I want

От лица Найла.

— Можем ли мы увидеть поцелуй Нарри? — кричит какой-то фотограф. Я начинаю протестовать, но Гарри, схватив меня, тянет назад, запечатлевая целомудренный поцелуй на моих губах, привлекая внимание каждого. Вспышки камер прекращаются, и все начинают кричать и восхищаться. Этот путь по красной дорожке — самое важное событие. Еще один поцелуй Гарри, и мои ноги подкашиваются, а воздух покидает мои легкие. Так всегда. Когда я открываю глаза, вглядываюсь в лицо Гарри, он улыбается, снова позируя на камеры. Я, тяжело вздохнув, натягиваю приятное лицо. Это как будто бы не он, как будто ему наплевать на меня. Гарри даже не держит меня за руку, словно он использует меня или даже считает меня отдельной частью шоу. Во всех номинациях группа One direction одержала победу, и мы снова возвращаемся в отель. Завтра долгожданный выходной. Мы прибываем в отель, и я, наконец, остаюсь наедине со своим парнем. — Малыш? Ты смотрелся сегодня потрясающе… — говорю ему, сидя практический на краю кровати, со сложенными на коленях руками. — Что? Ах да, я хорошо выглядел, правда? Я одел Rolex, которые ты подарил мне, — усмехнувшись, произнес Гарри, показывая огромные часы на своем запястье. — Я… Я не покупал их тебе, — вздыхаю я. — Ты не покупал? Хм, я мог поклясться, что это сделал именно ты. Может быть, это знак, что ты должен мне купить что-то красивое. — Если это сделает тебя счастливым, ладно. — Сделает. — Хорошо, завтра я тебе куплю все, что ты захочешь. Я люблю тебя… — произношу я. Жду ответного «Я люблю тебя», но он этого не произносит. Только раздевается и отправляется в душ. Гарри не пользовался этим путем. Он был заботливым, любящим и вдумчивым. Он был одним из тех, как мы думали, который не позволил бы популярности забить его голову. Вы никогда бы не подумали, что те, кого вы любите, стали бы жертвами всего этого дерьма. Я был в этих отношениях с ним, потому что чертовски люблю, и я думал, что с ним происходит все то же самое, но в последнее время в этом во всем нет смысла. Возникает чувство, словно Гарри терпит меня, чтобы стать популярнее. Единственное время, когда он действительно счастлив, это то время, когда вы платите ему или же забрасываете комплиментами. А иногда даже и этого недостаточно. Полностью избавившись от одежды, залезаю под одеяло и жду, когда Гарри присоединится ко мне. Он выходит с великолепно зачесанными назад волосами. Его тела достаточно, чтобы заставить меня дрожать. Конечно же, он абсолютно обнажен. Безусловно, он прыгает на кровать. Я автоматически пытаюсь обнять его, но он останавливает меня. — Я действительно устал сегодня. Можешь не трогать меня? — мои глаза наполняются слезами, на которые он не обращает внимание. — Ладно. Я люблю тебя, — шепчу я, отворачиваясь в другую сторону, давая ему больше пространства. — Я знаю, Найл. — черство отвечает он. Это причиняет сильную боль. Мой парень сказал мне, чтобы я не трогал его? Не сказал «Я люблю тебя»? Это заставляет мое сердце сжиматься от боли. Возможно, я не значу для него столько, сколько он для меня. Я помню, когда был тем испуганным мальчиком, который боялся сказать, что любит его. Помню, как он помог мне преодолеть всю глупую ненадежность. Он уверял меня в том, что я принадлежу группе, уверял, что мой голос такой же, как и у остальных парней, уверял меня в том, что любит меня так, как никто другой. Но я, скорее всего, был бы с ним, чем с другими, и это самая настоящая реальность. Утром он пробуждает меня любящими поцелуями в шею. Это - рай. Я даже не хочу вставать из-за опасения того, что новый Гарри возвратится, а прошлый — уйдет. — Проснись, Найл. — шепчет он, целая мочку уха. Я медленно открываю глаза, встречая те блестящие изумруды. — Ты очень красивый, — вздыхаю я, прикасаясь к его щеке. — У нас будет время для этого позже. Помнишь то, что ты мне обещал вчера? — от моего прикосновения он отодвигается. — Нет… — Ты сказал, что купишь мне все, что я захочу. — произнес он серьезно. — А мы не можем просто лежать до позднего вечера и обниматься, как мы привыкли? — Найл, давай. Я не хочу оставаться в этом ужасном отеле. Я хочу выйти! Я беру его руку в свою, но он выдергивает ее. — Тогда я пойду самостоятельно. — он цокает и поднимается на