Официантка по имени Руби

Как так вышло, что он никогда не бывал в этом месте? Вэйл залил в себя вторую чашку кофе и в который раз за утро задался этим вопросом. Кафе «У бабушки» — едва ли не самое популярное местечко для ежедневных посиделок. Да каждый житель города, наверное, нет-нет да заглядывает сюда: пропустить по стаканчику чего-либо, перекусить знаменитыми тостами с сыром или лазаньей, почитать свежую газетку. Сам Вэйл был много наслышан об этом кафе. Знал, что здесь подают, что чаще всего заказывают. Но почему он никогда не бывал здесь? До вчерашнего вечера. Как будто сам черт дернул его пригласить Мэри Маргарет именно в это кафе. Подумать только! Виктор Вэйл, заведующий городской больницей, уважаемый человек, приводит свою спутницу в затертое грязными пьяными задницами кафе. Вэйл до сих пор не мог в это поверить. Неужели ему ни капельки не понравилась эта мышка Мэри Маргарет? Настолько не понравилась, что он позволил себе привести ту в такое злачное местечко? Да быть того не может! Мэри Маргарет Бланшар — учительница младших классов, женщина скромная, интеллигентная, не обделенная вкусом и манерами. Хорошенькая, пусть немного и нудная. Ну ладно, не немного. Но ведь хорошенькая! У Вэйла определенно были планы на эту славную мышку с застенчивый улыбкой и грустными глазками. Пара скучных вечеров, несколько отменных бутылок вина, хорошая музыка, вкусная еда — не такая уж высокая цена за последующую награду. Да и общество Мэри Маргарет было явно не самым худшим, не мог не признать он. Вэйлу доводилось водить в рестораны девиц куда ужаснее. А с этой хоть поговорить о чем-то можно. Нет, он несомненно имел соответствующие планы на Мэри Маргарет. И почему тогда позволил себе превратить тот вечер в кошмар? Подумать только, пялиться добрую половину свидания на другую девицу! Да на кого — на официантку. Ну, у него, конечно, есть оправдание: красные обтягивающие шортики официантки были чуть ли не в два раза короче платья Мэри Маргарет. Стоит ли говорить, что глубокое декольте официантки выглядело еще красочнее на фоне всех застегнутых пуговичек Мэри Маргарет? Вэйл усмехнулся, покачивая в руке пустую чашку. Ну да, оправдание так себе. Стоит признать, вина за испорченный вечер лежит только на одном человеке. И явно не на славной нудной мышке Мэри Маргарет. К слову, весьма внимательной и обидчивой. Встала, заплатила за свой кофе и ушла. Это еще ничего. Вэйл на месте Мэри Маргарет влепил бы хорошую затрещину. За дело. — М-м… Еще чашечку? — тонкая бровь иронично изогнулась, покрытые слоем яркой помады губы растянулись в усмешке. Официантка забрала пустую чашку на поднос и, склонив голову набок, выжидающе посмотрела на Вэйла. — Нет. — Три чашки кофе с утра? С его-то давлением? Он же доктор, в конце концов! Да и кофе этот несчастный и горький не жаловал. Хотелось виски, хорошего виски. Но уж лучше несколько чашек кофе с утра, чем виски. Официантка все не уходила, и Вэйл начал чувствовать поднимающееся изнутри раздражение. Попросит счет — придется уходить. Уходить не… Нет, не счет. — Омлет с грибами, пожалуйста. Серые глаза насмешливо прищурились, а усмешка стала кривоватой. — Не хочется уходить? Вэйл едва не вскочил с места. Сжал в руке салфетку и резко вскинул голову, напряженно уставившись на официантку. Нет, подумать только! Даже он не позволил себе закончить эту мысль, а официантка просто озвучила ту, да еще с таким видом, словно хотела уличить его в чем-то. — Кажется, вы забыли записать мой заказ, — натянуто улыбнувшись, с сухой вежливостью произнес Вэйл. — Кажется, вы непохожи на человека, который хочет омлет с грибами, — весело пропела она своим мелодичным голоском. О, невероятно раздражительным мелодичным голоском. — Осмелюсь предположить, что у вас обычно не слишком много чаевых, — в свою очередь заметил он, стараясь сохранять самообладание. — Так много что шляпки и береты, купленные на чаевые, уже девать некуда, — мило улыбнулась она в ответ. — Так что, все еще омлет с грибами, который