Несовместимое совместимо

На следующий день Хе Джин и Хён Ву позвонили Сунён и Джихун, предложив встретиться в парке, погулять немного. Они ещё на концерте договаривались, что созвонятся и пообщаются в живую. Тем временем, ожидая встречи, эти ненормальные собрались дома у Хе Джин (она живёт одна, так как Ю Ра и Бэкхён съехались, и теперь живут вместе), и немного пересмотрели Алладина. Алладина, мать вашу! — АРАБСКАЯ НОООООООЧЬ! — ВОЛШЕБНЫЙ ВОСТООООК! — ЗДЕСЬ ЧАРЫ И МЕСТЬ, ОТВАГА И ЧЕСТЬ… — ЖРАТВЫ ЦЕЛЫЙ СТООООЛ — После слов Хён Ву Хе Джин упала на пол в припадке смеха, а Хён Ву пошла в бывшую свою комнату, вырыла в шкафу розовые штаны и футболку, надела их на себя, после заплела волосы в косу, втыкнув туда парочку розовых заколок. Чуть позже она нашла синие широкие штаны и такую же майку, плюс ко всему — шапку, похожую на головной убор Алладина. Она вышла в гостиную, к Хе Джин, и та, увидев Хён Ву, снова упала на пол в приступе. Хён Ву с самодовольным лицом кинула в Хе Джин предназначенные ей вещи, и, улыбаясь, пошла в другую комнату. Хе Джин сразу сообразила, что нужно делать, переоделась, и пошла к Хён Ву. У Ю Ра еще оставались ключи от квартиры Хе Джин, и она решила придти с небольшим сюрпризом — Тэхёном и Гуком. Короче говоря, они пришли, и перед их глазами восстало зрелище, как компьютер венчал Хе Джин и Хён Ву. Ю Ра сделала своё любимое действие под названием «рукалицо», а Чонгук с Тэхёном просто заржали. Эти парни смеются похлеще Хён Ву и Хе Джин. Те обернулись, посмеиваясь в такт Чону и Киму, чуть позже все находящиеся в помещении катались по полу от смеха. В 16:00 Хён Ву и Хе Джин вышли из дома, направляясь на встречу с Уджи и Хоши. Хён Ву должна была уйти раньше семи вечера, так как мачеха с сестрицами вернутся около 12 ночи, а ей нужно убрать весь дом до их прихода. Она и так сбежала, ей не позволяют выходить за пределы двора, который она должна ежедневно убирать и ухаживать за растениями. В половину пятого они встретились. Сунён пытался узнать девушек поближе, а Уджи просто ходил рядом, как ребёночек, низенький и до жути милый. Он резко схватил за руку Сунёна, а потом просто пошел дальше с надутыми щеками. — Ты чего?.. — Хоши поднял брови. — Ты мне вообще внимания не уделяешь. — Прости… Можно не при людях? — Нет, нельзя! — Хе Джин и Хён Ву просто смотрели на происходящее, переваривая увиденное и услышанное. — Вы… вы… вы геи? — Ну да. В этом есть что-то плохое? — Нет, конечно ничего. — Хён Ву нервно выдохнула. — Ну нахер. Пойду с голубями знакомиться. — После этих слов все трое наблюдали за Хе Джин, которая на корточках приманивала голубей, пока не поймала одного из них. — Вот. Его зовут Арсений Курочкин. — Арсений? Почему не Аркадий? — ТЫ ЧТО?! АРКАДИЙ — ЭТО ДЕРЕВО! АРКАДИЙ ПАРОВОЗОВ! — Ладно, ладно… пусть будет Арсений. — Сеня будет жить со мной. — Хе Джин продолжала держать голубя в руках, светящимися глазами смотря на Хён Ву.

***

После этой «чудесной» прогулки Сунён и Джихун вернулись домой подуставшими. Первым делом Хоши пошёл приводить себя в порядок перед сном, нужно было пораньше лечь спать, так как завтра тренировки с самого утра, потом ещё на запись ехать. Джихун медленно подошёл сзади, взобравшись на спину Сунёна. — Ты такой тёплый. — Он улыбнулся. — Ты тоже. — Уджи поцеловал Сунёна в шею, от чего у того в голове пронеслось: «Ой, сука. Ага, конечно, даст он мне поспать нормально.» Хоши уже стонал во всю, после он просто не выдержал, и прижал Джихуна к стене. Холодной мраморной стене. Развернув того к себе лицом, он требовательно и резко поцеловал Уджи в губы, не отрываясь ни на секунду. Уже не хватало воздуха, сердце колотилось с бешеной скоростью, а им всё равно. Сунён оторвался от Джихуна, жадно вдыхая воздух. Он уже желал его. Всё тело, каждый долбанный кусок. После он начал стягивать с обоих одежду, а когда расправился с этой нелепой преградой, и на них не сталось вобще ничего, то Сунён с властным взглядом открыл ротик Уджи, смочив два пальца в слюне. Он не спеша и по одному вошёл в него, отчего Джихун расправил ноги шире, упираясь головой в эту по-блядски холодную и мокрую стену. Через пару минут он почувствовал пустоту и какое-то долбанное облегчение, но нет, нихуя, ибо в него начал входить большой член Хоши. Джихун открывал рот шире, стонал всё громче, а Сунён только ускорял темп, не давая привыкнуть. После того, как оба кончили, они приняли холодный душик, развалившись на кровати в обнимку. Заснуть пораньше не получилось.