ноги, оставляя меня в кровати. Он одевается и вылетает, словно ураган, из гостиничного номера. Я вздыхаю и пытаюсь что-нибудь придумать, дабы указать Гарри на то, во что он превращается. Возможно, если я поведу его на романтическое свидание, это скорее всего напомнит ему о пути, которым он пользовался. Возможно, если я приведу его к нашему месту, он наконец возвратится ко мне. У меня есть несколько идей, которые мне нужно будет выполнить до нашей встречи. Мне просто нужно убедиться, что он отпустит меня без всякой борьбы. Я бегу к своему чемодану, где в скрытом отделении находится обручальное кольцо Гарри. Я планировал отдать его больше месяца назад, так как в то время у нас была годовщина, но, как оказалось, время было не подходящее. Не существует для меня кого-либо дороже него. И я предполагаю, что есть и другие рыбы в море, но именно с рыбой Гарри я бы плавал вечность. Когда Гарри вернулся, он широко улыбнулся, держа в руках огромные сумки с дизайнерской одеждой, и я уверен, что он вышел не в той одежде, в какой был сейчас. Он носит исключительно новые бренды. — Догадайтесь, что я купил? — он говорил с азартом. — Весь мир? .. — я вздыхаю, поскольку мои глаза замечают уйму дизайнерских марок. — Очень смешно. — улыбается он нахально. Он вытягивает брелок из кармана. — Ты купил машину? — открываю я рот. — Я купил красный Porsche, с гоночной полосой. — говорит он, с блеском в глазах. — Это прекрасно, дорогой, у меня есть сюрприз для тебя. -. — слегка хихикает он. — Я запланировал сегодня кое-что, — улыбаюсь я. — Детка…Я так устал от похода по магазинам. — закатывает он глаза. — Пожалуйста, Хаз, это бы значило очень многое для меня. — Я правда не хочу идти. — отбрасывает он свою спортивную сумку. — Это важно. — подчеркиваю я. — Я сказал тебе, что не хочу идти, — он щелкает пуговицами рубашки и снимает ее. — Клянусь, это равноправно тому, что ты не хочешь быть со мной больше.- бормочу я. Тихо встаю и покидаю гостиничный номер.

— Точка зрения Гарри. —

Маленькая черная коробочка, покрытая бархатом, выпала из кармана Найла и отскочила на ковер. Приподнимаю ее и рассматриваю до тех пор, пока не замечаю просунутую голову Луи в дверном проеме. — Что у тебя там? — спросил он. — Я не знаю, это Найла. — бормочу я. — Похоже на что-то весьма значимое. — сказал он, подходя ближе для более точного рассматривания. Я открываю ее и нахмуриваюсь. — Это сногсшибательно! — Луи задыхается, смотря через мое плечо. — Сногсшибательно? Посмотри на него! В нем нет ничего необычного. — насмехаюсь я — Гарри, ты же не серьезно! — Луи уставился на меня. — Серьезно. Я не собираюсь носить эту уродливую вещь на своей руке всю оставшуюся жизнь, — пожимаю плечами я и, закрыв коробочку, бросаю ее через плечо так, что она приземляется на кровать. — Ты такой неблагодарный! Ты не заслуживаешь ни Найла, ни его любви. — качает головой Луи. — Как раз-таки наоборот. У Луи падает челюсть. — Я имею в виду, давай будем честны. Найла из группы любят меньше всего, в то время как я — их любимчик. Это правда. Сравни хотя бы с фоловерами в твиттере. — Я рад, что тебе не нравится кольцо, теперь Найл не должен застревать в плетях тщеславия придурка вроде тебя. — Ох, да ладно тебе Лу! Что произошло с Ларри Стайлинсон? — кричу я. — Ты не мой напарник Гарри. Ты — кто-то, кого я не знаю. Я помню каким ты был, когда работал в проклятой пекарне, Гарри! — Да, когда я был никем. — По крайней мере, старый Гарри не рассматривал бы предложение руки и сердца как ничто. — Он не делал предложения. — Но он собирался это сделать. Слава богу, что не сделал. Найл должен быть с тем, кто любит его. — Я действительно люблю его! ― Ты любишь деньги и свое лицо, но не лги и говори что любишь его. — Ты ничего не знаешь об отношениях Найла и меня. Так что убирайся. — прорычал я. — Он не будет с тобой всегда, учитывая то, что ты обращаешься с ним как с дерьмом. — говорит Луи перед тем как выйти. Я сидел и прокручивал ключи моего новенького Porsche. Я хочу иметь хорошие вещи, в этом же нет ничего плохого. Я заслужил это. Будучи самым популярным из всех ребят, это забирает у меня больше всего сил. Найл должен быть счастлив, что он в состоянии сам позвонить мне. Так что, возможно, если я не слишком часто хожу