вы совершенно не хотите? Ну нет, это уже перебор. Вэйл встал из-за стола, демонстративно отряхнул руки и, посмотрев на нее сверху вниз, холодно отчеканил: — Вы слишком вздорная и нелюбезная для официантки. Я хочу видеть управляющего заведением. — А вы трусливый врунишка и не можете признаться в том, чего на самом деле хотите, даже себе. И я больше не хочу идти с вами на свидание. Растерянно моргнув, Вэйл продолжал смотреть на нее, не зная, что раздирает его больше: возмущение или чудовищное замешательство. — Насколько помню, я не приглашал вас на свидание и не имел намерений это сделать, — как можно сдержанней сказал он. Она издевательски усмехнулась, швырнула на стол белое полотенце. — Вот видите, жуткий врунишка, — она сокрушенно покачала головой. Затем подалась вперед, одной рукой уперевшись в столешницу, а второй — прижимая к бедру поднос, и доверительно прошептала: — Знаете, что в этой истории будет самое печальное? Когда вы наконец признаетесь себе, что хотели пригласить меня, снова придете сюда и попробуете это сделать, вас будет ждать такой же ответ, как и минуту назад, — она выпрямилась, вздернула подбородок и скривила губы. — Нет, никуда и ни за что на свете я не пойду с таким трусливым врунишкой, как вы. Хорошего дня, доктор Вэйл. С этими словами она развернулась на каблучках и направилась к двери, ведущей на кухню кафе. Вэйл, пораженный произошедшим, остался стоять на месте, беспомощно глядя ей в спину. Ну, возможно, немного ниже спины. Сегодня на ней была юбочка, ничуть не длиннее вчерашних шорт. Раздраженный и возмущенный, он хотел остановить ее и сказать ей множество обидных слов о том, что она — всего лишь самоуверенная официантка, что с ее яркой внешностью и вульгарной одеждой ей светят лишь любовные утехи с брюхастыми противными дядечками, держащими ее в любовницах, пока их женушки тратят добрую часть жизней в бутиках. И в голове у него крутилось множество ядовитых, обидных слов, но отчего-то он не окликнул ее, не попытался нагнать, даже не открыл рот, чтобы крикнуть все это ей вдогонку. Вэйл просто постоял у своего столика с полминуты, вынул из кошелька пятидолларовую купюру и ушел прочь. Что ему до этой глупой официантки по имени Руби Лукас? Судя по слухам, у нее и без того непростая жизнь. Пусть ее маленькая возмутительная выходка останется без его внимания. В конце концов, он заведующий городской больницей, всеми известный доктор Вэйл, уважаемый человек. А она — простая официантка. Тоже всеми известная, но совершенно по другим, менее благородным причинам. Теперь понятно, почему он никогда не бывал в этом ужасном кафе. Да нога его больше не переступит тот порог! И зачем он только вернулся туда сегодня утром? Нет, ну черт дернул, не иначе. А эта наглая официантка? Какова! Что она только о себе возомнила? Ее бы хорошенько проучить, но ведь Виктор Вэйл выше этого. Он просто ушел и забыл об этой жалкой девице, как о надоедливой мухе, которая несколько минут докучала ему, а затем вылетела в окно. Руби Лукас. Свидание с Руби Лукас. Еще чего! Он усмехнулся, оторвавшись от отчета, присланного из бухгалтерии. Пригласить ее на свидание. Разве это не смехотворно? Она что, серьезно в это верила? Или сказала так, чтобы покрасоваться? Вэйл бросил ключи на стол и, скинув ботинки, прошел в кухню. А может, это у нее такая вздорная и глупая натура. Да, наверное, натура! Скверная девица, ничего не скажешь. Вэйл дочитал главу, отложил книгу и выключил свет. Вот если бы она одевалась поприличнее, держала язык за зубами и не вела себя так возмутительно и грубо, то, возможно, на нее обращали внимание достойные мужчины. А пока… Ее удел — пьянчужки и такие же распутные люди, как и она сама. Хмыкнув, Вэйл перевернулся на другой бок. Руби Лукас, официантка из местной забегаловки. Нет, ну не смешно ли! Все-таки как хорошо, что он оказался умнее и не стал отвечать на ее дерзости. Ушел и забыл об этой невоспитанной девице. Что она ему, верно? Всего лишь Руби Лукас, официантка. Смешно.