Я дарю тебе себя

      Свой восемнадцатый День рожденья Адриан Агрест праздновал с размахом и помпой. Мало того, что в этот день, он, наконец, стал совершеннолетним, так еще и друзья порадовали, закатив сюрприз-вечеринку, которая началась около четырех вечера и длилась уже семь часов, так еще и жизнь наладилась во всех отношениях. После триумфальной победы над Бражником Кот Нуар раскрыл таки свою личность обожаемой Леди. И каково же было его удивление, когда выяснилось, что под маской ЛедиБаг все это время пряталась скромная, застенчивая Маринетт Дюпэн-Чэн! Впрочем, сладости первого поцелуя это нисколько не умалило. А потом был разгульный выпускной, поступление в университет, экзамены, нервы, волнения, поддержка близких и много-много времени только вдвоем. Адриан поступил на юридический, Нино – на факультет компьютерных технологий, Алья решила стать журналистом, а Маринетт, как и мечтала, стала учиться на дизайнера. Время и новая жизнь нисколько не ослабило дружбу ребят, скорее уж скрепило, что доказывала все та же вечеринка-сюрприз.       Народ разошелся не на шутку! Дом Адриана был битком набит сокурсниками, бывшими одноклассниками и просто знакомыми. А некоторых личностей даже сам именинник не знал! Впрочем, Алью и Нино это нисколько не смущало.       - Ну, - протянула Алья, хищно вцепляясь Маринетт в руку, – Ты уже преподнесла возлюбленному подарок?       - Когда бы я успела?! – нервно дернулась Дюпэн-Чэн, наблюдая, как уже совершеннолетний Адриан с удовольствием общается с приятелями.       Сказать, что последнее время Маринетт была счастлива – означает ничего не сказать. Она буквально обрела крылья после признания Агреста, и до недавнего времени ничто не омрачало ее сладкую розовую мечту о совместной жизни с суженым. Но вот однажды Алья в очередном супер-секретном девчачьем разговоре упомянула интимную сторону отношений, и с тех самых пор бывшая ЛедиБаг потеряла покой. У них с Адрианом было все: нежные поцелуи, крепкие объятья, романтические свидания, страстные признания. Но вот попыток сблизиться не только духовно, но и физически, Агрест не предпринимал, и Маринетт, до этого даже не задумывавшаяся о подобном, начала паниковать. Он меня не хочет? Я его не привлекаю? А может, он меня разлюбил?! Мысли роились и множились в головушке Дюпэн-Чэн со страшной скоростью, и если бы не оперативная Алья, неизвестно чем бы все это закончилось. Именно подруга предложила ЛедиБаг сделать первый шаг, раз и навсегда прояснив вопрос. И идейку заодно подкинула, чтоб уж наверняка. А то эти влюбленные бывают такими бестолковыми!       Наконец, вечеринка подошла к концу.       - Все, момент икс настал. Дальше отступать некуда! – припечатала безапелляционно Алья, выпихивая Маринетт из гостиной. – Тебя провести или сама дорогу найдешь?       Дюпэн-Чэн предпочла пойти сама. Пока Алья и Нино всеми силами отвлекали Адриана от поисков исчезнувшей возлюбленной, Маринетт готовилась. Морально и физически. Шмыгнув в комнату своего парня, она извлекла из-под кровати припрятанный там заранее сверток и распаковала небрежно завернутую бумагу. Действуя быстро, девушка сняла платье, в котором была на празднике, и распустила волосы. Причёска, на которую они с Альей потратили как минимум два часа, рассыпалась за считанные минуты. Маринетт глубоко вздохнула и надела новый наряд. Шелковая белоснежная полупрозрачная ночная рубашка, едва достигавшая середины бедра, скользила по коже при малейшем движении, вызывая необычную дрожь в теле. Маринетт покопалась в свертке и выудила на свет элемент, идеально довершавший образ. Когда широкая красная лента легла вокруг талии и была завязана бантом, бывшая героиня взглянула в зеркало. Теперь она была почти полностью готова, только сердце бешено колотилось в груди, и щёки заливал румянец. Проще было сражаться с акумами, чем решиться на такой шаг. Опасение, что такая она не понравится Адриану, грызло душу.       