Depend on me

- Ты хоть в человеческий вид себя привел, - улыбнулся Реук, въезжая в район Квонхандо. Машин на улицах было немного, что радовало. Хакён и не думал, что городская суета будет его так напрягать. - Надо заехать ко мне домой и забрать одежду. Не могу же я ходить в твоей, - оттянув темно-синюю кофту Реука, Хакён почувствовал неловкость. – Ты и так слишком много делаешь для меня. Даже дом свой отдал. - Это на время. Пока вы не восстановитесь, - поправил Реук. - Я не знаю, сможем ли мы вообще это сделать, - хмыкнул Хакён. Чем ближе они подъезжали к дому Воншика, тем сильнее становилось волнение. А вдруг Воншик откажет? - Только не начинай снова сомневаться в себе, - предупредил Реук. – Теперь ты в ответе за своих мальчиков, помни об этом. Тебе нельзя больше прятать голову в песок. - Знаю. Просто не уверен, что мы сможем справиться сами. Нам нужен специалист, какой-нибудь физиотерапевт. Хакён думал об этом всю ночь. Он не собирался необдуманно прыгать в брод, глубины которого не знал. - Джехван и Хонбин после операции, и я не знаю, какую степень нагрузки они могут вынести. Не хочу сделать еще хуже. Да и моя травма… мы не можем в таком состоянии заниматься самостоятельно. - А ты, оказывается, повзрослел, - довольно растянулся в улыбке Реук. – Помнится, раньше ты никого не слушал. Все сам. Считал себя высшим профессионалом, чем жутко меня бесил. - Мой нимб просто немного потускнел, - улыбнулся Хакён. – Поможешь найти специалиста? - Да. У меня уже даже на примете один есть. У него частная клиника и контракт с нашей компанией. Многих после травмы поднимал на ноги. Думаю, проблем не возникнет. Но мне кажется, вам нужен еще один специалист, - осторожно произнес Реук, бросив на него короткий взгляд. Хакён внимательно посмотрел на друга, не понимая, почему тот внезапно замялся. - Какой? - Психолог. Мне кажется, ты один не справишься, - ответил Реук. – Ты только сейчас не принимай мои слова близко к сердцу. Я просто вижу, как ты изменился, Хакён. Тебе через многое пришлось пройти и это не исчезло бесследно. Да и мемберы твои… уверен, им нужна помощь хорошего психолога. - Только не говори, что у тебя и психолог есть на примете. - Вообще-то есть. Я уже давно нашел специалиста, просто не знал, как уговорить тебя обратиться к нему, - смущенно признался Реук. - У меня сейчас нет денег, чтобы за все это заплатить, - неловко произнес Хакён. - О, не переживай об этом. Вернете потом, когда вновь станете популярными. Смотри, кажется, мы приехали, - всматриваясь в здания на улице, Реук подъехал к неприметному кафе. Хакён тоже взглянул в окно. Возле одного из зданий был разбит цветник, возле кустарников стоял мужчина, в котором Хакён узнал отца Воншика. - Да, это то место, - кивнул Хакён, стараясь не нервничать. Реук притормозил возле здания. Самого Воншика они увидели почти сразу. Парень складывал здоровые черные мешки в мусорный бак. От прошлого свэга не осталось и следа, и это открытие не было приятным. - Воншик-а! – выскочив из машины, крикнул Хакён. - Хакён! – расплылся парень в радостной улыбке и, вытерев руки о штаны, направился навстречу к ним. – Как ты тут оказался? - Приехал к тебе, - обняв друга, Хакён почувствовал, как волнения последнего часа ушли. Воншик коротко поздоровался с Реуком и снова все внимание перевел на своего лидера. – Давно не виделись. - Да. Пройдете в дом? - Вы идите. А я через полчасика подъеду, хорошо? У меня тут дела есть, - сказал Реук, решив оставить их вдвоем. Хакён с благодарностью кивнул и проводил друга взглядом до машины, махнув ему на прощание. - Показывай свои владения, господин начальник, - улыбнулся Хакён. - Идем. Воншик повел его по ухоженной тропинке к зданию кафе. - Тут и показывать особо нечего. После того, как дом родителей сгорел дотла, нам пришлось переехать сюда. На втором этаже спальни, на первом – кафе. Хакён взглянул на старое строение и второй этаж, окна