Подари мне рассвет

Финал национального чемпионата Токио был в самом разгаре. Команды Тейко и Кирисаки Дайити сошлись в поединке, выкладываясь в полную силу. Почти. Поколение Чудес не слишком напрягалось, и это раздражало Ханамию Макото ещё больше. — Чёртовы выскочки, — зло прошипел он, пропустив мяч из-за голубоглазого распасовщика. Эти команды впервые встретились на поле. Так вышло, что за все этапы чемпионата их графики ни разу не сошлись. Теперь школа Кирисаки уныло бегала за мячом, уже не надеясь сократить разрыв. Ханамия проклинал игроков. И своих, и чужих. Поколение Чудес невероятно умело избегало травм. Может, на соперников давила их репутация, может, что-то ещё, но планы Макото рушились на глазах, ни одна комбинация не прошла. Ещё и этот Аомине постоянно закрывал от него Куроко, что лишало возможности устранить хотя бы фантастического невидимого распасовщика. После финального свистка Ханамия подошёл к асу. — Йо, Аомине-кун, — натянул улыбку разыгрывающий защитник. — Вот мы и снова встретились. — Сгинь, — презрительно бросил Дайки, намереваясь уйти. — Так невежливо, — усмехнулся тот. — Тебе стоило поучиться манерам у брата. Ах, да… Несчастный случай забрал Сиэля раньше, чем он успел заняться твоим воспитанием? Ас едва сдержался, чтобы не врезать парню прямо здесь. Затеять драку на глазах у всего стадиона значило бы опозорить и себя, и команду перед всем миром. Но эта мразь заслуживала не только хорошего пинка… — Не смей, — почти прорычал Аомине. — Произносить его имя своим грязным языком. — Простите великодушно, Аомине-сама, — изобразил раскаяние подросток, поднимая руки ладонями вверх. — Я забыл спросить позволения. — Молись, чтобы мы не встретились вне площадки. Ханамия довольно ухмыльнулся и отправился к своей команде. Поколение Чудес праздновали победу. Финальная игра, к удивлению, оказалась для них немного интереснее остальных. Разрыв составлял всего 76 очков. Раньше другие команды не боролись за победу, узнав, кто их соперник, но в этой был человек, не сдавшийся до самого конца… Правда, со своими методами. — Говорите, некоронованный? — задумчиво протянул Кисе, уплетая бенто за обе щеки. — Интересная личность. — Именно, — подтвердил Мидорима. — Некоронованный. — Мерзкий тип, — поморщился Атсуши. — И даже это ему не помогло, — скептически заметил Аомине. — Где-то я уже слышал о нём… Ты встречал Ханамию раньше, верно, Аомине-чи? — как ни в чём ни бывало, обратился к асу копир. — Не запоминаю мусор. Эти двое в последнее время не разговаривали даже на тренировках. Куроко боялся, что это может повлиять на команду, но опасения оказались напрасными. Если бы Тецу не знал, что случилось, то молнии, мелькающие в глазах парней при взгляде друг на друга, принял бы за игровой азарт. На поле эта парочка выкладывалась на полную. Но если всё-таки случалось услышать их краткий диалог, то никаких сомнений во взаимной непереносимости не оставалось. — Куроко, даю тебе три выходных, — неожиданно заявил Сейджуро. — Твоя травма мешает тебе играть. Все мигом вопросительно уставились на Тецу. Травма? Вроде бы матч прошёл чисто, не было ни одного фола. Да и ас всё время опекал свою Тень так, что подобраться к нему было просто невозможно. Так о какой травме речь? — Нет, я могу, — тихо ответил фантом. — Не обсуждается. От внимательных глаз Акаши у Тецуи по спине пробежал холодок. Капитан снова смотрел так, словно знает абсолютно всё. — Тецу-кун, — удивлённо спросил Мурасакибара. — Что с тобой? — Порядок, — соврал Куроко. Рёта почувствовал беспокойство, исходящее от Аомине, и еле заметно улыбнулся. Уж он-то, хоть и не был вампиром, знал, как тому следовало поступить в первый раз, чтобы не травмировать жертву ядом из-за своей неопытности. На самом деле копир намного старше Дайки, хоть и тщательно скрывает это. Наследник Тоширо мог догадаться о сущности Кисе, только если переданный ему дар не убьёт