В коридоре послышались шаги. Сердце девушки начало отбивать чечётку в груди, стремясь вырваться на волю и сбежать. Дверь открылась, и в комнату вошёл парень, ради которого Маринетт, похоже, была готова на всё. Дюпэн-Чэн намеренно не стала ни включать свет, ни зажигать свечи, оставаясь в свете луны, льющимся из окна. Прошла десятая доля секунды, и Адриан заметил «пропажу».       - С Днем рождения… - прошептала Маринетт, молясь, чтобы сегодня ночью любимый взял инициативу на себя, ибо ее смелости хватало лишь на то, чтобы закончить фразу. – Это мой подарок. Я дарю тебе себя.       Адриан молчал. Маринетт не знала, какой реакции ожидала, но от этой тишины готова была провалиться под землю или полезть на стену. Замешательство парня прошло за секунду, но девушке показалось, что прошла целая вечность. Агрест подошёл к Маринетт вплотную, и в свете луны она увидела его лицо и глаза, полные нежности и восхищения.       - Это лучший подарок… Самый дорогой и самый ценный, - прошептал он, а потом обнял возлюбленную и за талию притянул к себе, сокращая расстояние между ними. Это было так естественно: прижаться к его груди и забыть обо всём. Руки Адриана скользнули по спине, нащупали бант и развязали несложный узел.       - И я хочу насладиться им прямо сейчас, - прошептал он на ухо девушке. Та вздрогнула. Слишком уж интимный получился у него шепот.       - Сегодня ты можешь делать всё, что хочешь. – Маринетт постаралась, чтобы голос звучал как можно увереннее, но всё же не смогла скрыть волнения.       - Чего ты боишься? – спросил Агрест, заглядывая своей Леди в глаза. Смотря в них, невозможно было лгать.       - Боли, - тихо прошептала Маринетт. В зеленых омутах напротив появилось понимание. Адриан крепче прижал Дюпэн-Чэн к себе. – Но я хочу, чтобы это произошло именно сегодня и именно с тобой.       - Клянусь, это будет последняя боль, которую я причиню тебе, - прошептал парень перед тем, как поцеловать свою вторую половинку нежно и успокаивающе, так, как целовал обычно. Инстинктивно Маринетт подалась вперёд и обвила его шею руками.       Постепенно лёгкий поначалу поцелуй начал набирать обороты. Крепко прижатая к любимому, девушка не могла не чувствовать его растущего напряжения, которое ощутимо давило ей на живот. Это пугало и заводило одновременно. Руки Адриана скользнули ниже и легли Маринетт на бёдра, потом поползли вверх, задирая ночную рубашку. Впервые девушка чувствовала там чьи-то тёплые ладони. От затянувшегося поцелуя, безумно стучащего сердца и новых ощущений дыхание сбилось и Дюпэн-Чэн начала задыхаться. Язык Агреста последний раз прошёлся по ее губам, но не успела Маринетт толком открыть глаза, как тут же с судорожным вздохом зажмурилась, так как парень склонил голову и припал к ее шее. Маринетт чувствовала, как его язык прошёлся по коже там, где бился пульс. Лёгкий укус в шею заставил девушку шумно выдохнуть, пока руки Адриана гуляли по ее телу. «Слишком много одежды», - мелькнула в голове мысль, и Маринетт, запинав подальше страх и нерешительность, принялась стягивать с любимого рубашку. Наверное, следовало бы сначала расстегнуть пуговицы, но логика покинула разум девушки вместе со здравомыслием. Те пуговицы, которые не желали сами выскакивать из петелек, под ее напором были безжалостно оторваны. Стянув с плеч Адриана верхнюю часть наряда, Дюпэн-Чэн вцепилась в его плечи. Стоять на ногах с каждой минутой становилось всё сложнее, тело дрожало и горело, а источник жара находился где-то внизу живота. Рука парня скользнула между бёдер девушки и прежде, чем Маринетт успела запротестовать, он коснулся ее там, где до этого не касался никто. В руках Адриана его любимая сильнее задрожала и прогнулась. По мнению самой Дюпэн-Чэн тело реагировало на обычные прикосновения не вполне адекватно.       