с ним на свидания или не держу его за руку больше, это же не значит, что я его больше не люблю. Вздыхаю и подхожу к телефону. Набираю его номер, выученный наизусть. Один гудок, и я слышу голосовое сообщение. Он всегда отвечает, даже когда очень зол. Я оставляю сообщение: — Найл, малыш? Это я, твой мишка-Хазза Где ты, и почему не поднимаешь телефон? — откладываю телефон подальше, присаживаясь на кровать, понятия не имея что делать. — Гарри? — Лиам входит в комнату. Я смотрю на него угрюмо. — Луи очень зол. Зейн наверное, было бы слишком. Ты знаешь, как он защищает Найла. — Я только что собственноручно получил нагоняй от Луи. Я не нуждаюсь в лекциях еще и от тебя. — Гарри, ты видел это? — он протягивает мне журнал. Я сжимаюсь от заголовка: Narry Storan: всего лишь шоу? — Это правда, что ты выдал Найлу на день рождения подарок от поклонника? — спрашивает Лиам. — Я-Я даже не помню. — честно отвечаю я. Я не чувствую это на своей шее. Это правда. Ожерелье, которое подарил мне Найл на наше первое совместное празднование дня рождения, больше не чувствовалось на моей шее. Мое сердце падает куда-то в желудок. Я начал задыхаться и, стараясь как можно скорее протиснулся между Лиамом, стремительно забежал в ванну. Весь мой дорогой ужин выходит наружу. Мое горло горит, душа ноет, а голова ходит кругом в то время как я прижимаюсь лбом к холодной ванне. — Я не знаю, куда он пошел, Лиам... — стону я. — Думай, Гарри. Если ты не знаешь, значит ты действительно его потерял. Я встаю, кое-как держась на ногах, и полоскаю рот. Схватившись за раковину, смотрю на себя в зеркало. Видок хуже некуда, но я должен найти его. Бреду в комнату и беру с постели бархатную коробочку. И как можно скорее бегу к своему Porsche, так как есть одно место, где он может быть. Мое сердце начинает стучать сильнее, словно готово выпрыгнуть из груди в любой момент, и я, стараясь игнорировать это, добираюсь до машины. Я паркую машину и бегу наверх, не заботясь насколько сильно гудят ноги. И вот он, мой Найлер, сидит в одиночестве, подтянув колени ближе к себе, и глядит на полную Луну. Я присаживаюсь рядом с ним. — Ты не представляешь, насколько сильно я желал, чтобы ты пришел. — шепчет Найл. Его голос сломан и полон боли. — Я вижу, ты нашел кольцо. — вздыхает он. — Я знал, что тебе не понравится. Ты предпочитаешь нечто необычное и блестящее. — Найл.. — Я думал, что если что-то и заставит тебя прийти сюда, так это то, чтобы найти обратный путь ко мне, но я просто понял, что это было лишь принятие желаемого за действительное, потому как ты не собираешься меняться. — начинает плакать он. — Детка, прошу тебя, не плачь. Умоляю. Я пришел сюда, чтобы извиниться и сказать, что действительно люблю тебя. — У меня ничего не осталось, чтобы дать тебе. — Ты все, что мне нужно. Я так тебя люблю. Я...просто забыл, вот и все. — Я думал, что что-то типа аксессуара на твоем запястье. Простой аксессуар для большого и знаменитого Гарри Стайлcа. — Я сожалею. Мне так чертовски жаль. Это я, Найл, старый Гарри, тот, что влюбился в тебя, в тот самый момент, как увидел. — Ты это лишь говоришь, на самом деле ты ни о чем из этого не думаешь. — Посмотри на меня, дорогой. Я люблю тебя больше всего на свете. — наклоняю лицо, чтобы встретиться с ним глазами, но он прикрывает их. — Я не могу смотреть на тебя, я знаю, когда я это сделаю, то прощу тебя, а я не хочу этого. Я прикладываю свои руки к его лицу и, наклонившись, прижимаюсь губами к его. Он чувствует, как я просыпаюсь, словно я спал на протяжении веков. Это разбивает мое сердце и я, прижимая его все ближе к себе, вижу как струятся слезы по его совершенному лицу. Я целую его, а на сердце боль, боль, которую я причинил ему, и мне хочется еще больше его целовать, извиняясь за все то. — Ты — лучшее, что когда-либо было моим, ты слышишь меня? — дышу я, прижимаясь лбом к своей собственности. Он кивает, но держит глаза все также закрытыми. — Скажи мне, чего ты хочешь, Найл? — Я хочу быть любимым тобой. — шепчет он, его ледяные голубые глаза встречаются с моими. — О, детка, я всегда буду любить тебя. Пойдем, а то опоздаем. — Куда? — Мы собирались пожениться. Я не позволю тебе ускользнуть от меня снова. — Я так чертовски сильно люблю тебя. — И я люблю тебя.