аса раньше, чем тот успеет что-либо понять. Чистокровные всегда очень медленно возвращали память, если до этого кто-то их запечатал. Возвращали медленно и весьма болезненно, и с Аомине дела обстояли именно так. Насколько помнил Рёта, Тоширо хотел передать свой трон старшему сыну, но тот погиб в межклановых разборках. К тому времени Дайки уже прошёл ритуал, поэтому Глава до последнего боролся, чтобы его оставшийся сын прожил другую жизнь… Жаль, что все его жертвы оказались напрасны. На следующий день после матча Тецуя собрал вещи и отправился к родителям. Всё равно Акаши не допустил бы его до тренировок, а раз сейчас каникулы, то вполне можно позволить себе немного развеяться. В связи с учёбой юноша вынужден был переехать в Токио, оставив семью. В свободное от занятий время тренировки занимали весь график, поэтому каждая возможность повидаться с родственниками высоко ценилась. Вечером на вокзале было, как всегда, полно народа, не протолкнёшься. Куроко в который раз поблагодарил небо за свою способность незаметно сливаться с толпой и уже через десять минут сидел на своём месте в поезде. — Не занято? — Нет, проходите. — О, благодарю, — обрадовался мужчина и поторопился воспользоваться приглашением. Попутчик выглядел доброжелательным и спокойным. Повязка на голове явно поддерживала когда-то мешающую длинную чёлку, а сейчас носилась скорее по-привычке. Короткие чёрные волосы красиво подчёркивали бледную кожу и зоркие серые глаза. Одетый в лёгкую рубаху и тёмные джинсы с широким ремнём, он выглядел лет на двадцать пять. — Меня зовут Рейджи Окита, — с улыбкой представился он, когда все сумки были уложены. — Куроко Тецуя, — ответил фантом, пожимая протянутую руку. — Приятно познакомиться, Куроко-кун. Ты не против, если я буду так тебя называть? — Нет, — улыбнулся невидимка и перевёл взгляд за окно. Ему не хотелось ни с кем говорить, поэтому он надеялся, что Рейджи сам справится за двоих. Дорога предстояла долгая. Как оказалось, Окита-сан тоже был молчалив. Немного расспросив подростка о цели путешествия, он удовлетворённо кивнул и погрузился в чтение. Через пару часов окончательно стемнело, и Куроко, всё это время следивший за мельканием деревьев, уснул прямо в таком положении. Очнуться пришлось от неприятного ощущения, будто за ним следят. Тецу открыл глаза и обнаружил нависшего над ним мужчину. — Окита-сан, что Вы… — Не волнуйся, я не причиню тебе вреда, — шепнул он. — Мне нужно лишь согласие Аомине-самы. Прежде, чем Куроко успел что-то сообразить, Рейджи щёлкнул пальцами, и сознание отключилось.

***

Гетерохромия. Только в таком состоянии, выпустив наружу вторую личность, Акаши мог окончательно отключиться ото всего лишнего. Ноутбук уже сильно нагрелся от многочасовой непрерывной работы, но капитан Тейко даже не думал прекращать поиски. До тренировки оставалось около часа. За это время необходимо найти ответ на самый главный вопрос относительно Аомине — его суть. Несмотря на отсутствие прямого пояснения, что, несомненно, подстёгивало интерес Сейджуро, ему удалось собрать много разных деталей. В целом, сводилось всё к следующему: Аомине — чистокровный вампир. Много веков назад родоначальник его ветви — Кирито Хао — сразился с демонами и добрался чуть ли не до самого пекла. Был заключён контракт, согласно которому единственная дочь Кирито станет править на своей земле, а помощниками ей и её потомкам станут лучшие демоны. Создания Мёртвого Огня подписали договор, но ухитрились внести свои поправки прямо перед завершением обряда. Дочь Хао вынуждена была выйти замуж за другого вампира, и с тех пор только так совершались браки, без смешения, ибо последняя строка писания гласила: «… Да будет расторгнут контракт, да низвергнут род его, да постигнет его гнев Пламени, если чистая кровь омрачится грязью». Такова легенда семьи Дайки. Что же касается Куроко, то император нашёл объяснение и его