которого выходили на улицу. Вряд ли там было много места для всей семьи. - И сколько там комнат? – прямо спросил Хакён. - Одна, - неловко улыбнулся Воншик. - Где же ты пишешь музыку? - Хакён пришел в ужас от условий жизни парня. - Я не пишу. Сначала было некогда, а потом ничего уже не получалось. Ты прости, что бросил тебя, - виновато произнес Воншик. – Просто сложный период был. Отец в больнице, дома нет, денег нет. Я как-то окунулся во все это и не сразу понял, что оставил всех вас. Хакён вспомнил о том, как в первые месяцы после распада группы, звонил Воншику. Общение уже не было прежним, сухие ответы, холодность, что возникла между ними, усугублялась от навалившихся проблем. И, в конце концов, Хакён перестал звонить, смирившись с тем, что все друзья теперь потеряны. - Как твой отец? – решил Хакён сменить тему. Он не хотел говорить о том, как было горько и обидно, когда год назад они все просто забыли о его существовании. - Уже лучше, - входя в кафе, ответил Воншик. – Давай тут присядем, - выбрал он дальний столик. - Тебя тут фанаты не узнают? – оглядевшись в небольшом заполненном зале, спросил Хакён. - Сюда в основном заходят люди в возрасте. Да и я уже мало похож на Рави, - усмехнулся Воншик. – Впрочем, как и ты на Эна. - Тебе кажется. Я все такой же красавчик, - поправив челку, улыбнулся Хакён. - Ну да, - хохотнул Воншик. – Как твоя нога? - Сносно, - улыбка исчезла сама собой. – Я к тебе вообще-то по делу приехал. - Да? Что-то случилось? – напрягся Воншик. – С кем-то из ребят? - Все что могло, с ними уже случилось. Думаешь, может быть хуже? - Просто… знаешь, я каждый день встаю и думаю, насколько еще меня хватит, - признался Воншик, сцепив пальцы в замок. Он смотрел на свои руки, словно стыдно было поднять глаза. – Все это… работа, кафе. Иногда я начинаю задыхаться от этой жизни, словно меня в клетку засадили. Прости, ты приехал только, а я уже жалуюсь, - скупо улыбнулся Воншик. - Ты можешь оставить кафе, - предложил Хакён. – Раз твоему отцу лучше, он может взять управление. - И что мне делать тогда? Вся наша жизнь была связана с музыкой, а теперь я мою тарелки, а ты ловишь рыбу. Никогда не думал, что все закончится вот так. - А может, еще не все закончилось? – осторожно начал Хакён. – Воншик, я решил вернуть группу, - прямо заявил он. – Джехван и Хонбин уже присоединились. Воншик посмотрел в упор, как и остальные, сразу засомневавшись в его рассудке. Хакён даже улыбнулся от такой одинаковой реакции. Но радовало, что так же как и у остальных, у Воншика загорелась надежда. Возможно, пока он даже сам боялся услышать эту надежду, но Хакён готов был стать тем факелом, который осветит ближайший путь. - Не смотри так на меня. Хонбин не видит, у меня травма ноги, с которой я пока не знаю, как справляться, да и Джехван не совсем в порядке. У нас нет больше компании, нет продюсера, нет звукозаписывающей студии. Но у нас есть дом Реука, в котором находится отличный тренировочный зал для практики. Что скажешь? - Что ты не изменился, - улыбнулся Воншик. - Я ничего не могу гарантировать, я не знаю, как вернуться на сцену, но в одном уверен – если мы не попробуем, то будем сожалеть. Я очень бы хотел, чтобы ты присоединился к нам. Но я пойму, если ты откажешься. - Я согласен, - неожиданно уверенно выпалил Воншик. - Отлично, - просиял Хакён. – Остались двое. - Давай, я встречусь с Санхёком, - предложил Воншик. – Его университет тут недалеко. - Тэгуна оставляешь на меня? - Прости, хён. Но я не думаю, что с Тэгуном справится кто-то еще. Я слышал, у него дела совсем плохи. Я пытался с ним как-то связаться, но он даже дверь мне не открыл. - Ясно. Тогда не будем тянуть, - с энтузиазмом произнес Хакён. – Я скину тебе адрес дома, приезжай сразу, как только сможешь. - Хорошо. Думаешь, у нас есть шансы? - У вас есть я, - улыбнулся Хакён. – Поговори с Санхёком, а я буду уговаривать Тэгуна. Если мы снова