Тем временем Агрест зубами стянул с плеч девушки бретельки. Та опустила руки и шёлковая материя упала к ее ногам. Теперь на Маринетт остались только такие же шёлковые трусики. Девушка залилась румянцем, а именинник окинул ее восхищённым взглядом.       - Ты прекрасна, - прошептал он, и Маринетт подавила в себе острое желание прикрыться. Притянув к себе свою Леди, Адриан принялся прокладывать дорожку из поцелуев от ключиц и ниже. При этом одна его рука оставалась между бёдер девушки, а вторая легла на грудь. Когда его язык коснулся соска, Маринетт не смогла сдержать стон, а ее ноги начали подкашиваться.       - Адриан… Я… не могу… стоя… ааах!       Не говоря ни слова, парень подхватил любимую на руки и отнёс на кровать. Там он удобно устроился у нее между ног, и теперь мог со всеми удобствами играться чувствительными бугорками. Он то сильно сжимал их губами, то посасывал, а иногда прикусывал, тут же зализывая лёгкую боль. Маринетт прогибалась, сжимала простыню и беспрестанно стонала. Сдерживать в себе эмоции было просто невозможно. Адриан всё крепче прижимал ее к себе, и сквозь пелену наслаждения девушка заметила, насколько он напряжён. Каждая мышца его идеального тела показывала, что он сдерживает себя из последних сил. В какой-то момент Агрест оторвался от Маринетт, привстал и, приподняв ее бёдра, избавился от последнего элемента одежды. Целуя внутреннюю сторону бедра, он добрался до самого сокровенного. Когда его язык коснулся всем известной точки там, внизу, Маринетт выгнулась с громким вскриком. Она металась в агонии, пока он не прекратил эту сладкую пытку, когда сам уже не мог терпеть. Девушка открыла глаза, тут же задохнувшись от увиденного. Адриан стоял на коленях, возвышаясь над ней и тяжело дыша. Не желая останавливаться, Маринетт поднялась, обвила его шею руками и прижалась к губам, даря благодарный поцелуй. Сгорая в пламени распаленной им страсти, она оторвалась от губ и принялась целовать его шею, покусывая выступающие мышцы. Агрест задышал ещё более судорожно.       - Маринетт, - хрипло простонал он. – Я хочу тебя.       Не говоря ни слова, Дюпэн-Чэн начала расстёгивать ремень его штанов. Когда с этой частью было покончено, она медленно потянула молнию вниз, с наслаждением наблюдая, как сатанеет Адриан от ее нарочной медлительности. Но когда штаны были расстёгнуты, Маринетт рассеяно замерла, боясь взглянуть вниз. Любимый, должно быть, наконец, вспомнил, что это был ее первый опыт и опять взял инициативу на себя. Повалив девушку на кровать, он ловко сбросил ненужные вещи. Маринетт потянулась за поцелуем, который был сейчас необходим ей, как воздух, но когда почувствовала его внизу, готового войти, в ее душу вернулся страх.       - Адриан…       - Извини, я просто не могу остановиться. Доверься мне!       Агрест чуть приподнял Маринетт и, отвлекая поцелуем, резко вошёл. Чтоб не закричать от резкой острой боли, Дюпэн-Чэн закусила губу и ногтями впилась в кожу на его плечах, зажмурившись, чтобы не расплакаться. Адриан крепко прижал Маринетт к себе, покрывая шею, виски, щёки, лоб, глаза, губы невесомыми поцелуями.       - Прости, прости за эту боль, - шептал он голосом, полным раскаянья. Агрест медленно вышел и вновь толкнулся внутрь, вызывая очередной приступ острой боли. Чтобы забыть о неприятных ощущениях, Маринетт требовательно поцеловала любимого. Она не знала, сколько длился этот поцелуй, страстный, полный сожаления и обещаний, но когда они оторвались друг от друга, чтоб отдышаться, девушка поняла, что боль почти улеглась, ноги расслабились сами собой и теперь она могла чувствовать что-то совершенно новое. Адриан внимательно взглянул на возлюбленную, понял, что всё страшное позади, и облегчённо улыбнулся.       