The couple

Лежу и тупо смотрю в потолок, не моргая, не привлекая к себе внимания. После осмотра все мои родственники вломились в палату и стали рыдать. Ненавижу причинять боль близким, но по-другому уже не выйдет. Уже не чувствую физическую боль, осталась лишь моральная, но раны неизлечимы и от этого ещё больнее. Всё это время со мной сидел Стас и Леся, сменяя друг друга лишь, чтобы отойти на пару минут и сразу обратно. Я настолько противна самой себе, что полностью погрязла во все лживом дерьме, что не вижу конца всему этому. Тихий стук в палату и мы мгновенно приходим в действие. Леся вскрикивает, на моих глазах слёзы, а Стас явно в замешательстве. -Чёрт, ребят вы, как? — подруга не может подобрать слов и я вместе с ней. -Детка, когда нам позвонили, единственное о чём думали в тот момент, как нам быстрее добраться до тебя. Надо отдать должное Мушке, он сразу забронировал для нас билеты и мы прилетели, — Мага сел на мою кровать и крепко обнял, от этого простого жеста слёзы потекли с новой силой. Да! Ко мне всё же смогли приехать все мои близкие из Москвы и быть со мной. Радость. Счастье. Основные эмоции, которые я испытываю в данный момент. -Я…просто ничего не помню, — ребята уставились друг на друга и на перебой стали спрашивать у Леси, что же всё-таки случилось. -Приступ? Этого быть не может. -Маш, вспомни прошлые разы, тогда была похожая ситуация. -Джексон, мы договорились не вспоминать ту ситуацию, — Тёма сверкнул глазами на нашего друга и, если бы взглядом можно было убивать, то Джек был бы мёртв. После последнего приступа в Москве мы решили больше не поднимать эту тему, всем было больно от осознания через что мне пришлось пройти и бесследно для меня это не прошло. Кошмары нет-нет, да появляются, возвращая меня в ту страшную, тем самым разделив мою жизнь на до и после. …-Господи, девочка, что он сделал? — тихие всхлипы и стоны боли наполнили комнату и при помощи ребят я смогла подняться и осмотреть комнату. Лучше бы я этого не делала. Повсюду были разбросаны вещи, разбиты все хрустальные предметы, находившиеся на стеллаже и следы крови на стекле. Мой вид был ни чуть не лучше, чем внешнее убранство зала. Руки в порезах, на лодыжках частички стекла, вонзившиеся в кожу, щека опухла от удара и глаз заплыл, зрение и без того плохое, теперь вообще мало что вижу…. -Знаю-знаю, простите, — он примирительно поднимает руки и простодушно улыбается всем нам. -Кто вы? — Мага смотрит на Стаса и готова поклясться понимает, что и он тут замешан. -Мага, не надо, — мой тихий голос нарушает эту атмосферу и теперь Артемий присоединяется к другу. -Ясми, кто он тебе? — этот взгляд. Только не он. Полоний призрения и ненависти взгляд. Причиняет боль. Убивает. -Я не помню, — опускаю голову и вжимаюсь в кровать, почему нельзя провалиться сквозь землю? -Ох, как вас тут много, Стас и Леся, остаётесь, а остальных попрошу подождать в коридоре, девочке нужен покой, — вовремя вошедший док спас меня от лишних вопросов, как же я ему сейчас благодарна. -Мы вернёмся, любимая, — ребята прилетели ко мне. Беспокоились, что всё может быть хуже, а я нагло вру им всем. Ну, не сука ли я? -Спасибо, — подавленное настроение вернулось и хочу спать. Уснуть и забыть весь этот кошмар. -Леся, кто такой Артемий? — пока меня осматривал врач, Стас отвёл мою подругу в сторону, сейчас он будет допытываться, кто такой Артемий и, как он связан со мной. Ауч. -Больно здесь? — ОʼНил нажал на бок и резкая боль затуманила взор, чёрт возьми, но этом максимально не приятно. -По мне не видно? — от моего язвительного тона он лишь усмехнулся и продолжил осмотр, но боль так и не отступала. Мне кажется, что за всё время, пока тут лежу, уже успела выучить вид потолка, даже с закрытыми глазами скажу, где царапины и мелкие трещины. Гулять по корпусу мне не разрешают, выходить из палаты тем более, уж молчу о том, чтобы просто встать с кровати. Должна лежать, как овощ, без дела и грызть себя от безисходности. Мне всё больше начинает казаться, что я выбрала что-то не то, не так сделала, но конкретно что понять не могу, хотя мысли есть о неких переменах. -Отлично, все показатели в норме и, если так будет и дальше, то через неделю будешь дома. -А, как же память? — Леся никак не отстаёт от врача с вопросами о моей памяти. За это время жизнерадостность покинула мою светлую девочку и виновата в этом лишь я. Стас вновь садится на кровать и берёт меня за руку, его тепло окутывает, как дымка и я засыпаю, не слыша дальнейшего разговора. По звукам понимаю, что кто-то вошёл в палату и начинает негромко перешёптываться. Мне плевать на посетителей, сейчас я хочу лишь спать и ничего более. Просыпаюсь от холода. Замёрзла и дрожу от, в палате темно и лишь лампочка на тумбочке рядом представляет хоть какой-то свет. Оглядываюсь и сразу же морщусь, голова разрывается от боли. Это та самая боль, которая была тогда, несколько лет назад и именно она положила начало моим приступам. И, как в тот раз я одна. Чёрт, дыхание прерывистое.так мне срочно нужна помощь. Надо подняться с кровати, больно в груди.опираюсь за стену и выхожу в коридор, дышу уже медленнее. Пожалуйста, помогите.Иду по коридору, но рядом никого нет. -Стас! — на весь коридор кричу его имя из последних сил и опускаюсь по стене на пол.уже никто мне не поможет.это конец. -Детка, я тут, слышишь? — мужчина берёт меня на руки и бежит в палату, уже нет сил, но надо продержаться ещё немного и мне окажут помощь. Кофту на груди поднимают и прикладывают стетоскоп, он холодный и из-за этого по коже пошли мурашки. -Нора! Быстро готовить операционную! — доктор позвал медсестру, которая тут же убежала.нет, не хочу операцию, только не это. Нет! -Пожалуйста.нет, — не узнаю свой голос, он весь охрипший и севший. -Послушай меня, Ясмина. Если мы сейчас не сделаем операцию, то другой такой раз ты попросту не переживёшь. У тебя больное сердце и мы должны помочь тебе. В этом нет ничего страшного, но после неё ты сразу почувствуешь себя гораздо лучше. -Милая, соглашайся, ты должна сделать операцию, а после мы сразу уедем отдыхать. Помнишь, как мы планировали будущее? Отправимся в Лос-Анджелес, будем плавать в океане, ты научишься сёрфить.Не лишай нас тебя, — из глаз потекли слёзы. Он действительно любит меня и я не могу так с ним поступать. Что будет с Лесей, если меня не станет? Нет! Она никогда не узнает этого, потому что я буду жить. Сжимаю руку мужчины и киваю врачу. Меня быстро перевозят в операционную, за считанные секунды мы доехали и Стас оставил нас, но убили меня его глаза. Печальные. Грустные. Безжизненные. Его улыбка была последняя, что я видела перед тем, как мне ввели наркоз и Стаса увели.