будем вместе, у нас получится. *** Сразу после разговора с Воншиком, Хакён направился к Тэгуну. Его домашний адрес он вспомнил сразу, так как доводилось несколько раз бывать у вокалиста в гостях. - Я сегодня у тебя вместо извозчика? – пожаловался Реук. – Мог бы и накормить уже меня. - Прости, хён. У меня нет своей машины, и ты сам вызывался помогать. - Да мы уже с тобой целый день катаемся! - Не ворчи. Мы уже почти приехали. Вон его дом, - Хакён указал на высокое многоэтажное здание. - Подняться с тобой или подождать тут? – спросил Реук, вмиг став серьезным. – Не нервничай. С Воншиком же все хорошо получилось, и с ним получится тоже. Они сами хотят вернуться, только им нужно дать немного веры. - Ты случайно психологом не подрабатываешь? – засмеялся Хакён. - Я просто хорошо тебя знаю. Все, идём, - остановившись у подъезда, бросил Реук. Хакён был рад, что друг пошел с ним. Почему-то в случае с Тэгуном волнений было больше, чем с остальными. Хакён не мог понять, с чем это связано. С Тэгуном всегда было непросто, но сейчас… Хакён не знал, что ждать. Как встретит его вокалист после долго разлуки? Обрадуется, как все, или захлопнет дверь перед носом? Если бы не Реук, Хакён бы уже давно вернулся в машину и уехал отсюда, но показывать собственную слабость не хотелось. Они вошли в подъезд, который ничуть не изменился со времени последнего визита. Только на стенах черные граффити, которые явно пытались стереть, но так и не смогли. Хакён зацепился взглядом за буквы, обнаруживая «VIXX умрите», а чуть ниже «Лео – урод». От этих корявых и злых букв стало не по себе. - Не обращай внимания, - подтолкнул его к лестнице Реук. - Почему они так с нами? – шокировано поднимаясь по ступенькам, Хакён никак не мог отделаться от скребущегося внутри чувства несправедливости. Что они сделали всем этим людям, что на них так ополчились? Они ведь не знают, через что пришлось пройти группе, не знают, в каком аду оказались их некогда любимые герои. Зачем тогда так поступают?! - У каждого айдола есть антифанаты. Не бери в голову. На каком этаже квартира Тэгуна? - На четвертом. Хакён старался последовать совету друга, и ему почти удалось избавиться от неприятного осадка граффити внизу, но неожиданно с лестничной клетки четвертого этажа донеслись крики и слезы. Хакён рванул вперед, перепрыгивая через две ступени. Тело отреагировало автоматически, заставляя сердце биться сильнее от испуга. Он добежал до квартиры Тэгуна, замечая приоткрытую дверь, и замер на месте. - Убирайся!!! Убирайся из моего дома! - орала женщина в цветном халате в коридоре квартиры. - Мама, прекрати, - со слезами на глазах висла на руке женщины молодая девушка, сестра Тэгуна. Хакён перевел взгляд вниз, где около стены, на полу сидел сам Тэгун. Длинный, отросший темный волос закрывал лицо парня, а руки безвольно висели вдоль тела. Рядом с ним, дергая за пальто, плакал маленький мальчик. - Мама, мамочка, прекрати, пожалуйста, - пыталась утихомирить женщину Соён. - Нет! – стряхнув руки дочери, женщина не сводила глаз с сына. – Убирайся, Тэгун! Я устала! Устала от того, что в моем доме живет какой-то труп! Сколько мы можем доставать тебя с того света, а?! У меня железное сердце? Ответь! Тебе не достаточно того, что ты уже сделал? Тебе мало того, что летом ты чуть не довел меня до инфаркта своей выходкой? Как я могу жить, зная, что могу найти твой труп с перерезанными венами в ванной!!! - Мама, - громче заревела Соён. Тэгун не реагировал. Ни на крики матери, ни на слезы племянника. Он просто продолжал сидеть на месте, не поднимая головы. Безучастный ко всему, отрешенный. - Убирайся, Тэгун, - дрожащим голосом тихо произнесла женщина. Ее трясло, но она не отступала. – Вот это, - она бросила на пол шприц и какую-то ампулу, которая разбилась на осколки. Ребенок заревел сильнее. Соён пыталась оттянуть сына от брата, но мальчик продолжал дергать дядю за рукав. - Вот это