душе стало тепло от мыслей о Финне. У Рэй никогда не было друзей, и Финн стал первым человеком, который увидел в ней нечто большее, чем просто мусорщицу, ничтожную, ничего не значащую личность. Финн уговорит сопротивленцев прийти ей на помощь. Друг её не бросит. И капитан Соло никогда бы её не бросил… если бы был жив. Раньше у Рэй не было сил систематизировать обрывочные воспоминания, не было времени придаваться скорби о погибшем друге. Но сейчас она вдруг разом осознала всё то, что произошло. Хан Соло мёртв. Рэй почувствовала, как глаза наполняются слезами. Думая о своей несчастной судьбе, она не плакала, но теперь вдруг разрыдалась. Он был таким хорошим человеком! А теперь его нет. Его убили. Убил тот самый человек в чёрном шлеме, который, оказывается, был его сыном. Рэй слышала всё, что говорили друг другу Рен и капитан Соло, стоя на злополучном мосту. Как же это ужасно, подумала Рэй. В тысячу раз ужаснее, чем, если бы они просто были врагами, представителями разных организаций. Но когда-то они были семьёй. - Как ужасно! – произнесла вслух Рэй. У неё не было родителей, точнее, были, но они её бросили. Но Кайло Рена никто не бросал, наоборот, это он предал и бросил своих близких. Капитан Соло пытался достучаться до него, воззвать к его чувствам, его совести. Рэй слышала, как Соло с надеждой и мольбой в голосе говорил «Вернись домой, Бен». А потом была красная вспышка. Этот ни на что не похожий звук, с которым загорается лезвие лазерного меча… И Рэй во всю силу лёгких крикнула «Нееет!», зная, что уже ничего не сможет изменить. У Рэй никогда не было семьи, само слово «семья» обозначало для неё нечто прекрасное и почти священное. - Как он мог? – прошептала Рэй. – Как он мог? Кайло Рен. Человек в шлеме. Тот, в ком Рэй видела лишь монстра. Она его боялась и ненавидела. И ещё больше ненавидела из-за того, что когда-то он звался Беном Соло. Он предал и убил дорогого ей человека, одного из немногих, кто отнёсся к ней по-доброму. Он предал собственную семью, людей, которые любили его и продолжали любить, несмотря ни на что. Рэй задохнулась от внезапно нахлынувшей жгучей ненависти. Никогда в жизни она не чувствовала ничего, настолько всепоглощающего. Это единственное чувство растеклось по телу, заполнило каждую клеточку, на секунду даже вытесняя страх. - Я убью его, - сказала Рэй со странным ледяным спокойствием, которого сама от себя не ожидала. Кайло Рен… Рэй несколько раз повторила про себя его имя, надеясь привыкнуть и не так сильно бояться. Бен Соло. Бен – такое простое, обычное имя, приятное на слух. Имя хорошего, честного парня. Может, этот парень и существовал когда-то, может, ещё пару дней назад он был жив. Но никто не смог бы пережить того, что он совершил. Бен Соло убил своего отца. Рэй снова внутренне содрогнулась. Время шло. Рэй устала бродить взад-вперёд по камере, снова и снова отмеряя шагами тесное пространство. Она уже устала думать. Мысли о Финне непременно приводили к мыслям о капитане Соло, и Рэй неизбежно начинала плакать. Мысли о своей судьбе и ближайшем будущем вызывали ледяную волну страха, перерастающего в ужас, отдавались неприятным холодком в груди. Ну а мысли о Кайло Рене приносили с собой ненависть, поглощающую Рэй без остатка, и ярость, застилающую глаза. Поэтому Рэй старалась просто не думать, уйти в себя, ничего не чувствовать. Она сидела на кровати и тупо смотрела в стену. Странное, непривычное ощущение вывело её из прострации. Будто мелкая дрожь внутри тела. Это так странно, но почти что приятно. Рэй чувствовала нечто подобное, когда управляла действиями штурмовика. И в снежном лесу, когда билась с Реном. Это была Сила. Рэй не понимала толком, что такое эта сила, и что она из себя представляет. Но уже знала, подсознательно была уверена в том, что Сила ей поможет. И сейчас Сила предупреждала об опасности. Рэй закрыла глаза, прислушиваясь к тревожному гудению в голове. И в ту же секунду резко вздохнула, не в силах выдержать поток Силы, который сама же и призвала. Открыв глаза, Рэй несколько секунд приходила в себя. Она не знала, что управлять Силой учатся очень долго, что такое неумелое использование мощной энергии может просто убить. Нет, Рэй всего этого не знала. У неё пересохло во рту, но не Сила была тому причиной, а то, что Сила показала. Рэй видела тёмную высокую фигуру, видела, как наяву, холодный блеск чёрного шлема. Она слышала тяжёлые шаги, гулко отдающиеся в пустом коридоре. И знала, что эти шаги приближаются. Рэй вскочила с кровати. Она не знала, что сейчас внутри неё сильнее, ярость или страх, но оба этих чувства подсказывали одно и то же. Рэй знала, что у неё в запасе есть ещё несколько минут. Она побежала в ванную и потащила за собой стул. Молясь, чтобы дверь камеры оказалась звуконепроницаемой, Рэй со всего размаху ударила стулом по зеркалу. Стекло с печальным звоном разлетелось на осколки. Из каждого на Рэй смотрела перепуганная, тяжело дышащая девушка с широко распахнутыми глазами. Рэй подняла большой продолговатый осколок и обернула один его конец полотенцем. Она не слышала шагов Рена на самом деле, но знала, что он уже близко. Рэй вернулась в комнату, плотно прикрыв за собой дверь ванной, поставила стул на место. В панике она пыталась придумать, куда девать импровизированный нож, ведь на её одежде нет карманов. Не имея времени для раздумий, Рэй спрятала своё оружие в складках одеяла на кровати. Почти в ту же секунду раздался знакомый звук открывающейся двери. Рэй повернулась лицом к опасности и, скованная внезапно нахлынувшим ужасом, застыла посреди камеры, чувствуя на себе взгляд чёрных глаз, скрытых сейчас за шлемом. Тёмная высокая фигура, внушающая Рэй безотчётный страх и обжигающую, жуткую ненависть, перешагнула порог камеры. Дверь бесшумно закрылась. Некоторое время единственным звуком в маленьком помещении было неровное дыхание Рэй, пока человек в шлеме не нарушил молчания. - Вот мы и встретились снова, - сказал Кайло Рен металлическим, искажённым маской голосом.