Мертвые бабочки

      Мака стояла перед парадными дверями большущего особняка семейства Итеров и неуверенно переминалась с ноги на ногу, прижимая к груди желтую байку и маленький черный плеер в виде кошачьей головы. Утро субботы представлялось ей совсем иначе, но что поделать, если по кое-чьей вине вчера один белобрысый остался без своей любимой теплой верхней части гардероба и, наверняка, не менее любимого плеера?       «Тира… Как его там… Зачем ему вообще понадобился такой препарат?» — этот вопрос не давал ей покоя всю ночь. Быть может, именно поэтому сейчас она так сладко зевала.       Когда очередной вестник недосыпания сразил девушку, заставляя поспешно прикрыть рот ладошкой, двери открылись. На пороге стоял сонный юноша примерно лет двадцати (может, чуть больше) и сонно тер глаза.       — И кого в такую рань принес… А, это ты, подружка Соула, — пробормотал он что-то не очень понятное для Албан. И, еще раз протерев глаз, распахнул двери пошире. — Проходи, он у себя.       Мака, хоть и была удивлена и смущена до чертиков, послушно шагнула внутрь. «Они с Соулом так похожи… Это его брат?» — подумала она.       — Второй этаж, направо, — проинструктировал впустивший ее парнишка, когда заметил растерянный взгляд своей гостьи. Мака кивнула и молча направилась к лестнице.       Ступеньки устрашающе скрипели под ногами, грозясь в любой момент отправить нежданного посетителя в увлекательнейшее путешествие по подвалам дома Итеров. За время подъема Албан успела разглядеть помещение как следует и отметила одну странную вещь: от роскоши, что она видела в прошлый раз на вечеринке, не осталось и следа. Напротив, все казалось нежилым и запущенным и куда больше походило на забытые всеми руины, чем на новенький, блещущий богатством и деньгами особняк. Сейчас это место вполне могло сравниться с ее собственным домом: настолько скудна и проста была его обстановка. Отличием оставался лишь размер самого особняка.        Кое-как одолев злосчастные ступеньки, Албан наконец оказалась у нужной ей двери. Робко коснувшись ручки кончиками пальцев, она тут же отдернула их обратно.       «А вдруг он еще спит? — лихорадочно соображала Мака. — Или вообще вышел? В душ, например…»       Внезапный голос сзади заставил сердце несчастной девушки чуть ли не выпрыгнуть из груди.       — О, — только и смог проговорить Соул, вытирая мокрую голову полотенцем. — Какими судьбами?       «Накаркала!» — еще больше испугалась Мака. Паника медленно охватывала ее и без того напуганный разум. И почему именно душ?       Но парень ждал ответа, и ей пришлось взять себя в руки. Ну, или не совсем…       — А… эм… я… ну… — Мака отчаянно пыталась выговорить хоть одно вразумительное предложение до конца, однако язык упорно заплетался. Наконец, вспомнив, зачем она сюда пришла, она протянула Соулу его вещи. — Вот! Ты забыл вчера.       — А, спаси…       — О-о-о-о! Это же мой плеер!!! Где ты его взяла?! — чьи-то проворные ручонки мгновенно выхватили у Албан «кошачью голову». Мака уставилась на более взрослую версию Соула, ошарашенно хлопая глазами. Сам же «Соул-но-только-постарше» с улыбкой пятилетнего ребенка вертел в руках вышеуказанную безделушку, счастливо напевая какую-то незамысловатую песенку. — А, не важно, — не дожидаясь ответа, произнес он. И, еще раз одарив ребят ослепительной улыбкой, поспешил удалиться.       — Это… — начала было Мака, но от все еще мучившего ее шока так и не договорила.       — Мой брат, — с иронией в голосе произнес Соул и открыл двери в свою комнату.       «Похоже, ему нелегко иметь такого старшего брата», — отметила про себя Албан, послушно следуя за Эвансом.       — Ты и правда думала, что это мое?! Плеер в виде кошки — это мое?! Я ж мужик, е-мое! А эта кошка — это даже не круто!!!       Мака сидела, буквально вжавшись в несчастный диванчик. За эти три минуты она уже успела раз пятьсот, наверное, пожалеть о том, что вообще ляпнула такую глупость.       — Но твой брат…       — Да этот придурок — кошатник от рождения! Скрипач недоделанный! Да как таких вообще только земля носит?! Не хочу иметь с ним ничего общего! Мне стыдно только от одной лишь мысли, что этот идиот — мой брат!!! — Соул все никак не мог успокоиться.       — Неужели ты и правда его так сильно не любишь? — тихо проговорила Мака, упорно отказывавшаяся верить в услышанное. Она из последних сил надеялась, что Соул шутит.       — Да чтоб этого кретина муравей в пупок укусил!!! — последовал ответ.       — А НУ ЖИВО ПАСТЬ ЗАКРЫЛ, ТАРАКАНИШКА!       Казалось, весь дом содрогнулся от сего звериного рыка.       — Это такого мнения ты о своем обожаемом старшем брате? — донесся до ребят уже более спокойный голос. Повернувшись в сторону дверей, Мака увидела там того самого «кошатника-скрипача-и-еще-много-кого».       — Сгинь в туман, нечистая сила! Это мои владения! — Соул мгновенно оказался рядом с братом и начал его выпихивать из комнаты. Однако, к его великому сожалению, тот не сдвинулся ни на миллиметр.       — Что, силенок маловато? Иди кашки поешь — авось прибавится, — насмешливо проговорил «кошатник». Позлив любимого младшего братишку еще немного, он все же решил побыть сегодня хорошим братом и покорно удалился восвояси.       — Одним мусором меньше, — с облегчением вздохнул хозяин комнаты, прислоняясь к косяку только что закрывшейся двери. — Осталось еще выкинуть в камин журналы папаши-алкоголика, — добавил он, доставая из своего стола целую кучу цветных корочек.       «Какая радушная семейка», — подумала Мака, все еще пребывая в легком ауте после недавних событий.

