Бунтари и Революционеры

      Она шла по темному коридору, шатаясь как маятник. Девушка не помнила себя, просто шла вперед. Постоянно билась о невидимые стены. Ей было плевать на все: что происходит, где она и так далее. — Люси…       Она обернулась. Никого. Девушка побрела дальше.Свет в коридоре начал тускнеть. Безразличный взгляд скользнул по обезображенному телу парня в маске, на которой была нарисована устрашающая улыбка. — Привет, милая, — она прошла мимо. — Ну и как тебе? Согласись, это круто! Тебе же все равно, что происходит.       Парень скакал вокруг нее, в ушах звенел его скрипучий смех. — Отстань. — Да ты только посмотри, — он сделал движение рукой и перед ними открылись возникшие из неоткуда железные двери. — Это так весело, — не унимался он, — правда? Посмотри, что творится. Они ждут тебя!       Он толкнул её в какое-то помещение, за спиной хлопнула дверь. Девушка осмотрелась. Вокруг неё было множество ужасных фигур. Обезображенные, искривленные, мерзкие. И все они разом поползли на Люси. Хартфилия боязливо оглянулась, но двери пропали. Она была в западне.       Девушка чувствовала, как к ее голове прикасались ледяные костлявые пальцы, как под кожу проникали омерзительные существа. Она кричала, но вокруг появлялись вс новые и новые уродливые существа. Девушку захлестнули паника и отчаяние. — Ты нам противна, — загробными голосами сказали они, подбросив её вверх.       Девушка почувствовала, что падает. Потом сильный удар в затылок и спину. Она лежала звездой на полу. Ей было до ужаса страшно. Люси тяжело поднялась на ноги. Вокруг была лишь темнота. И появилось зеркало. Люси увидела свое отражение…       Короткие волосы, похожие на солому, рваная одежда, босые ноги, вытянутое лицо с огромными синяками и руки… Все они были по локоть в крови. Девушка с ужасом посмотрела на свои кисти. С них струилась теплая, густая, бордовая кровь. Ее взгляд упал под ноги, и она заметила обезображенные тела друзей.       Хартфилия резко подняла глаза на отражение и закричала, что есть мочи. От ее крика стекло треснуло.       Она в панике открыла глаза, резко сев. Казалось, что она проснулась от собственного крика, которые не утихал. Спящий в сидячем положении Драгнил дернулся, осмотрелся. — Люси, тише, — он бросился к ней, когда ее голос стих, переходя в скулеж. Парень обнял Хартфилию, погладив её по голове. — Все хорошо, я здесь.       Она плакала, потом засыпала, просыпалась от кошмаров и снова плакала. Хартфилия потеряла счет времени, не понимала, ночь сейчас или день, но всегда рядом был обед, к которому она не притрагивалась и сидящий рядом Драгнил.       Хартфилия медленно открыла глаза. Лежа на спине она медленно дышала, всматриваясь в потолок. Счет времени был давно утрачен. Девушка размяла шею, смачно хрустнув позвонками. Люси закрыла глаза, пытаясь вспомнить:       Вот она столкнулась с Фоксом, тот что-то ей говорил по поводу своих чувств, убеждая стать его девушкой, даже поцеловал её. Потом это все увидел Драгнил. Он промолчал, ушёл. Затем девушка вспомнила их ссору: — Послушай, он меня поцеловал, не я его! — Меня это не касается. — Нет, касается! Подожди! — она попыталась его остановить, схватив за руку. — Послушай, ты мне нравишься! — Хватит! — он дернул рукой, вырвав свою ладонь. — То говоришь, что я невероятный, то целуешь, а потом спокойно обжимаешься с другим парнем. Прекращай! Со мной уже так поступали, наигрался!       Он развернулся и быстро ушел к себе в комнату, а она осталась посреди комнаты, ошарашенная его словами.       Люси отчетливо помнила, как заперлась с ножницами в ванной. Включив музыку, она подпевала музыканту, намочила волосы и спокойно отрезала алые пряди.       Всё, что происходило после, смутно всплывало в её памяти. Хартфилия помнила, как приняла дозу и пошла танцевать, как ей было плохо... и эти треклятые кошмары. Она вспоминала, как к ней приходили друзья, что-то говорили, а она тупо смотрела в потолок. Да, в этот раз она перебрала. — Как ты? — она легко вздрогнула от этого голоса. Внутри все потеплело. — Который час? — прохрипела она. Парень включил телефон, дабы посмотреть время. Люси увидела под его глазами синяки. — Половина второго. Хочешь чего-нибудь? — Есть.       Он тяжело поднялся с кровати, было видно, что от сидячего положения у него затекла спина и ноги. Люси тяжело поднялась, облокотившись о стену. Он сел рядом с ней, ловко собрав светлые волосы в хвост, дабы они не падали на еду. — Ты перебрала в этот раз, — она едва заметно кивнула.       