Он двигался медленно, давая Маринетт возможность полностью насладиться новыми ощущениями. Дюпэн-Чэн чувствовала его внутри, каждый новый толчок всё сильнее разжигал пламя, успевшее уже поутихнуть. Время шло, и размеренных, неторопливых движений становилось мало. Каждый выдох Маринетт теперь сопровождался едва слышным стоном.       - Быстрее, - прошептала она на ухо Адриану, и тот с удовольствием выполнил ее просьбу, начиная входить быстрее и глубже. Обвив талию парня ногами, Маринетт откинулась на подушки и застонала громче обычного. Ей хотелось впустить его ещё глубже, стать к нему ещё ближе. Тяжёлое дыхание Адриана говорило, что их желания совпадают. Напряжение росло, Маринетт задыхалась от переполняющих ее чувств, невольно царапала спину любимого, а он лишь ускорял темп, доводя ее до исступлённого безумия. Краем сознания девушка поняла, что Адриан уже давно сдерживал себя, чтобы не закончить раньше нее. От осознания этого тело Дюпэн-Чэн напрягалось ещё сильнее, сжимая любимого внутри и вызывая его хриплые стоны. Когда он задвигался в сумасшедшем темпе, Маринетт поняла, что вот-вот потеряет сознание от перенапряжения. Волна эйфории приблизилась с угрожающей скоростью, и девушку накрыло, поднимая высоко к звёздам. Тело свела желанная судорога и сквозь пелену наслаждения Маринетт услышала свой собственный крик и почти звериный рык Адриана.       Девушка рухнула с высоты наслаждения на землю. Их с Агрестом тяжёлые дыхания сливались в одно. Адриан скатился с Маринетт в сторону, чтобы не придавить ее своим весом. И все было бы замечательно, если бы через несколько минут Дюпэн-Чэн не начал одолевать стыд. Она отвернулась от парня, свернулась в клубок и спрятала лицо в ладони, скрывая покрасневшие щёки.       - Маринетт, - позвал ее его бархатный голос. Девушка молчала. Адриан приподнялся на локте, попытался развернуть возлюбленную к себе, но та не поддалась. – Маринетт, любимая, что не так?       Маринетт затрясла головой, всё ещё не веря в то, что теперь она женщина. Откуда-то навалилось чувство беззащитности и какой-то сломанности. Встревоженный Адриан резко сел на кровати и силой поднял девушку, разворачивая к себе.       - Милая, радость моя, что случилось? Я сделал тебе больно? – Дюпэн-Чэн покачала головой и всхлипнула, а потом подвинулась к Адриану и прижалась к нему всем телом. Агрест крепко обнял ее в ответ. – Что я сделал не так, родная? Расскажи, пожалуйста.       - Всё так, - всхлипнула девушка. – Просто мне стыдно, и вообще, я чувствую, что лишилась какой-то защиты… - Адриан слегка отодвинул от себя возлюбленную, взял ее лицо в свои руки и заглянул в глаза.       - Во-первых, тебе нечего стыдиться. Ты божественно красива. Я никогда не испытывал такого наслаждения и только с тобой теперь смогу испытать его вновь. Только ты можешь доставить мне такое блаженство. А во-вторых, не бойся, я всегда был и буду твоей защитой. Ты подарила мне своё детство. Теперь я буду беречь его. Самый большой дар, который может преподнести женщина мужчине – это отдать ему свою невинность. Я не могу выразить словами, как я благодарен тебе. И как сильно я люблю тебя, моя Леди. – Адриан замолчал, но в его глазах Маринетт читала всё то, что он не мог выразить словами.       - Я люблю тебя, - прошептала она за мгновение до того, как его губы накрыли ее. Потом они улеглись, Адриан укрыл их обоих одеялом, а Маринетт прижалась к нему, с наслаждением чувствуя, как его руки обвивают ее тело. Его сила укутывала девушку с ног до головы, и она окунулась в ощущение полной безопасности и защищённости. Уже через минуту Маринетт спокойно спала. В их с Адрианом жизни начинался новый счастливый период.