состоянию. Перекопав тысячи источников, он сделал вывод, что с первым укусом в жизни вампира в кровь жертвы поступает медленно действующий яд. Обычно молодые вампиры убивали своих первых жертв, поэтому лечить их не приходилось. Но имелось упоминание о других случаях, когда ещё не пробудившийся вампир совершал то же самое. При этом раскладе им обоим грозила смертельная опасность, ибо яд выступал не только против цели, но и в пятидесяти процентах случаев запускал аутозаражение. Если такой вампир убивал своего человека, то шансы спастись сводились к нулю и у него самого. Бывали исключения, когда аутоагрессии не происходило. Но редко. Акаши сломал голову, выискивая слово «дар» хоть где-нибудь, но так ничего и не увидел. Захлопнув ноут, капитан Тейко отправился на тренировку. — Шинтаро-о-о, — протянул Мурасакибара. — Может, хватит уже? — Нет, — категорично заявил снайпер. — Пока не допрыгнешь, не закончим. Мидорима мучил Атсуши заданием достать до мяча после своего трёхочкового. Траектория полёта не позволяла этого сделать ни в одном месте, кроме как непосредственно над кольцом. Центровой лениво передвигал руками и ногами, создавая видимость игры, за что получал двойной нагоняй от разгневанного напарника. До начала основной тренировки оставалось около пятнадцати минут. Акаши всегда приходил вовремя, и ему не требовалось времени для разогрева, поэтому парни пока занимались, чем хотели. — Эй, Аомине-чи, — негромко позвал Рёта. — Сыграем один на один? Дайки окинул копира презрительным взглядом. Сыграть с ним? После тех слов, что блондин бросил в лицо Аомине, у него внутри вскипела непереносимость присутствия этого человека. Ас уже много дней пытался разобраться, что же его так разозлило в поведении Кисе, ведь Куроко не принадлежал никому, а, значит, имел право быть, с кем захочет. Форвард не ревновал. Связать свою жизнь с парнем не было даже в мыслях, когда вокруг столько много грудастых красоток. Но какое-то неприятное чувство собственника разрывалось от гнева при виде довольной физиономии копира. В конце концов, Тецуя его Тень. Его и ничья другая! — Есть ли смысл расстраивать тебя перед тренировкой, — произнёс Аомине. — Ты и так неважно играешь, ещё и хочешь продуть заранее. — В таком случае, — слегка улыбнулся Кисе, не сводя с него глаз. — Может, сыграем на интерес? Если выиграю я, ты отдашь мне Куроко-чи. А если выиграешь ты… — Идёт, — быстро согласился ас, даже не успев понять, что произнёс это вслух. Мини-игра началась. Но парни настолько агрессивно повели себя на площадке с первой же минуты, что даже Мидориме пришлось сдаться и утащить Атсуши от греха подальше, а то досталось бы и тому, и другому. — Шинтаро, — снова протянул Мурасакибара в своей привычной манере. — Я голоден. — Но ты же только полчаса назад истребил целый пакет зефира! — прокричал снайпер, от возмущения даже перетягивая повязку на пальце слишком сильно. — Но я хочу есть! — понизив голос, грозно поглядел на напарника Атсуши. Мидорима порылся в сумке, но, не найдя там ничего съедобного, обречённо вздохнул. — Ладно, ещё есть несколько минут. Пойдём. Тем временем на площадке разыгралась настоящая битва. Кисе и Аомине с переменным успехом нападали друг на друга, перехватывая мяч в самый последний момент. Ас настолько разгорячился, что уже готов был начать играть серьёзно. Рёта не отставал, но постоянно мелькающая на его губах улыбка сбивала с толку. Этот гадёныш поиграться вздумал?! — Эй, — окликнул его Дайки. — Не шути со мной! — Никаких шуток, — пожал плечами Кисе, пристально следя за движениями юноши своими медовыми глазами. — Я же говорил, это только начало. Аомине не успел понять, как пропустил копира, но первый мяч был успешно забит. Терпение форварда лопнуло, и он бросился в контратаку, уже не сдерживаясь. Да что за дела?! Через семь минут безумного соревнования счёт оказался равным: 2-2. Соперники носились по полю