уже конец, ты понимаешь? Пути назад больше не будет, ты хоть понимаешь? – со слезами продолжила мать Тэгуна. – Лучше я буду считать, что мой сын умер, чем буду смотреть, как он… убирайся, - всхлипывая, женщина подняла сумки и бросила их к двери. Затем оттолкнула внука и заставила Тэгуна подняться, подталкивая его к выходу. И только тогда они увидели невольного свидетеля семейного скандала. - Хакён! – выкрикнула Соён. Тэгун поднял голову. Всего на секунду в его глазах что-то промелькнуло, что-то живое, родное, но уже в следующую секунду он словно задернул шторы и отрезал себя от остального мира. Стеклянный, пустой взгляд пробирал до костей. - Забирай его, - сразу сориентировалась женщина, толкая сына в сторону гостя. – И что бы больше я никого из вас не видела! Она вытолкала сумки Тэгуна и захлопнула перед ними дверь. Хакён был в таком шоке от всего этого, что не сразу сообразил, что делать. Тэугун накинул капюшон и, даже не взглянув в их сторону, направился вниз по лестнице. - Тэгун! – Хакён побежал следом за парнем, но тот даже не притормозил, словно никого и не слышал. Хакён вылетел следом за ним из подъезда, схватил Тэгуна за руку. Но тот неожиданно с размаху ударил его второй рукой. Хакён упал на землю, шокировано смотря на парня снизу вверх. Тэгун с прищуром смотрел в ответ. На его лице неприятно выделялся рубец шрама, что делало внешность парня вкупе со стеклянными глазами отталкивающей. Тэгун, заметив его взгляд, некрасиво скривил губы в ядовитой ухмылке и отступил на шаг. В глазах парня была такая темнота, что становилось страшно. Тэгун не был похож сам на себя, он выглядел слишком диким, безумным и в тоже время таким холодным, неживым, что становилось неуютно. Тэгун развернулся и направился вверх по улице. Хакён не собирался сдаваться. Он быстро поднялся, поморщившись от боли в колене, и направился следом. - Стой! Тебе лучше остановиться! Эй, ты! Хакён догнал парня, снова схватил за запястье, разворачивая к себе лицом. - Куда ты направился? – игнорируя неприятные ощущения от шрама на лице вокалиста, Хакён продолжал смотреть на него в упор. Тэгун молчал. Он смотрел словно сквозь него, совершенно никак не реагируя на слова. – Ты в порядке? Молчание. - Тэгун? Парень снова промолчал, собираясь уйти. Но Хакён не дал, схватил его за руку и потащил к машине. Тэгун не сопротивлялся, но никак и не отреагировал, просто позволил усадить себя в салон. Запихнув парня, Хакён увидел, как из подъезда вышел Реук и Соён. - Что происходит? Что с ним? – спросил Хакён, подойдя к всхлипывающей девушке. - Позаботься о нем, пожалуйста, - схватив его за рукав свитера, умоляюще произнесла Соён. – Ему некуда идти… - Что с ним? – переведя взгляд на молчавшего Реука, Хакён почувствовал неладное. - Он не произнес ни слова за прошедший год, - произнесла девушка. – Врачи говорят, что он может говорить, но не хочет… Ему все хуже и хуже… - Успокойтесь, - ласково произнес Реук. – Ваш брат пока поживет с нами. Мы постараемся ему помочь. Хакён растеряно смотрел на машину, в которой сидел Тэгун. Парень застыл на сиденье как каменное изваяние, отчего становилось дурно. По спине пробежал холодок от воспоминаний той клетки, в которой был заперт Тэгун Ким Сонтеком. Кукла. Теперь эта кукла была сломана. - Только, пожалуйста, не оставляйте его одного. Он может снова сорваться, - произнесла Соён, вытирая слезы со щек. – Простите, но мы, правда, не можем с ним справиться. Он не слушает нас, не слушает врачей. - Он вернется, - уверенно произнес Хакён. Его переполняла решимость помочь Тэугну во что бы то ни стало. Он вернет прежнего Тэгуна! Вернет всю группу! Огонь внутри разрастался до вселенских масштабов. Ненависть к Ким Сонтеку, к этому монстру, который отобрал у них все, заслоняла рассудок. Хакён до хруста сжал кулаки. Ему нужно уничтожить этих призраков внутри себя, нужно вернуть их жизни! И его больше ничего не остановит!