***

      — Так значит, вы не встречаетесь? — с долей разочарования проговорил брат Соула, когда ребята спустились, чтобы пообедать со всеми. — А я-то уж было подумал, что этот мелкий хоть чуточку подрос…       — Вес! — одернула его симпатичная светловолосая женщина, сидевшая напротив Маки, но тут же повернулась к девушке и приветливо улыбнулась. — Приятно познакомиться, Мака, я мама этих оболтусов.       Албан украдкой покосилась на темные солнцезащитные очки, подозрительно надетые матерью Соула и Веса в домашней обстановке, стараясь не акцентировать на них внимание. — Вы учитесь в одном классе?       — Нет, — мгновенно ответил Соул.       — Его хотели перевести, — решила своим долгом вмешаться Мака, — но из-за меня приказ отменили… Но теперь я не проти…       — Я не буду переводиться, — перебил ее Соул. Бросив недоеденную еду обратно в тарелку, он поднялся и удалился прочь.       — Соул? — недоуменно моргнула Мака, машинально принимая все случившееся на свой счет.       — Прости, с ним такое бывает, — поспешила успокоить девушку хозяйка дома. — Лучше расскажи, как там у вас обстоят дела в школе?       — Все хорошо, — Мака растерянно отодвинула чашку с чаем в сторону и обеспокоенно покосилась на загадочный темный угол, за которым пару секунд назад исчез ее несостоявшийся одноклассник.             И тут в голову Маке пришла одна мысль. Набравшись решимости, она все же осмелилась задать давно волновавший ее вопрос:       — Соул недавно покупал какое-то лекарство в аптеке моей мамы, что выдают только по рецепту врача… — начала она издалека.       — Да, спасибо ей за это огромное, — с улыбкой закивала женщина, явно припоминая, что у ее сына на тот момент при себе никакого рецепта в помине не было.       — Для кого оно?       — А… — женщина потерла лоб, задевая очки, а после вовсе снимая, напрочь забыв об их задаче. Взору Маки тут же предстал крупный синяк, щедро расползшийся на добрую часть красивого лица.       — Ваш глаз… — ужаснулась Албан. — Кто вас так?       Мака смотрела на маму двух нерадивых братьев в ожидании ответа. В ее глазах буквально светилась решимость помочь. Сама же мама, однако, отвечать особо не торопилась.       — Ты дура, что ли? Спрашивать такое напрямую! — внезапно появившийся на пороге Соул треснул Маку по макушке. — Вес, идем! Пора лекарства принимать!       — Братик… — вышеупомянутый паренек мгновенно вскочил на ноги и поплелся за братом. В его больших янтарных глазах отразился огонек бескрайней печали.       «Конечно, может, мне просто показалось, но… — размышляла Мака, растерянно глядя вслед уходившим братьям. — Лицо Веса только что действительно исказила боль?»       — Наверное, я пойду… — бросила она, спешно поднимаясь из-за стола и быстрым шагом направляясь к выходу.       Уже будучи на свежем воздухе, Мака подняла голову к небу, будто там были все ответы на мучившие ее вопросы, и тут же сощурилась от слепившего глаза света. Солнце печально светило, рассеянно разбрасывая свои лучи по всему городу.       «Так значит, болен вовсе не Соул, а его брат… А его отчим пьет и избивает его маму… — грустно думала она, собирая все полученные крупицы информации воедино. — Как же это печально… Неужели я ничем не могу помочь? Ну хоть самую чуточку?»       Вечернее солнце все также светило в блестящие от попадающих в них лучей зеленые глаза, и девушке пришлось приложить ко лбу ладонь козырьком. За сегодняшний день появилось немало вопросов, ответы на которые так и не нашлись.