молниями, не желая уступать победу. Игра шла уже не только за Куроко и право называться лидером в их паре. Ко всему этому присоединилось ещё что-то личное. Что-то, что каждый из них чувствовал, но не мог объяснить. Золотой свет сражался с индиго, создавая непередаваемое буйство красок. Наконец, в какое-то мгновение Аомине ошеломлённо замер: Рёта вошёл в Зону. — Неужели, — прошептал он, глядя, как глаза блондина искрятся решительным блеском. — Куроко-чи будет моим, — уверенно произнёс Кисе так, чтобы только Дайки смог его услышать. — Ты не сможешь спасти его. Ты слишком слаб. Что-то ненавистно сжалось в груди у аса. Он почувствовал, как руки наполняются силой. Ещё секунда — и он порвал бы этого наглеца, даже не думая о последствиях, но неожиданно голос капитана прервал зарождающийся ураган. — Успокойтесь, — скомандовал Сейджуро. — Кисе, приди в себя. Аомине, надо поговорить. Рёта прервал атаку, бросив мяч за спину, и, развернувшись, направился за водой. Акаши кивнул в сторону раздевалки, призывая аса следовать за ним. Дайки послушно сдвинулся с места, но всё ещё до боли ненавистно сжимал кулаки. — Ты отравил Куроко, — не размениваясь на объяснения, сообщил император, плотно закрывая дверь. — Что? — ошарашено поглядел на него Аомине. — То есть… Как это? — Твоя память уже частично восстановилась, — утвердительно заявил Акаши. — Ты должен помнить легенды своей семьи. — Откуда ты знаешь? — Я знаю всё. Дайки слепо присел на скамью. Он не знал, какая из новостей удивила его больше: та, что Куроко отравлен, или та, что Сейджуро известна тайна, которую столько сотен лет трепетно оберегал его клан от посторонних. — Тебе повезло, что твоя жажда не убила Тецу ещё в тот самый момент. Благодари небеса, что ты справился и сумел вовремя остановиться. Иначе я бы лишился не только призрачного распасовщика, но и непробиваемого форварда. До Аомине медленно доходил главный смысл этой фразы. Он опустил голову, задумавшись над словами Акаши, но неожиданно вскочил с места. — Тецу умрёт?! — Бинго, — улыбнулся император и, довольно пожав плечами, направился к двери. Дайки ошеломлённо смотрел в спину капитана и не знал, что ему делать. Впервые в жизни он растерялся. — Акаши, — окликнул ас. — Как мне спасти его? Сейджуро на секунду остановился у самого выхода и, не оборачиваясь, серьёзно ответил: — Для этого тебе нужен демон. Не говоря больше ни слова, император скрылся. Аомине пулей вылетел из раздевалки, едва не сбив с ног стоящего у входа Кисе с бутылкой минералки в руках. Нужно было успеть. Обязательно успеть! Ас второпях набрал номер Куроко на бегу. Спустя пару гудков, на том конце ответили. — Тецу, ты дома?! — заорал в трубку Аомине. — Сиди там, я скоро буду! — Добрый день, Аомине-сама, — прозвучал знакомый мужской голос. — Рад снова слышать Вас и знать, что Вы в добром здравии. Дайки резко остановился и замер прямо на дороге. Этот голос он узнал бы из тысячи. — Рейджи… — О-о-о, — довольно протянул собеседник. — Вы не забыли меня? Это так радостно! — Где Тецу?! — Не беспокойтесь, Аомине-сама. Ваш птенчик в безопасности. Если хотите его увидеть, возвращайтесь домой. — Я не вернусь в клан! — закричал Дайки. — Отпусти Куроко! — Простите, Глава, — с сожалением ответил Окита. — Я не могу этого сделать. Пройдите обряд посвящения, и тогда человек будет свободен. — Чёрта с два! — зло прорычал Аомине и бросил телефон об асфальт. Мобильник разлетелся на мелкие кусочки, задев штанину бывшего обладателя. — Чёрта с два, — ещё громче прокричал ас. — Вы все у меня получите! Форвард сорвался с места и скрылся за поворотом. Рёта медленно вышел из укрытия и подобрал уцелевшую SIM-карту. — Значит, решил поиграть, Рейджи-сан, — задумчиво произнёс он, выбрасывая пустую бутылку в урну. Кисе неспеша направился обратно в спортзал. У него в голове уже зародился свой план, как решить эту ситуацию. Оставалось только продумать детали.