Парень включил настольную лампу, вложил в её ладонь вилку, отвернувшись, дабы взять порцию еды. Он обернулся и увидел, что Люси не может сжать пальцы. — Эрза сказала, что иногда такое бывает, — девушка устало смотрела на Нацу. — Завтра ты будешь в норме.       Он сел рядом с ней, взял вилку и начал кормить девушку, будто она совсем маленькая. Ужин был скудным: две сосиски и макароны. Еда ещё не остыла, поэтому была вполне съедобная.       Нацу накалывал пищу на вилку, подносил ко рту Люси, и она очень медленно ела. — Хочешь чего-нибудь ещё? — Что происходило, пока я была в отключке? — поинтересовалась она, проглотив ещё один кусочек. — Ну, тебя колбасило три дня. Дети в порядке, твоя сестрица куда-то смылась, но поскольку её дружок остался, то она, скорее всего вернется. Через два дня будет королевская дискотека. Венди сдружилась с Клэр и каким-то Кайлом, — Люси сразу вспомнила высокого несуразного мальчика. Он постоянно краснел и очень стеснялся. Всего и всех. — Это хорошо.       Девушка проглотила последний кусочек, еле улыбнулась уголками губ, благодарно кивнула, приняв горизонтальное положение. Нацу выключил свет, дабы девушка отдохнула. — Тебе нужно поспать, — он замолчал. — Не молчи, — прерывисто говорила она. — Хорошо. А ты попытайся заснуть. Эрза вколола тебе целую кучу препаратов. Скарлетт сказала, что если бы ты на нас не наткнулась,  — он говорил тихо и спокойно, — то неизвестно, что могло бы произойти. Знаешь, эта случайность спасла тебе жизнь. И я, правда, очень рад, что ты выжила. Без тебя мир потерял бы множество красок, — он едва заметно усмехнулся. — Я знаю, как больно потерять дорогого человека, поэтому не хочу отпускать еще одного, — он перешёл на другую тему.       Она не спала. Слушала каждое его слово с замиранием сердца. Люси прекрасно помнила, что «пост» возле неё менялся каждые четыре часа, но Леви попросила Нацу посидеть с блондинкой хотя бы до десяти утра. Хартфилия была готова слушать его голос гораздо дольше отведенного времени. — Нацу, мне холодно, — она действительно дрожала. Парень сразу встрепенулся, накрыв её ещё одним одеялом.       Через пару минут Нацу понял, что всё это бесполезно. Он устало выдохнул, сняв очки: — Подвинься, — сказал он, поднимая одеяла. Она отодвинулась к самой стене. Но как только он лег, Хартфилия почувствовала, что он лёг к ней вплотную. — Иди сюда, — не особо задумываясь, она легла в его объятья. — Теплее? — Немного.       Ей было приятно чувствовать его мирное дыхание на своих волосах, эти, как оказалось, сильные руки на своих плечах и талии. Чувствовать запах его одеколона. Она робко обняла его за талию, уткнувшись в его грудь носом, улыбнулась. — Подними голову. — Что? — удивленно спросила она. Он нежно коснулся губами её лба. Девушка поджала губы, чтобы скрыть улыбку. — У тебя температура. Видимо заболела.       Как жаль, что ей было совершенно на это наплевать. Она решила для себя, раз и навсегда, что Нацу Драгнил — ее человек. Люси не хотела даже слышать про какого-то Фокса. Плевать. Даже если розоволосый окажется террористом-смертником! Она пойдет за ним. Про это она читала в книжках? — Я кое-что не сказала, — она подняла на него карие глаза, что искрились слезами. — Пожалуйста, прости меня. За то, что тогда ты увидел меня с Фоксом… — Тебе не за что извиняться, — он перебил ее. — Это твое дел… — Нет! Мне он не нужен. Никто, слышишь, никто не нужен! Ты… — У тебя температура… — Нет же! Дело не в температуре, не в наркотиках! Я давно заметила, что что-то во мне начало меняться. Ты меня начал менять, — Люси наплевала на то, что ее язык заплетался, плевать, что она гордая бунтарка, плевать, что она уже плачет. Люси хотела ему показать себя настоящую… — изменюсь, как тебе захочется! Как угодно! Только останься рядом со мной! Позволь МНЕ остаться с тобой рядом. Я просто… — Хватит плакать, — тихо сказал он. — Тебе и впрямь не за что извиняться, — она подняла глаза, увидев ту самую улыбку, которую Нацу дарил только ей. — Я на тебя и не злился. Зачем тебе меняться? Ты — это ты.       Она улыбнулась, шмыгнула носом. Драгнил неуверенно приблизился к ней, но девушка сама подалась вперед. Люси заметила, что Драгнил отлично целовался и Хартфилия была счастлива, а сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди, сломав рёбра. Хоть это был не первый их поцелуй, но девушка чувствовала, что теперь принадлежит этому человеку. А он принадлежит ей. Абсолютно бесповоротно…